23. Искажённые звёзды

Руел

Я лежал в кровати, замотавшись в тяжелое одеяло и смотрел в потолок, слушая тиканье часов и тихое сопение, доносящееся от спящего Питера. Сна не было ни в одном глазу, я вертелся и так и сяк, но не мог заснуть. Я всё ещё не понимал, зачем я остался у него. Надо было вызвать себе такси и вернуться. Нет ничего хуже, чем возвращаться на утро после таких деяний домой, да ещё и не к себе, где я мог укрыться в стенах собственной комнаты, а к маме. А потом ещё и эта дорога с Лондона...Боже.

Я чувствовал себя очень странно. Питер вел себя легко и непринужденно, он спокойно протянул мне бумажные полотенца, а когда я закончил, потянул меня спать.

Я же не мог унять беспокойства и мерзкого, липкого чувства внутри. Не то, что я жалел об произошедшем, не то, что считал это неправильным, но...что-то было не так, я не мог понять сам, чем это «что-то» было. Казалось, меня опустошили, во всех смыслах. Мне ничего не хотелось, просто оказаться дома, подальше от всего этого, особенно Питера. Заказать еды, включить Зеленую милю, которую я не мог досмотреть уже неделю, закрыть шторы и побыть наедине с собой хотя бы лет так пять.

Когда мысли стали слишком навязчивыми, я поднялся, чтобы попить на кухне воды. Пройдя босиком к раковине, я наполнил стакан и прошел к окну, уставился на лениво проезжающие машины по Воксхольскому мосту. Сколько жизней, сколько всего там, за окном...и я здесь, проживающий свою судьбу. Сердце кольнуло разочарованием, даже некой обидой. Не знаю, что со мной происходило, но я не мог найти себе места.

Вдруг я услышал, как начал вибрировать телефон. Подойдя к столу, где перед этим я в первый раз получил минет, я выдохнул и потерев лицо взял телефон, возвращаясь к окну. Если бы только мозг можно было промыть, избавить от ощущения отвращения ко всему.

Я посмотрел на экран и замер. Это был Мейсон. Недолго думая я поднял трубку.

- Алло?

На несколько секунд ответом была тишина.

- Алло? – я повторил.

- Привет, Рул, как дела? – спросил Мейсон, он говорил почти-что шепотом.

- Привет. Хорошо, а ты? – в воздухе возросло такое напряжение, что я и не заметил, как задержал дыхание, пока легкие не начали отчаянно дергаться.

Он не отвечал.

Произошло что-то плохое.

- Ты сейчас дома? – послышалось через мгновение. Я прижал динамик к уху, вдавливал в него телефоном, услышав, как тяжело Мейсон дышал.

- Да. – не задумываясь, солгал я. Не знаю, зачем, но в тот момент я не мог ответить иначе.

- Не хочешь пройтись к Питтвиллу? У меня есть сигареты, могу взять какой-то Pimm's или пива, если есть желание.

- Мейсон, ты сейчас серьёзно зовешь меня посидеть в парке? – совершенно не прикрывая раздраженности, рявкнул я в микрофон, тут же жалея об этом. Так ведь и Питера разбудить дело не сложное, и мне этого не хотелось, так как в голове начала созревать идея побега. Я не хотел здесь оставаться.

- Вполне. – ответил он, выдыхая в трубку. Наверняка курил.

- Что-то случилось? – остыв, спросил я, выжидая. Он молчал. Ну что за придурок?

- Где ты сейчас?

- Возле входа в ER. – беззаботно сказал Мейсон. У меня даже глаза округлились, а в кровь словно острого соуса напустили. Он из меня издевался?

- И что тебя привело в больницу?

- Выходи, расскажу. Я бы очень обрадовался твоей компании, правда. Если хочешь, могу вызвать такси. – он говорил так тихо, выдавливая из себя каждое слово, что несмотря на всё возникшее возмущение мое сердце дернулось.

На самом деле я бы поехал к нему даже если бы ничего не случилось, и он просто звонил мне, чтобы узнать, нету ли у меня сигареты.

Признаваться в этом я конечно ни ему, ни в первую очередь себе не собирался.

- Я могу подойти где-то через часа полтора, и то натянуто. – ответил я, надеясь, что он не скажет, что это слишком долго и всё такое.

- Хорошо. Буду ждать тебя возле входа в парк. Так тебе взять выпивку?

- Хорошо. – не ответив на последнее, сказал я и сбросил. Я тут же бросился к дивану, где валялась моя одежда и начал одеваться. От Лондона к Челтнему приблизительно сто миль. Как же мне туда добраться?

В голову пришла не совсем приятная идея, но иначе поступить я не мог. Поезда в такое время уже не ездили, а на такси я буду ехать минимум два с половиной часа, и не факт, что я смогу быстро заполучить кабину.

- Питер? – я легко коснулся плеча мужчины. Он сонно потянулся, открыл один глаз и испуганно дернулся.

- Что? Что случилось? – в непонимании, спросил он, поднимаясь на локтях.

- У моей подруги случилась беда, мне надо срочно возвращаться в Челтнем. Ты сможешь меня отвезти? – соврал я. Не говорить же ему, что я убегаю к парню.

Он смотрел на меня, наверняка все ещё пребывая в полусонном состоянии.

- Пожалуйста?

- Я не могу, Рул. Я слишком много выпил.

Черт!

Черт, черт, черт!

- Точно. Извини, я и вовсе забыл о том, что мы пили.

Я посмотрел на часы. Прошло всего два часа с того момента, как алкоголь попал в кровь. Ему определенно нельзя садиться за руль.

- Произошло что-то серьёзное?

- Она в больнице, я ничего не понял из того, что доносилось из трубки, у неё было что-то вроде панической атаки. – приукрасил я, напяливая толстовку. – Извини, что зря разбудил. Я пойду.

- И как ты пойдешь?

- Возьму такси, наверное.

Я прошел к коридору, Питер последовал за мной.

- Такси? Я не отпущу тебя.

Я издал смешок и отмахнулся:

- Как это не отпустишь? Почему же? – из любопытства спросил я.

- Садиться в машину к незнакомцу посреди ночи, да ещё и выезжать за город, где он запросто сможет свернуть с магистрали в какую-то глушь и сделать что-то ужасное? Что бы мне сказали твои родители, узнав, что я позволил тебе пойти на такое? – он говорил на полном серьёзе, от чего мне только стало смешно, по забавному.

- Что бы они сказали, узнав, что я был у тебя? – передразнил мужчину я, зашнуровывая кеды.

Он закатил глаза.

- Мне надо идти. Я правда должен быть там. – сказал я, надевая на плече шоппер.

- Постой. Говорю же, что не пущу.

Я уже хотел предъявить ему, что не в его это власти мне указывать, но он опередил меня:

- Подожди.

Я раздраженно выдохнул, но всё же остановился. Он прошел в глубь спальни. Послышался звук выдвигающейся полки, и через минуту Питер вернулся ко мне с ключами в руках.

- Я ведь тоже выпил..., - с ходу начал я, не дав ему проронить и слова.

- Ты выпил всего один бокал. Всё законно.

Я замер в сомнении.

- Водитель из меня такой себе, если нечаянно заеду в столб – не стану брать на себя никакую ответственность.

- Не волнуйся, машина застрахована. Главное не разбейся. Води аккуратно, не спеши.

- Мне кажется такси более безопасный вариант.

- Ни хрена. Я не доверяю таксистам.

- Плохой опыт? – спросил я, все же взяв ключи.

- Что-то вроде того. Напиши мне, когда доедешь, хорошо? А то я буду волноваться.

- Не переживай, ничего я не сделаю с твоей машиной, хоть это и очень странно, что ты доверяешь мне такую вещь, мы ведь едва знаем друг друга...

- Я волнуюсь не за тачку, дурак, - фыркнул Питер, приближаясь ко мне, - я волнуюсь за тебя.

Он навис надо мной, а за тем легко поцеловал в губы, так нежно, так воздушно, что я на секунду все мысли в моей голове рассосались. Я отпрянул от него и нажал на кнопку лифта.

- Странные вы, богачи. – сказал я, все ещё не осознавая, что этот тип и правду вот так вот дал мне ключи без лишних вопросов. – Спасибо. – всё же поблагодарил его я.

- Всё в порядке. Так хоть я знаю, что мы скоро опять увидимся. Вернуть то машину надо.

- А я надеялся, что у тебя их и так достаточно и ты забудешь. – ухмыльнувшись, сказал я, все ещё утыкаясь подушечками пальцев в его горящую грудь. Всё же, когда он был рядом, всё было не так плохо, как тогда, когда я оставался с мыслями о нём наедине.

Он засмеялся и покачал головой. Позади нас раздался писк, и дверь распахнулась.

Питер вошел за мной и нажал на минус третий этаж.

- Повернешь на лево, пройдешь до конца и свернешь к восьмому ряду, должна быть там.

- Спасибо. – ещё раз сказал я. – Тогда, бывай?

- До встречи. – вернувшись в прихожую, сказал Питер, смотря на меня.

Я помялся на месте, уткнувшись взглядом в кеды, но успел посмотреть на него как раз тогда, когда двери лифта почти-то закрылись. Он смотрел на меня слишком ласково, словно щенок на новообретенного хозяина. Мне было не по себе от такого взгляда, но при том же мне нравилось, когда он так смотрел. Просто это всё было для меня в новую, и я не мог свыкнуться с тем, что могу так сильно кому-то нравиться.

Спустившись на парковку, я нашел машину без проблем. Подойдя к ней, я нажал на кнопку ключа, но звук донесся ко мне совсем не от того Мерседеса, на котором мы приехали. Я повернулся и увидел мигающие фары синего Ягуара Ф. Только посмотрев на ключи я понял, что на них был другой брендинг. Я мог объяснить такое баловство со стороны Питера только одним – он пытался меня подкупить, мол, если я не влюблюсь в него то в его то деньги уж точно. И для чего ему только несколько машин здесь, в Лондоне? Он ведь даже тут не живет. К тому же главным вопросом было, зачем ему какая-то малолетка, как я? Он мог заполучить буквально любого, или любую. Его предпочтений я не знал. Это меня пугало, буквально. Почему то рисовался какой-то подвох, только какой ему то толк из меня? Неразбериха полная. Может, ничего странного в этом не было и я запал ему в душу как человек, но я бы скорее поверил в то, что где-то здесь у него припаркован ещё и единорог.

Я открыл дверь и сел в салон. Мне пришлось посидеть минуту, чтобы разобраться, как все происходило, настроить под себя сидение и застегнуть ремень безопасности. Это только раздражало меня, так как задерживало. Может в любой другой момент я сидел в этом салоне полон восхищения и любопытства, только не сегодня. Хоть наша семья и не была мажорской, других Марджелов это не касалось, как, к примеру дедушку, который хоть и не любил выпендриваться деньгами, он прятал их в нескольких банках, поддерживая членов семьи. Одного дня я мог так же получить немалую часть из них, только эта мысль только убивала меня. Я бы сжег эти деньги до последнего пенни, только бы дедушка жил подольше. Ожидать наследства было равно ожиданию смерти человека, которого я любил больше всего на свете, больше, чем себя.

В общем, тачки, красивые дома, дорогие вещи и всё в таком духе меня не удивляли. Я вырос рядом со всем этим, и в прочем никогда не жаловался, что только рядом. Что уж не скажешь о моей матери, которая постоянно донимала отца по поводу того, что тётя Глория и дядя Роберт смогли добиться высот в бизнесе и стать богаче всех живых и мертвых членов нашего семейного древа. Наверное, вся эта суета около денег и отбила у меня любовь к ним. Конечно, я не буду лгать никому, не буду лгать себе, что деньги это плохо и они не делают жизнь лучше, нет. Хотя бы потому, что со времени, когда у меня появилась карта от Роберта моя жизнь стала чуть проще, но только тем, что мне не надо было просить каждый раз у кого-то, если я хотел прикупить какую-то вещицу.

Но я знаю то, что будь эта карта заблокирована в следующую же секунду, ничего особо бы не понималось, потому что я попросту ею и не пользовался. Мне это было не жизненно важно. Возможно, я и дурак, а может мне легко говорить, пока я сам не зарабатывал и жил под чужой крышей, я не знаю. Но на этот момент факт оставался фактом. Питеру меня не купить, как бы он не старался. Если я когда то и смогу быть с ним, так только потому, что у меня появятся к нему настоящие, живые чувства. Хоть за этот поступок я и был ему благодарен. Но всё же эта благодарность не перерастала в обожание. Я спокойно мог обойтись такси, это было не критично.

До этого я не особо часто ездил, тем более по Лондону. В принципе, я не плохо сдал теорию, а практику ещё лучше, но всё же именно водительского опыта у меня было мало. Он сводился к минимуму, как, к примеру ко мне доходила очередь не пить на вечеринке и отвозить Нору и Марселя домой или же когда у папы было сдвинуто колено осенью – я был семейным водителем, тогда-то я и ездил в Лондон под наставничеством папы. За те два месяца я и научился всего, что знал о вождении, только вот после я ездил от силы десяток раз. Зато ни одного штрафа!

Включив двигатель, я аккуратно выехал из парковочного места, пытаясь прочувствовать габариты машины и её резкость, как она реагировала на то, с какой силой я жал на газ. Она была резкой, в принципе, это было понятно только из вида. Но, в принципе, я схватил почти всё ещё перед тем, как выехал из здания, конечно, немного запутавшись с поисками выезда.

В первую очередь я заехал домой в Лондоне. Мне пришлось разбудить Кейт и дать ей полный инструктаж по поводу того, что говорить маме и как вернуть все вещи, которые я стащил из их ванной на место, чтобы те не заметили. Я отдал ей ключи и проследил, чтобы она замкнула дверь. Кейт почти-что не задавала вопросов, только косо на меня смотрела, улыбаясь. Чертушка. Наверняка уже всё понимает. Разговоров о сексе у нас ещё не было, как никак не моя это работа, но я прекрасно знал, что если я в свои то времена узнал обо всех процессах ещё в начальной школе, то она уж точно таки была проинформирована. Тем более ребенком Кейт была очень умным и понимающим. Я бы даже не назвал её ребенком, будь мы в каком-то проекте, где ты говоришь с человеком вслепую.

Выехать из Лондона было той ещё задачкой. Хоть особого траффика на дорогах в такой поздний час и не было, что в разы упростило мой путь, все же несколько раз я запаниковал, особенно выезжая на Уэстуэй на перекрестке возле вокзала Паддингтон. Но все же удача и хладный разум были на моей стороне, а так же мотивация не испортить чужое имущество. Все же я не был уверен, не придет ли на счёт Питера несколько штрафов, за моими не совсем правильными маневрами наблюдали камеры. Сейчас возле меня не было папы, который мог бы меня исправлять и предупреждать о каких то особо трудных участках и как себя на них вести, мне приходилось делать все базируясь на собственном опыте и доле интуиции.

Выехав из Лондона, я уже спокойно помчался к Челтнему по магистрали. Помчался в буквальном смысле. Указатель спидометра почти никогда не шел ниже семидесяти миль в час. Если бы не ограничения, то я ехал бы быстрее, тем более машина позволяла, вела себя хорошо на скоростях, не болталась и была легка в управлении, тем более машин почти не было. Но я был добропорядочным гражданином.

Заехал в Челтнем я где-то через час, как покинул Лондон. За это время мой телефон несколько раз завибрировал, но я не стал смотреть, что там. Всё же друзья говорили правду, и мое имя прекрасно характеризовало меня как личность. Я думал направиться сразу к Питтвиллу, но потом подумал, что Мейсон может задавать вопросы и решил припарковать недалеко от своего дома. Разобравшись с паркоматом и оплатой, я, наконец, двинулся в сторону парка. Взяв телефон, я решил проверить, что там столько написывал Мейсон, опасаясь, что он мог попросту устать ждать и отменить встречу. Я бы задавил его, в буквальном смысле, задавил новенькой машиной, и пусть Питер бы потом разбирался.

Ночь была теплой. Потеплее, чем в Лондоне. На небе почти не было облаков, в каких-то местах даже мерцали звезды, только сыроватый ветер нарушал блаженство, унося с собой заглянувшее в гости лето.

Я снял блокировку и уставился на несколько текстов, пришедших мне от Анны. Последний был отправлен почти пол часа назад.

«Руел, ты дома?»

Вы что, все сговорились сегодня?

«Ты можешь со мной встретиться? Я только что пережила худший день в моей жизни»

Они точно сговорились.

«Пожалуйста, ты мне сейчас очень нужен»

И последний, отчаянный:

«Пожалуйста...»

В этот момент я уже был на пол пути к парку, и мне пришло сообщение ещё и от Мейсона. Он сфотографировал стоящие на бордюре бутылки и свою вытянутую руку, в которой тлела сигарета. Ракурс был странным, да и фотка размазанной. Под сообщением было прикреплено:

«Сэр, я надеюсь вы уже хотя бы в городе?»

Я остановился посреди дороги и зарычал, как придурошный. Это был какой-то пранк? Или сегодня реально все звезды встали раком?

Из-за поворота показалась машина, и я отошел на тротуар. Мне хотелось пойти к Мейсону, все моё нутро тянуло меня в сторону Питтвилла, но разум и обеспокоенность за Анну говорили иначе. Я знал, что с Мейсоном произошло что-то плохое и ему может нужна поддержка не меньше, чем Анне, но я хоть знал, что он был в порядке. А вот что произошло с Анной я не имел и малейшего понятия, так что проклиная все на свете я набрал её.

Всего после двух гудков она сразу же подняла трубку.

- Алло, Руел, ты не спишь? – спросила она. Её голос дрожал.

- Ну ты умная, конечно. Как я могу спать если я тебе звоню.

- Да, да, извини. – согласилась девушка. Я слышал негромкую музыку на фоне её голоса. Может она тоже решила попросту выпить?

- Мы можем сейчас увидеться? Я подъеду к твоему дому.

- Конечно. Только я не дома, я сейчас возле, - я посмотрел вокруг, - Wan Delight.

- Что ты делаешь в такое время возле закусочной? – удивилась она, тут же поменявшись в голосе, приводя его в обычное, не такое убитое звучание. Я улыбнулся и закусил щеку.

- Ну, если ты приедешь за мной сюда, я могу тебе рассказать. Ты хоть в порядке?

- Нет. – резко озвучила всю правду Анна.

- Так я и думал. Тогда жду.

- Буду через пять минут. – сказала девушка. Последнее, что я услышал перед тем, как она сбросила, хлопки старенького мотора.

Я положил телефон в карман и присел на ступеньку возле входа в закусочную. Вытянув из пачки предпоследнюю сигарету, я похлопал по карманам, только чтобы обнаружить, что я забыл зажигалку в Лондоне.

Телефон завибрировал. Это был, конечно же, Мейсон. Только теперь он уже звонил мне, а не присылал смс. Я чувствовал себя паршиво от того, что приходилось его отшивать после того времени, что я заставил его ожидать. Я уже готовил извинения, поднося палец к экрану, чтобы принять звонок, но тут мне пришла в голову одна мысль.