С - Страсть

Арсений потягивался на шёлковистых простынях, позволяя утреннему солнцу ласкать его обнажённое тело. Халат уже давно соскользнул с плеч, оставив лишь кружевные манжеты на запястьях - последний стыдливый аксессуар. Он знал, что его кожа сегодня особенно переливается в солнечных лучах, а поза - одна нога согнута, другая небрежно вытянута - идеально подчёркивает все изгибы. 

За окном Антон, его зеленоглазый садовник, якобы увлеченно подрезал розы. Но Арсений заметил, как тот уже в третий раз за минуту "поправляет" один и тот же куст. 

"Мило", - подумал Арсений и нарочито медленно провёл ладонью от ключицы вниз, к животу, задерживаясь на чувствительной коже бедра. 

В этот момент Антон поднял голову. Их взгляды встретились через стекло. 

Арсений улыбнулся. Антон резко отвернулся, но не успел скрыть, как его пальцы сжали секатор до побеления костяшек. 

На следующий день игра продолжилась. Арсений лежал на животе, специально выгнув спину, чтобы халат съехал ещё ниже. Он слышал, как лейка звякнула о камень. 

"Почти получилось", - ликовало что-то внутри него. 

Но когда он обернулся, Антона уже не было. 

Разочарование длилось ровно до того момента, пока дверь в спальню не распахнулась. 

Антон вошёл не как вчерашний робкий садовник. Его шаги были тяжёлыми, глаза горели. 

- Доволен? - голос звучал низко.

Арсений приподнялся на локтях: 

- Я просто... 

Два шага - и Антон уже над ним. Большая рука вцепилась в его запястье, прижимая к матрасу. 

- Ты играешь с огнем, - Антон наклонился так близко, что Арсений почувствовал его дыхание на губах. 

Но когда их рты наконец встретились, поцелуй оказался неожиданно мягким. Грубые пальцы разжались, сменив хватку на ласку. 

- Я... - Арсений попытался что-то сказать, но Антон перевернул его на живот одним резким движением. 

- Молчи. 

Голос всё ещё звучал жестко, но руки... Руки были нежными. Они скользили по спине, срывая халат, но не рвали ткань, а бережно стягивали. 

Когда Антон вошёл в него, это было резко, но не больно - он подготовил Арсения так тщательно, что тело само потянулось навстречу. 

- Нравится? - Антон прошептал это прямо в ухо, одновременно кусая мочку. 

Арсений застонал, чувствуя, как грубость в голосе смешивается с нежностью движений. 

Антон мог впиться пальцами в его бёдра, оставляя следы, но тут же ладонью успокаивал жаркую кожу. Мог резко дёрнуть за волосы, заставляя выгнуть спину, но следом покрывать шею поцелуями. 

Когда волны удовольствия накрыли их обоих, Антон прижал Арсения к себе, и вдруг... засмеялся. 

- Чёрт, - его пальцы дрожали, когда он отодвинул прядь волос со лба Арсения. - Я же должен был просто подстричь газон... 

Арсений рассмеялся в ответ, чувствуя, как бьётся сердце Антона - быстро, но ровно. 

- Зато теперь у тебя... постоянная работа, - он повернулся, чтобы поймать его губы в поцелуе. 

Антон ответил, и в этом поцелуе было все - и грубоватая страсть, и та нежность, от которой у Арсения до сих пор кружилась голова.