16

таком случае, остается лишь изучить заново.
Он улыбнулся!
Черт, да у Дженни чуть сердце из груди не выскочило. Не оскал. Не дежурная ухмылка. Нет. Его настоящая улыбка. Искренняя.
— Изучай! — Услышала собственный хриплый голос. — «От и до» изу...
Договорить не успела. Впечатал в хлипкую стену кабины, впиваясь в губы. Движимая первобытным инстинктом, жадно последовала его примеру. Ответила с таким же напором и страстью. Поддавшись порыву, легко запрыгнула на мужчину. И плевать, на вновь задравшуюся юбку. Ухватившись за мощную шею, обвила ногами талию. Тэхён вжался в нее сильнее, утробно при этом зарычав.
— Ты хоть понимаешь, — Выдавил мучительно, оторвавшись от нее на секунду. — Что я готов трхнуть тебя прямо здесь! И ни хрна не останавливает тот факт, что сюда в любой момент могут войти...
— А меня...останавливает.

Затравленно посмотрела на мужчину. Спустя некоторое время, немного отдышавшись, он позволил ей сползти вниз. Проверив, что Дженни твердо стоит на ногах, засунул руки в карманы, и отошел на приличное расстояние.
Подальше от соблазна.

К счастью, они уже добрались до нужного этажа.
— Идем! — Потащил за собой, едва распахнулись двери. — Скорее, малышка!

Девушку уже колотило, от переизбытка эмоций.
Как свеча тлеющая, ни дать, ни взять!

Наконец-то, нужная квартира была найдена.
— Ну же, Тэхён! — Прохныкала, стискивая собственные бедра, на пике возбуждения. — Поторопись...

Внезапно почувствовала прошедшую сквозь него...отрезвляющую волну напряжения. Каждой клеточкой своего тела, ощутила. У него не получалось вставить ключ в замочную скважину. Возможно, это и было причиной возникшего недовольства. Сменили замки, и его не предупредили?
— Все в порядке?

Со странным выражением на лице, Тэхён произнес:
— Спрячься за углом, пока не позову. Вон там. — Указал нужное направление. — Рядом с выходом на лестницу.

— Зачем?
— Так нужно!

Пожав плечами, Дженни двинулась в нужном направлении. Не затевать же скандал на ровном месте, из-за странного поведения. Вот только, стоило ей скрыться, дверь квартиры распахнулась. И открыли ее изнутри!
— Что же ты так долго, сладкий? — Эхом разнесся по площадке приторный голос Покровской. — Я заждалась!

Что?
— Ты какого черта здесь забыла? — Злобный мужской рык. — Еще и в таком виде!

— Не злись, дорогой. Соскучилась, и решила сделать сюрприз. С-ю-р-п-р-и-и-и-и-з!

Все еще не веря своим ушам, Дженни осторожно выглянула из укрытия.
Лучше бы не делала этого.

Джису предстала перед Тэхёном во всей красе. А если быть точнее, в костюме домработницы, состоящим из крошечного передничка на талии, да чепчика на голове.

Дышать стало нечем. Грудь, словно стальными прутьями стянуло.
Ее, будто в чан с кислотой окунули! Как ото сна пробудилась, честное слово.

Что ты творишь, Дженни? У него же, девушка есть! И ты однажды была на ее месте!

Горло неистовыми тисками сдавил болезненный спазм. Глаза зверски защипало от едва сдерживаемых слез. Как же хотелось закричать, что есть мочи. Надрывая глотку. Груз прошлого, навалился с невероятной силой, стирая все границы реальности.

Дежавю! Проклятое дежавю!
Пережитая однажды боль, вырвалась наружу.

Кай...Тэхён. Да, какая к черту, разница?!
Они все одинаковые. Все из одного теста. Скоты...животные!

Ярость и обида затмевала разум. Как же она сейчас ненавидела их. Всех их!
Мужчин.

«Я люблю тебя! Люблю!» — Шептал Кай. — «Мне никогда не стать прежним».

Заткнула уши, вмиг заледеневшими ладошками, будто это могло заглушить голос, звучащий в голове.
Лжец! Не предает тот, кто любит.

«Я не закончил с тобой!» — утверждал Тэхён, менее часа назад.

Закончил, дружочек! Еще как закончил!

Проходить через тот ад, через тот эмоциональный крематорий, Дженни более не планировала. Из пепла восстала, не для того, чтобы свои мазохистские наклонности лелеять. А для того, чтобы счастливой быть. И независимой.

Из размышлений вырвал гневный голос Тэхёна. Слов она не разбирала.
Да и зачем? Очевидно же, что отчитывает Джису.
Такой вечер ему обломала!

Почувствовав на губах влагу, прикоснулась к лицу.
Неужели от слез не удержалась?

Но, на пальцах отпечаталась не соленая влага — кровь. Пошла носом.
Пару раз вдохнула полной грудью, принимая взвешенное решение. Не доверяя ногам, скинула туфли. Без резких движений, подняла с пола, прижимая обувь к груди. Прощаясь с наваждением, и смело глядя в глаза суровой реальности, зашлепала босыми ногами по бетону.

Спускаясь по лестнице вниз. Все ниже, и ниже. К спасительному выходу

Рвать и метать! Крушить и терзать!
Других эмоций, и желаний у Леры в данный момент не возникало. Всю свою боль, всю горечь, стыд и обиду, девушка обратила в гнев.
Первобытный. Дикий. Неистовый!
Не привыкать. Так легче. Легче!
Гораздо проще, прикрыть истинное состояние агрессией. Однажды, ее подсознание уже выработало такой вот защитный механизм. Теперь же, дело привычки. Всего лишь, нужно запустить его.
Если не хочешь свихнуться от боли — разозлись!
Руки прямо чесались, от желания расцарапать его наглые глазенки.
Как посмел, прикоснуться к ее губам своим лживым ртом? Как посмел трогать ее...везде, ласкать, имея при этом отношения с Джису? Как посмел говорить вещи, от которых она текла, как заправская шл*ха, и ничего уже не соображала?
Ох, казалось из-за бушующей внутри ярости,Дженни была способна воспламенить атмосферу! Самобичевания не обошли стороной. Себя в случившемся девушка винила не меньше.
Позволила, овца! Сама позволила!
Едва выскочила из подъезда, обуваясь на ходу, побежала в соседний двор.
Шансы, что Тэхен бросится за ней следом, имея под рукой столь горячую и готовую на все прислугу, были ничтожно малы.
Но раз в год, как известно, и грабли стреляют.
А к встрече с ним готова не была. Усевшись на скамейку, укрытую в зелени кустарника, у самого неприметного подъезда, дрожащими пальцами извлекла из сумочки телефон.

Такси приехало, на удивление, быстро. Стоило расположиться на мягких задних креслах, вполне приветливый поначалу водитель, заметно насторожился.
— Девушка, на Вас напали?
— Нет, — такой же, настороженный ответ, — с чего Вы взяли?
— Взъерошенные волосы, распухшие губы. Кровь на лице...
— Ах, это! Переволновалась. Кровь носом пошла.
— Уверены, что не нужно вызвать полицию?
— Конечно! Единственное, что мне нужно — попасть домой!
— Как скажите, — сдался мужчина, поворачивая ключ в замке зажигания, — но, на Вашем месте, наказал бы ублюдка!
— О, я накажу! Не сомневайтесь! — Вежливо улыбнулась. — Не найдется ли, у Вас влажной салфеточки?

⸻

Спустя каких-то двадцать минут, Дженни распахнула дверь особняка семьи Ким. Настенные часы показывали без четверти двенадцать.

Обычно, в это время было уже совсем тихо, и в доме горел приглушенный свет. А семейство разбредалось, каждый по своим комнатам.
Но, не сегодня!

Яркое освещение, едва ни ослепило ее, после темной улицы. Из гостиной доносился смех, и оживленные голоса. Дженни отчетливо слышала и работающий телевизор. Разувшись и бросив сумочку на комод, на носочках двинулась к источнику шума. Увиденная картина заставила умилиться.

Семья Ким смотрела хоккей!
Даже, Ким Гарам держала в руках флаг Южной Кореи.

Чего уж говорить о мужчинах! С яркими шарфами. В смешных шапках. Это было так по-домашнему, так уютно и мило, что ее губы непроизвольно растянулись в улыбке. На какие-то доли секунды. Ровно до того момента, как взгляд скользнул чуть влево. На красивое, напоминающее формой трон, кресло.

Сердце ухнуло в груди, заставляя замереть от ужаса.

Какого черта? Как он оказался здесь, еще и раньше нее? Ладно, уж там! Почему вообще приехал и со своей девушкой не остался?

Дженни вздрогнула, подобно ужаленной за мягкое место, столкнувшись с непроницаемым взглядом Тэхёна. Тот, восседал в расслабленной позе, закинув стопу правой ноги на колено левой.

Цезарь — переросток!
Со скучающим видом наблюдал за происходящим, и неторопливо потягивал ароматный, пахнувший на весь дом, кофе.

Даже здесь выделился, сволочь! Ни шарфика на нем, ни флага! А как же, семейные ценности? Как дух соревнования?

— Не понял! — Надменно вскинул подбородок, изображая крайнюю степень удивления. — И где это, гости столицы, шляются в столь поздний час?

Гости столицы, значит? Шляются, значит! Ну, мужик, ты попал!

На языке вертелось очень много вариантов ответа. Колких и беспощадных. Однако его фраза привлекла к ней внимание остальных членов семьи. Что, собственно, и спасло Тэхёна от гневной тирады!

— Ходила на свидание. — Одарила мужчину невероятно нежной улыбкой. Аж, скулы свело от стараний. — Всем добрый вечер!
— Добрый, милая!

От просмотра матча отвлеклась только Ким Гарам. Что до Ким Джонгена и Чонгука — казалось, они вообще не дышали. И не моргали! Лишь, руками помахали, в знак приветствия, даже не глядя в ее сторону.

Тьфу, ты! Что отец, что сын!

— Есть хочешь? — Оживилась женщина. — Сейчас, ужин разогрею.

Замотала головой, в знак протеста. Есть хотелось, но не настолько, чтобы гонять хозяйку после тяжелого рабочего дня.
— Нет-нет! Спасибо. Поздновато для ужина.

— На свидании перекусила? — Не удержался от шпильки Тэхён. — Или, кавалер оказался скуп, и тебе ничего не перепало?

Ох, как же ей захотелось стереть эту насмешку с его лица. Убрать из голоса столь надменный тон. Кровь закипела в венах, сметая все грани дозволенного.

Нетерпеливо облизала пересохшие губы:
— Я сказала, что не голодна, Тэ!

Он ненавидел такое сокращение своего имени. И она это знала.

Вот и сейчас, виду вроде не подал, но взгляд, однозначно изменился. Появилось легкое раздражение. Хищный прищур. Понял, что сделала это намеренно!

Медленной, чувственной походкой, Дженни двинулась прямо к нему.
Все в том же платье. Все так же, без нижнего белья.

Да!
Была готова поклясться, что именно об этом мужчина думал, исследуя ее фигуру. Уже, далеко не беспристрастно, или же отстраненно.
Ненасытно. Лихорадочно! Жадно.

Его рука, крепко сжимающая фарфоровую чашку, так и замерла на полпути. Дженни приблизилась вплотную. Их колени соприкоснулись. Девушка, настойчиво игнорировала грозное выражение его лица.
— А вот, от кофе не откажусь!

Поражая наглостью саму себя, склонилась над слегка опешившим мужчиной, и сделала пару крупных глотков из ЕГО бокала.

Чего только не сулил сей ополоумевший взгляд!

Живо представила, как он в ярости разбивает стакан о стену, и, припечатав ее к ней же, набрасывается с жарким поцелуем.

Но, нет! Здесь она в полной безопасности.
И эта безнаказанность окрыляла.

Состроила гримасу отвращения:
— Фу, горький! Без сахара! Ну, и дрянь. — Тяжелый, театральный вздох. — Придется, сварить себе другой. Сладкий!

Дженни специально сделала акцент на последнем слове. Оно причиняло ей боль. Не должно было. Нет. Но, причиняло.
Ведь, именно так назвала его Джису, встречая на пороге, в чем мать родила!

Взгляды схлестнулись, и все на свете перестало существовать.
Ее — злой. Бросающий вызов. Его — тяжелый. Подавляющий. Сулящий неминуемую расплату.

Развернув чашку той стороной, где она прикасалась к ней губами, мужчина облизал фарфоровый ободок кончиком языка. Еле заметно. Не разрывая зрительного контакта. Словно предупреждал — если захочу, поглощу тебя всю. Без остатка.

Дженни бросило в жар. Тэхён же, залпом осушил ароматный напиток, и, пользуясь секундным замешательством, всучил ей пустую кружку.
— На ночь сладкое вредно, девочка. Зубки испортишь. — Насмехающийся тон. Хриплый голос. — Вымой!

Стоп! Что?
— Повтори-ка?

Свободная рука сжалась в кулак, мечтая приземлиться на его челюсть. Проследив за ее реакцией, он расплылся в довольной улыбке:
— Все равно на кухню идешь, Мелкая! Не вредничай.
— Вовсе нет. Я иду наверх.
— Я сказал — ты идешь на кухню! И идешь туда — быстро!

Дженни оскалилась, под стать ему. Хищно.
Что ж, если хотел довести ее до белого каленья, то своего определенно добился