Главы 41 - 45

Глава 41 (Гао Е – Тао Окамото, модель, актриса, Япония)

Рабочий день Ци Минсиня закончился. Он собрался и направился к лифту. Так получилось, что и Ло Ифань тоже закончил работу и присоединился к нему. Смеясь и переговариваясь, они вошли в лифт.

Ци Минсинь не отличался особой разговорчивостью, однако обладал приятной внешностью и кротким нравом, поэтому девушки в компании не обходили его вниманием и любили перекинуться с ним парой слов.

А женщины-коллеги постарше, обсуждая его между собой, приходили к выводу, что из такого красивого и внимательного мужчины непременно должен получиться прекрасный муж. Если бы они только знали – дойди эти слова до ушей Ци Минсиня, он бы тут же провалился сквозь землю от стыда.

– Ци-гэ, почему вы так рано женились? – полюбопытствовал Ло Ифань.

Ци Минсинь скромно улыбнулся:

– Я не думал над этим, мне просто хотелось поскорее обрести некую стабильность в жизни.

– Эге... Будь у меня такие условия жизни, как у тебя, я бы сначала погулял вволю, а когда нагулялся, нашёл бы себе хорошую жену и жил бы припеваючи.

В лифте было полно народу, в основном женщины, и все они услышали слова Ло Ифаня. Большинство служащих в этой компании были замужние женщины средних лет, естественно, подобные высказывания не вызвали у них одобрения, и они стали перешёптываться и бросать на двух парней ироничные взгляды.

По пути от лифта до выхода из здания Ци Минсинь невольно пугливо оглядывался – не появится ли опять Ю И. Не увидев его, Ци Минсинь перевёл дух и почти бегом направился к своей машине.

Вернувшись домой, он опять застал в гостиной Гао Е, которая развлекалась метанием дротиков, тогда как Чжэн Коко, сидя на ковре перед расстеленной одноразовой скатертью, заваленной разными фруктами, изучала инструкцию к купленной сегодня соковыжималке. Если бы Ци Минсинь пришёл в этот дом впервые, он бы подумал, что попал в детский сад.

– Отойди в сторону, не загораживай мне цель! – крикнула Гао Е, сведя брови к переносице.

Ци Минсинь беспомощно возразил:

– Не могу, мне надо пройти переодеться!

Гао Е опустила руку с дротиком и посмотрела на Ци Минсиня, как хорёк на курицу. Ци Минсинь даже шаги замедлил, боясь, что его сейчас сожрут всухую и дочиста.

– Быстрее уже, шевели поршнями!!

Ци Минсинь проскользнул в спальню и поспешно закрыл за собой дверь, прижавшись к ней спиной. Снаружи долетел стук дротика, вонзившегося в мишень, и крик Гао Е:

– Впредь бери с собой домашнюю одежду и переодевайся в прихожей, когда будешь приходить с работы!

......

Как только Ци Минсинь переоделся, сразу пошёл на кухню готовить ужин. Чжэн Коко уже купила овощи и даже помыла их, почистила и аккуратно разложила по мисочкам. Чтобы предотвратить споры по поводу готовки, они заранее договорились о разделении обязанностей. Каждый по очереди одну неделю закупал продукты и чистил их, а другой готовил из них блюда, а потом они менялись.

Ци Минсинь обратил внимание на объём заготовленных продуктов – не похоже, что это предназначалось только для двоих. Да и для троих, честно говоря, многовато. Ци Минсинь вспомнил слова Ю И, что он хотел бы приходить сюда ужинать. Он хмыкнул про себя, однако быстро разогрел масло в воке, обжарил овощи и подал на стол.

Вдруг он вспомнил кушанье, которое любил Ю И. Ци Минсинь открыл холодильник – нужные продукты были в наличии. Он достал их и тут же немного смутился: «С какой стати я буду готовить то, что он любит?» Однако вопрос – это всего лишь вопрос. Ци Минсинь не стал искать ответ на него, а просто начал готовить.

Наконец, всё было приготовлено, стол в гостиной накрыт, и все трое сели ужинать. Ци Минсинь поставил дополнительную табуретку для Ю И, но пока того не было, Гао Е беззастенчиво водрузила на неё свои ноги. Заметив, что Ци Минсинь как-то странно притих, Чжэн Коко осторожно спросила:

– Почему ты не ешь?

Ци Минсинь с заметным трудом вышел из оцепенения и ответил:

– Что-то не хочется.

Гао Е с заметным недовольством протянула руку к лицу Чжэн Коко и грубым движением смахнула рис с уголка её губ, затем так же грубо произнесла:

– Ешь давай, какое тебе до него дело!

Ци Минсиню было неприятно это слышать. Допустим, их с Чжэн Коко отношения не настолько близки, как положено молодым супругам, тем не менее, они всё равно муж и жена. Но от сказанных Гао Е таким тоном слов Ци Минсинь почувствовал себя здесь посторонним.

Ужин практически закончился, а Ю И так и не появился. Ци Минсинь посмотрел на почти нетронутое блюдо, которое он для него приготовил, вздохнул, встал из-за стола и унёс его обратно на кухню. Ю И так и не пришёл, а Ци Минсинь так и не поел.

Он непрестанно вспоминал слова Ю И о том, что тот хотел бы, чтобы Ци Минсинь готовил для него ужины. Чем больше ему хотелось наплевать и забыть про эти слова, тем больше они разъедали его сердце.

Глава 42

Когда Ю И заявился после девяти вечера, от него за версту несло алкоголем. Изначально он собирался сразу после разговора с Ван Силанем поехать ужинать домой, но Ван Силань прямо при нём позвонил двум своим шестёркам, вызвал их, а потом попросил Ю И остаться, обговорить с ними всё, а заодно и выпить, раз уж их пригласили. Если бы это была просто попойка, Ю И отказался бы, но дело касалось Ци Минсиня, поэтому следовало всё хорошенько обсудить, и как это сделать, как не за бутылкой?

Не заходя к себе, чтобы переодеться, Ю И сразу направился к соседской двери. Видок у него был тот ещё: на шее болтался перекошенный галстук, пуговицы на рубашке застёгнуты через две на третью, так что грудь наполовину обнажена, и гладкая кожа, в свете лестничного плафона похожая на тёмный мёд, казалась очень сексуальной.

Как только он вошёл, Ци Минсинь сразу понял, что Ю И прилично выпил. Его чуть беспомощный и оттого ещё более очаровательный пьяный вид вызвал у Ци Минсиня досаду, но он не мог оторвать от него взгляд. Ю И, покачиваясь, издал ехидный смешок, как будто всего Минсиня липкой грязью облил.

– Сяо Синь, я скучал по тебе.

Эта фраза просто взбесила Ци Минсиня. Он сразу вспомнил, как Ю И просил его приготовить для него ужин, а сам где-то с кем-то тупо напился. Он схватил Ю И за плечи и подтолкнул к выходу, холодно говоря:

– Нечего тебе тут делать, иди к себе домой.

– Почему ты такой безжалостный... – заныл Ю И, и его голос прозвучал как-то двусмысленно и непристойно.

Ци Минсинь посмотрел на Ю И, и вдруг подумал, что каких-то два часа назад тот был точно таким же с кем-то другим, и его сердце стиснула невыносимая боль. Больше не слушая пьяный бред Ю И, он резко повернулся и пошёл в кухню с твёрдым намерением немедленно выбросить в помойное ведро то кушанье, что он приготовил специально для Ю И.

Какой же он глупый, готовил ужин, ждал его дома, ну вылитая жёнушка, один в один. Ци Минсинь вспоминал свою суету и чувствовал стыд, и презирал себя за то, что он такая размазня.

Чжэн Коко и Гао Е вместе заперлись в спальне и смотрели кино, достаточно громко, чтобы не слышать ничего, что происходило за пределами спальни. Так что Ци Минсинь мог не беспокоиться за то, что из-за Ю И возникнут какие-то проблемы.

Сахарный шёлк (*см. сноску под главой) на тарелке уже пересох и затвердел, и Ци Минсинь решил выбросить всё в унитаз. В результате по пути к туалету его мастерски перехватили, Ю И отобрал у него тарелку и так широко улыбнулся, что глазки превратились в щёлочки:

– Ты для меня это приготовил?

Ци Минсинь молча бросил на Ю И взгляд, говорящий: «Прекрати паясничать!», и стал мыть руки. Ю И всё с тем же насмешливым выражением лица стоял рядом с Ци Минсинем и говорил:

– Так ты всё это время ждал меня? И это блюдо ты приготовил для меня? Я утром просто так сказал, а ты, оказывается, запомнил?..

Поначалу Ци Минсинь молча слушал, но когда были произнесены слова «просто так», его терпение лопнуло.

– Коко тоже любит батат в «сахарном шёлке». С чего ты взял, что я приготовил для тебя, я сделал это для своей жены.

Улыбка медленно сползла с лица Ю И. Он тупо уставился на тарелку в своих руках, как будто держал тряпичную куклу, которую ему дали родители – он думал, что это ему подарили, а оказалось, что родители купили её для соседской девочки на день рождения. Он выглядел таким беззащитным и беспомощным, что Ци Минсиню вдруг стало нестерпимо жаль его.

Всякий раз, когда Ю И напивался, коэффициент его эмоционального интеллекта неудержимо падал до состояния грудного ребёнка так просто и ясно, что это было видно с первого взгляда. И это отбивало у Ци Минсиня всякую охоту язвить и дальше.

Ю И сжал пальцами края тарелки и не произнеся ни слова, ушёл к себе домой. Ци Минсинь из чистого беспокойства за него последовал за ним. Там он увидел, как Ю И поставил кушанье в микроволновку и после того, как разогрел за несколько минут, стал есть.

Ци Минсинь обалдел. Нет, он знал, что у Ю И упёртый характер, но чтобы до такой степени... Ю И даже не взял палочки, чтобы отделять от блюда кусочки, он заталкивал его себе в рот целиком и поглощал почти не жуя. При этом он не смотрел на Ци Минсиня и выглядел так, будто опасался, что кто-то невидимый вот-вот отнимет у него еду, а поскольку эта еда принадлежит только ему, он должен отвоевать её и утвердить своё право на неё.

*Десерт "Сахарный шёлк" или по-другому "Карамельная проволока" (это похоже на нашу сахарную вату) – излюбленное лакомство на китайском праздничном столе. Готовится преимущественно из овощей, имеющих природный сладковатый вкус, таких как турнепс, батат, морковь, а также из фруктов и ягод. Порезанные ингредиенты обжариваются в кипящем масле, фрукты и ягоды иногда предварительно окунаются во взбитые с сахаром и рисовой мукой белки. Отдельно готовится сахарный сироп, как обычно, из воды и сахара. Потом обжаренные кусочки окунаются в сироп и выкладываются на блюдо. Уже на этой стадии карамель тянется за кусочком, если его взять с тарелки. Из оставшейся карамельной массы вытягивается т. наз. "проволока", ею окутывают блюдо дополнительно. Свежеприготовленная "проволока" сияет и тянется, она мягкая и приятная на вкус. Но через определённое время засыхает и утрачивает эластичность. На видео всё показано очень хорошо.

Китайское видео «Батат в карамельной проволоке»:

https://youtu.be/tRLYIYClKnQ

Русское видео «Карамельная проволока»:

https://youtu.be/2aP0Xe3eZsA

Глава 43

– Брось, не ешь, эти остатки уже невкусные. Если тебе хочется, я могу приготовить заново, - вполне серьёзно сказал Ци Минсинь и попытался забрать у него тарелку.

Ю И поднял брови:

– Не нужно, я не привередлив.

Ци Минсинь не стал возражать, но упрямо подумал: «Если ты непривередлив, то в мире вообще не существует привередливых людей».

Между тем, Ю И не остановился на достигнутом. Он совершил ещё несколько «набегов» на кухню Ци Минсиня и подчистил практически все кастрюли и сковородки, перетаскав к себе чуть ли не всю посуду из его дома.

Ци Минсинь только смотрел на его перемещения с немым недоумением. Впрочем, он уже давно привык к закидонам Ю И, за последние несколько лет он всякого навидался и потому не удивлялся. Он просто собрал всю посуду и пошёл в свою квартиру, чтобы помыть её на своей кухне и расставить по местам.

Навстречу ему попалась Гао Е со свёрнутыми в большой тюк одеялом и подушкой в руках. Была уже полночь, и она явно направлялась к себе домой. Сердце Ци Минсиня необъяснимо сжалось, он спросил:

– Ты сегодня решила ночевать дома?

– Протри глаза, это твоё одеяло и твоя подушка.

С этими словами Гао Е продефилировала мимо него, вошла в квартиру напротив, далее в спальню и бросила тюк на кровать Ю И.

– Ты будешь спать здесь, а я – там.

Весь вид Гао Е говорил о том, что она нисколько не сомневается в своём праве.

– Я не собираюсь спать здесь... – возразил Ци Минсинь.

Гао Е помрачнела и уставилась на Ци Минсиня таким злым взглядом, точно застала его на месте преступления и собиралась немедленно казнить без суда и следствия.

– Но ты ведь и в собственном доме не живёшь, разве нет? Считай, что я позаботилась о твоём проживании, – холодно резюмировала Гао Е, похлопала его по плечу и с беспримерной уверенностью в собственной правоте удалилась в квартиру Ци Минсиня.

Ци Минсинь смотрел в спину Гао Е, надолго потеряв дар речи, и не знал, что должен сейчас чувствовать – возмущение или беспомощность? Короче говоря, он абсолютно не понимал поступков этой женщины. Но если даже и так, Ци Минсиню было за что благодарить Гао Е. Всё-таки именно её поведение вольно или невольно покончило с достаточно затруднительными супружескими отношениями Ци Минсиня и Чжэн Коко.

Он взял свёрнутые постельные принадлежности и собрался перейти в другую комнату, однако в дверях столкнулся с препятствием в виде привалившегося к дверному косяку Ю И, перегородившего выход. Он смотрел нагло и самоуверенно, словно говоря: «И что ты предпримешь против меня?»

– Выпусти меня, – Ци Минсинь полагал, что сказал это достаточно уверенно.

Ю И покачал головой:

– Сегодня ночью ты останешься в моей постели.

– Прекрати, Ю И, – Ци Минсинь, сердясь, опять завёл свою шарманку, но Ю И не стал слушать, вытянул руку и взялся за противоположный косяк, полностью отрезая выход из спальни.

– Мы столько ночей провели вместе, подумаешь – ещё одна ночь.

На лице Ци Минсиня отразилось смятение, он отложил своё одеяло и взявшись за руку Ю И, попытался оторвать её от косяка. Но какой из него соперник для Ю И? Тем более для пьяного Ю И, у которого от принятого на грудь сила только удваивалась.

Сколько ни старался, сколько ни пыхтел Ци Минсинь, он только раскраснелся и вспотел, а Ю И и с места не сдвинулся. Видя, что Ци Минсинь сдался, Ю И оторвался от притолоки, лениво потянулся и сказал:

– Пойду-ка я приму душ, а то от меня винищем несёт, а мой Синюшка этого не любит.

Когда Ци Минсинь услышал это «мой Синюшка», у него сердце дрогнуло, и его охватили противоречивые чувства. Когда они были вместе, в самом начале Ю И всегда называл его так. По прошествии времени, когда они уже немного пообвыклись, все эти слащавые клички как-то исчезли из обихода, они называли друг друга либо полным именем, либо сокращённым (т.е. без фамилии – п.п.). И сейчас, услышав прежнее ласковое прозвище, Ци Минсинь почувствовал невыразимое огорчение.

Глава 44

Ю И качнулся в сторону Ци Минсиня, чуть задев его плечом, и вырулил в сторону ванной. Ци Минсинь остался стоять в спальне и разглядывать большую красивую кровать. Внезапно его словно озарило: независимо от того, как выглядела эта кровать, какое бы ни было на ней одеяло, подушки и постельное бельё, тем не менее это была кровать, предназначенная для молодожёнов.

Он не имеет права спать на ней вместе с Ю И. В квартире, которую они снимали, тоже была двуспальная кровать, на которой они спали. Неизвестно, кто теперь снимает ту квартиру, кто спит на их кровати... Неужели всё в прошлом? Ци Минсинь каждый раз холодел, думая об этом.

Он подобрал с кровати своё свёрнутое одеяло и пошёл в другую комнату. Ци Минсинь лёг на кровать, прекрасно зная, что Ю И, вернувшись из душа и не найдя его в спальне, обязательно придёт сюда, но подумав о спящей за соседней дверью Чжэн Коко, он продолжал заставлять себя совершать бесполезные поступки. И точно, когда Ци Минсинь услышал шорох и обернулся в сторону двери, он увидел стоящего там Ю И, в упор смотрящего на него.

– Если ты собрался спать в этой комнате, я совершенно точно доведу тебя до смерти этой ночью. Но если ты добровольно пойдёшь в мою спальню, я сегодня не буду к тебе приставать, я просто посплю с тобой в обнимку.

Ци Минсинь понимал, что означает сказанная ранее фраза «доведу до смерти». Даже если по отношению к нему слова Ю И не окажутся правдой, тем не менее, они являются угрозой, достаточной для того, чтобы он не посмел оставаться здесь. Если он останется, физический контакт с Ю И будет неизбежен, но если он пойдёт в спальню Ю И, возможно, Ю И будет вести себя прилично, как и обещал.

Ци Минсиь ещё никогда не чувствовал себя таким никчёмным. Злясь на себя, он вернулся в спальню Ю И со своим одеялом. В придачу ко всему Ю И с брезгливым видом прогнал его в душ, а сам как ни в чём не бывало, укрылся его же одеялом.

Когда Ци Минсинь вернулся из душа, Ю И ещё не спал. Он сидел в изголовье кровати и смотрел на Ци Минсиня так, будто из того должны вот-вот полезть золотые слитки. Ци Минсинь не стал спрашивать Ю И, отчего он так смотрит, потому что стоит только открыть рот – и разговор будет нескончаемый. В результате Ю И заговорил первым:

– Сяо Синь, ты можешь надеть те брюки, что я тебе купил, и показать мне?

На Ци Минсине свободные пижамные штаны, естественно, надевать сейчас узкие брючки в облипку ему не хотелось. Кроме того, он отлично понимал намерения Ю И, и совсем не хотел потакать его идеям.

– Брюки в квартире напротив, я полагаю, там уже спят.

– Я хочу посмотреть, – нахально настаивал Ю И.

Ци Минсинь знал слабое место Ю И, и сразу пресёк инсинуации:

– Я оставил брюки в шкафу, в спальне Коко, если я за ними сейчас пойду, то уже не вернусь.

– Только попробуй! – мгновенно сменил тон Ю И.

– Всё ещё хочешь посмотреть? – Ци Минснь говорил с ним как с ребёнком.

Ю И холодно фыркнул и нырнул под одеяло, больше ничего не говоря. Ци Минсинь улыбнулся. Напряжение потихоньку отпускало его. Он скользнул под одеяло с другой стороны кровати, стараясь улечься подальше от Ю И. Ци Минсинь думал, что Ю И сейчас подлезет к нему под одеяло или ещё что-нибудь предпримет, но сколько ни ждал, не услышал ни единого шороха позади.

Ци Минсинь поднял голову и увидел, что Ю И спит. Его волосы ещё не просохли до конца, добавив его лицу неописуемого очарования. Ци Минсинь повернулся к нему лицом и подперев голову рукой, долго смотрел на Ю И, пока не расплылся в неудержимой улыбке.

Лишь во сне Ю И мог быть более-менее искренним. Хотя на его лице сохранялась печать его обычного высокомерия, но по крайней мере, во сне он не предъявлял никаких нелепых требований.

Ци Минсинь встал с постели и сходил выключил верхний свет, но стоило только вернуться на кровать, как Ю И проснулся, протянул к нему свои сильные руки и пригрёб поближе к себе. Ци Минсинь затрепыхался, пытаясь освободиться, но Ю И только ближе притиснул его к себе и прошептал на ухо:

– Не уходи, я не буду приставать к тебе, правда, я только хочу вот так обнимать тебя.

Ци Минсинь расслабился и постарался поудобнее устроиться в его объятиях. Ю И усмехнулся, «вот погоди, когда я найду доказательства неверности Чжэн Коко, ты совершенно точно не вылезешь из моей постели. И сопротивляться будет бесполезно, я просто свяжу тебя...» Ю И только представил это, и его мысли сразу поскакали по кривой дорожке, а не сыграть ли ему под предлогом опьянения злую шутку?

Но посмотрев на кроткое, спокойное лицо засыпающего Ци Минсиня, Ю И расхотел пользоваться его безвыходным положением. Как говорится, поспешность и излишнее нетерпение подчас могут свести на нет даже хорошо продуманное дело. У них впереди уйма времени, так что лучше стиснуть зубы и придерживаться плана.

Ю И был достаточно пьян, его неумолимо тянуло в сон. Он тихо гладил Ци Минсиня по волосам; постепенно его рука двигалась всё медленнее и медленнее, пока, наконец, не замерла на макушке Ци Минсиня – Ю И уснул.

Ци Минсинь больше не стремился освободиться. Он знал, что Ю И устал и наверняка не сможет ничего ему сделать. Кроме того, Ю И просыпался при малейшем его движении и настороженно смотрел на него. Ци Минсиню ничего не оставалось, кроме как тихо лежать в объятиях Ю И и честно спать всю ночь.

Глава 45

Проснувшись утром, Ци Минсинь обнаружил, что их с Ю И положение изменилось с точностью до наоборот. Ю И честно и благонравно лежал под одеялом, а он сам пробрался к нему под одеяло, сложил на него руки и ноги, как будто собирался заняться «нехорошими» делами. Пока Ю И не проснулся, Ци Минсинь поспешно отодвинулся от него, вылез из-под его одеяла и нашарил на прикроватной тумбочке со своей стороны мобильный телефон.

Он не ожидал, что часы на дисплее покажут 8 часов, тогда как рабочий день в его компании начинался в 7:30. Кроме этого, Ци Минсинь обнаружил несколько пропущенных звонков и два текстовых сообщения. Сообщения пришли от Ло Ифаня, звонки тоже от него и ещё от начальника отдела.

Ци Минсинь пришёл в ужас, торопливо вскочил с постели, кинулся умываться – все туалетные принадлежности остались дома, и он как был, взлохмаченный после сна и неумытый, побежал в квартиру напротив. Войдя в прихожую, Ци Минсинь сразу услышал доносящийся из спальни смех и возню. Озадаченный, он сразу пошёл в спальню, чтобы посмотреть, ушла ли Чжэн Коко на работу. Приоткрыв дверь, он заглянул в комнату и увидел, что обе женщины всё ещё валяются в постели.

Гао Е и Чжэн Коко лежали под одним одеялом, судя по их виду, им было очень весело и если присмотреться повнимательнее, можно было заметить, что Чжэн Коко, по сути, находится в объятиях Гао Е. Чжэн Коко выглядела очень мило: Гао Е что-то шептала ей на ушко, а та то капризно поджимала губки, то снова принималась хихикать.

Ци Минсинь вдруг подумал, что никогда не видел Чжэн Коко такой. До свадьбы они встречались месяц, но между ними просто не было отвращения, они общались нормально, вежливо, но и только. Увидев сейчас такую богатую гамму чувств, играющую на лице Чжэн Коко, Ци Минсинь почувствовал себя полным неудачником.

Тресь! Прямо в лицо Ци Минсиня прилетела подушка – он и не заметил, что уже распахнул дверь спальни и стоит как зачарованный, глядя на двух женщин. Гао Е зло смотрела на него.

– Как давно ты здесь стоишь? – спросила она.

Ци Минсинь смущённо ответил:

– Совсем недавно... всего минуту, не больше, уже ухожу, мне нужно в ванную... – и уже развернулся, собираясь бежать умываться.

– А ну, иди сюда! – рявкнула Гао Е, заставив Ци Минсиня остановиться.

– Что ещё? – спросил он.

– Ты что-нибудь слышал сейчас? – Гао Е села на кровати и уставилась на него немигающим взглядом.

Чжэн Коко испуганно съёжилась, спряталась под одеялом и затихла, похожая на жену, которую муж поймал на измене. Хотя Ци Минсинь ничего не слышал и понятия не имел, чем они тут занимались.

– Ничего я не слышал, мне нужно идти на работу, я зашёл умыться и почистить зубы, – быстро проговорил Ци Минсинь и умчался в ванную.

Зубы он почистил за минуту, приводить в порядок причёску времени уже не было. Кое-как причесавшись, он вышел из дома и уже направился к лестнице, как вдруг вспомнил, что Ю И ведь тоже надо на работу. Он подошёл к двери его квартиры и окликнул Ю И:

– Ю И, вставай! – крикнул он в приоткрытую дверь.

Ю И не отозвался, видимо, спал очень крепко. Ци Минсинь не хотел так уходить, он добежал до кровати и опять окликнул Ю И. Не открывая глаз, тот повернулся на другой бок и продолжил спать. Ци Минсинь не мог это так оставить и похлопал его по щеке. В следующую секунду Ю И укусил его за палец. Зашипев от боли, Ци Минсинь отдёрнул руку и со страхом посмотрел на Ю И.

– Ты не спишь, что ли? А что не отзываешься, да ещё кусаешься, ты что, собака?

Раздался короткий смешок. Ю И обернулся и весело посмотрел на Ци Минсиня. Вставать он явно не собирался. Ци Минсинь знал это его выражение лица, оно не предвещало ничего хорошего. Он просто сказал, что опаздывает на работу, да и Ю И тоже пора вставать, и уже собрался уйти, когда услышал:

– Не спеши так.

Ю И зевнул, стянул пижаму и приготовился одеваться.

– Я вижу, ты никуда не торопишься, но я спешу, – сказал Ци Минсинь.

– Я отпросил тебя с работы.

– Отпросил с работы? – озадаченно переспросил Ци Минсинь. – И у кого ты меня отпрашивал?

– Ты забыл? Ваш начальник отдела и мой отец – однокурсники, я его запросто называю дядей Цзи. Будешь работать в этой компании, и дядя Цзи будет тебе помогать.

– Я знаю о ваших отношениях, но как-то не вспоминал о них. Тем более я должен пойти на работу, я не могу прогуливать без причины, – говорил Ци Минсинь, отступая к выходу с твёрдым намерением всё-таки отправиться на работу. Ю И заволновался:

– Но я сказал ему, что ты заболел и взял отгул надолго, зачем тебе идти?

– Я вчера не закончил отчёт, мне нужно доделать. Я могу сказать начальнику, что мне стало лучше...

– Это нужно срочно сдать? – перебил Ю И.

– Не срочно, но до субботы нужно сделать.

– Сегодня всего лишь вторник, куда тебе спешить? В кои-то веки я попросил для тебя отгул, чтобы ты отдохнул.

– Нет, я не смогу спокойно отдыхать, когда у меня осталась недоделанная работа.

– Ну и уходи... Больно надо, ещё о тебе беспокоиться... Упрямый осёл!

С каждым словом лицо Ю И мрачнело. Собственно говоря, он хотел воспользоваться этой возможностью, чтобы провести день с Ци Минсинем, сходить куда-нибудь погулять, развеяться, развлечься, а этот тупоголовый упрямец только о работе и думает.

Когда они учились, было то же самое: все прогуливали лекции, но только не Ци Минсинь. Ю И было скучно гулять одному, поэтому он за компанию с Ци Минсинем посещал все занятия. От этих воспоминаний ему стало обидно – четыре университетских года, лучшие молодые годы он провёл в пыльных аудиториях.

Пока Ю И дулся, Ци Минсинь спустился на подземную парковку, и вскоре вставший с постели Ю И услышал звук взвизгнувших на асфальте шин – Ци Минсинь дал резкий старт и уехал на работу. В ярости Ю И схватил подушку, швырнул её на пол и несколько раз топнул по ней ногой. Только так ему немного полегчало. Он не собирался сегодня на работу, но Ци Минсинь уехал, и теперь он не знал, чем заняться. Расстроенный, он с унылым видом поплёлся в ванную.

«И с таким человеком ты собираешься прожить всю жизнь. В конце концов, ты просто задохнёшься» – так мысленно говорил себе Ю И, пока чистил зубы и умывался. «И что я в нём нашёл?»

Едва поступив в университет, он почти сразу положил глаз на Ци Минсиня. Тогда его просто потянуло к этому чистому и доброму с виду мальчику, захотелось познакомиться с ним поближе, подружиться. Но на деле оказалось, что они совершенно разные люди: Ци Минсинь любит покой и тишину, Ю И, наоборот, любит движуху, и друзей они заводят в совершенно разных сферах.

Когда они сблизились, поначалу оба испытывали волнение и страх, и даже просто соприкасаясь руками, краснели и дрожали, чувствуя бешеное сердцебиение. Сближение с представителем своего пола у обоих проходило непросто, оба преодолевали некие внутренние психологические барьеры.

Шло время, они всё лучше узнавали друг друга, и в конце концов оба начинали понимать, что партнёр – совсем не такой, каким хотелось бы его видеть, не то, к чему оба стремились. Но было уже поздно, обоих уже связывали глубокие чувства. Как говорится, поздно придираться к недостаткам и пытаться переделать друг друга.