26

Уже поздно, все спят, никто не принесет нам еды. Придется самим справиться.

Я замешкалась, мне стало страшно, что,если кто-то увидит меня? Это приведет к очень плачевным последствиям. Мои ушибы еще заживают с прошлого раза.
Он заметил неопределенность на моем лице и добавил:

- Не волнуйся, все в порядке. Их дома нет, а все работники уже давно спят. Тебя никто не тронет, пока я рядом.

Последние слова особенно засели в голове и отдавали эхом в ушах и как-то странно грели все тело.
Никогда еще я не чувствовала себя такой защищенной.
Он не произнес имен, но я тут же поняла, кого он имел ввиду.
Казалось, ничто, а если быть точнее ,никто не навредил бы мне , если бы я переступила порог этой комнаты. Как таковой угрозы не было.

В знак согласия, я мелкими шагами зашагала вперед к дверям, где он стоял с протянутой рукой.

- Я надеюсь на это.

Он подхватил меня, и мы вышли из комнаты.
Коридор был темным, свет был везде выключен. От этого становилось жутко. Я всегда боялась темноты. Она такая большая, что кажется у нее нет ни начала ,ни конца, что это давящая на тебя бесконечность. Как раз самое подходящее место для ночных кошмаров и всевозможных монстров внутри тебя.
Именно в темноте возникает необъяснимый страх, который появляется непонятно откуда. Фантазии в темных помещениях творят с разумом человека невозможные вещи.

- Зейн,- я тихо прошептала тому в ухо,- я боюсь темноты.

- Закрой глаза.

Я прислушалась.

- Что ты видишь?

- Ничего.

- Страшно?

- Нет.

- И почему же? Ведь тут тоже же темно.

- Я не знаю.

- Я тоже. Но это помогает.

Он сжал мою руку еще сильнее. Мы направились дальше по коридору.
Я все еще шла с закрытыми глазами, потому что знала, если я их открою, то меня тут же охватит паника.

- Мы пришли, можешь открыть глаза.

В первые секунды я ничего не видела, яркий свет появившийся резко, после темноты, практически ослепил меня. Прошло некоторое время и ко мне вернулось мое зрение, но темные пятна , плавающие перед глазами, все еще мешали мне разглядеть помещение, в котором мы находились.

- Что будем готовить? Знаешь, я не очень-то силен в этом, я позволю тебе выбрать то, что мы будем есть.

Наконец-то я смогла нормально разглядеть кухню. Она была огромной, но достаточно уютной. Темный кафель и мебель, которая была на несколько оттенков темнее, придавали этому месту мощный вид, ну а точку в концепции интерьера ставила огромная железная люстра, висевшая над островком.

- Наверное нам сегодня не везет, так как я сама не обладаю выдающимися кулинарными способностями.

- Думаю, мы что-нибудь придумаем.

- Как насчет старых добрых бутербродов, их мы точно не в состоянии испортить.

- Думаю бутерброды нам вполне подходят.

Я села на высокий стул, стоявший за островком, он залез в холодильник за продуктами.

Процесс готовки проходил без лишних фраз. Казалась тишина была самым лучшим, что могло сейчас быть между нами. Я думаю, ни я одна хотела молчать. Иногда это необходимо. Прислушиваться к тишине в обществе другого человека.
Прекрасно, когда тишина эта не доставляет дискомфорта, ощущения того, что тебе нужно что-то сказать, чтобы нарушить ее. Это действительно замечательно, когда есть с кем можно помолчать.

- Не хочешь выпить?

Прервал он тишину.

- Не откажусь.

Я продолжила жадно кусать свой бутерброд, молясь всевозможным богам за такую прекрасную еду.
Когда мне предложили выпить, я думала он имеет ввиду газировку, но то, что он положил на стол было крепче.

- Сначала косяк, теперь,- я посмотрела на надпись на бутылке, и продолжила,- White Horse, мне очень интересно, что будет дальше?

- Я предлагаю тебе все только самое лучшее, что есть в этом доме, Эмили, принимай мои подарки с благодарностью.

Сказал он это с усмешкой и налил виски в стаканы ,стоявшие перед ним.

- За что пьем?

Спросила я, взяв в руки предложенный мне напиток.

- За все самое плохое, что было у нас.

- Получается, я пью за тебя?

Я внимательно уставилась на него. Он задумался, а потом проговорил:

- Получается.

Я до дна выпила предложенное мне виски. Глаза невольно зажмурились от непривычного ощущения жжения в горле, а дальше и в животе.
Как ни странно мне понравилось ощущать внутри себя такое.
Я протянула стакан. Он опять налил мне, но в этот раз больше.

Мы опустошали стакан за стаканом. И с каждым разом это сказывалось на нашем настроении и в уже опустошенной бутылке.

Я как-то развязано соединяла слова в предложения, пытаясь как можно четко изложить свои мысли.

- Знаешь, а я хотела окончить школу, сдать экзамены и отправиться в путешествие. Я так долго об этом мечтала, что даже не помню, когда эта идея появилась у меня в голове. Каждое лето я работала в местном супермаркете, копила на свою мечту. С нетерпением ждала конца выпускного класса. И самое обидное во всей этой истории то, что она закончилась, не успев даже начаться. Всего несколько месяцев отделяли меня от нее. Все казалось таким идеальным, что даже никакой неожиданности и не было места в моих планах. Я следовала грамотно выстроенному расписанию у себя в голове, прямиком идя к цели. Но ты сумел изменить все в одну минуту. Поменять абсолютно все, изменил направление моей жизни. Разрушил все построенные мною дороги. Я стала невольным соучастником несправедливой игры, в которой нет никаких правил,- я сделала паузу, посмотрела на часы, которые висели на стене, время было достаточно позднее, я даже не заметила как быстро оно течет,-И вот, что во всей этой истории мне непонятно. Почему мне тебя жалко? Это не то, что я должна испытывать по отношению к человеку, который так обошелся со мной...- слезы невольно нахлынули на меня, я истерически начала плакать- Почему? Может, ты сможешь ответить мне?

Он растерялся, увидев меня в таком состоянии. Я никогда не позволяла себе такое поведение при нем. Я только, что дала ему понять, что он что-то для меня значит. В голове столько мыслей. Я не понимаю, что сейчас происходит. Так же я не понимала: это влияние алкоголя, ночного уюта или все те же мысли, о которых мне когда-то и думать было страшно? Я их все отталкивала. Боясь даже произносить их у себя в голове.

- Эмили, успокойся, прошу.

Он обошел островок и подошел ко мне. Его руки тут же приподняли мое тело. Мы уселись на холодный кафель. Он гладил мою волосы и повторял одно и то же.

- Все в порядке, ну...

Он звучал так уютно и мягко, что от этого становилось еще хуже.
Я хныкала, как маленький ребенок, все не желая останавливаться.
Его футболка на груди уже промокла. Сопли без остановки текли из носа.
Я все никак не могла прекратить. Казалось, в эти слезы я вложила обиду, боль и страдания всего человечества. Я ревела громко и навзрыд.
Все его попытки успокоить меня, были обречены на провал.

Он медленно поднял мое трясущееся от истерики тело и мы вышли из кухни. Через минуту мы уже были у дверей в его комнату.

- Тебе не помешает сон.

Он наклонился и уложил меня на кровать. Мои руки вцепились в него мертвой схваткой и не хотели отпускать.

- Нет! Не отпускай, прошу.

Промямлила я, охрипшим от слез голосом.
Он не стал сопротивляться и лег вместе со мной и укрыл нас одеялом.
Я была благодарна ему за то, что он остался. Мне было необходимо присутствие живого тела рядом с собой, ибо я уже забыла, какого это - быть живым.

Глубокий вырез на футболке оголял маленький участок кожи на его груди. Это место казалось таким теплым и уютным. Моя голова невольно потянулась вверх, чтобы достать этот участок кожи, ощутить его прикосновение с моей кожей.
Я даже не заметила, когда перестала плакать. Тело расслабилось и начало восстанавливать дыхание.

Веки медленно опустились, больше не желая подниматься.
Я перестала различать грань между реальностью и сном.