9 глава - жена.

Ханна проснулась с тяжестью в голове — будто кто-то вложил туда камень. Боль была острая, но привычная, и она не придала ей особого значения. Открыв глаза, сразу поняла, что не дома: уют, знакомый запах кофе и вишни... Тот самый запах, который она уже чувствовала здесь раньше. Значит, это квартира Ким.

Она поднялась с кровати и направилась на кухню. Там было пусто. Заварив себе кофе, Ханна вернулась в комнату, открыла шкаф Ким, выбрала что-то мягкое и удобное — её одежда всегда была будто обнимала — и переоделась.

С чашкой в руках она пролистала соцсети, где уже вовсю обсуждали беременность Миланы. Мир жил своей жизнью, будто не замечая, как у Ханны всё внутри сжималось и путалось в клубок.

Послышался звук открывающейся двери. Ханна даже не обернулась — она знала, что это Ким. Поставив чашку на стол, она вышла в прихожую.

— Доброе утро, Слит, — улыбнулась Ким.

— Доброе, Ким... Ты уже куда-то съездила?

— К твоему отцу, — просто ответила она, и они пошли на кухню.

— И что там?

— Спросил, знаю ли я что-нибудь о фамилии, — Ким пожала плечами. — Я сказала, что нет. Он... волнуется о тебе.

Ханна отвела взгляд. Слова о беспокойстве отца звучали неправдоподобно. В них не верилось.

— Ты ела? Будешь?

— Буду.

Позавтракав, они ещё немного посидели вместе. Потом Ким пришлось уехать на работу. Она предложила подвезти Ханну домой. Та не переоделась — осталась в одежде Ким. Им было хорошо вместе. В голове ещё пульсировала боль, но улыбка не сходила с лица. Даже после вчерашнего — особенно после вчерашнего поцелуя — день казался тёплым, живым. Она чувствовала вкус губ Ким, и он не отпускал. Это было неправильно: у неё есть парень, а Ким — подруга. Девочка. Но Ким целовала иначе. По-настоящему. По любви.

Она поднималась по лестнице, как вдруг встретила своего парня, который как раз спускался вниз.

— Милая, ты где была ночью?

— У Ким ночевала. А ты куда?

— Ким... — тихо пробормотал он. — На собеседование. Кажется, нашёл работу.

— Правда? Поздравляю. Надеюсь, тебя возьмут.

— Спасибо, — он поцеловал её. Обычный поцелуй. Тепла в нём не было: ни вспышки, ни дрожи внутри. Ничего похожего на то, что она чувствовала с Ким. Он ушёл, а Ханна осталась на месте, всё ещё ощущая этот поцелуй — не тот, который был, а тот, которого не хватало.

Вернувшись домой, она рухнула в постель и почти сразу уснула. Её разбудили настойчивые звонки в дверь. Звонки — и стук, громкий, нетерпеливый. Она встала, ещё не до конца проснувшись, и пошла открывать. На пороге стояла девушка — красивая, утончённая, с длинными русыми волосами, пухлыми губами и лёгкими веснушками на лице.

— Здравствуйте... — девушка нервничала, оглядывая Ханну с ног до головы.

— Эм... Здрасьте? — удивлённо отозвалась Ханна.

— Я Дилара.

— Прекрасно, я Ханна. Что-то хотели?

— Я жена Мила.

Тишина. Ханна даже не сразу поняла смысл сказанного.

— Что? Вы, наверное, ошиблись. Мой парень... не женат.

— Женат, — срывающимся голосом сказала та. — У нас сын. Он болеет... — голос дрожал, а в глазах стояли слёзы.

Где-то внутри Ханны что-то оборвалось. Всё стало немым. Воздух потяжелел, как в шторм. Её стошнило бы, если бы она не зажала рот рукой.

— Тише, — шептала Дилара, поддерживая её под локоть и усаживая на узкую тумбу.

— Я не пришла ругаться, — продолжила она. — Просто... моему сыну нужен отец. Я не справляюсь одна. Мне не нужны скандалы... мне нужны лекарства. Деньги. Он обещал...

— Прости. Прости, — прошептала Ханна, не поднимая глаз. — Пожалуйста, уходите. Я... я расстанусь с ним. Простите.

— Только... не делайте с собой ничего, ладно? — тихо сказала Дилара и ушла.

Дверь захлопнулась, а Ханна сползла по ней, рыдая — так громко, как только позволяло сердце. Она отключилась прямо на полу. Очнулась спустя время — не сразу поняла, где находится. Поднялась, умылась. Вода смешивалась со слезами. Сердце всё ещё разрывалось. До сих пор не верилось.

Она дрожащими пальцами набрала номер.

— Кимчик...

— Да, Ханна? Ты там плачешь? — голос Ким стал сразу внимательным. Она всегда знала, когда с Ханной что-то не так.

— Пробей мне Мила.

— Ты же сама не разрешала, — Ким много раз хотела это сделать, но Ханна сказала «нет» и что доверяет ему.

— Просто пробей... прошу.

— Сейчас будет, — отозвалась Ким и скинула трубку.

Через пару минут перезвонила.

— Есть. Жена. Сын. Ребёнок болеет. Жена... красивая вроде по фото.

— Красивая... — глухо повторила Ханна. — Я тебе завтра наберу.

— Ханна... а что ты будешь делать? Может, мне приехать лучше?

— Расстанусь. Не нужно приезжать, — сказала она, скинула, и в этот момент дверь снова открылась. Послышались шаги, и его голос:

— Милая, собеседование прошло не очень. Сказали, подумают...

— А ты уже подумал? — её голос был стеклянным, дрожащим.

— Ты о чём?

— С кем будешь жить? Со мной? Или с женой и сыном?

Он замолчал, а потом пожал плечами.

— Узнала, значит...

— Узнала. Ты сам вещи соберёшь или мне помочь?

— А кто сказал, что я уйду?

Ханна замерла. Она не ожидала оправданий, но не поняла, что он имеет в виду.

— Что?

— У меня сын больной, — продолжил он спокойно. — А без твоих денег я не справлюсь. Я люблю твои деньги.

Мир в глазах Ханны закружился. Она не успела осознать, как всё почернело.

Когда открыла глаза, поняла, что связана. Холод батареи прижимался к спине. Руки затекли, ноги онемели. Паника сдавила горло. Она закричала — но бесполезно: квартира шумоизолирована. Никто не услышит.

В комнату вошёл Мил. Его лицо искажала безумная улыбка.

— Что ты делаешь?! — закричала Ханна. — Зачем?!

— Мне нужны деньги, — спокойно сказал он. — Я позвоню твоему отцу. Или Ким. Кто-нибудь принесёт. И тогда, может быть... я тебя отдам.

— Они не дадут, — прошептала она.

— Дадут. Твой отец присылал деньги даже после ссор. А Ким? Она за тебя в огонь полезет. И Нэнси... пусть и не богата, но ради тебя всё отдаст.

— Отпусти... я дам тебе всё сама...

— Нет. Они дадут больше, — усмехнулся он и вышел, оставив её одну — связанную, запертую.

Слёзы бежали сами. Паника сдавила грудь. И всё, что она могла — это кричать в пустоту, надеясь, что кто-то всё-таки услышит. Придёт.