Глава 24.

     Я смут­но пом­ню, что про­изош­ло. Ме­ня как-буд­то бы от­клю­чили, мой ра­зум на­ходил­ся в сос­то­янии глу­бокой ко­мы и лишь иног­да про­сыпал­ся, да­вая о се­бе знать, что­бы ник­то не за­был о его су­щес­тво­вании. Вот я в во­де, а вот уже на по­вер­хнос­ти, оч­ну­лась от то­го, что кто-то кос­нулся мо­их губ сво­ими. Я рез­ко уку­сила это­го че­лове­ка и на­чала в ярос­ти раз­ма­хивать но­жом. До ме­ня по­том дош­ло, что мне де­лали ис­кусс­твен­ное ды­хание (по край­ней ме­ре, пы­тались), то есть вро­де как спа­сали, да толь­ко мне бы­ло не до то­го. Удар по го­лове, и вновь в мо­ей го­лове ту­ман. Я от­кры­ла гла­за в стран­ном тем­ном по­меще­нии, ме­ня, ка­жет­ся, ок­ру­жали де­сят­ки во­ору­жен­ных лю­дей. Мне за­дава­ли ка­кие-то воп­ро­сы, а я прос­то сме­ялась. Мне от­че­го-то бы­ло смеш­но. А я уже не пом­ню, от­че­го. Смех прос­то рас­пи­рал ме­ня из­нутри, я не мог­ла ос­та­новить­ся. Ме­ня под­хва­тили чьи-то ру­ки и по­волок­ли к стен­ду с рос­то­мером, су­нув в ру­ки ка­кую-то таб­личку. Я вздрог­ну­ла, уви­дев яр­кую вспыш­ку све­та. А я и не за­мети­ла фо­то­ап­па­рата… И за­чем ме­ня фо­тог­ра­фиру­ют? Я же, мяг­ко го­воря, не в фор­ме… Ме­ня гру­бо по­пыта­лись от­та­щить в сто­рону. Мне это не пон­ра­вилось. Я си­лой выр­ва­лась и по­бежа­ла по ко­ридо­ру, не по­нимая, ку­да мне ид­ти, где я во­об­ще на­хожусь. Ка­кие-то лю­ди вок­руг ме­ня, чьи-то кри­ки, дру­гие не­понят­ные зву­ки… Ме­ня по­вали­ли на пол и что-то вко­лоли, я по­чувс­тво­вала неп­ри­ят­ное ощу­щение, смут­но мне зна­комое — я тер­петь не мог­ла уко­лы. Сно­ва пе­ред мо­ими гла­зами встал ту­ман…
      Я оч­ну­лась в же­лез­ной клет­ке. Да, я сра­зу по­няла, где я на­хожусь, как толь­ко я от­кры­ла гла­за, то уви­дела прутья, слу­жив­шие сте­нами и по­тол­ком. Я мед­ленно под­ня­лась с по­ла, чуть по­шаты­ва­ясь. Го­лова у ме­ня кру­жилась, я, ви­димо, еще не отош­ла от снот­ворно­го до кон­ца. Я ог­ля­делась по сто­ронам, пы­та­ясь по­нять, где я. На зо­опарк это не по­хоже… По­чему-то я сра­зу по­дума­ла, что я имен­но в зо­опар­ке. А за­чем тог­да ме­ня по­сади­ли в клет­ку? Прис­мотрев­шись, я за­мети­ла, что эта клет­ка на­ходит­ся в зак­ры­том по­меще­нии, вход в ко­торое был ого­рожен дверью, по­хожей на сте­ны из пруть­ев, он стро­го ох­ра­нял­ся те­ми же во­ору­жен­ны­ми людь­ми. До мо­его боль­но­го моз­га дош­ло, где я. В тюрь­ме… Я смут­но при­пом­ни­ла, как я здесь ока­залась. Бэт­мен! Эта прок­ля­тая ле­тучая мышь! Как же я не­нави­дела его в этот мо­мент! Я в ярос­ти под­бе­жала к ре­шет­ке и на­чала тряс­ти ее. В эту же се­кун­ду ме­ня уда­рило то­ком и от­швыр­ну­ло на­зад. Я вновь про­вали­лась в царс­тво бес­па­мятс­тва…
      Сколь­ко прош­ло дней? Два? Три? Быть мо­жет, не­деля? Ме­сяц? А вдруг це­лый год? Я не зна­ла, я по­теря­ла счет. Я про­сыпа­лась и за­сыпа­ла, я не зна­ла, ког­да на­чина­ет­ся или за­кан­чи­ва­ет­ся день, я прос­то су­щес­тво­вала. Я ни­чего не чувс­тво­вала, ни о чем не ду­мала, мне все ка­залось, что это неп­равда, что это дур­ной сон, и все ско­ро за­кон­чится… Сут­ка­ми нап­ро­лет я си­дела в уг­лу сво­ей клет­ки, об­хва­тив ко­лени ру­ками, или ви­села на ве­рев­ках, вы­пол­няя гим­насти­чес­кие трю­ки. Вна­чале я от­ка­зыва­лась от еды, у ме­ня не бы­ло ап­пе­тита, вдо­бавок же­лание жить сов­сем про­пало. Тог­да две­ри от­кры­лись, и ме­ня схва­тили нес­коль­ко че­ловек и по­тащи­ли ку­да-то впе­ред. Я по­пыта­лась соп­ро­тив­лять­ся, но ме­ня ус­ми­рили элек­тро­шоке­рами. Я не от­клю­чилась, но си­лы пол­ностью по­кину­ли ме­ня, я об­мякла в их ру­ках. Ме­ня уса­дили на стул и свя­зали рем­ня­ми, что­бы я не смог­ла по­шеве­лить ни паль­цем. Кра­ем гла­за я за­мети­ла стол, на ко­тором сто­яли стран­ные бан­ки, от ко­торых шли ка­кие-то труб­ки, с чем-то вяз­ким, ро­зово­го, ко­рич­не­вого и бе­лого цве­тов. Мне это очень не пон­ра­вилось, но сбе­жать я не мог­ла, я же обез­дви­жена… Ко мне по­дошел во­ору­жен­ный ох­ранник с до­воль­но-та­ки неп­ри­ят­ной гри­масой на ли­це. «Ес­ли ты от­ка­зыва­ешь­ся от еды, то при­дет­ся кор­мить те­бя на­силь­но, что­бы ты не сдох­ла», — про­из­нес он, зло­рад­но ух­мы­ля­ясь. В этот мо­мент сза­ди ме­ня схва­тили за го­лову, что­бы я не соп­ро­тив­ля­лась, и этот че­ловек су­нул мне в рот ка­кое-то ус­трой­ство, ко­торое си­лой раз­дви­нуло мои че­люс­ти, а за­тем при­со­еди­нил труб­ку. «Ну что, вы­бирай, что те­бе боль­ше нра­вит­ся, — пос­лы­шал­ся ус­ме­ха­ющий­ся го­лос у ме­ня над ухом. — Здесь у нас клуб­ни­ка, ва­ниль и шо­колад. Что, не мо­жешь оп­ре­делить­ся? Тог­да нач­нем с клуб­ни­ки, она все же по­лез­ней». По труб­ке пи­татель­ная ка­шица по­пол­зла мне в рот. Я пы­талась от­пле­вывать­ся и каш­лять, но ни­куда сплю­нуть я не мог­ла, я бы­ла вы­нуж­де­на гло­тать это, пла­ча от уни­жения и злос­ти. И так пов­то­рялось изо дня в день, бес­ко­неч­но дол­го… Я уже от­ча­ялась, ког­да мне впер­вые при­нес­ли нор­маль­ную еду в ка­меру. Я ни­ког­да не бы­ла так ра­да. К то­му вре­мени я ста­ла бо­лее пос­лушной и ти­хой, уже не ки­далась на ох­ранни­ков. Я не хо­тела ми­рить­ся со сво­им по­ложе­ни­ем, но и сбе­жать я не мог­ла. Что мне еще ос­та­валось де­лать?
      Я зна­ла, что в этой тюрь­ме есть и дру­гие зак­лю­чен­ные, но я их ни­ког­да не ви­дела, нас со­дер­жа­ли в зак­ры­тых друг от дру­га ка­мерах. Лишь кра­ем уха я мог­ла что-то ус­лы­шать о тех бед­ня­гах, ко­торые ока­зались здесь по во­ле слу­чая. Пом­ню, ох­ранник, что му­чал ме­ня, рас­ска­зывал о на­ем­ни­ке Дэд­шо­те, ко­торый ни­ког­да не про­махи­ва­ет­ся. Его, как и ме­ня, за­садил сю­да Бэт­мен, и он на­вер­ня­ка его не­нави­дит так же силь­но, как и я. Дру­гого, ка­жет­ся, зо­вут Убий­ца Крок, ко­торый внеш­не на­поми­на­ет реп­ти­лию, от­ли­ча­ет­ся край­ней жес­то­костью и зна­менит слу­ча­ями кан­ни­бализ­ма. Брр, ну и па­рень, я б от та­кого по­даль­ше б дер­жа­лась… В треть­его, ес­ли я пра­виль­но рас­слы­шала, еще в мла­ден­чес­тве все­лил­ся дь­явол, и он по­лучил спо­соб­ность уп­равлять ог­нем, но его си­ла рос­ла, ког­да он злил­ся, и су­дя по все­му он сжег за­живо ог­ромное ко­личес­тво че­ловек. Был еще ка­кой-то па­рень…вор, поль­зу­ющий­ся бу­меран­га­ми… И де­вуш­ка, в чь­ем те­ле оби­та­ет дух ведь­мы… Ну и кол­лектив, я ска­жу вам. Я слиш­ком блед­но выг­ля­жу на их фо­не. Хо­тя мне, ес­ли чес­тно, бы­ло все рав­но. Я хо­тела лишь од­но­го: выб­рать­ся от­сю­да. Но как? И за­чем? Я свер­ну­лась ка­лачи­ком на по­лу. Я ведь зна­ла, что не нуж­на ему…что он ра­ду­ет­ся мо­ему ис­чезно­вению, он ведь сам бро­сил ме­ня на про­из­вол судь­бы… Луч­ше б он убил ме­ня, чем зас­та­вил ме­ня пе­режи­вать все это! «Пу­динг, по­жалуй­ста, спа­си ме­ня! — с пла­чем ду­мала я. — Вспом­ни ме­ня хоть раз…по­моги мне…вы­тащи ме­ня от­сю­да, про­шу!»
      Мне ка­залось, что прош­ла це­лая веч­ность. Но ми­нули все­го лишь три ме­сяца. Я уз­на­ла об этом из раз­го­вора ох­ранни­ков. «Эта бе­шеная сколь­ко здесь уже тор­чит?» «Не­дель две­над­цать. То бишь, тре­тий ме­сяц по­шел с тех пор, как Бэт­мен ее сю­да дос­та­вил. И за­чем она пот­ре­бова­лась У­ол­лер?» «Я не знаю, за­чем тут весь этот зве­ринец, но го­ворят, что, мол, из них сде­ла­ют ка­кой-то от­ряд для пра­витель­ствен­ных опе­раций…» У­ол­лер. Я пос­то­ян­но слы­шу эту фа­милию. Я сра­зу до­гада­лась, что это их босс. Я по­пыта­лась ра­зуз­нать что-ни­будь еще, но это бы­ло прак­ти­чес­ки бес­по­лез­но. Все, что уда­лось мне уз­нать, — это то, что это жен­щи­на по име­ни Аман­да У­ол­лер, слу­жащая аген­том раз­ведки, и по ка­ким-то при­чинам она соб­ра­ла «са­мых опас­ных прес­тупни­ков пла­неты», что­бы сде­лать из них не­кий от­ряд «Икс». Ме­ня поль­сти­ло то, что ме­ня счи­та­ют чуть ли не опас­ней­шим че­лове­ком на Зем­ле, это бы­ло за­бав­но, мне сто­ило лишь па­ру ме­сяцев по­быть по­мощ­ни­цей Джо­кера. Кем же они тог­да его счи­та­ют? Уж не дь­яво­лом ли во пло­ти? Я улы­балась про се­бя, сви­сая с ве­ревок и кри­вя смеш­ные ро­жицы ох­ранни­кам. Они ведь дей­стви­тель­но бо­ят­ся близ­ко под­хо­дить ко мне! И пра­виль­но де­ла­ют, я уже дав­но хо­чу выр­вать у них киш­ки за­живо…
      В один день все из­ме­нилось. Ког­да я прос­ну­лась, то ус­лы­шала стран­ное ожив­ле­ние в ко­ридо­ре. Во­ору­жен­ные лю­ди от­кры­ли дверь в мою ка­меру и, схва­тив ме­ня под ру­ки, по­волок­ли ку­да-то впе­ред. То же са­мое сде­лали и с дру­гими уз­ни­ками. Нас всех по­сади­ли в крес­ла-ка­тал­ки и прис­тегну­ли рем­ня­ми, что­бы не сбе­жали. Ве­рени­цей нас дос­та­вили к че­лове­ку в бе­лом ха­лате и с пер­чатка­ми на ру­ках, по­хоже­го на док­то­ра, толь­ко вот на ка­кого-то ус­тра­ша­юще­го, буд­то го­товя­щего­ся от­пра­вить нас на пыт­ки. Я сме­ялась, гля­дя на ли­ца ох­ранни­ков, на ме­ня по­чему-то на­шел оче­ред­ной прис­туп ве­селья. Прав­да, мне бы­ло не так смеш­но, ког­да к мо­ей шее прис­та­вили что-то от­да­лен­но по­хожее на пис­то­лет и вве­ли ка­кую-то ма­лень­кую ам­пу­лу. Бы­ло до­воль­но-та­ки боль­но, но боль дли­лась все­го лишь па­ру се­кунд. Я не ус­пе­ла по­нять, что про­изош­ло, как нас уже по­вез­ли ку­да-то даль­ше. Что слу­чилось? Что с на­ми хо­тят сде­лать?
      Яр­кий сол­нечный свет на мгно­вение ос­ле­пил ме­ня, и я заж­му­рилась. От­крыв гла­за, я смог­ла ос­мотреть­ся по сто­ронам нас­толь­ко, нас­коль­ко это поз­во­лял мне сде­лать ре­мень. Нас ок­ру­жал це­лый от­ряд сол­дат с ав­то­мата­ми на­гото­ве. Все ку­да-то бе­жали, кри­чали, ру­гались… Та­кого ожив­ле­ния дав­но не бы­ло. Ви­дать, про­изош­ло неч­то не очень хо­рошее. Но мне вдруг да­ли сво­боду, при­казав встать и ид­ти впе­ред. Я с лег­костью вы­пор­хну­ла из сво­его крес­ла и, улы­ба­ясь, по­маха­ла ру­кой всем при­сутс­тву­ющим со сло­вами: «При­вет, маль­чи­ки!» Не все бы­ли до­воль­ны сво­им ос­во­бож­де­ни­ем. Тем­но­кожий па­рень, что был по со­седс­тву со мной, тот­час же дал в мор­ду од­но­му из ох­ранни­ков. Дру­гой, что сто­ял ря­дом, так и вов­се на­чал бить всех нап­ра­во и на­лево, «вы­пус­кая пар». Что ж, я их по­нимаю, я са­ма очень хо­чу так сде­лать. «А? Что? — гром­ко спро­сила я, хо­хоча. — Убить всех и убе­жать?» Сол­да­ты рез­ко по­вер­ну­лись ко мне. «Ах, го­лоса в мо­ей го­лове, — улыб­ну­лась я. — Ха-ха-ха, да шу­чу я, — я мах­ну­ла ру­кой. — Они не это ска­зали», — хит­рая ух­мылка. Дей­стви­тель­но, ре­чи о по­беге не бы­ло, а об убий­стве — хоть сто. Вот при­кати­ли то­го са­мого Убий­цу Кро­ка, ко­торо­го я смут­но уз­на­ла. Ког­да-то я ви­дела его в Ар­кхе­ме, но уже и по­забы­ла, кто он и как выг­ля­дит… Со­бытия прош­лой мо­ей жиз­ни буд­то бы стер­лись из мо­ей па­мяти и лишь от­да­лен­но на­поми­нали о се­бе. И толь­ко сей­час я рез­ко вспом­ни­ла его. Ви­димо, он сбе­жал вско­ре пос­ле по­бега Джо­кера. На его ли­це был на­мор­дник, что го­вори­ло о том, что да­же в свя­зан­ном сос­то­янии он пред­став­ля­ет уг­ро­зу. Еще од­но­го че­лове­ка при­вез­ли в ори­гиналь­ной цис­терне с во­дой. Гм, на­вер­ное это тот са­мый «го­рячий па­рень», весь в та­ту­иров­ках. Да, ну и ком­па­ния, я не зна­ла, бо­ять­ся мне или сме­ять­ся. По­ка что я дей­ство­вала по вто­рому пла­ну. На ме­ня оша­раше­но гля­дели прак­ти­чес­ки все, кто ок­ру­жал ме­ня. Ну и пусть. За­то мне ве­село.
Впе­ред вы­шел один из сол­дат, ко­торый, су­дя по все­му, выс­ту­пал за глав­но­го. Он су­рово ог­ля­дел нас.
— Я пол­ковник Рик Флаг, воз­глав­ля­ющий От­ряд «Икс», — про­из­нес он. — Сра­зу же пре­дуп­реждаю, что пов­то­рять дваж­ды ни­чего не бу­ду. Вас всех соб­ра­ли здесь, что­бы вы при­няли учас­тие в мис­сии по спа­сению ми­ра, в хо­де ко­торой вы ско­рее все­го по­гиб­ни­те.
      Что? По­гиб­нем? Он ска­зал, мы по­гиб­нем? Так вот за­чем мы здесь? Нас ис­поль­зу­ют в ка­чес­тве эда­кого пу­шеч­но­го мя­са? Мы вы­пол­ня­ем всю гряз­ную ра­боту, и наг­ра­дой нам пос­лу­жит лишь смерть? Как-буд­то мы свиньи, за­готов­ленные на убой. Я знаю, что еще не­дав­но не хо­тела жить, но сей­час я по­няла, как не хо­чу уми­рать! Я слиш­ком ма­ло ус­пе­ла сде­лать в этой жиз­ни! И я не поз­во­лю так об­ра­щать­ся со мной, слов­но я…я…иг­рушка?! Нет, на это име­ет пра­во толь­ко и толь­ко мис­тер Джей. Лишь ему ре­шать, убить ме­ня или нет. Ах, Пу­динг, по­чему ты бро­сил ме­ня на про­из­вол судь­бы?! Пог­ля­ди, в ка­кой я си­ту­ации! Я по­гиб­ну, ес­ли ты не спа­сешь ме­ня! Не­уже­ли ты хо­чешь мо­ей смер­ти?! Не­уже­ли те­бе дей­стви­тель­но пле­вать на ме­ня?!

***

      Три ме­сяца спо­кой­ствия. Как же он ждал их. Три ме­сяца аб­со­лют­но­го кон­тро­ля над са­мим со­бой и сво­ими людь­ми. Ник­то боль­ше не дей­ству­ет на нер­вы, ник­то не раз­дра­жа­ет од­ним сво­им при­сутс­тви­ем, ник­то не ме­ша­ет­ся под но­гами, ник­то не хи­хика­ет и не пла­чет… Сплош­ная гар­мо­ния и уми­рот­во­рение. Рай для ду­ши и те­ла. На­конец-то Джо­кер мо­жет стать пол­но­цен­ным Джо­кером. Ко­роль Го­тэм-си­ти. Ему не нуж­на ка­кая-то дев­чонка в ка­чес­тве пра­вой ру­ки. Она ста­ла лишь обу­зой для не­го. Он был вы­нуж­ден приз­нать, что со­вер­шил ошиб­ку, заб­рав ее из Ар­кхе­ма. На­до бы­ло еще тог­да ее убить. Мо­роки бы­ло б мень­ше. Но Хар­ли Квинн те­перь с ним нет, и все вновь ста­ло хо­рошо. Этот мо­мент из сво­ей би­ог­ра­фии он пос­та­ра­ет­ся вы­чер­кнуть. Или ду­мать обо всем про­изо­шед­шем, как, нап­ри­мер, о дур­ном сне. Глав­ное, что те­перь все прос­то за­меча­тель­но!
      Те­перь сколь­ко угод­но мож­но за­нимать­ся лю­бимы­ми де­лами. Иг­рать на ро­яле ча­сы нап­ро­лет? Да по­жалуй­ста! Ог­ра­бить ма­газин­чик? Впе­ред! Ус­тро­ить пог­ром в мэ­рии го­рода сме­ха ра­ди? Толь­ко при­ветс­тву­ет­ся! Он ве­селил­ся по пол­ной. Еще бы, ведь ник­то ему боль­ше не бу­дет ме­шать! Ра­зум его прос­нулся от спяч­ки. Он мог раз­ра­баты­вать пла­ны, стро­ить коз­ни, се­ять ха­ос и раз­ру­шения, его не по­кида­ло вдох­но­вение! Вот оно, нас­то­ящее счастье! Жизнь без Хар­ли Квинн бы­ла не­веро­ят­но за­меча­тель­на! Ка­ким же он был иди­отом, что не сде­лал это­го рань­ше! Это же дей­стви­тель­но рай­ское бла­женс­тво!
      А бит­вы с Бэт­ме­ном! Ка­кие бит­вы! Дав­но он так не раз­вле­кал­ся! Поч­ти каж­дый день они встре­чались на по­ле, поч­ти каж­дый день дра­лись не на жизнь, а на смерть. Джо­кер пос­то­ян­но изоб­ре­тал пла­ны как мож­но чу­довищ­нее и изощ­реннее, что­бы глу­пыш вел­ся на них и при­ходил его ос­та­новить. Джо­керу нра­вилось смот­реть на его ли­цо в тот мо­мент, ког­да он за­яв­лял, ди­ко хо­хоча: «Я по­шутил, Бэт­си! Чуд­но, прав­да? О, как же мы сей­час по­весе­лим­ся с то­бой!» Бэт­мен бе­сил­ся пу­ще преж­не­го, он ведь по­нимал, что его об­ма­ныва­ют, знал, что все не по-нас­то­яще­му, но он так хо­тел отом­стить за Джей­со­на Тод­да, что рас­су­док его яв­но слег­ка по­мутил­ся. А да­лее сле­дова­ло то, что Джо­кер так обо­жал. Уда­ры, кровь, ра­ны, треск, хруст, зву­ки па­дения! Одеж­да и ко­жа клочь­ями ле­тели в раз­ные сто­роны! Пыль сто­яла стол­бом! Джо­кер поч­ти всег­да про­иг­ры­вал в сра­жени­ях, да по­беда и не нуж­на бы­ла ему, ему прос­то хо­телось по­весе­лить­ся. А ког­да он чувс­тво­вал, что Бэтс вот-вот одер­жит верх, он эф­фек­тно ис­че­зал. А за­тем с хо­хотам вспо­минал оче­ред­ное по сче­ту их сра­жение…
      Од­на­ко за­тем на­чались и проб­ле­мы. Ес­ли в жиз­ни все слиш­ком хо­рошо, то неп­ре­мен­но слу­чит­ся что-ни­будь, что рез­ко ис­портит те­бе нас­тро­ение. Все на­чалось с ма­лого. Джо­кер наз­на­чил То­ма, как са­мого вер­но­го и пре­дан­но­го ему че­лове­ка, сво­ей эда­кой пра­вой ру­кой, что­бы тот по­могал ему во все­воз­можных де­лах. И сра­зу же на по­вер­хность вы­лез­ли все ми­нусы это­го наз­на­чения. Во-пер­вых, То­мас был боль­шим за­нудой. Все раз­мышлял о том, как мож­но пос­ту­пать, а как не­жела­тель­но… Ску­коти­ща выс­лу­шивать его но­тации! Но это бы­ло толь­ко пол­бе­ды. Том со­вер­шенно не умел шу­тить. Он был слиш­ком серь­езен и не по­нимал ничь­их шу­ток. Джо­кера это очень зли­ло. Он, зна­чит, ста­рал­ся, со­чинял, при­думы­вал, как пра­виль­нее ска­зать, а тот да­же не улыб­нулся! Не бес­пре­дел ли? Хар­ли Квинн дав­но б за­лилась гром­ким хо­хотом, ед­ва не па­дая со сту­ла и вы­тирая гла­за! И все же са­мым глав­ным ми­нусом бы­ло то, что Том­ми был слиш­ком…добр? Нет, он, ко­неч­но, уби­вал, но де­лал это быс­тро, что­бы его жер­твы не му­чились. И все его пыт­ки ог­ра­ничи­вались лишь ба­наль­ным «Ну, да­вай­те сож­жем за­живо, ес­ли вы так хо­тите пы­тать его. Ну, или зас­та­вим вы­пить рас­плав­ленное же­лезо…» Ску-ко-ти-ща! Ба­наль­щи­на! Пыт­ки сред­не­вековья?! Он серь­ез­но?! Как ори­гиналь­но! К то­му же жер­тва уми­ра­ет слиш­ком быс­тро. Нет, ну, что за че­ловек?! Джо­кер в ярос­ти по­думал о Хар­ли Квинн, ко­торая как ник­то дру­гой зна­ла ты­сячи спо­собов изу­вечить и из­му­чить. Он впер­вые по­жалел, что ее нет ря­дом. И за этой его не­ос­то­рож­ной мыслью пос­ле­дова­ла ве­рени­ца со­бытий, ко­торых он ни­как не мог ожи­дать.
      Пос­ле оче­ред­но­го ус­пешно­го де­ла Джо­кер ре­шил рас­сла­бить­ся и заг­ля­нуть в собс­твен­ный ноч­ной клуб, где его уже ожи­дали «ноч­ные ль­ви­цы». Он ре­шил, что без них его за­веде­ние ни­как не обой­дет­ся, это все-та­ки не ка­кая-ни­будь де­шевая за­бега­лов­ка. Де­вицы бла­жен­но улыб­ну­лись ему, по­мани­вая паль­ца­ми. «Ко­торая из нас на сей раз, м? — иг­ри­во спра­шива­ли они. — Или сра­зу нес­коль­ко?» «Нет-нет, се­год­ня как обыч­но. Зна­ете, как зло­дей­ство утом­ля­ет», — фыр­кнул Джо­кер. «Тог­да вы­бирай­те, ва­ше ве­личес­тво», — так же улы­ба­ясь, про­из­несли они. Он быс­тро ос­мотрел их и ука­зал на ве­селую блон­динку, еще в са­мом на­чале ему приг­ля­дев­шу­юся. Бу­дет с кем пос­ме­ять­ся и при­ят­но про­вес­ти вре­мя! Од­на­ко…од­на­ко тут на­чались проб­ле­мы. Вна­чале он, как обыч­но, раз­легся на кро­вати, поз­во­ляя де­вице за­нять­ся сво­ей ра­ботой, но ког­да она приб­ли­зилась к его ли­цу и улыб­ну­лась ему… «Хар­ли? — не по­думав, бряк­нул он, при­под­ни­ма­ясь. — Ты?!» «В смыс­ле? — де­вуш­ка вып­ря­милась. — Ми­лый, ты что-то сов­сем ус­тал. Я Хан­на. Впро­чем, это не име­ет зна­чения…» Ее сходс­тво с Хар­ли Квинн пос­те­пен­но убы­вало, но Джо­керу все же бы­ло не по се­бе. По­чему ему по­каза­лось, что это она? Эта де­вуш­ка ведь толь­ко во­лоса­ми слег­ка по­хожа…ну, и цве­том глаз, по­жалуй… «А ты, ча­сом, не по­тому ли выб­рал ее? — не вов­ре­мя прос­нулся го­лосок в его го­лове. — А вдруг те­бе хо­телось бы, что­бы это ока­залась Хар­ли Квинн? Ты ведь не мо­жешь за­быть, как вы ве­село про­води­ли с ней вре­мя. И как по­том бы­ло слож­но уби­рать пог­ром в ком­на­те…» «Ты это кон­чай лезть в мою лич­ную жизнь, — по­думал Джо­кер. — Все, ее боль­ше нет! Ура и ал­ли­луйя! Не пор­ти мне идил­лию!» «Как зна­ешь…од­на­ко ты ведь не за­был, как од­нажды она уби­ла всех прос­ти­туток в тво­ей спаль­не? И как по­том вы за­нима­лись этим, бу­дучи все в кро­ви, сре­ди тру­пов? Это бы­ло не­забы­ва­емо. И сер­дце прос­ти­тут­ки, что вы­реза­ла эта дев­чонка, бы­ло весь­ма ори­гиналь­ным под­но­шени­ем». «Боль­ная на всю го­лову влюб­ленная ду­роч­ка. Что с нее взять? Со­вер­шенно не со­об­ра­жала, что де­ла­ет». «Кто бы го­ворил, мой до­рогой. Те­бе на­пом­нить, как ты не мог от­пустить ее?» «Не смей…» «Ког­да она це­лова­ла те­бя, ты соп­ро­тив­лялся ско­рее из-за при­личия. Ты ведь со­вер­шенно не по­нимал, что ты де­ла­ешь. И ты еще на­гова­рива­ешь на Хар­ли?» «Не смей на­зывать ее прос­то Хар­ли, она не­дос­той­на это­го!» «Ка­кие мы сер­ди­тые. Ты мо­жешь вы­кинуть это из го­ловы, твое пра­во, но гу­бы-то твои за­пом­нят и не за­будут. А ру­ки? Пом­нишь, ка­кие ее во­лосы на ощупь?» «Прек­ра­ти эту ва­ниль­ную че­пуху! За­мол­чи, за­мол­чи!» — он схва­тил­ся ру­ками за го­лову, мо­тая ей из сто­роны в сто­рону. Хан­на с удив­ле­ни­ем пог­ля­дела на не­го, но ее слов он не слы­шал. «Ты ведь все пом­нишь, прос­то ста­ра­ешь­ся за­быть. Ты мо­жешь быть сколь­ко угод­но ве­личай­шим зло­де­ем де­сяти­летия или да­же сто­летия, но да­же те­бе не ус­то­ять пе­ред че­лове­чес­ки­ми сла­бос­тя­ми. Приз­най­ся, ты при­вязал­ся к Хар­ли Квинн». «Я НЕ ПРИ­ВЯЗАЛ­СЯ К НЕЙ!» — он не за­метил, как ска­зал это вслух. Бо­лее то­го, он да­же зак­ри­чал это, зас­та­вив Хан­ну ис­пу­гать­ся и от­ско­чить в сто­рону. Она по­пыта­лась по­ин­те­ресо­вать­ся, в чем де­ло, но он уже вско­чил с пос­те­ли и одел­ся. Чер­тов го­лос стран­но­го су­щес­тва по име­ни Со­весть Ве­лико­леп­ная ис­портил ему все удо­воль­ствие. Он на мгно­вение по­думал, а не убить ли ему Хан­ну, что­бы хоть как-то раз­ве­селить се­бя, но нет, его ру­ка от­ка­залась дос­та­вать нож или пис­то­лет. Он вы­ругал­ся и спеш­но по­кинул ком­на­ту.
      Он был не­веро­ят­но зол, нет, взбе­шен. При­вязать­ся к жи­вому су­щес­тву? Ну уж нет, боль­ше он та­кой ошиб­ки не со­вер­шит. Он был тог­да слиш­ком мо­лод и глуп… Но ку­пание в ча­ном с кис­ло­той от­кры­ло ему прав­ду на мир. Ему чуж­ды все про­яв­ле­ния доб­ро­ты, он не был спо­собен на что-то хо­рошее. Ему ник­то не ну­жен был, он был го­тов за­щищать и за­ботить­ся лишь о са­мом се­бе. Хар­ли Квинн прос­то слиш­ком дол­го мо­золи­ла ему гла­за, ни­чего боль­ше­го. Он при­вык к ее на­зой­ли­вому об­щес­тву. Ни­чего, ско­ро все сно­ва ста­нет преж­ним. Он глу­боко вздох­нул и на­чал с во­оду­шев­ле­ни­ем иг­рать на ро­яле. Од­на­ко тот­час же… «Зна­ешь, она ведь неп­ло­хо ис­полни­ла ту ме­лодию, а? Еще и оду­рачи­ла те­бя, что­бы ты вы­шел из се­бя и пе­рес­тал кон­тро­лиро­вать свои мыс­ли и дей­ствия. Пом­нишь, как она по­ложи­ла те­бе ру­ку на пле­чо? Ха, ты аж под­ско­чил на мес­те! Ой, а как же ты в ро­ли ее учи­теля му­зыки?! Как ты уп­равлял ее кистью и паль­ца­ми…» «Ты опять за свое?! — он уда­рил по кла­вишам. — Уй­ди! Сгинь! По­дох­ни, тварь! Ос­тавь ме­ня в по­кое, дай мне нор­маль­но по­жить! Моя б во­ля, я б те­бя убил са­мым жес­то­ким об­ра­зом, на ко­торый толь­ко спо­собен!» «Ми­лый, я жи­ву в тво­ей го­лове, те­бе от ме­ня ни­куда не деть­ся. Раз­ве что ты убь­ешь се­бя, ха-ха. Ну так что? Все еще иг­ра­ешь в зло­дея выс­ше­го уров­ня? Или все же приз­на­ешь, что да­же ты спо­собен дать сла­бину?» «Не дож­дешь­ся».
      Но да­же во сне ему не да­вали по­коя. Хар­ли Квинн… Ему ни­ког­да не сни­лись сны. Вер­нее, они бы­ли все слиш­ком од­но­об­разны: убий­ство Бэт­ме­на и ус­та­нов­ле­ние сво­ей дик­та­туры на пла­нете. Ску­ка. Ли­бо это, ли­бо их не бы­ло во­об­ще. Но толь­ко не сей­час. Он впер­вые уви­дел ко­го-то дру­гого во сне. Хар­ли Квинн не бы­ла по­хожа на са­му се­бя, не бы­ло этой ее веч­ной ве­селос­ти и сме­ха. По ее ще­кам сте­кали сле­зы, она пос­то­ян­но пов­то­ряла од­ни и те же сло­ва: «По­моги мне. Спа­си ме­ня». Он про­сыпал­ся, пы­та­ясь вы­кинуть это из го­ловы. Чтоб эту дев­чонку! Го­ворил же он се­бе, на­до бы­ло убить ее, и тог­да та­ких проб­лем не воз­никло бы! «Быть мо­жет, те­бе это снит­ся не прос­то так? Быть мо­жет, она и вправ­ду в бе­де?» «И что? Нач­хать». «Ну, как что? Она мо­жет по­гиб­нуть». «И?» «Ты ведь не прос­тишь се­бя, ес­ли она ум­рет. По край­ней ме­ре, не от тво­ей ру­ки». «Пле­вал я на нее и на ее жизнь». «Ми­лый, я не знаю, ко­го ты из се­бя стро­ишь, но у те­бя это яв­но не вы­ходит. Ты ску­ча­ешь по ней». «Ага. Так же, как по мо­ему хо­мяч­ку, ко­торый у ме­ня был, ког­да мне бы­ло пять лет». «Те­бя бе­сит Том не по­тому, что он и вправ­ду так плох, а по­тому, что он — это не она. Слу­шай, кон­чай уже с этим, а? Все, мо­лодец, сыг­рал в пло­хого маль­чи­ка, а те­перь хва­тит. Возь­ми се­бя в ру­ки, тряп­ка, и вер­ни Хар­ли Квинн на­зад. Ина­че ты сов­сем спя­тишь». «Ха, ку­да уж боль­ше-то». «Ви­димо, есть ку­да. Все, иди и ищи ее. И ни­каких от­го­ворок! Прош­ло три ме­сяца! По­ра б ее уже и вер­нуть!» «Но…» «Ты слы­шишь мой при­каз?!»
      За­чем он это де­ла­ет? По­чему? Что дви­жет им? Он, не пом­ня се­бя, пом­чался по лес­тни­це, пе­рема­хивая че­рез нес­коль­ко сту­пенек, в спор­тзал, где Том и Чар­ли ув­ле­чен­но иг­ра­ли в пинг-понг, а Билл выс­ту­пал судь­ей. Они бы­ли нес­ка­зан­но удив­ле­ны, уви­дев сво­его бос­са. Не­выс­павший­ся, взъ­еро­шен­ный, разъ­ярен­ный, он стре­митель­ным ша­гом про­шел к ним и гром­ко про­рычал:
— Бро­сить все на­ши си­лы на по­ис­ки Хар­ли Квинн.