ГЛАВА 12. ОБЛЕГЧЕНИЕ

Следующий день, казалось, длился вечно. Всю ночь я никак не могла перестать думать о произошедшем. К утру я сильно устала, поэтому попросила родителей сегодня остаться дома. В попытках уснуть хоть ненадолго я старалась лечь поудобней, но не могла. Словно все, что было вокруг, препятствовало этому. Подушка казалась совсем не мягкой, одеяло было то холодным и не грело, то я словно лежала на раскаленных углях. Головная боль усилилась. Веки уже болели из-за того, что постоянно были закрыты. Я чувствовала себя максимально подавленно все утро. Ближе к полудню я оставила попытки уснуть и решила сходить поесть. Из-за такой тяжелой ночи в горле оставалось неприятное ощущение. Даже вода казалась невкусной. Весь день я писала ребятам, которые, на мое удивление, все пошли в школу. Я особо ничего не пропустила, а это было огромным везением. Ни на одном уроке не был пройден новый материал. Я узнала все домашнее задание и попыталась сделать его. Не думаю, что работа была качественной, потому что меня переодически отвлекали мысли о Кире. Ведь сегодня, возможно, был последний день, когда мы увидимся.
- Не хочу, чтобы это так закончилось. Неужели мне никогда больше не удастся посмотреть в его темные глубокие глаза, потрогать его мягкие волосы? Ни разу я больше не смогу посмеяться с ним с какой-нибудь странной шутки? В тяжелые моменты он больше не сможет обнять меня и сказать, что все будет в порядке? Я не хочу этого.
Мои собственные загоны и размышления вводили в уныние. Душа билась в отчаянии. Я потеряла счет времени и не заметила, как за окном стемнело. Луна вышла из-за туч и осветила макушки деревьев где-то вдали. Свет фонарей падал на протоптанные и расчищенные улицы. Снег был чистым. За окном царило спокойствие и обыденность.
*
Раздался звонок. Я тотчас подскочила и включила телефон.
"Групповой звонок". Я ответила.
- Отлично, все в сборе. Давайте сразу к делу. Вы сейчас не заняты? Предлагаю встретиться у реки, я вам обо всем расскажу, - звучал спокойный голос.
Я впервые не могла понять настроение говорящего. Словно в голосе совсем не было эмоций. Мне стало страшно.
- Конечно, еще спрашиваешь ! - оживлено протороторила Марта - Я сейчас же выбегаю!
- Я тоже, давайте скорее.
- Отлично, спасибо, ребят.
*
По дороге я с Кирой не пересеклась, но к месту встречи почти бежала. Мне нужно было знать, что происходит, в чем причина такой пустоты голоса.
Все довольно быстро собрались. Причины нашего беспокойства еще не было. Мы стояли спокойно и тихо, нас окружала тоска. Были изредка слышны лишь завывания ветра. Каждый смотрел в поле. Как и вчера, через время показался стремительно приближающийся силуэт. Мы резко оживились и напряглись. Однако это было ни к чему. Нам навстречу радостно бежал Кира, а на лице сияла улыбка.
- Господи, как я рад вас видеть! Большое спасибо, что пришли так скоро!
- Еще бы. Давай к делу. Выкладывай все, да поподробнее.
- Ну, для начала расслабьтесь, я никуда отсюда не уеду.
Усталость как рукой сняло. Все одновременно выдохнули. В моей душе начало появляться чувство надежды. За спиной будто постепенно вырастали крылья. Я была счастлива слышать это.
- О господи, ну неужели! - радостно произнесла Марта.
- Боже, я так перепугалась! - сказали в один голос Алена с Никой.
Алик промолчал, но по нему было видно, что рад он не меньше.
- Все было так, слушайте. Оставим подробности самого суда. Как бы сказать...короче, выяснилось, что у меня есть отец. Не знаю, почему мать вдруг так легко сказала о нем. Возможно, на фоне стресса в ней проснулся материнский инстинкт. Мне сказали, что проверят мужчину, чьи имя и фамилию она назвала, и если выяснится, что он действительно является моим отцом, то меня отправят к нему. Мама также уточнила, что, скорее всего, он все еще не переехал и живет на другом конце поселка. Понимаете, к чему я веду?
- Конечно. С большой вероятностью, ты остаешься. Мы все безмерно рады это слышать, - с воодушевлением прозвучал Алик.
Наши лица расплывались в улыбке. Спокойствие возрастало. Приятное ощущение облегчения колыхалось в груди.
- И где ты сегодня ночуешь? - поинтересовалась Марта.
- Мне сказали, что сегодняшнюю ночь я могу провести дома. Однако если проверка задержится, меня отвезут в участок.
- Славно! Завтра как раз выходной, может, в честь этого устроим ночевку? - воодушевлено предложила Ника.
- Вы как хотите, а я пас, - со вздохом произнес Алик - я слишком устал сегодня. Можем потусить, когда все уже точно уладится.
- Полностью поддерживаю, - сказала я.
- Заманчивое предложение у Алика, с которым я согласен. Я слишком морально и физически вымотан даже чтобы сейчас стоять или разговаривать. Поэтому пойдемте-ка все домой отдыхать.
На этом мы дружно обнялись и попрощались. Порывы радости прошли, и на мои плечи вдруг свалилась неимоверная усталость. Ноги еле поднимались, и я шла очень медленно. Кира тоже не особо торопился домой. Мы тихо брели по тропинке. На просторы поля красиво падал лунный свет. Редкие облака плыли по небу.
Не было сил даже говорить, хотелось поскорей упасть на мягкую кровать и уснуть. Мы дошли до улицы.
- Ну, пока, до встречи, - мягко проговорил мальчик.
- Погоди, я хотела спросить. Почему, когда ты позвонил нам, твой голос звучал так странно?
- "Странно"? То есть?
- Будто ты ничего не чувствовал.
- А, это. Ну, я действительно ничего не чувствовал. Вся эта информация про отца меня напрягала. Мне кажется, что я мог бы жить лучше, если бы все сложилось по-другому.
- Понятно. Ладно, пока. Спокойной ночи.
Мы обнялись и разошлись. На часах было около шести вечера, но по приходе домой я тотчас провалилась в сон.
*
Утро было веселым. Я будто переродилась. Чувство свежести переполняло меня. Не было ни единой причины для беспокойства. С друзьями мы договорились сегодня сходить в кафе. Кира сообщил, что не сможет пойти с нами, но заверил, что будет писать обо всем, что происходит, и что к вечеру все, скорее всего, решится. Мы предложили помочь ему собрать вещи, но он сказал, что их не много, и помощь не требуется.
Настроение поднимала и солнечная погода. Мороз был достаточно сильный, но это наоборот словно украшало день. Снег рассыпался под ногами. Воздух был как никогда свежим и чистым. Иногда был слышен ясный детский смех и музыка. В кафе сегодня тоже было уютно, будто не так, как в обычные дни. Еда казалась ужасно вкусной, а сотрудники невероятно веселыми и приветливыми. Мы обсуждали множество различных тем и много смеялись, в общем, здорово проводили время. Кира тоже переодически писал.
*
Через два дня отцовство подтвердили: он действительно жил на окраине поселка, недалеко от школы, и Кира переехал к нему. По рассказам, сначала отец холодно к нему относился и принимал за чужого, но через время они сдружились. Мальчика больше никто не избивал, но из-за его внезапного переезда мужчина начал пить и часто по пьяне орал на сына и обвинял его в том, что жизнь сложилась именно так и что он еще не сдал его в детский дом только потому, что все еще любит его мать и верит, что у нее остались у нему чувства. Кира никогда не обижался, потому что понимал, что буквально обязан этому человеку тем, что тот дал ему крышу над головой, кормил, одевал и позволяел общаться с друзьями.
Первые несколько недель мне было грустно, что теперь мы не будем ходить вместе в школу и из нее, я не буду вечером сидеть и смотреть в его окно, мы не выйдем на пару минут постоять на улице и поговорить вживую. Но вскоре все успокоилось и стало как прежде. Мы все привыкли к новой жизни и наслаждались ей.
Наступила весна. В этом году она выдалась особенно теплой. Уже в середине марта окончательно растаял снег, появились первые цветы мать-и-мачехи, значительно потеплело. Близились каникулы, мы часто гуляли с ребятами после школы и по выходным веселились в городе. Кира был с нами. Отец давал ему немного карманных денег, что облегчало нам всем жизнь, ведь больше не приходилось скидываться. Я не жалуюсь на это, но, согласитесь, проще, когда все платят за себя, и вы не напрягаете вашего друга своей помощью. Кира тоже изменился. С избавлением от вечной тирании и избиений он наконец полностью открылся и похорошел: шутил, веселился с нами, делился всем, что у него на душе и помогал нам.