Глава 5: цена чистоты

Лабораторный секторного комплекса находился глубоко под фундаментом жилых блоков. Здесь не было окон, а воздух, прогнанный через десятки фильтров, казался стерильным и безвкусным. Кае исполнилось двенадцать — возраст, когда кадетов перестают пугать сказками и начинают показывать им реальность. Их больше не учили стрелять по картонным мишеням. Сегодня мишень была живой.

В центре аудитории, за шестислойным армированным стеклом, находилось нечто, скрытое тяжелым брезентом. Вокруг клетки суетились сотрудники феникса в своих белых защитных костюмах, проверяя датчики давления и уровень подачи транквилизатора.

— Сегодняшний урок — введение в прикладную биологию и био-защиту, — голос инструктора из Фениксов по позывному звучал сухо и монотонно. — Вы изучили классификацию. Теперь вы увидите объект.

Она нажала кнопку на пульте. Брезент с тихим шорохом соскользнул вниз.

В центре зала, за шестислойным армированным стеклом, находилась тварь, от одного вида которой волосы вставали дыбом. Гончая. Её безволосое тело было покрыто плотной, серой кожей. Длинная, вытянутая морда с десятками острых зубов в беззубом оскале. Когти на лапах были словно обломки кинжалов. Она металась по клетке, издавая рычащие, хриплые звуки и её глаза, светящиеся в полумраке, несли в себе первобытную, неукротимую ярость.

— Класс «Падальщики», — голос инструктора был сухим и отстраненным. — Гончие. Их нюх феноменален, они могут учуять запах пота или крови на дистанции до двух километров. Охотятся стаями.

Кая стояла в первом ряду, внимательно наблюдая. Рядом с ней Никс нервно сжимала кулаки, её тело было напряжено — она, должно быть, слышала каждый шорох и каждый вздох твари. Девятый сидел, склонив голову, и методично рисовал в своем планшете схемы уязвимостей.

— Сегодняшний урок — реакция на внезапное нападение. Мы сымитируем прорыв, чтобы вы научились действовать в стрессовой ситуации, — произнесла подошедшая к группе Пульс. — Защитные барьеры будут отключены. Гончая получит минимальную дозу стимулятора.

В этот момент в лаборатории мигнул свет. Старый генератор сектора, что питался аварийно, не выдержал нагрузки и выдал скачок напряжения. Охранная система дала сбой и вместо имитации, случилось нечто реальное.

Замки на клетке Гончей с оглушительным щелчком распахнулись. 

Тварь, словно выпущенная пружина, рванулась из клетки. Её рычание наполнило зал. Первым делом она кинулась не на инструктора, а на ближайшую группу кадетов — туда, где стояла Кая.

— Прорыв! — закричала Пульс, выхватывая пистолет. — Код красный!

Гончая была невероятно быстра. Кая едва успела оттолкнуть Никс, которая от испуга застыла на месте. Мутант пронесся мимо Девятого, который пытался выхватить учебный нож, и его когтистая лапа рассекла ему предплечье.

Кая увидела, как тварь разворачивается, чтобы закончить начатое. Её целью была она. Она почувствовала неимоверный животный страх.

Раздался выстрел. Пульс попала Гончей в плечо, но это лишь разозлило тварь. Она прыгнула.

Кая инстинктивно вскинула руку, пытаясь оттолкнуть мутанта. Когти Гончей полоснули по её предплечью, разрывая ткань формы и впиваясь в плоть. Боль была острой, жгучей, но самой страшной была не она, а ледяной холод, который начал распространяться от раны.

Кровь на руке мгновенно потемнела, приобретая жуткий синеватый оттенок. Она видела, как плоть вокруг раны начинает пульсировать, словно что-то чужое пыталось прорасти в её теле.

— Контакт! Заражение! — крикнул кто-то из кадетов.

Кая рухнула на пол, глядя, как её рука медленно покрывается странной, чужеродной рябью. Это было оно. Прибор инородно пискнул. Это был конец.

— Блокатор! Живо! — скомандовала Пульс.

Инструктор подскочила к Кае, сорвала с её пояса индивидуальный инжектор. Щелчок — и длинная игла вошла прямо в бедро Каи.

Эффект был мгновенным и страшным. Каю выгнуло дугой. Ей показалось, что в кровь залили расплавленный свинец. Сердце сделало безумный кувырок и замерло, а затем пустилось в бешеный галоп. Синяя пульсация на ране остановилась, словно наткнувшись на невидимую стену. Черная кровь свернулась, а жуткое оцепенение сменилось тупой, всепоглощающей болью.

Через минуту всё было кончено. Гончую расстреляли подоспевшие чистильщики, превратив её в дымящуюся кучу мяса.

Кая лежала на полу, тяжело дыша. Рядом на корточках сидел Ян. Его взгляд был тяжелым и мрачным. 

Пульс, чье лицо оставалось непроницаемым, рывком подняла девушку с пола. — Семерка, за мной. В процедурный блок. Остальные — к инструктору Кремню на дезинфекцию. Живо!

Они шли по стерильным коридорам медицинского крыла. Кая чувствовала, как внутри неё всё горит. Место инъекции пульсировало, а мысли путались: страх перед мутацией сменился странным, искусственным спокойствием, которое принес препарат.

Пульс завела её в небольшую смотровую, захлопнула бронированную дверь и повернула замок. Шипение вакуумного уплотнителя отрезало их от внешнего мира. Здесь было тихо. Слишком тихо.

— Садись, — приказала Пульс, указывая на стальное кресло.

Она достала сканер, похожий на тот, которым военные проверяли Каю в день смерти её родителей, и начала медленно водить им вдоль рваной раны на предплечье. Кая затаила дыхание, ожидая увидеть синее свечение мутации. Но экран оставался чистым.

— Тебе повезло, — негромко произнесла Пульс, откладывая прибор. — Блокатор сработал идеально. Он выжег вирус на корню, прежде чем тот успел интегрироваться в твою нервную систему. Ты чиста, а твоя ДНК не повреждена.

Девушка наклонилась ближе.

— Послушай меня, — Пульс заговорила тише, убедившись, что микрофоны внутренней связи отключены. — В лагере много говорят о дисциплине и чести, но реальность проще. Блокатор — это не просто лекарство, это твоя единственная страховка.

Она наложила тугую повязку.

 — Вирус мутирует быстрее, чем мы успеваем обновлять формулы. Сегодня тебе повезло — это была обычная Гончая. Но за стенами есть вещи похуже. Блокатор — это мера предосторожности, без которой ни один кадет не имеет права покидать периметр. Но он работает только тогда, когда ты вводишь его сразу. Секунда промедления — и ты станешь объектом для изучения на следующем уроке.

Кая подняла на неё глаза. — Значит, мы все здесь.. просто ждем момента, когда нам придется его использовать?

— Мы все здесь готовимся к тому, чтобы этот момент не стал последним, — отрезала Пульс. — Ты прошла боевое крещение. Это больно, это страшно, но теперь ты знаешь вкус реальности. Иди к своим. И запомни: в «Цербере» выживает не самый сильный, а самый осторожный. Совсем скоро вам начнут выдавать вашу ежемесячную дозу, она должна быть всегда на готове. И это не просьба, это приказ.

Когда Кая вышла в коридор, её ждали несколько людей, среди которых она увидела знакомых товарищепй. Ян внимательно осмотрел её забинтованную руку, а Никс выглядела так, будто это её только что покусала тварь.

— Ты как? — спросил Ян. Его голос был спокойным, но в глазах читалось непривычное напряжение. — Чиста, — ответила Кая, поправляя рукав. — Блокатор сработал.

— Это хорошо, — кивнул Девятка. — Значит, ты всё еще в строю. Нам нельзя терять людей перед распределением.

Никс подошла ближе и почти коснулась повязки Каи. — Я слышала, как тварь кричала, когда игла вошла в тебя, — прошептала она. — Страшный звук. Как будто что-то внутри неё знало, что проиграло.

Кая промолчала. Она чувствовала тяжесть иньектора на своем поясе. Теперь это был не просто обязательный элемент экипировки. Это была тонкая грань между ней и тем чудовищем, чья кровь всё еще пятнала пол лаборатории.