Глава тридцать третья

– Вы выглядите гораздо лучше, детектив, – сказала доктор Макинтайр.

– Да, удивительно, как может помочь пара дней отдыха, – ответила Сэм.

– Заглянув в ваше личное дело, я узнала, что раньше вы работали в отделе нападений и насилия, значит, вы хорошо знакомы с таким видом злодеяний.

– Да, знакома. Но я считаю, что у меня несколько иной случай, доктор. Меня не выбрали как случайную жертву на улице, не изнасиловали на свидании. Я делала свою работу, а эта работа связана с риском.

– Саманта, дело не просто в работе. Вы подверглись изнасилованию.

– Разве это чем‑то отличается от того, если бы в меня, например, стреляли? Меня изнасиловали не потому что кому‑то хотелось сексуального удовлетворения. Будь я мужчиной, меня бы, наверно, били и истязали. Но так как я женщина, они выбрали это.

– Должна признать, что вы очень спокойно и адекватно к этому относитесь. Но прежде чем разрешить вам вернуться к работе, я должна узнать, как вы держитесь. Вы сможете выйти на улицу и не бояться, что на вас снова нападут? Не будете ли вы держаться чрезмерно агрессивно после случившегося?

Сэм наклонилась вперед.

– Вы бы стали задавать мне эти вопросы, если бы я была мужчиной? Или, если бы в меня стреляли? Вы бы беспокоились из‑за того, что я не смогу работать на улице из‑за того, что в меня стреляли?

– Вы приняли то, что с вами произошло, или вы просто пытаетесь избавиться от этих воспоминаний, притворяясь, что это просто работа? Детектив, вы должны понимать, что сексуальное насилие, это совсем не то же самое, что выстрел.

– Когда меня привязали к кровати, мне было страшно. Я боялась, что не выдержу этого и скажу им имя, которое они хотят услышать, и тогда они меня убьют. Поэтому я просто лежала и молчала, ожидая, что кто‑нибудь придет мне на помощь. И помощь пришла. – Саманта встретилась взглядом с доктором Макинтайр. – Я знаю, что меня изнасиловали, доктор. И когда я выписывалась из больницы, мне было страшно оставаться одной. И на следующий день я тоже попросила подругу остаться со мной. Потом я поняла, что не хочу быть одна не потому что боюсь, что кто‑то придет и снова сделает мне больно. Мне не хотелось быть одной, потому что я не хотела думать об этом.

– Но... вы думали об этом?

– Постоянно. Я помню каждую деталь того, что происходило. Думаю, я должна злиться, и я злюсь. Но ведь они больше не смогут делать мне ничего плохого, не так ли?

– Нет, не смогут. Вы злитесь из‑за того, что их больше нет, и вы не можете им отомстить?

– Нет. Я выжила, они нет.