3

⸻

Ночка для Дженни выдалась та ещё. Не могла уснуть, прокручивая в памяти недавние события. И всякий раз сердце гулко билось в груди. И всякий раз переворачивалась в постели с боку на бок, пытаясь устроиться поудобнее. Да только тщетно всё. Сна ни в одном глазу. Включила кондиционер — холодно. Забралась под одеяло. Выключила — жарко. Дотянулась до телефона, лежащего на прикроватной тумбе. Глубокая ночь — пол третьего, если точнее. В сотый раз прикоснулась к своей шее, вспоминая миг прикосновения кожи с его зубами. И... и губами. Тут же раздосадованно ударила ни в чём не повинную подушку.
— Проклятье!
Как она вообще допустила такое? О чём только думала?

Понимая, что просто так ей не уснуть, вскочила на ноги. Дженни металась по комнате, слонялась, точно полоумная, из угла в угол, пока её взгляд не упал на окно. Лунный свет заливал всю комнату, освещая, словно днём. Полнолуние. Красиво. Она всегда любила ночь — когда засыпал весь мир, просыпалась природа.
Осторожным, но решительным движением девушка распахнула дверь, ведущую на балкон, и шагнула наружу. Ночной воздух, словно обволакивал её, даруя успокоение. Да и сад Стаса в лунном сиянии выглядел иначе — просто неотразимо.
Дженни нахмурилась, когда на одной из скамеек, прямо напротив небольшого фонтана, увидела женский силуэт.
Гарам? Что она делает здесь в столь поздний час?

Не мешкая более ни секунды, Дженни накинула на себя лёгкий атласный халат и осторожно, стараясь не шуметь, спустилась вниз. Женщина невидящим взглядом смотрела прямо перед собой. В одной руке — тлеющая сигарета, в другой — бокал с вином.
— Тётя Гарам, — Дженни присела рядом, — у вас всё хорошо?
Женщина встрепенулась, едва не выронив фужер.
— А, Дженни! Почему не спишь?
— Не могу уснуть на новом месте, — не моргнув глазом, солгала девушка.
— Надо же... — задумчиво произнесла Гарам, залпом осушив бокал. — Ты в точности, как твоя мама. Суджин тоже с трудом засыпала вне стен дома.
— Правда?
Гарам кивнула и, в последний раз сильно затянувшись, потушила сигарету.
— Я редко этим балуюсь... когда совсем невмоготу, — извиняющимся тоном пояснила она. — Джонген с молодости терпеть не может курящих женщин.
Дженни неопределённо пожала плечами. По сути, ей было всё равно. Все взрослые люди.
— И лучшая подруга непременно бы отчитала. Суджин была ярой противницей.
— Да, я знаю...
— Как же мне её не хватает порой. Поддержки, совета, присутствия... — тяжело вздохнув, Гарам дрожащими пальцами вытерла слёзы.
Сердце Дженни болезненно сжалось.
— Мне тоже...
— Верю, милая.
Повисло тягостное молчание. Наконец Гарам кивнула в сторону бутылки вина:
— Составишь компанию? Как раз на бокальчик осталось.
Дженни после паузы решила: хоть заснуть сможет.
— Не откажусь.
— Секундочку! Принесу тебе фужер.
— Не нужно. Может, во мне и течёт кровь аристократов, только до «леди» всё равно не дотягиваю. Так выпью.
— За женщин! — улыбнулась Гарам.
Дженни повертела бутылку в руках, потом сделала пару больших глотков прямо из горла.
— А вы почему не спите? Джонген в любой момент может проснуться и заметить, что вас нет.
— Не переживай, — горько усмехнулась Гарам. — Он уже давно меня не замечает. Да и кровать у нас широкая... сложно почувствовать отсутствие, когда между нами ещё два человека поместиться могут.
Дженни поперхнулась вином.
— Простите.
— Тебе не за что.
— Но... разве можно изменить такой женщине, как вы?
— Какой?
— Ухоженной, дорогой, красивой, сексуальной, любящей...
— Ох, Дженни... изменить можно любой. В нашем случае — пока только догадки. И... знаешь, это сводит с ума. Я словно не живу, а существую.
Дженни ободряюще сжала плечо Гарам:
— Не травите душу сомнениями раньше времени. Хотела бы хоть на минуту облегчить вашу боль.
— Милая... — женщина крепко обняла её. — Ты облегчаешь её одним своим присутствием. Глядя на тебя, я вижу Суджин. И вновь радуюсь жизни. Что это? — Гарам отстранилась, разглядывая шею девушки.
— Вот поганец! Я убьюЧонгука!
— Нет! — поспешила успокоить разбушевавшуюся женщину Дженни. — Чон ни при чём.
— А кто? Тэхен?— Гарам прищурилась, явно сомневаясь. — Ну надо же... — и добавила с лёгким уколом, криво улыбнувшись: — Вот вся в маму. Та тоже умела выбирать неприятности.

-Произошло недоразумение.
— Не переживай, Дженни. Мелочи.
— Не могу. Мне очень неловко.
— Запомни одну вещь — Сеул не любит скромниц. Она проглатывает таких, не пережёвывая. Здесь город акул — хищников и хищниц. Будь дерзкой. Будь напористой и целеустремлённой. Умей за себя постоять. Выделяйся! Не сливайся с толпой. А я поддержу тебя во всём! Помогу освоиться и подняться на ноги.
— Спасибо, — Дженни вложила в свой взгляд всю благодарность, на которую была способна.
— Первое, что мы завтра сделаем — посетим салон красоты и обновим твой гардероб. Ты должна стать объектом вожделения. Да. Не просто юной и красивой. А именно... желанной.
— Ну, что вы! Я приехала не за этим. Моя главная цель — найти работу.
— А Минсок разве не сказал тебе, когда отправлял сюда?
— О чём?
— Работа у тебя уже есть!

Телефон на прикроватной тумбе громко вибрировал, вырывая Дженни из сна. Девушка недовольно поморщилась. Во рту пересохло от обезвоживания. Голова слегка побаливала. Именно поэтому дребезжание мобильника казалось громким, как удар молота по наковальне. Не в силах терпеть, стиснула аппарат в ладони. На дисплее высветилась фотография самого родного человека — Ли Минсока. Сознание прояснилось мгновенно.
— Привет, пап, — сонно прошептала Дженни.
— Здравствуй, непоседа моя. Есть две новости.
— Правда? — быстро села в кровати. — Одна хорошая, а другая не очень, верно?
— Зришь в корень! С какой начнём?
— С «доброго утра», например. — Девушка улыбнулась.
— Тогда правильнее сказать — доброго дня! — рассмеялся он. — Сейчас два часа по Сеулу.
— Чёрт! Я всё проспала. У нас с Гарам столько дел сегодня...
— Ты второй день в Сеуле. Нужно привыкнуть к новому ритму жизни.
— Много всего предстоит, — буркнула Дженни, — так что за новости?
— Первая: ты бесконечно обнаглела!
— Чего?
— Почти сутки назад прибыла к Кимам, но от тебя даже смс не получил! Скажи спасибо Гарану, что отзвонился. А то бы с ума сошёл!
— Прости, пап. Больше не повторится.
— Ещё раз — и я сам приеду, выпорю, как малолетку!
— Нашёл чем пугать! — возмутилась Дженни.
— Мы поняли друг друга?
— Да. А вторая новость?
— Кимы нашли тебе работу.
— Гарам говорила что-то, но толком не объяснила.
— Поговоришь с Джангеном. Советую не отказываться сразу.
— Обещаю.
— Отлично. Мне пора, совещание начинается. Удачи!
— Люблю тебя, пап!
— И я тебя. Даже больше!

Как ни странно, за весь день они не попали ни в одну пробку. Сначала, Гарам показала ей свое детище — двухэтажный цветочный бутик в самом центе Сеула. Дженни за всю свою жизнь не видела такого разнообразия цветов. Потом были бесчисленные магазины, и ворох новой одежды. Ли чувствовала себя очень странно, волнительно. Понимала, что если хочет перемен, то должна действовать решительно. И если Ким говорит «мы это берем», значит, мы это БЕРЕМ! Без раздумий и возражений. Вкусу этой несравненной женщины она доверяла. Последним пунктом назначения оказался салон красоты, в котором Гарам являлась постоянным клиентом.
Прекрасный ненавязчивый интерьер. Расслабляющая атмосфера. Обходительный персонал.
Дженни понравилось там, стоило лишь переступить порог заведения. Вот уж действительно, перед тобой открыты все двери, если кошелек деньгами набит.
— Значит, все же, брюнетка? Это Ваше окончательное решение? — Вывел ее из раздумий вежливый голос девушки-стилиста

.........

Ким, чиркнув зажигалкой, глубоко втянул губительный никотин. Как же ему не хватало этого за последние четыре часа. Уединившись в фойе конференц-зала, он бессмысленно смотрел в окно. Вроде всё сделал: контракт с итальянцами в кармане, а внутри пустота. Словно взобрался на Эверест и не получил удовлетворения. Тяжёлый вздох. Пепел упал на кожу, обжёг. Тэхен резко тряхнул рукой. Его взгляд упал на бежевый пластырь — след вчерашнего укуса. Сжав кулак, мужчина улыбнулся сквозь раздражение.
— Маленькая сучка! — прошипел. — Оборонялась... Проучить бы тебя, Дженни!
Осознав свои мысли, стал мрачнее. —Блядь! Почему именно сейчас?

— Вот ты где, — за спиной насмешливо прозвучал голос брата. — Скрываешься от славы?
Тэхен медленно развернулся. — Как видишь. Поздравить?
ЧОН скривился. — Был хорош, но поздравлять не буду.
— Почему?
— Мы оба знаем — она тебе не нужна. Давай без приличий.
Тэхен кивнул. — Точнее не скажешь.
— Но зачем меня сюда тащил? Ты один справляешься. Даже отец не конкурент. Хочешь показать ему, чего ты стоишь? Он и так знает. Тэхен замер, грудь сжало болью. Когда брат стал соперником, он не заметил. Рука сжалась в кулак, забыв про жгущую ладонь и боль.

— Хватит! — резко сказал. — Ты здесь, чтобы учиться, видеть, как работает компания. Пора взрослеть, Чонгук! Скоро возглавишь отдел. Как без подготовки? Ты думаешь только о клубах и девках!
— Ой, кто бы говорил! — ответил брат. — Я не хочу работать с тобой!
Тэхен сдержался, хотя хотел встряхнуть брата.

— Ким Тэхен? — прервал их голос. — Прошу прощения...
Перед ними стояла — личный секретарь. Милая, ухоженная, ответственная, готовая на всё ради карьеры. Их отношения были свободными и лёгкими.
— В чём дело, Джису?
— Ким Джонген ждёт в кабинете. Мне сказать, что вы заняты?
Тэхен холодно посмотрел. — Для отца я всегда свободен.
— Приготовить кофе?
— Да, с каплей хорошего коньяка.

Джису улыбнулась и удалилась.

Тэхен посмотрел на брата:
— Это не место для разговоров, обсудим вечером.
— Если будет что сказать. — чонгук  вышел, оставив Тэхена в раздумьях.

В кабинете отец отсутствовал. На столе — шампанское в ведёрке со льдом, два фужера и коробка конфет. Тэхег усмехнулся, ослабляя галстук.
Дверь захлопнулась за спиной. За спиной появилось тело Джису, она ловко расстёгивала пуговицы на его рубашке, острыми ногтями царапая кожу у пупка.
— В следующий раз позволю дергать за волосы.
— Мужчины так не делают.
— Запомню, босс.

Одежда шуршала, Джису появилась перед ним обнажённой.
— Маскарад? — спросил Тэхен, глядя на шампанское.
— Поздравляю с контрактом.
Он притянул её к себе, и она томно вздохнула.
— Помоги с одеждой.
Она опустилась на колени, распахнув ноги. Знала ракурсы. Но не стала помогать с одеждой — вместо этого демонстрировала своё мастерство в оральном искусстве.
— Ты слишком напряжён, нужно расслабиться, — шептала, заглатывая всё глубже.

В какой-то момент его мысли унеслись к другой девушке — к Дженни. Представляя её рот на себе, он чуть не сошёл с ума. Вцепившись в волосы Джису, дернул её на себя, задавая нужный ритм. От удовольствия застонал, чувствуя, как безумие охватывает его всё сильнее.