Пролог

Я никому не доверяю так, как тебе. Понимаешь? — произнес изрядно подвыпивший мужчина, погладывая на сидящего напротив друга.
Минсок икнул, пытаясь зафиксировать свой взгляд на товарище.
— Конечно, Джонген И я тебе доверяю. Очень.
— Тогда, пей, давай.
— Да хорошие мы уже, Ким.
— Не дрейфь, Минсок Мы с тобой еще повоюем!
— Отвоевались, — буркнул себе под нос мужчина, — Хватит. Забыть пора. Полной жизнью жить пора. Семье себя посвятить пора.
— Не могу я, — мужчина вскочил на ноги, — Не хочу. Да и не забываются такие места, как Япония , брат. Тебе ли не знать? Разве можно вычеркнуть из жизни тот момент, когда ты меня, полудохлого на своем горбу четыре километра пер? Шкуру мою спас! Да я в долгу у тебя до конца своих дней!
— Что здесь происходит?
В комнату бесшумно вошли две молодые женщины.
—Суджин, — заворожено глядя на жену, выдохнул Минсок, — А мы тут...Разговариваем.
— Вижу, — Суджин скрестила руки на груди, демонстрируя недовольство их поведением.
— Джонген , а ты чего так раздухарился, — Гарам ловким движением руки убрала со стола почти пустую бутылку водки, — Не стыдно вам, мужики! На вас же дети смотрят!
— Дети, — словно ото сна очнулся мужчина, — Точно. А где они сейчас?
— В зале, — женщины недоуменно переглянулись, — Играют.
— Решено, — ударил себя в грудь кулаком Ким, — Суджин ,Минсок, а отдайте Дженни свою за сына нашего. Породнимся хоть!
— Ты в своем уме? — возмутился Ли, растягивая каждое слова по слогам, — Они же дети. Им всего-то по три года. Какая свадьба?
— Нет, — усердно замотал головой Джонген, — Это Чонгуку нашему три года. А Тэхену уже семь.
— Все равно, рано им!
— Да не сейчас, Минсок! Когда вырастут.
— А. Вот оно что. Это можно. На это я согласен.
— Э-нет, брат. Поклянись. Как в Японии, клянись. На крови.
Минсок бесстрашно схватил со стола нож, и полоснул себя по тыльной стороне ладони.
— Клянусь, что когда Дженни станет взрослой, выдам ее только за Тэхена!.
Ким взял из рук товарища холодное оружие, и, повторив его действия, произнес:
— Клянусь, женить сына на твоей дочери.
Мужчины скрепили свою клятву крепким и кровавым рукопожатием.
Суджин повернулась к женщине .
— Гарам, — она дотронулась до плеча женщины, — Обещай мне, что не дашь им забыть об этой клятве.
— Можешь не сомневаться!
— Обещай! Я лишь тебе свою дочь смогу доверить!
— Они сдержат свое слово. Клянусь!