Глава тридцать первая

Тори вошла в отдел, ничуть не удивившись, что ее уже ждал детектив Трэвис. Сайкс и Рамирез повернулись к ней, после чего Сайкс подошел к Тори.

– Как ты? – тихо спросил он.

– Лучше.

– А Сэм?

– С ней все будет хорошо, – она слегка дотронулась до его руки. – Слушай, спасибо, что ты вчера был со мной, Джон.

– Не за что.

– Детектив Хантер, я рад, что Вы удостоили нас своим присутствием. Вы теперь герой дня, не так ли?

– О чем Вы?

– Ну, за одну ночь, Вам удалось сделать то, что весь отдел по борьбе с наркотиками не мог сделать три года – обезвредили Санчеза Гомеса.

– Да. Об этом... мне нужно поговорить с Лейтенантом.

– Мне нужны Ваши показания, Хантер.

– Да, я знаю. Подождите пару минут.

Лейтенант Малоун смотрел на них из дверей своего офиса. Он жестом пригласил Тори внутрь.

– Как она? – негромко спросил он.

– С ней все будет в порядке. Сейчас с ней ее подруга.

– Хорошо. Ты была с ней ночью?

– Да.

– Молодец. Теперь рассказывай. Тревис все утро меня доставал, чтобы я позвонил тебе. Он даже дома еще не был.

– У Санчеза Гомеса есть свои люди в полиции, – сказала она.

– Значит, оборотни в погонах? Кто это?

– Капитан Мабри из отдела наркотиков и Дженкинс из администрации мэра.

Малоун не верил своим ушам:

– Ты, наверно, шутишь?

– Мы можем доверить это Тревису?

– Да, конечно. Я знаю его много лет, он честный человек.

Тори кивнула.

– Хорошо, тогда займемся этим.

– Ты же знаешь, что они захотят поговорить с Сэм?

– Да, я ей сказала. Она справится.

Малоун посмотрел на нее.

– Как ты сама держишься, Тори?

– Все в порядке.

– Я имею в виду то, что ты стреляла в них.

– И что?

– Ты убила пятерых человек, Хантер, – сказал он.

– Ты хочешь знать, мучает ли меня совесть? А что, должна?

– Ты же знаешь, каковы процессуальные нормы.

– Я не собираюсь говорить об этом с каким‑нибудь чертовым психиатром, лейтенант.

– Все равно придется. Так что разберись с этим. Я на неделю освобождаю тебя от работы в офисе.

Малоун встал и открыл дверь, приглашая детектива Тревиса войти. Все трое уселись за столом, и Малоун кивнул, глядя на Тори.

– Вчера я очень удивилась, что никто не стал проверять район складов. Отдел по борьбе с наркотиками направил свои силы в Ист‑Далас, а сводное разведуправление – в мексиканский район. Но никто даже не подумал поехать туда, где произошло задержание. То есть я хочу сказать, что преступники наверняка достаточно хорошо знали район, и знали, какой из складов свободен. У них были ключи. Когда мы вошли, мы услышали крики. Остальное вы знаете.

– Да. Вам, кстати, очень повезло, что у них было оружие, иначе отдел внутренних расследований от Вас так просто не отстал бы.

– Как будто я у них спрашивала.

– Ну да. В любом случае, это будет рассматриваться как перестрелка. Об этом беспокоиться не нужно. Мне больше интересно, как так вышло, что вы смогли их найти, а отдел по борьбе с наркотиками нет. Хотя это уже не имеет значения.

– На самом деле, это имеет огромное значение, – возразила Тори. – Санчез Гомес был уверен, что у него все схвачено. Эта сделка должна была пройти без сучка без задоринки, по крайней мере, так ему обещали.

– На что Вы, черт возьми, намекаете?

– Детектив Кеннеди сказала, что у Санчеза было два своих человека в полиции. Он решил, что один из них выдал его и хотел узнать, кто именно.

– Хантер, Вы что, хотите, чтобы я поверил, что у него были свои люди в полиции, которые настолько хорошо его информировали, что ему удавалось скрываться от отдела по борьбе с наркотиками целых три года?

– Да, именно так. Когда вы в связке с лидирующим следователем, это не так уж и трудно. Добавьте к этому кое‑кого из администрации мэра и у вас вообще все в шоколаде.

Тревис нетерпеливо подался вперед.

– У Вас есть имена?

– Да. Мабри и Дженкинс.

– Капитан Мабри?

– Да.

– И этот чертов педик Дженкинс?

Тори позволила себе улыбнуться.

– Да.

– Черт. И Кеннеди готова это подтвердить?

– Да. Она сообщила мне, что Санчез Гомес считал одного из них предателем, и пытался узнать у нее, кто именно его сдал.

Тревис озадаченно покачал головой.

– Ну что ж, мне придется поставить в известность отдел внутренних расследований.

– Подождите. Вы не думаете, что нам лучше собрать какие‑нибудь улики, прежде чем Вы поставите в известность начальство, и все виновные бросятся прикрывать свои задницы?

– Таков официальный порядок, Хантер. Хотя я понимаю, что Вы и понятия не имеете, что означают эти слова.

– К черту официальный порядок. Разве Вы не понимаете, что первым делом в известность поставят администрацию мэра? Дженкинс сделает все, чтобы мы не смогли его в чем‑либо обвинить.

Тревис посмотрел на Малоуна, потом перевел глаза на Тори.

– Кто еще об этом знает?

– Только мы и Кеннеди.

Детектив Тревис долго смотрел на нее изучающим взглядом, потом заглянул в свои записи.

– Это, конечно, идет вразрез с моими представлениями о здравом смысле, но вы, возможно, правы. Проблема заключается вот в чем: как мы будем следить за таким высоким чином, как капитан Мабри, не вызывая подозрений? Не говоря уже о Дженкинсе.

– Как насчет того, чтобы привлечь прокуратуру?

– Тогда нам придется сообщить в отдел внутренних расследований.

– Тогда этим должно заняться сводное разведподразделение. У вас ведь есть такие полномочия? По крайней мере, вы постоянно нам об этом говорите.

– Я подумаю, что могу сделать. Но Дженкинс не последний человек в сводном разведподразделении. Нам придется быть очень осторожными, – сказал он. – Мне понадобятся показания Кеннеди. Она к этому готова?

– Да.

– Хорошо. Боже, ненавижу такие дни. – Он встал. – Капитан просто со свету меня сживет, если все это не подтвердится.

***

– Как ты держишься? – спросила Эми.

– Как ни странно, нормально. – Саманта отошла от окна и села на диван рядом с Эми. Давать показания оказалось проще, чем она думала. Кошмар несколько рассеялся и, если бы не синяки и боль в мышцах, она смогла бы думать, что это был всего лишь дурной сон. Но нет. Ее похитили, на нее покушались... и ее изнасиловали. Ей не хотелось в это верить, но все это случилось в действительности. Сэм не ассоциировала себя с женщиной, которую привязали к той кровати. Она продолжала говорить себе, что это не было сексуальное изнасилование. Они просто хотели получить информацию, просто использовали это в качестве пытки. И она выжила, а они нет. Благодаря Тори.

– Знаешь, тебе надо поговорить с Робертом. Он звонил уже три раза.

– Зачем он это делает?

– Потому что ты ему не безразлична.

– Вообще‑то я порвала с ним. Почему он ведет себя так, будто мы все еще пара?

– Что ты хочешь, чтобы я ему сказала? Он все еще любит тебя, и все еще хочет, чтобы вы были парой. Думаю, он не верит, что ты на самом деле хочешь со всем покончить. Черт, да откуда я знаю. Я же не эксперт по отношениям?

– Если я тебе кое‑что скажу, ты не будешь психовать?

Эми испуганно округлила глаза.

– О Боже. Ты спала с ней?

Сэм улыбнулась.

– Ну да, мы спали вместе, Эми.

– Ты знаешь, что имею в виду! Это случилось на яхте?

– Нет. – Сэм обхватила себя руками и посмотрела в сторону.

– Прошлой ночью, когда она меня обнимала, я впервые в жизни заснула с кем‑то, и мне не хотелось оставаться одной.

– Что ты хочешь сказать?

– С другими... с Робертом, мне никогда не нравилось просто спать вместе. Это прозвучит ужасно, но мне всегда хотелось остаться одной. Мне не хотелось просыпаться с ним.

– Но вы практически жили вместе.

– Не совсем. Разве что по выходным. Просто я не могла придумать причины, по которой можно было не оставаться у него. Я сама не понимала, почему я так чувствовала, Эми. Но прошлой ночью, когда она обнимала меня... и утром... Извини, я знаю, что тебе не хочется про это слушать.

– Нет, Саманта, я хочу это услышать. Я хочу понять, что ты чувствуешь к этой женщине.

– Когда я с ней, я ощущаю себя счастливой. Как будто во мне загорается какой‑то особенный свет, когда она рядом.

– Ты... ты что, влюблена в нее?

– Думаю, да. – Прошептала Сэм, поворачиваясь к Эми.

– Но ты все еще не говорила с ней об этом?

– Нет.

Эми взяла ее за руку.

– Ты уверена в этом, Саманта? Я хочу сказать, может быть...

– Я знаю, что ты этого не понимаешь, Эми. Я и сама не до конца понимаю своих чувств.

– Ну что ж, она определенно очень привлекательная. Я хочу сказать, у нее такое тело, Боже. У меня у самой дух захватило, когда она стояла передо мной едва одетая, в одной футболке.

– Ага. А ты попробуй поспать рядом с этим телом, – тихо ответила Сэм. Ей не хотелось признаваться Эми, но тело Тори возбуждало ее больше, чем кто‑либо за всю ее жизнь. Она была сильной, и в то же время мягкой. Крепкой, но женственной. Сэм улыбнулась. Тори, наверно, обиделась бы на такую характеристику.

– Саманта, ты должна сказать об этом Роберту. Пока ты этого не скажешь, он будет думать, что у него есть шанс.

– Я не могу сказать ему такое, Эми! Он никогда этого не поймет. Он мне не поверит. В смысле, после этих двух лет он не поверит, что я лесби.

– А ты сама в этом уверена?

Сэм посмотрела на Эми, не боясь встретиться с ней взглядом.

– Да. Я хочу ее, Эми.

– Хорошо. Только пообещай мне одну вещь. Перед тем как что‑то сделать или сказать, удостоверься в этом. Я не хочу, чтобы ты портила себе жизнь, только из‑за того, что она... тебя так привлекает.

– Я понимаю это, Эми.

– И как ты сказала, ты даже не говорила с ней об этом.

– Нет. – Но было что‑то особенное в том, как Тори на нее смотрела. Ее глаза всегда становились такими нежными, какими они не были ни с кем другим.

Кто‑то осторожно постучал в дверь, и они переглянулись.

– Это, должно быть, Роберт, – сказала Эми. – Мне уйти?

– Ты что, шутишь? Даже думать об этом не смей!

Эми открыла дверь перед улыбающимся Робертом. Он быстро обнял ее в знак приветствия, потом прошел в комнату и наклонился, чтобы поцеловать Саманту в щеку.

– Тебе лучше?

– Я же не больна, Роберт, – безразлично сказала Сэм. – Со мной все в порядке.

– Я пришел, чтобы забрать тебя на ужин. Уверен, что тебе надоело весь день сидеть дома.

Сэм перехватила взгляд Эми. Он вообще ничего не понял.

– Роберт, я не хочу никуда выходить.

– Саманта, тебе это просто необходимо. Ты же не можешь вечно прятаться дома.

Сэм смотрела на него, не зная, что сказать. На помощь ей пришла Эми:

– Роберт, ты что, с ума сошел? На нее напали, это было только вчера. Я сомневаюсь, что ей хочется находиться где‑то, где много народу.

– Я просто пытаюсь помочь. Ей вредно сидеть в четырех стенах. Чем быстрее она сможет выбраться к людям, тем лучше.

– Почему ты говоришь обо мне так, будто меня здесь нет? – спросила Сэм. – И я не собираюсь идти куда‑то ужинать. И вообще, зачем ты пришел?

– Я забочусь о тебе. Я хочу помочь.

– Роберт, пожалуйста. Мне не нужна от тебя такая помощь.

Он засунул руки в карманы, непонимающе глядя то на Саманту, то на Эми.

– А что я должен делать? Просто оставаться в стороне? Притворяться, что я не люблю тебя? Притворяться, что мы не встречались два года подряд?

– Почему ты говоришь только о себе, Роберт? Тебя совсем не интересует, чего хочу я?

Эми ушла на кухню, чтобы дать им возможность поговорить наедине.

– Я не могу просто взять и забыть обо всем, Саманта. Извини. Это такой шок для меня. Только что у нас все было хорошо, и вдруг ты говоришь, что мне больше нет места в твоей жизни. Как по‑твоему я должен себя вести?

– Не знаю, Роберт. Я знаю лишь то, что чувствую. И тебе лучше прекратить это. Просто... должно пройти время.

– Время? Ты думаешь, что время мне чем‑то поможет?

– Ну что ты от меня хочешь, Роберт? Мне правда очень жаль.

Он пристально посмотрел на нее, и отвернулся.

– Ладно. Прости меня, Саманта. Наверно, я вел себя, как влюбленный подросток. Ты права. Я просто хотел знать, все ли с тобой в порядке.

– Со мной все будет хорошо. Спасибо тебе за заботу.

Он кивнул. – Ты можешь мне обещать, что позвонишь и дашь мне знать, как ты? Может, мы как‑нибудь поужинаем.

– Я позвоню тебе, обещаю.

Он снова кивнул.

– Ладно, передай Эми, что мы с ней еще увидимся.

– Передам.

Он нерешительно сделал шаг в ее сторону, и Сэм уже испугалась, что он собирается ее поцеловать, но, ни сказав ни слова, он повернулся и вышел. Сэм заглянула на кухню.

– Эми, выходи. Думаю, уже можно, – позвала она.

Дверь кухни открылась, и Эми высунула голову.

– Что он сказал?

Сэм улыбнулась.

– Как будто ты все это время не подслушивала за дверью.

– Нет. Ты хочешь что‑нибудь выпить? Или может, поесть?

– Думаю, я выпью пива, – ответила Сэм. – Я голодна, но подожду, пока не приедет Тори.

– Ты уверена, что она приедет? А то ведь она ни разу не позвонила, – напомнила ей Эми.

Да, не позвонила. Интересно, чем она занималась весь день? Но она приедет, в этом Сэм не сомневалась.

– Конечно. Она же мне обещала.

Эми как раз подала Сэм ее пиво, когда раздался громкий стук в дверь.

– Привет, девчата, это я!

Сэм заулыбалась, но дверь открывать пошла Эми. На пороге стояла Тори, с двумя коробками пиццы и упаковкой пива. Войдя, она улыбнулась Сэм:

– Проголодались?

– Очень.

– Это хорошо. – Тори отдала пиво Эми, а пиццу поставила на низкий столик у дивана. Потом расположилась рядом с Сэм. – Ну, как прошел день?

– Нормально. Я дала показания.

– Ну да. Тревис чуть с ума не сошел, когда я ему рассказала. – Сэм удивленно подняла брови, и Тори объяснила. – Детектив Тревис из сводного разведуправления. Тот самый, что вчера требовал срочно дать показания.

– Да, я помню. – Сэм убрала волосы со лба Тори и посмотрела на швы. – Еще болит?

– Нет.

Сэм нахмурилась.

– А те, что на боку? Я про них забыла.

Тори встала.

– Эта чертова медсестра вчера ощупала их, и сказала, что надо оставить их еще на пару дней. Мой вчерашний заплыв не пошел им на пользу.

– Кстати, как ты все‑таки выбралась? И не надо говорить, что ты наполовину рыба! – поддразнила ее Сэм.

Эми наблюдала за ними с кухни, улыбаясь их взаимодействию. Это было так не похоже на то, как Сэм общалась с Робертом. Саманта никогда не была с ним такой расслабленной и веселой.

– У меня длинные руки.

– И что?

Тори заложила руки за спину и показала, как она высвободилась.

– Я подтянула колени к груди, и сделала вот так.

– И даже не утонула. Ты молодец.

– Да, я вообще молодец, – игриво приподняв брови, сказала Тори.

Сэм засмеялась, потом посерьезнела, заметив, как Тори смотрит на нее.

– Что?

– Так здорово слышать твой смех, – тихо ответила Тори. Она присела рядом с Сэм, и взяла ее за руку. – С тобой все будет хорошо, ведь правда?

– Наверно, я не сразу приду в себя, но все будет хорошо, Тори.

– Да, я тоже так думаю. Потому что ты сильная. Я пыталась представить, как бы я вела себя на твоем месте, и не думаю, что держалась бы так хорошо. Я бы, наверно...

– Снова спряталась от всех?

– Может быть. Скорее всего.

– Нет. Я бы тебе не позволила.

Тори сжала руку Сэм.

– У меня есть хорошие новости. Пришли результаты анализов их крови.

Сэм улыбнулась.

– Да? Отрицательные?

– Отрицательные. ВИЧ нет.

– Слава богу! – Сэм обняла Тори. – Это замечательно.

– Да.

Эми наконец вышла из кухни, подала Тори пиво и положила на стол салфетки.

– Я пожалуй пойду, – сказала она.

– Нет, ты же еще ничего не ела, – ответила ей Сэм.

– Эми, оставайся, пожалуйста, – поддержала ее Тори.

– Ну не знаю. С чем пицца? – улыбаясь, спросила она.

– Ассорти. Выбирай, что понравится. – Тори уселась на пол, и открыла обе коробки. Все взяли по кусочку, издавая довольные звуки, это было первое, что они съели за весь день.

– Я много о Вас слышала, детектив, – сказала Эми с набитым ртом.

– Да? От Сэм? Или какие‑то слухи?

Эми ухмыльнулась.

– От Саманты тоже, но в основном слухи, – признала она.

– Ну, они вполне правдивы.

– Нет, и ты сама это знаешь, – сказала Сэм. – Даже доктор Петерсон, судебный психолог, спрашивал меня, правда ли, что ты столкнула своего напарника с третьего этажа. А ведь он работает в департаменте.

Тори лишь пожала плечами.

– Ну, слухи это такое дело. К тому же у меня нет кучи друзей, которые стали бы доказывать обратное.

– Это правда, что ты подралась с капитаном, который подделал ордер? – спросила Эми.

– Нет, разумеется, нет. Это был лейтенант.

– Ты серьезно? – спросила Сэм. – И как тебя не уволили?

– Меня отстранили на неделю.

– Ты удивительный человек, – пробормотала Сэм. – И это не комплимент.

– Сэм, теперь я изменилась. Мне все говорят, что ты на меня хорошо влияешь. Даже Сайкс сказал, что меня сейчас вполне можно терпеть.

– Да? Он правда так сказал?

– Что меня можно терпеть?

– Нет, что я на тебя хорошо влияю.

– Ну да.

– Надо же. Интересно, что мы будем делать, если ты начнешь нравиться людям?

Тори улыбнулась.

– Понятия не имею.

Эми пила пиво, наблюдая, как они смотрят друг на друга. Может быть, они и правда об этом не говорили, но между ними ощущалась какая‑то невероятная энергетика, практически осязаемая на химическом уровне. Она снова обратила внимание, насколько все это отличается от того, как Сэм общалась с Робертом. Эми часто проводила с ними время, но ни разу не видела подобного взаимного поддразнивания, которое очевидно очень нравилось им обеим. И Саманта была права, когда Тори вошла, в ней как будто зажглась яркая лампочка.

– Ладно, я все‑таки собираюсь домой, – сказала Эми. – Тори, спасибо за пиццу. Было очень приятно, наконец‑то, с тобой познакомиться.

– Пожалуйста. Мне тоже приятно.

Сэм проводила Эми до двери и обняла ее.

– Спасибо, что побыла со мной сегодня, Эми. Мне действительно это было необходимо. Я очень ценю то, что ты сделала для меня.

– Как насчет завтра?

– Нет, не нужно, со мной все будет в порядке. Тем более, у меня все равно назначена встреча.

– С психологом?

– Да.

Эми показала на Тори, которая ела пиццу.

– Она останется, да?

– Да.

– Она ужасно милая, – прошептала Эми.

Сэм покраснела.

– Да, я знаю.

– Совсем не такая, как я ее себе представляла. Ну ладно. Позвони мне завтра, хорошо?

– Хорошо. Аккуратнее на дороге. – Сэм закрыла дверь, и вернулась к Тори, которая все еще сидела на полу, прислонившись к дивану и зажав пивную бутылку между ног. Сэм отвела глаза, и устроилась на диване, поближе к Тори.

– Она славная.

– Да, правда.

– О чем вы там шептались?

Сэм снова покраснела.

– Она сказала, что ты ужасно милая.

Тори улыбнулась.

– Так и сказала?

– Не воображай теперь о себе слишком много.

– Да нет, я и не собиралась. Ну, как ты?

– Когда я об этом не думаю, все в порядке. Мне кажется, это было просто кошмарным сном. – Сэм отвела глаза. – Но я знаю, что это не так.

– У тебя ведь завтра встреча с психологом? Хочешь, отвезу тебя?

– Спасибо, но я думаю, что должна справиться с этим сама. Если я не смогу без страха выходить из дома, пользы от меня будет мало.

Тори кивнула.

– Малоун не допустит тебя к работе, пока не убедится, что ты готова.

– Да, знаю. Поэтому хочу поехать одна. Не хочется так долго сидеть дома. К тому же у нас есть дело.

– Да. Кстати, размер обуви с отпечатков совпадает. Седьмой.

– Седьмой? Это даже может быть женщина. Странно, мы ни разу об этом не подумали.

– Нет, это не женщина. Вспомни о том, что мы нашли совпадающую семенную жидкость.

– Да, правда. Извини. Я не подумала.

– Не извиняйся, я и сама успела подумать, что это может быть женщина.

– Погоди. Что там насчет того парня из бара? Он был невысокий.

– Да, но мы не знаем, кто он. Думаю, завтра я пойду туда снова, может быть, он появится.

– Тебе не стоит идти одной.

– Я думаю, может привлечь Сайкса и Рамиреза? Пусть разыгрывают влюбленную пару. Весело будет.

Сэм улыбнулась.

– Я бы даже заплатила, чтобы такое увидеть.

Они какое‑то время помолчали, потом Тори посмотрела на Саманту.

– Устала?

– Да. Люди из сводного разведывательного управления были тут часа полтора. Они такие дотошные, этого у них не отнять. Потом еще и Роберт приходил.

– Да? И что?

– Ничего хорошего, – тихо сказала она. – Он пытался помочь, но... дело кончилось тем, что мы поругались по поводу наших отношений. Он пришел и заявил, что поведет меня ужинать, потому что мне нельзя сидеть дома. Сказал, что я не могу вечно прятаться.

– О боже. Он что, не понимает, что с тобой случилось?

– Знаешь, я не особо уверенна, что понимает. Он спросил, не стало ли мне лучше... как будто у меня грипп или что‑то в этом роде.

– Может быть, он просто не может принять то, что произошло, – предположила Тори. – А если не говорить об этом, то этого будто и не было.

– Наверно, ты права.

Тори встала.

– Давай уберем все это. Нам обеим надо хорошенько выспаться.

Они положили остатки пиццы в холодильник, потом Тори ушла в душ. Сэм чистила зубы и думала, будет ли Тори сегодня спать с ней, или предпочтет диван? Может быть, Тори было не слишком‑то удобно спать с ней? Сэм посмотрела на себя в зеркало, вспоминая, как Тори ее обнимала. Ей очень хотелось, чтобы это повторилось. Но на всякий случай она предложит диван.

Она сидела в гостиной с бокалом вина, когда Тори вышла из ванной, как и в прошлый раз, одетая в шорты с футболкой, и босиком. С бокалами вина, они устроились на диване точно так же, как и вчера, положив ноги на стол.

– Я очень ценю то, что ты остаешься со мной, Тори. Я понимаю, что тебе привычнее одной, – сказала Сэм.

– Мне здесь нравится. Гораздо уютнее, чем у меня дома, и уж тем более в миллион раз лучше, чем в раздевалке в спортзале.

– Почему ты так часто там остаешься? И даже не думай говорить, что ты работаешь допоздна, и это удобнее, чем ехать домой.

– Моя квартира – это просто квартира. Место, где можно поспать. Я не ощущаю ее своим домом. У меня там лишь постель, кресло и телевизор. Вот так.

– Яхта – твой дом.

– Да, точно. Но теперь я каждый раз буду вспоминать о том, что случилось с тобой.

– Что случилось с нами, – поправила Сэм.

– Думаю, нужно будет найти место на другой пристани. Неподалеку есть еще парочка таких же небольших. Я хочу, чтобы ты смогла приезжать туда.

Сэм взяла Тори за руку.

– Спасибо. Да, ты права. Мне будет тяжело туда вернуться. По крайней мере, не прямо сейчас. Может быть, через пару недель...

Тори смотрела, как соединились их пальцы. С Сэм все было так просто. Так просто дотрагиваться до нее, так естественно. Она заглянула в ее мягкие зеленые глаза и, в этот самый момент, до нее дошло, что происходит между ними. Все эти поддразнивания, невинные прикосновения, смущение в глазах Сэм... Интересно, о чем она думает? Что чувствует?

– Ляжем спать?

– Ммм...

– Ты хочешь... чтобы я легла здесь на диване? – Она почувствовала, как Сэм крепко сжала ее руку и отпустила.

– Нет. А ты сама как хочешь?

Тори улыбнулась.

– Давай‑ка посмотрим. Кровать или диван? Да уж, нелегкий выбор, – поддразнила она Сэм.

Сэм встала и потянула Тори за собой.

– Кровать.

Тори сняла шорты и забралась под одеяло, пока Сэм выключала лампу. В темноте она почувствовала, как Сэм пододвигается к ней и они почти соприкоснулись. Тори осторожно обняла ее, и Сэм тут же прижалась к ней, обхватив рукой ее талию – так же, как и пошлой ночью.

Сэм задержала дыхание. Тори покрепче обняла ее, и внезапно Сэм почувствовала... как сильно бьется сердце Тори. Ее рука лежала на бедре Тори, и неосознанно она потянулась вверх и просунула ее под футболку Тори. Сэм почувствовала, как Тори задрожала, услышала ее быстрый вздох. Она закрыла глаза, пытаясь побороть чувства, которые уносили ее разум все дальше и дальше. Но Боже, ей так хотелось дотронуться до нее!

Тори боролась с желанием, которое охватило ее, укутало в себя, словно одеяло, и почти душило. Сэм вряд ли облегчала ей задачу. Интересно, она хоть понимает, что делает с телом Тори? Если бы Тори могла мыслить разумно, она бы сразу убрала руку Сэм из‑под своей футболки, но теперь сделать это она была не в силах. Рука Сэм была мягкой и теплой, к тому же, с того момента, как к Тори прикасалась женщина, прошло, казалось, несколько тысяч лет. Сейчас ей хотелось лишь одного – перевернуть Сэм, уложить ее на себя, ощутить ее вес... и поцеловать. Тори закрыла глаза. Интересно, как бы она отреагировала? Удивилась бы она? Может быть, разозлилась бы? А может, она бы ощутила желание Тори, и в ней бы вспыхнуло ответное чувство?

Желание? Именно так. Тори ненавидела себя за это. Сейчас это было абсолютно неуместно и даже дико. Сэм только что пережила нападение... ее изнасиловали. Ей нужна защита и спокойствие. И больше ничего. Наконец, Тори взяла руку Сэм, остановив медленные движения, будоражившие ее плоть и вздохнула, пытаясь успокоиться.

– Тори?

– Хмм?

– Спасибо, что снова осталась со мной, – прошептала Сэм.

– Нет проблем.

Сэм закрыла глаза, на секунду прижав Тори к себе поближе. Она снова подумала о том, как хорошо вот так вот спать рядом с Тори. Она подвинулась, устраиваясь поудобнее ниже подбородка Тори, и прижавшись к ее груди. Щекой, она ощутила, как напрягся сосок Тори. Сэм вздрогнула. Так близко... Боже... она могла бы дотронуться до него губами. Сэм застонала.

Я так умру, думала Тори. Она крепко сжала ноги, пытаясь понять, как долго она сможет сдерживаться и не наделать глупостей. Она пыталась не обращать внимания на свои ощущения, на то, что голова Сэм устроилась рядом с ее грудью, на тот тихий стон, который она услышала. Интересно, слышит ли Сэм, как быстро бьется ее сердце?

Как бы Тори отреагировала, если бы я просто взяла и поцеловала ее? Она бы решила, что я сошла с ума? Или, быть может, обрадовалась этому? Но этого Сэм никогда не узнает.

Тори погладила ее по голове.

– Спи, – прошептала она.

Сэм кивнула. Это было единственным разумным решением.