Глава 26 - 27
Глава 26 - Тупик
Частная больница общего профиля Фукан, второй этаж, рентгенологическое отделение и архив.
В просторном и пустом коридоре эхом отдавались торопливые и быстрые шаги. Су Чэнг и Ци Шэнь отчаянно бежали, пока тени позади них расползались по каридору, словно преследуя их, не желая отпускать.
"Быстрые! Сюда!"
Су Чэнг достал отмычку, которую обменяли в системном хранилище, и бросился в комнату архива в последний момент, прежде чем их вот-вот поймают!
"Бам!"
Дверь захлопнули в последнюю минуту, заблокировав следовавших за ними монстров.
Су Чэнг в ужасе прислонился к дверной панели, тяжело дыша.
Перед ним была огромная архивная комната. Свет внутри был тусклым, а ряды полок, покрытые пылью, уходили вдаль, казалось бы, без конца.
Су Чэнг вспомнил, что Вэнь Цзяньянь сказал ему перед расставанием.
В рамках сложного побочного квеста, роль сестры Ци Шэня, Линь Цин, должна быть очень важной, и причина ее смерти может стать ключевым моментом в основной сюжетной линии всей больницы.
Хотя на этот раз они были вынуждены разделиться на две команды, в некотором смысле это было даже хорошо. Ведь для их задания, эффективнее было разделиться на две команды.
Таким образом, основной целью похода Су Чэнга на второй этаж на этот раз было найти информацию и подсказки, связанные с Линь Цин в комнате архива, и Ци Шэнь, младший брат Линь Цин, также следовал за ним и мог помочь ему устранить многие несостыковки в сюжете.
Некоторые места в архивной комнате были грязными, очевидно, это следы, оставленные ведущим от прошлого дежурства.
Ведь стартовать с этого места было, естественно, удобнее всего.
Су Ченг и Ци Шэнь просмотрели архив по отдельности и вскоре нашли полезную информацию.
Предшественник частной больницы общего профиля Фукан на самом деле был профессиональной женской и детской частной больницей, которая была преобразована в более полную больницу общего профиля примерно в 2000 году. Однако отделение акушерства и гинекологии частной больницы общего профиля Фукан по-прежнему оставалось представительным звездным отделением в целом. Там принималось более чем в два раза больше пациентов, чем других отделениях.
Однако после полного трехлетнего пикового периода госпитализации с 2010 по 2013 год количество пациентов, поступивших в больницу Фукан, начало резко снижаться, из-за чего больница начала приходить в упадок.
Что касается конкретной причины, Су Чэнг также не был уверен в этом вопросе.
Архивы того периода были частично утеряны. Неизвестно, унесли ли их другие ведущие или их вообще здесь не было.
Су Чэнг повернул голову и посмотрел на Ци Шэня: «Кстати, когда твоя сестра начала работать в больнице Фукан?»
Ци Шэнь на мгновение задумался, поднял голову и ответил: «Примерно в 12-ом году . Но с тех пор, как она начала работать в больнице Фукан, может быть, это потому, что она была слишком занята, она редко связывалась с семьей, поэтому я точно не знаю, что произошло в то время».
Согласно подсказкам, предоставленным Ци Шэнем, Су Чэнг начал искать архивы акушерства и гинекологии в период между 2012 и 2014 годами, но...
Полки, на которых должны были располагаться эти материалы, были пусты, и казалось, что материалов так не было довольно давно.
Дорога снова была перекрыта, перед ними.
Су Чэнг нахмурился, почти в расстроенных чувствах.
В этот момент, словно о чем-то думая, он полез в карман, достал мобильник и открыл календарь.
Время, отображаемое на телефоне, — 24 апреля 2014 года.
Это должно быть текущее время в этом экземпляре.
В морге ранее труп, у которого были зашиты глаза, скончался в 2 часа ночи 20 апреля, то есть четыре дня назад.
Согласно информации, предоставленной Сюэ Минъянь, когда она дала им задание в морге, независимо от того, в каком морге находились трупы, они не оставались в больнице Фукан больше недели.
Затем...
Все трупы, лежащие сейчас в больничном морге, должны были умереть на этой неделе.
Таким образом, весьма вероятно, что данные их дела еще не были занесены в архив.
Думая так, Су Чэнг направился к тележке с файлами у входа в комнату архива. На картотеке были разбросаны некоторые документы, которые должны были быть материалами, что не были заархивированы.
Он присел на корточки возле тележки с папками и начал внимательно читать их одну за другой.
Нашел!
Глаза Су Чэнга загорелись, и он вытащил из корзины папку, которая выглядела совершенно новой.
Чем больше он читал, тем более торжественным становилось выражение лица Су Чэнга.
Он примерно подсчитал количество смертей за этот период времени; их было больше восьмидесяти. Но количество трупов в морге, даже с Линь Цин, было всего тридцать шесть. Это могло объясняться тем, что их заранее забирали члены семьи или другие учреждения. Но другой момент не имел никакого смысла.
Из 80 или около того смертей 27 были мужчинами, а остальные — женщинами.
Однако в морге было всего двадцать семь мужских трупов, другими словами, все исчезнувшие трупы были женскими трупами.
Тщательно изучив материалы дела, Су Чэнг сделал более важное открытие.
За исключением Линь Цин, все исчезнувшие женские трупы, так или иначе находились в стадии беременности, из-за чего к ним прибавлялись еще и трупы младенцев.
Су Чэнг закрыл папку с бледным лицом и швырнул ее обратно в тележку.
Теперь он понял, почему ведущий, которой сам хотел выбрать место своего дежурства, не хотел идти на третий этаж.
Неважно, под каким углом смотреть...
Третий этаж должен быть самым опасным.
И человек, которого отправили на третий этаж в одиночку, должен быть самым неудачливым человеком во всем инстансе.
***********
Частная больница общего профиля Фукан, третий этаж, отделение акушерства и гинекологии.
Мужчина с ирокезом недоверчиво посмотрел на стоящего перед ним молодого человека. На мгновение он не был уверен, был ли собеседник новичком, который не знал высоты неба, или большим парнем, который действительно не был бы удивлен происходящему.
Вэнь Цзяньян достал свой мобильный телефон, открыл собственный системный магазин и взглянул на него.
С увеличением очков на аккаунте, хотя магазин уровня D еще не был разблокирован, он мог видеть внешний вид и специфические эффекты многих реквизитов в магазине.
... включая этого.
Его взгляд упал на один из реквизитов, ресницы слегка опустились, скрывая блеск под глазами.
Эта опора была очень важна, и ее можно было рассматривать как неотъемлемую часть его следующего плана.
"Ты... что ты собираешься делать дальше?"— нерешительно спросил мужчина.
"Конечно, я убегу". Вэнь Цзяньян улыбнулся и поднял голову. Его лицо освещалось экраном мобильного телефона, покрывалось светлым ореолом.
Он легко добавил:
«Невредимым, таким, у которого не было даже небольшой травмы».
Хотя он был морально готов, услышав это почти высокомерное заявление из уст собеседника, мужчина с ирокезом не мог не быть шокированным на мгновение.
Как это возможно?
Хотя он не был старшим ведущим, прошедшим сотни копий, его опыт выживания в нескольких экземпляров в прошлом ясно дал понять, что это тупик.
Пока они были обмотаны пуповиной младенца-призрака, не было никакого способа выжить, если только младенец не освободит их добровольно.
Было бы хорошо, если бы это был только один ребенок, но теперь эта детская комната была полна младенцев-призраков. Даже если бы они освободились от одного, второй и третий все равно бы поймали их, и рано или поздно все очки ведущего были бы исчерпаны, что было неразрешимым тупиком.
"И..."
Вэнь Цзяньян присел на корточки на уровне глаз мужчины и сказал с улыбкой.
«Если я буду в хорошем настроении, я смогу взять тебя с собой».
«?!"
Глаза мужчины с ирокезом расширились, и он подсознательно затаил дыхание.
Позади молодого человека находилась мрачная детская комната. Сине-фиолетовые младенцы-призраки хихикали, почти заставляя его чувствовать озноб, но по какой-то причине, даже в такой обстановке, молодой человек перед ним излучал неописуемую уверенность, которую нельзя было игнорировать.
Его голос был спокоен и мягок, и в нем было что-то волшебное, во что не хотелось верить.
Несмотря на то, что он знал, что текущая ситуация почти непостижима, глаза мужчины не могли не загореться проблеском надежды.
Однако он прекрасно понимал, что бесплатных обедов в мире не бывает.
Он собрался и попытался медленно, самым спокойным тоном спросить:
"Что ты хочешь?"
"Ой? Похоже, ты морально готов?" Молодой человек слегка улыбнулся, в его янтарных глазах сверкали светлые пятна: «Мои комиссионные очень дорогие».
«У меня на руках осталось 18 000 баллов».
Мужчина с ирокезом выпрямился и сказал это число несколько настойчиво.
«18 000...» Вэнь Цзяньянь сузил глаза, и выражение его лица было немного неуловимым.
Зрители в комнате прямой трансляции мужчины с ирокезом уже взорвались.
[Черт, этот ведущий не большая шишка! Я был в его комнате прямого эфира, чтобы посмотреть на него. Он просто ведущий E-уровня, который прошел только один экземпляр! Он новичок! Новичок! Говорят, что он мошенник, который часто обманывает людей. Ведущий не должен верить его словам!]
[И название его комнаты для прямых трансляций — «Честность прежде всего». Ба! Бесстыдник!]
[Да! Ведущий E-уровня могут взять не более 1000 баллов, в копию . Еще не время для расчета очков в прямом эфире, и даже если он убьет противника, он не сможете получить столько очков, чтобы купить реквизит для сдерживания младенцев-призраков!]
[Да, да. Я уже видел этот экземпляр больницы Фукан. Если ребенок-призрак затаскивает кого-то в эту детскую комнату, они обязательно умрут. Два ведущих не должны смотреть друг на друга сверху вниз, все они мыши, попавшие в одну яму. В лучшем случае сначала умрет один, а потом другой.]
【Приведенные выше замечания пользователей относятся к одному и тому же ведущему экземпляра и будут открыты только для аудитории.】
Увидев, что его предложение, похоже, не произвело впечатления на собеседника, мужчина стиснул зубы и сказал так, словно потерял все, что заработал своей кровью и потом: " У меня есть предмет из прошлой копии. Хотя он всего лишь сложного уровня, его редкость очень высока. Даже на рынке свободной торговли его можно продать минимум за 30 000 баллов. Если ты действительно сможешь вывести меня отсюда живым, я готов отдать этот предмет тебе!»
Вэнь Цзяньян поднял брови и заинтересовался: "Ооо? Какая эта опора?"
Мужчина достал свой мобильный телефон, открыл рюкзак и показал Вэнь Цзяняню один из реквизитов.
Это был очень старый игрушечный пистолет. Бирюзовая краска слезла с него, обнажив бледную пластиковую ручку. Возле дула были потемнения, в виде засохших пятен крови, а ниже было описание реквизита:
【Игрушечный пистолет обиженной души (реквизит сложного уровня в полученный в копии приюта). Правила использования: выстрелите пулей, которая обязательно попадет в цель и на 100 % уничтожит противника (количество раз использования: 1)】
Мужчина горько усмехнулся: «На самом деле, мое суждение тоже было неверным. Если бы я использовал этот предмет с самого начала, я бы сейчас не попал в такую ситуацию».
К сожалению, из-за его неправильного суждения и колебаний его затащил сюда младенец-призрак...
Только тогда он вдруг понял, что существование этой опоры уже стало бессмысленным.
«Игрушечный пистолет израненной души» можно было использовать только один раз. Даже если этот призрачный ребенок будет устранен, он все равно не смог бы избежать участи считаться матерью, и его исход все еще не мог быть изменен.
Он с надеждой посмотрел на молодого человека перед ним.
Вэнь Цзяньян дал неоднозначную оценку: «...Неплохо».
Теперь, когда самые полезные вещи были представлены, мужчина не волнуясь обменял 1000 очков на временный контракт в системном магазине: «Если ты действительно хочешь меня спасти, я стану твоим подчиненным в этой копии. Ты сможешь получить 20% моих очков, и за этот период времени я не смогу тебе солгать. Кроме того, гарантия безопасности моей жизни будет заключаться в том, что я буду подчиняться всем твоим приказам".
Вэнь Цзяньян прикинул все плюсы в уме.
Шерсть овечья почти выбрита, и трогать ее снова будет не очень выгодно.
Так как я получил все полезное, то тут можно закончить.
Вэнь Цзяньян опустил глаза и с сожалением посмотрел на собеседника.
"Думаешь, этого достаточно?"
"Или ты думаешь, что они мне пригодятся?"
Мужчина с ирокезом вздрогнул, и глаза его вдруг потемнели.
Действительно, эти вещи, которые он предоставил, были лишь каплей в море для большой шишки, у которой были средства, чтобы отпугнуть всех младенцев-призраков. Все его баллы могли быть частью вознаграждения другой стороны за прямую трансляцию, а редкая опора уровня сложности была просто вишенкой на торте для старшего ведущего, они необязательны.
Ему нечем было предложить.
" Хотя предложенные тобой условия не слишком привлекательны".
В этот момент слова молодого человека сменились вместе с улыбкой: «Однако я добрый человек, поэтому помочь тебе не невозможно. Кроме того, меня очень интересует информация, которая у тебя есть сейчас".
Он слегка сузил глаза и постучал кончиками пальцев по пухлым губам: «Ну, давай добавим к этой сделке кое-что, и тогда она точно будет завершена».
Глаза мужчины расширились, и он с тревогой посмотрел на собеседника: "Ч... Что?"
«Разве в магазине D-уровня нет "Сладости для сна"?» Молодой человек легко сказал: «Только так».
Количество людей, которые приобрели этот реквизит, было очень небольшим, потому что условия его использования были слишком ограниченными и суровыми. Подходящих поводов для его использования почти не было, поэтому цена была невысокой, всего пятьсот баллов.
Мужчина, который думал, что другая сторона широко разинет пасть, как лев, был ошеломлен его требованием.
Он тупо уставился на молодого человека перед ним, и в его глазах был намек на удивление и волнение.
Этого правда достаточно?
Это была благотворительность!
Этот парень слишком добрый!
В комнате прямого эфира мужчины с ирокезом.
[... Ставлю 50 очков, лжец с другой стороны просто хотел этот предмет с самого начала.]
[Я могу поспорить с тобой на 100 очков!]
[Да, он E-уровня. Даже если очков достаточно, он не сможет купить реквизит в магазине уровня D. Я предполагаю, что другая сторона с самого начала собиралась получить эту сонную конфету.]
[Черт, транзакция, которую можно совершить с 500 баллами, была повышена до такого уровня. Это заставило нашего ведущего переполниться благодарностью и даже почувствовать, что он этим пользуется...]
[...Какой прирожденный капиталист! (медленно откидываясь назад)]
[Мне больше интересно, для чего ему нужна эта спящая конфета. Даже если младенец-призрак заснет, он не сможет ослабить пуповину... Я действительно не понимаю. Что пытается сделать ведущий на другой стороне? Он на самом деле не думает, что эта опора, тянущая бедра, может спасти им обоим жизнь, верно?]
[Извините, ребята, мне очень любопытно, поэтому я иду в живую комнату по соседству! Я вернусь позже!]
[Я тоже, подожди меня!]
Количество онлайн-зрителей в комнате прямых трансляций мужчины с ирокезом внезапно сократилось в несколько раз, в то время как количество людей онлайн в комнате прямых трансляций Вэнь Цзяняня «Честность прежде всего» начало расти. Все пришедшие были любопытными зрителями, которые хотели посмотреть, что будет делать ведущий, от первого лица.
Утвердив условия, они оставили отпечатки пальцев на временном контракте. Пожелтевший пергамент на мгновение мелькнул и мгновенно превратился в светлое пятно и исчез, а это означало, что транзакция защищена системой и ни одна из сторон не сможет нарушить ее условия.
Вэнь Цзяньян открыл интерфейс, и в его рюкзаке появились «Игрушечное ружье израненной души» и «Спящая конфета», и улыбка быстро скользнула по его губам.
Что ж, эта сделка была довольно приятной.
Сразу после этого он нажал на интерфейс системного магазина, потратил 1000 баллов, купил пятиминутное время открытия раздела предметов первой необходимости, а затем начал совершать покупки.
Тело мужчины достигло своего предела, и он мог только поддерживать огромный живот, который, казалось, раздувался словно шарик. Он сидел на месте беспокойно, наблюдая за «большой шишкой», которая только что заключила с ним сделку, убрал свой мобильный телефон, развернулся и пошел к группе маленьких детей.
Он действительно не знал, поскольку они уже достигли этой точки, какие небесные средства были у другой стороны, чтобы позволить им сбежать вместе.
Через пять минут молодой человек сунул мобильный телефон обратно в карман, затем прошелся по пуповине вокруг талии и безошибочно нашел опутавшего его младенца-призрака.
«Малыш, почему ты не пришел, чтобы найти свою маму?»
Голос молодого человека был мягок и нежен, с оттенком игривости и упрека.
В одно мгновение все младенцы-призраки повернули головы и посмотрели в его направлении. Пара чистых черных глаз смотрела устрашающе на огромной сине-фиолетовой голове, глядя на молодого человека перед ними, и твердо впился в его фигуру.
Вэнь Цзяньянь контролировал свое выражение с помощью сильного психологического качества, его лицо почти не изменилось.
Он наклонился, чтобы поднять деформированного младенца-призрака, и позволил ему лечь на руки под удобным углом: «Малыш, разве ты не хочешь проводить больше времени со своей мамой?»
Сине-фиолетовый младенец-призрак был явно шокирован его поведением на мгновение, а затем внезапно расслабился и поспешно повысил голос.
"Конечно!"
Он снова собственнически обнял Вэнь Цзяняня, глядя на свою мать теми чистыми черными глазами, которые занимали большую часть его головы, в его голосе прослеживались нотки удивления и восхищения: «Я люблю свою маму больше всего в мире!»
«Послушайте, я ведь уже говорил, что моя мама — самая нежная, красивая и любящая мама на свете».
Младенец-призрак повернул голову. Выражение его лица внезапно стало свирепым, и он обнажил свои острые зубы, глядя на других младенцев-призраков, которые двинулись ближе к ним.
«Это моя мама, вам нельзя ее забирать!»
Вэнь Цзяньянь обнял призрачного младенца и нежно улыбнулся ему.
«Мама никуда не уйдет».
«Мама так тебя любит».
Младенец-призрак прижался лбом к груди юноши и посмотрел на него взглядом детского восхищения и зависимости. Хотя его внешний вид был ужасающим и пугающим, почти вызывая у людей мурашки по коже, молодой человек, казалось, вообще этого не замечал.
Вэнь Цзяньян прогулялся по детской комнате с младенцем-призраком на руках.
Поглаживая постепенно затвердевающую неровную и деформированную голову призрачного младенца, он медленно переворачивал страницы книги с нежной улыбкой на лице и шептал ему сказку из книжки с иллюстрациями в детской комнате.
Словно по волшебству, он доставал из карманов разные сладости, яркие конфеты и вкусняшки, безоговорочно балуя своего «ребенка».
Даже когда другая сторона съела конфету и начала сонно зевать, он все еще крепко обнимал призрачного младенца, нежно укачивая его, тихо напевая колыбельную, ожидая, пока тот заснет.
В этом мире не было матери более компетентной и нежной, чем он.
Вэнь Цзяньянь обнял младенца-призрака, который заснул после того, как съел «Спящую конфету», медленно подошел к одной из колыбелей, наклонился, осторожно положил его на детский матрас, а затем нежно коснулся его головы.
Выражение лица молодого человека было очень нежным и ласковым, наполненным чистым и святым материнством.
"Мой свет, пора спать".
Мужчина неподалеку шокировано за всем эти наблюдал. С призрачным выражением лица он смотрел на эту сцену перед собой, которая была за пределами человеческого понимания и здравого смысла. Его мозг отключился, и он едва мог думать.
Это... это слишком... чертовски странно!
Он представил сотню способов, которыми эта большая шишка может убрать группу младенцев-призраков, но ни одна сцена в его голове не выглядела так!
Аудитория в двух комнатах прямого эфира была полна вопросительных знаков.
[Я действительно не понимаю, что делает ведущий?]
[Он хочет, чтобы ребенок-призрак испытывал к нему чувства и не хотел его убивать? Но разве ведущий забыл, что чем больше он это делает, тем больше к нему привязывается младенец-призрак, тем больше он хочет быть с ним навсегда и хочет, чтобы он родил его самого... Ведущий просто просит собственной смерти... ]
[И это также немного странно, ребенок-призрак заснул после того, как съел конфету, почему он все еще играет эту роль? Для кого он это делает?]
[Извините... хотя все усердно обсуждают этот инстанс, но... почему мне кажется, что мой ХР* разбит, когда я смотрю на все это?]
(XP(или опыт) - это интернет сленг, у которого есть два варианта значения более старый и новый:
Старый, относиться к сексуальной зависимости, вызванной препятствиями на пути к сексуальному познанию , или определенным предпочтением секса, сформированным давними привычками.
Новый, как предпочтение лично человека, будто хобби, книги, предпочтения в внешности и т.д.).
[Аааааааааа, чувак, да здравствует мамочка!]
Конечно, Вэнь Цзяньянь вел себя жестко, но не ради младенца-призрака, который окружил его с самого начала.
Положив спящего младенца-призрака в кроватку, он выпрямился и повернул голову, чтобы посмотреть назад.
Неизвестно когда, но вся детская комната погрузилась в мертвую тишину.
Все младенцы-призраки были неподвижны и молчали, они смотрели только в одном направлении. Их тела были пурпурными и деформированными, некоторые из них были на полу, некоторые на стене, некоторые на кроватях, но единственное, что их объединяло, это...
В глубине этих чистых черных глаз вспыхнула сильная тоска и зависть.
Мама.
Мама.
Они видели кричащих, перепуганных, расстроенных матерей, которые отчаянно боролись, стремясь убежать от своих детей, убивая их всеми средствами, держась от них подальше, мучая их маленькие тела.
Но у них не было ни жалоб, ни сожалений.
Потому что... это были их матери.
Больше всего в мире они любили своих мам и больше всего в жизни они желали остаться с ними.
Сине-фиолетовые младенцы-призраки восхищенно прижимались к людям, независимо от того, было ли лицо матерей искажено страхом, они были тесно переплетены, чтобы никогда не расставаться с ними.
Они смотрели на надутые животы своих мам чистыми черными глазами, несущими болезненное счастье и довольство.
Была ли это обида или страх, какая разница?
Дети рождались вместе со своими матерями, каким бы плохим ни было отношение матери, любовь ребенка к матери никогда не будет колебаться.
Они всегда будут любить своих матерей.
"Мама, скоро".
Младенец-призрак показал улыбку, полную острых зубов, его лицо выпирало на человеческом животе, с фанатичной и параноидальной привязанностью, жаждущей вырваться из тела другой стороны.
"Мы скоро будем неразлучны навсегда".
"Вместе навсегда".
В тускло освещенной детской комнате пары чистых черных глаз уставились на молодого человека неподалеку, и желание в их глазах, казалось, материализовалось, стекая с их уродливых иссиня-черных лиц.
...Они никогда не видели такой матери с тех пор, как начали осознавать себя.
Улыбчивая, красивая и нежная мама, которая протягивала руки и обнимала своего ребенка, нянчила его с любовью и баловала его, читала ему, пела ему, дарила конфеты...
Такая мать появлялась только в сказках.
Так завистливо.
Так завистливо.
Так ревную, так ревную, так ревную...
Вэнь Цзяньян повернул голову и посмотрел на одного из младенцев-призраков.
Тело младенца-призрака было намного плотнее, чем у других младенцев-призраков. Длинная извивающаяся пуповина тянулась от его тела к игровой площадке и была туго привязана к голове мужчины с ирокезом.
" О... бедняжка".
Вэнь Цзяньян изобразил жалость: «У твоей матери очень плохое отношение к тебе, иначе она не оставила бы тебя одного в таком отдаленном месте».
«Такой человек не достоин быть твоей матерью, все дети имеют право быть счастливыми».
Молодой человек улыбнулся и протянул к ребенку руку: «Хочешь быть моим ребенком?»
Младенец-призрак безучастно смотрел на него, глядя на идеальную маму своей мечты.
В следующую секунду мужчина с ирокезом вдруг обнаружил, что его надутый живот мало-помалу уменьшился, как проткнутый воздушный шар. Пуповина, обмотанная вокруг его тело, развернулась и повернулась в сторону юноши.
Вскоре талия юноши снова обмоталась второй пуповиной.
Его лицо вдруг побледнело, а в голове промелькнула боль.
«?!"
Мужчина вдруг понял, что делает другая сторона.
Нет... Ни за что?
Этот ведущий сумасшедший?!
Э-это просто самоубийственная акция!
Хотя теперь он был спасен... этот ведущий наверняка погибнет! И скорость его смерти была бы быстрее и мучительнее, чем если бы он был схвачен одним ребенком призраком!
Потому что он будет кормить двух младенцев-призраков собственной кровью и Ци !
Прежде чем мужчина смог оправиться от своих чрезмерно сложных эмоций, он увидел, как молодой человек протянул руку ко второму младенцу-призраку: «А ты? Ты хочешь быть моим ребенком?»
Мужчина с ирокезом: «......»
???
Три?
Три?!!
Этот человек не хочет жить!
Вэнь Цзяньян, казалось, не заметил почти рухнувшего вида другого ведущего. Хотя его лицо побледнело, он все еще сохранял то нежное и доброе выражение лица.
Прямые и красивые черты лица в тусклом свете демонстрировали иной вид святости и хрупкости со странной силой, почти магической.
Он повернул голову и пригласил четвертого, пятого, шестого младенца-призрака...
Каждой из них не терпелось броситься в объятия юноши, как мотыльки на огонь, привлеченные непреодолимой тяжестью, судорожно и жадно мчащиеся к самой совершенной матери в своих мечтах.
"Мама".
"Мама!"
"Мама..."
Голос одержимости эхом отдавался в детской, как какое-то старое, исступленное заклинание, снова и снова повторяемое устами злых духов.
Всего... сто десять.
Тело Вэнь Цзяняня было так туго завернуто, что его почти невозможно было увидеть.
Бесчисленные сине-фиолетовые младенцы-призраки счастливо устроились рядом с ним, словно младенцы, брошенные на руки своим матерям, в невероятно мирной манере.
Сцена перед ним была слишком странной.
Мужчина с ирокезом был бледным, его зубы стучали друг о друга. Он чувствовал, что его спина покрывается холодным потом, а ужасная дрожь заставляла его совсем не сметь идти вперед.
Несмотря на то, что он пережил четыре копии, он никогда не видел такой пугающей сцены.
Другая сторона... должна быть мертва.
Никто не может выжить, одновременно кормя 110 младенцев-призраков.
Мужчина робко сделал шаг вперед.
"Хм..."
Низкий гул прозвучал из глубины призрачных младенцев.
Мужчина с ирокезом: «!!!!!!»
Он резко остановился и в ужасе отступил назад.
Однако, к его удивлению, эти сине-фиолетовые младенцы-призраки начали медленно исчезать, постепенно теряя цвет.
Даже щекотающая кожу пуповина стала становиться прозрачной и мало-помалу ассимилировалась в цвет воздуха.
Вскоре жуткое зрелище исчезло.
В темноте юноша спокойно сидел на полу, прислонившись спиной к стене. Голова его была слегка опущена, черные волосы свисали вниз, а его лицо закрывала густая тень.
Со стороны мужчины он мог лишь смутно видеть красиво очерченный подбородок и губы другой стороны.
Хотя молодой человек перед ним все еще был в человеческом обличье, мужчина с ирокезом не мог сдержать дрожи. В его теле преобладал сильный, инстинктивный страх, и он не мог дождаться момента, чтобы сбежать.
Что случилось?
Зрители в двух залах прямых трансляций замерли в мертвой тишине. Ни одна аудитория не говорила. Они просто смотрели на эту абсурдную, причудливую и необъяснимую сцену перед ними, вероятность которой была настолько мала, что не было никакой возможности.
Что... Что происходит?!
"Хм."
Молодой человек снова замычал, его плечи шевельнулись, и он медленно поднял голову.
Черные волосы средней длины прядями спали с его лица, при его движениях, открывая чрезвычайно бледное, мертвое лицо.
Его длинные ресницы задрожали, а затем он медленно открыл глаза.
В чисто черных глазах не было белизны, призрачная аура в его глазах была глубокой, а сине-багровые линии то появлялись то исчезали.
Вэнь Цзяньян покачал головой, затем закрыл и открыл глаза.
Холодный сине-фиолетовый поблек, и зрачки снова стали черно-белыми, но первоначальные янтарные глаза теперь превратились в очень глубокий чистый черный цвет, словно бездна, в которую не мог проникнуть свет, словно вихрь эти глаза притягивали к себе все существующее приглашая погрузиться в него.
" Ты... ты..."
Мужчина с ирокезом был дрожащим и нервным, как курица, схваченная за шею: «Ты еще человек?»
"...Не совсем."
Голос Вэнь Цзяняня был хриплым, а дыхание несколько неустойчивым.
По сравнению с человеком, он был теперь ближе к призраку, и он почти висел на грани между жизнью и смертью. Если он сделает хоть один шаг вперед, он умрет полностью.
Он прислонился к стене и глубоко вздохнул после того, как пережил катастрофу.
После того, как Вэнь Цзяньян вошел в детскую комнату, «Цветок иллюзий» в его рюкзаке, который в какой-то момент успешно распустился, автоматически сработала бы когда жизнь ведущего угрожала опасность. И когда он разговаривал с мужчиной с ирокезом, всплыло описание этих «младенцев-призраков».
Прочитав его, Вэнь Цзяньян сразу понял, что ошибся в своих суждениях.
Он должен был придумать способ убрать призрачного младенца, когда тот впервые схватил его, вместо того, чтобы ждать, пока его приведут сюда, глубоко в базовый лагерь призрачных младенцев.
Даже если бы у него был способ избавиться от ребенка-призрака сейчас, он все равно оказался бы принимающей матерью, на которой они паразитировали.
Должен ли он позволить им убить друг друга?
Нет.
Эта идея была быстро отвергнута Вэнь Цзянянем.
Среди младенцев-призраков всегда будет победитель, и он все равно умрет, через какое-то время.
Вэнь Цзяньян заставил себя успокоиться и снова внимательно прочитал информацию о призрачном ребенке.
Опять и опять.
Ищите его, путь должен быть скрыт между строк.
Успокойся, в конце концов, ты сталкивался и не с такой отчаянной ситуацией раньше.
Внезапно Вэнь Цзяньян что-то нашел.
В отличие от предыдущих гипсовых статуях из прошлой копии, на этот раз для монстра «Младенец-призрак» во введении не упоминались его слабости, а вместо этого подробно описывались их характеристики и методы убийства, в том числе то, как они использовали темную(Инь) Ци для модификации мать, чтобы человеческое тело могло их родить.
Так... неужели в этом скрывалась их слабость?
Будучи мошенником, Вэнь Цзяньян давно научился смотреть за рамки. Только выпрыгнув из правил, вы сможете их нарушить и получить максимальную выгоду.
Он посмотрел на подробное вступление, и в его голове медленно формировался странный и авантюрный метод — если он не сработает, в лучшем случае это будет смерть, но если он сработает...
Польза от этого шага была бы невообразимой.
Поскольку выхода не было, лучше сражаться, чтобы победить, или умереть.
Мужчина с ирокезом с трудом и медленно проглотил свою слюну. Хотя его сердце все еще было полно страха, любопытство взяло верх, и он осторожно спросил: «Только что, что только что произошло?»
Вэнь Цзяньян держался одной рукой за стену, изо всех сил пытаясь встать, его тело слегка покачивалось.
«Младенец-призрак сформировался из обиды еще не родившегося ребенка, у которого было беспрецедентное желание быть с матерью. После паразитирования в теле матери, он ассимилирует тело матери со своей собственной Инь Ци, превращая тело человека в рассадник для собственного рождения».
Молодой человек поднял глаза. Тусклый, бледный свет за окном падал на его лицо, свет и тень скользили по его лицу, отчего цвет его лица становился все бледнее и бледнее. Его глаза были черными как смоль, что почти делало его немного жутким.
Взгляд его упал на низ живота мужчины с ирокезом, который еще минуту назад был похож на воздушный шар. Он соединил выводы, сделанные им из «Цветов заблуждений», домыслил выводы, основанных на описании, и сказал чрезвычайно спокойным тоном:
«Если инь-ци младенца-призрака равна 10, то для того, чтобы вырасти в теле матери, он должен довести инь-ци тела матери до 10 — ты должен был сам испытать этот процесс только что; мало-помалу тело матери превращается в идеальное вместилище для зародыша».
У мужчины по всему телу пошли мурашки под взглядом собеседника, и он не удержался и тайком отступил на полшага назад.
Под взглядом юноши живот, уже не такой большой, как будто снова начал болеть, создавая иллюзию, что он все еще туго обвит пуповиной.
«Конечно, чтобы зачать двух младенцев-призраков, нужно 20 Инь Ци и так далее...»
Вэнь Цзяньян сказал это очень спокойным тоном.
В зале прямых трансляций «Честность превыше всего».
[...Черт.]
[Я поняла аааааааааааа!!!]
[Это слишком страшно!]
[Этот... Этот гребаный жук?]
[Меня не волнует комната прямой трансляции... но разве он не разрушит весь инстанс, сделав это?]
В отличие от публики, лицо мужчины выглядело более ошеломленным. Он чувствовал, что то, что сказал собеседник, было выше его понимания. Его мозг словно застыл, не в силах повернуться, и совершенно не было возможности разгадать смысл, спрятанный в глубине слов его собеседника.
Вэнь Цзяньян терпеливо сказал: «Если есть сотня младенцев-призраков, и они выберут одного и того же человека в качестве своей матери, тогда человеческому телу потребуется 1000 Инь Ци, чтобы родить всех младенцев-призраков».
Мужчина открыл рот, его лицо было полно сомнений: «Н-но, в конце концов, разве ты не должен родить всех младенцев-призраков? Разве ты не будешь мертв?»
Вэнь Цзяньян слегка улыбнулся: «Как ты думаешь, человека с 1000 Инь Ци все еще можно считать человеком?»
Мужчина с ирокезом: «Это...»
Молодой человек уже полностью выпрямился, его голос по-прежнему был спокоен:
«Самое главное, теперь моя Инь Ци станет 1000, но у одного призрачного ребенка этот показатель так и останеться 10».
Он поднял свои бескровные тонкие губы и нежно улыбнулся, но это бледное лицо необъяснимо давало очень сильное чувство опасности и ужаса:
«Угадай, что произойдет, когда баланс сил между телом матери и младенцем-призраком достигает такого неравенства?»
Экран мобильного телефона в кармане молодого человека засветился.
«ID Карта» исказилась.
На экране мобильного телефона появилась размазанная кров.
【Личность ведущего изменена: Мать младенцев-призраков】
【Оставшееся время выживания: ? ? ? 】
【Модификация сюжета: 63% .
Получено очков: 50 000】
【Динь! Обнаружено, что модификация сюжета достигла порога, и экземпляр теперь подвергается неконтролируемым изменениям!】
【Открывается новый сюжет...】
【Открывается новая форма экземпляра...】
Вэнь Цзяньянь раскинул руки между светом и тенью, за стройной и высокой фигурой извивались бесконечные огромные тени, словно невидимая бездна, пределов которой не видно.
Он еще больше улыбнулся:
«Теперь я их мать, и они слушаются меня».
Глава 27 - Чего ты ждешь? Операция вот-вот начнется.
Комната в которой они были, была тускло освещена, свет из коридора проникал сквозь мутное стекло, едва освещая выцветшие и пестрые детские рисунки на стенах.
Мужчина с ирокезом тупо смотрел на молодого человека перед ним с открытым ртом. От такого сильного толчка и удара его мозг уже перестал работать.
Он уже прошел четыре копии и явно не был новичком, поэтому мог без каких-либо препятствий понимать каждое слово и понятие, произнесенное другой стороной.
И именно из-за этого он находил это все более и более невообразимым...
Соблазнение большего количества младенцев-призраков, считать себя «матерью», использование лазеек в концепции, выпрыгивание из правил и превращение себя в настоящую мать младенцев-призраков, которых, он в свою очередь, может контролировать.
Это больше не вопрос: «если ты будешь немного неосторожен, вы потеряешь все».
Насколько ужасным должен быть этот человек, чтобы придумать такое сумасшедшее и смелое решение?
Это слишком страшно...
Мужчина стоял безучастно и чувствовал, как холодок медленно пополз по его спине. В данном случае это сильное чувство страха исходило не от монстра, а от живого «Человека», стоящего перед ним.
Вэнь Цзяньян достал свой телефон и открыл приложение «Кошмар».
Помимо смены удостоверения личности и увеличения баллов на счету, он также увидел еще одну строку из мелких символов:
【Обратный отсчет до отчуждения экземпляра.】
【00:10:00】
В прошлый раз у него был еще час до этого момента, но в этот раз его время сразу сократили до десяти минут.
Вэнь Цзяньян вздохнул.
Он знал это.
Ведь в последней копии он смог избавиться от босса и оттолкнуть NPC. Но на этот раз он напрямую стал ошибкой, не только контролирующим всех младенцев-призраков, но и сделавшим свое оставшееся время выживания неисчислимым. И модификации, сделанные им в этой копии, могут быть еще более экстремальными, чем в прошлый раз.
...Забудь об этом.
В любом случае, это был не первый раз, когда он стал целью экземпляра.
В таком случае нужно правильно использовать десяти минутное до этого отчуждения.
Вэнь Цзяньян положил телефон обратно в карман и повернулся, чтобы посмотреть на мужчину рядом с ним: «Пошли, поторопимся».
"Иди, куда идти?"
Мужчина с ирокезом так и не пришел в себя, после произошедшего и спросил эти слова в оцепенении.
Вэнь Цзяньян задумался на две секунды и ответил: «Давайте сначала пройдем в офис на третьем этаже».
Прежде чем произойдет отчуждение, он должен был быстро найти кабинет Линь Цин, чтобы увидеть, есть ли внутри какие-либо подсказки.
*************
В зале ведущих.
Под великолепным куполом, на площади, разделенной на разные участки, нескончаемо текли бесчисленные толпы людей. Ведущие, принадлежащие к разным гильдиям, могли свободно торговать, общаться и развлекаться в перерывах между прямыми трансляциями.
Как странное пространство, независимое от всего мира, здесь было необычайно оживленно и спокойно. Только световой экран, весящий в пространстве над их головами, давал намёк на зловещую атмосферу.
Кроваво-красные слова «Развлекать до смерти» написанные на световом экране, тихо смотрели вниз на огромное пространство внизу.
Все было так же, как и обычно.
Внезапно в куполе раздался звук «дзинь». Этот механический звук был настолько знаком ведущим, что все в зале подсознательно остановились и посмотрели на источник звука.
【Уважаемые ведущие, копия уровня C «Частная больница общего профиля Фукан» теперь открыта для срочного набора. Все очки полученные в копии удвоятся, а ограничение по времени составляет всего десять минут.】
На светящемся экране, висевшем в воздухе, кроваво-красный лозунг в какой-то момент исчез, оставив лишь медленно мерцающий обратный отсчет:
【00:10:00】
Что?!
В зале ведущих царил ажиотаж.
Все ведущие посмотрели друг на друга и увидели одинаковый шок и волнение на лицах друг друга.
Вероятность того, что копия, которая была временно открыта, набирает ведущих, была очень мала, что часто означает две возможности: во-первых, вскоре после открытия копии уровень смертности ведущих достиг более 90%. В этом случае инстанс откроет временную вербовку. Но эта ситуация часто возникает в экземплярах выше уровня A или ниже уровня D, в которых либо экземпляр был слишком сложным, либо ведущии были слишком плохими.
Такой вид вербовки появлялся очень редко. Ведь преимущества инстансов ниже уровня D были слишком малы, а уровень смертности инстансов выше уровня A слишком высок. Даже если ведущий примет участвуете, было легко потерять больше, чем получить.
Другая возможность была...
В экземпляре произошли непредсказуемые изменения. Ведущий нарушил общий баланс, и экземпляр не мог сам себя настроить, поэтому пришлось набирать новых ведущих для корректировки несбалансированного сюжета.
Эта ситуация была гораздо более идеальной.
Высокая прибыль и низкий риск. Если выполнить задание, поставленные системой, или хорошо сыграть персонажа в сценарии, то можно было получить очень немалый доход.
Низкоуровневые ведущие на всей площади не могли не заволноваться.
"Эй, просто забудь об этом".
Старый ведущий холодно посмотрел на новичка, которому не терпелось попробовать принять в этом участие. Он усмехнулся и сказал: «Даже если ты пойдешь, ты не сможешь занять ни одного места».
"Почему?" Новый ведущий нахмурился и недовольно спросил: «Этот экземпляр уровня C, не так ли? Тогда точно будет ограничение на ведущих высокого уровня. Если их уровень слишком высок, они не смогут войти. Поскольку все являются ведущими низкого уровня, почему я не могу получить место?»
«Конечно, ведущие высокого уровня не смогут войти туда, да они и не заинтересованы в этом совсем».
Старый ведущий покачал головой и сказал: «Однако крупные гильдии не упустят эту возможность с низким риском и высокой отдачей. Они обязательно пришлют новых рекрутов из своих гильдий, которые имеют относительно низкий уровень и имеют высокую обучаемость. Таким образом, они могут получить опыт, а также могут снизить уровень смертности... Хватит ли у тебя уверенности, чтобы отобрать место у этих гильдий?»
Сказав это, старый ведущий поднял руку и указал на рейтинги гильдий, висящие неподалеку.
Оракул, Темный огонь, Вечные дни...
Гильдии входящие в топ-3 были на вершине рейтинга славы, что выглядело чрезвычайно недостижимым.
Новый ведущий замолчал и тайно сжал кулаки.
Старый ведущий сказал: «Не расстраивайся, такая возможность рано или поздно представится и тебе».
Он слегка прищурил глаза, взглянул на кроваво-красный отсчёт неподалеку и неторопливо сказал: " Более того, как бы тебе не везло, ты будешь не на том же уровне невезения, как ведущий, нарушивший равновесие в данной копии... Этот человек абсолютно обречен».
***************
Третий этаж частной больницы общего профиля Фукан.
Вэнь Цзяньян быстро нашел кабинет врача.
Он вспомнил информацию на удостоверении личности Линь Цин и остановился у двери одного из кабинетов.
Вывеску, висевшую на двери этого кабинета, убрали, оставив на стене лишь небольшой пустой белый участок со слегка пожелтевшим краем, который немного отличался от цвета на стене.
Это должно быть здесь.
Вэнь Цзяньян толкнул дверь и вошел внутрь.
Кабинет был невелик, но выглядел чистым и опрятным, на вешалке сбоку висел белый халат врача. На книжной полке были аккуратно сложены профессиональные книги по акушерству и гинекологии, а на безупречно чистом письменном столе одна над другой лежали несколько медицинских карт.
Все здесь выглядело необычайно нормально и обыденно.
Мужчина с ирокезом молча стоял у двери. Пока он все еще колебался, входить или нет, Вэнь Цзяньян без колебаний вошел в кабинет и начал быстро и эффективно искать подсказки.
Он проверил один за другим все карманы в белом халате, внимательно осмотрел внутренности вазы, разобрал фоторамки на столе, осмотрел антресоль, шкаф, все ящики стола, попытался найти рычаг от потайной двери на книжных полках и он даже не забыл просмотреть, такие вещи как профессиональные справочники и книги дел. И как только находил подозрительные точки, фотографировал те на мобильный телефон.
«......» Мужчина ошеломленно смотрела на искусное движение другой стороны, какое-то время восхищаясь, как тот рылся в чужих вещах.
Разве это не слишком профессионально?
Проведя тщательный обыск по всему офису, Вэнь Цзяньян заметил, что что-то не так.
Все было слишком чисто.
В профессиональном справочнике не было ни следов использования, ни каких-либо заметок, а каждый случай в книге дел не представлял собой ничего особенного, настолько обыденного, что не имело ни какого информативного значения.
Здесь не осталось следов жизни и работы.
Это было действительно странно.
Либо после смерти Линь Цин это место было тщательно вычищено и переустроено, либо... это был не настоящий кабинет Линь Цин.
Вэнь Цзяньян остановился и встал в центре кабинета, погруженный в свои мысли.
Он снова достал телефон и посмотрел на обратный отсчет на экране.
【00:04:43】
Осталось меньше пяти минут.
Итак, какую часть он пропустил?
Вэнь Цзяньянь вспомнил карту на третьем этаже и внезапно вздрогнул... Ах, на третьем этаже было еще одно очень важное место, о котором он забыл!
Родильный зал!
Если беременная женщина, рожала, то ее направляли не в операционную на четвертом этаже, а в родильный зал отделения акушерства и гинекологии на третьем этаже.
Это была основная площадь всего третьего этажа. Если бы там не было подсказок, то их не было бы и на всем третьем этаже.
Подумав об этом, Вэнь Цзяньян развернулся и на максимальной скорости побежал к родильным палатам.
Мужчина с ирокезом был ошеломлен быстрыми движениями собеседника. Но он был ошеломлен этим всего на две секунды. Когда он скинул оцепенение, в его поле зрения осталась только спина молодого человека, которая постепенно удалялась.
"Эй, босс, подожди меня!"
Мужчина торопливо погнался за ним.
Это было не только из-за контракта между ними, но, что более важно, исходя из предыдущего опыта, мужчина с ирокезом теперь был полностью убежден, что Вэнь Цзяньян на самом деле был большой шишкой.
При этом всем, конечно же, он должен крепко держаться за бедро этого человека и не отпускатьего!
Звук торопливых шагов эхом отдавался в пустом коридоре и становился все более и более страшным в опустевшей ночной больнице. Вскоре дверь родильного зала была совсем рядом.
По мере того, как расстояние сокращалось, Вэнь Цзяньянь чувствовал, что запах крови в воздухе становится все сильнее и сильнее.
Он немного запыхался и перестал бежать.
Надпись «Родовые палаты» высоко висела, показывая странный зеленый цвет при свете ламп.
Пройдя через дверь, внутри он увидели пустые кабинеты и медпункты. Дальше была большая предродовая палата. Беременных женщин, которые вот-вот должны были родить, обычно отправляют сюда отдохнуть и дождаться, пока шейка матки раскроется достаточно, чтобы вытолкнуть ребенка, прежде чем их отвезут в родильное отделение. В этот момент в предродовой тоже никого не было, и в ней были аккуратно расставлены только пустые больничные койки.
Дальше было родильное отделение.
Дверь в родильное отделение была закрыта, на ней висела табличка «Членам семей, оставаться здесь».
Родильное отделение больницы Фукан было построено очень давно. В то время не должно быть привычки сопровождать во время родов. Все члены семьи должны были ждать снаружи родильного зала, и им не разрешалось входить внутрь.
Чем дальше, тем тусклее становился свет.
Когда Вэнь Цзяньянь подошел к двери родильного зала, верхний свет был лишь слабым, он слегка мерцал, как при неустойчивом электричестве.
В воздухе витал головокружительный сладковатый запах, как будто только что была проведена операция и запах крови еще не был убран.
Дверь родильного зала была плотно закрыта, ее невозможно было открыть, и не было замочной скважины, которую можно было бы взломать.
Но...
Взгляд Вэнь Цзяняня упал на карточку у двери родильного зала, и его взгляд не мог не остановиться.
Он открыл свой рюкзак и достал удостоверение личности, которое система вознаградила его после выполнения сложного побочного квеста.
Из ниоткуда в его ладони появилась окровавленная магнитная карта. Надпись на ней была либо стерта, либо глубоко спрятана под пятнами крови, что делало ее совершенно неразборчивой.
Вэнь Цзяньян поднес магнитную карту к механизму у двери.
«Динь».
Раздался тихий звук, и дверь родильного зала перед ним медленно открылась внутрь, открывая кромешно-черный проход.
В следующую секунду в его ушах раздался знакомый механический голос:
【Открытие скрытой сюжетной линии завершена!】
Почти в тот момент, когда голос системы прозвучал в его ушах, картина перед ним внезапно изменилась.
Начиная с места контакта магнитной карты с механизмом, начало растекаться немного коричневато-красной крови; повсюду на полу и стенах появились пестрые, большие и мелкие пятна крови. На полу остались следы чего-то, что тащили внутрь, оставляя за собой забрызганные пятна крови. Одни были старыми, от них остались только засохшие пятна крови, а другие были совсем новыми, как будто кого-то только что затащили внутрь, пока по стенам медленно стекали капли крови.
Он не знал, когда это началось, но пустая родильная палата наполнилась «людьми».
Утверждение, что они были людьми, было неверным.
Будь то члены семьи в обычной одежде, ожидающие возле родильного зала, или врачей и медсестер в белых халатах, у всех у них были пустые лица без черт лица.
В этот момент к Вэнь Цзяняню подошла медсестра. Ее лицо без глаз, носа и рта повернулось к нему, и она сказала ему обычным голосом:
«Доктор Лин, чего вы ждете? Операция вот-вот начнется».
Доктор Лин?
Вэнь Цзяньян внезапно понял, что роль, которую он должен был сыграть в этой абсурдной драме, вероятно принадлежала «Линь Цин».
Он кивнул, не меняя лица: «Хорошо, я сейчас войду».
Вэнь Цзяньян обернулся и обнаружил, что дверь родильного зала перед ним уже открыта для него, а свет внутри приветственно ярко загорелся.
Все врачи, участвующие в операции, должны были сменить свои хирургические халаты, умыться и продезинфецироваться перед входом в последнюю операционную зону. Здесь же велась подготовка лекарств и медицинского оборудования.
Однако обстановка здесь была далека от чистоты.
Следы крови на стенах были глубже и тяжелее, а пол был таким липким, как будто все было покрыто какой-то кроваво-красной тканью, и когда наступаешь на нее, она издает странный звук.
Дальше внутри находилась операционная. Сквозь мутное стекло, залитое кровью, Вэнь Цзяньянь смутно видел движущиеся фигуры внутри — казалось, это и была его миссия.
«Аааааааааааааааааа...»
Ужасный крик, от которого, казалось, разорвались барабанные перепонки, донесся из глубины операционной, и по его спине побежали мурашки.
Вэнь Цзяньян сохранял спокойное выражение лица. Под руководством безликой медсестры он переоделся в полный комплект хирургических халатов, надел синие одноразовые перчатки и вошел в операционную.
Дверь родильного зала распахнулась перед ним.
Внутреннее пространство оказалось больше, чем он думал. Но на потолке висела только хирургическая лампа, освещавшая единственную родильную койку в центре родзала, а все остальные места вокруг были окутаны непроницаемой для зрения тьмой.
Вокруг койки стояли медсестры и врачи, тоже полностью одетые в специальные халаты.
Сквозь маски он мог видеть их пустые лица без черт лица.
Он не знал, когда это началось, но крик прекратился, оставив после себя только глухое бормотание.
«Доктор Лин, наконец-то вы здесь».
Один из врачей сказал: «Мы просто ждали вас».
Закончив говорить, он уступил место Вэнь Цзяняню, достал из операционного лотка блестящий скальпель и протянул ему: «Пожалуйста, будьте главным хирургом».
Вэнь Цзяньян взял скальпель и повернулся, чтобы посмотреть на операционный стол.
В следующую секунду его дыхание сбилось.
Он увидел женщину, крепко привязанную к родильной койки, с руками, закрепленными на макушке. Ее запястья были изуродованы из-за трения, из-за чего даже ее кости были отчетливо видны. Ее тело обливалось потом, черные волосы прилипли к шее, а живот был таким большим, как воздушный шар, который вот-вот лопнет. Под тонкой и почти прозрачной кожей смутно виднелись извилистые сине-красные кровеносные сосуды.
Обе ее ноги также были широко открыты и зафиксированы.
Из-под ее халата капала алая кровь, которая собралась в небольшую лужу на полу.
На животе выделялась странные выпуклости, как будто что-то боролось под ее кожей, изо всех сил пытаясь вырваться на свободу.
Хотя ее лицо было искажено болью и страхом, Вэнь Цзяньян все еще мог ее узнать...
Это было лицо Линь Цин.
Ее губы были туго сшиты иголками и нитками. Нижняя половина ее лица была залита кровью, пока ее глаза были широко открыты.
Она уставилась на Вэнь Цзяняня, ее сшитые губы изогнулись, как будто она хотела что-то сказать.
"В чем дело, доктор Лин?" Безликий мужчина сказал: «Почему вы не используете скальпель?»
Скальпель в руке Вэнь Цзяняня отражал холодный свет, словно что-то безмолвно призывая в его мозгах.
Он глубоко вздохнул, медленно шагнул вперед и встал на край родильного стола.
Хотя у них не было черт лица, Вэнь Цзяньян чувствовал, что все медсестры и врачи смотрят на него, ожидая момента, когда лезвие коснется живота Линь Цин.
Пока мерцал холодный свет скальпеля, тонкие пальцы дрожащее держали рукоять ножа, ничуть не колебались он с точностью разрезал...
В следующую секунду кончик скальпеля быстро прорезал тонкие нити, туго сшивавшую губы женщины.
Крови хлынуло еще больше с ее рта, но Линь Цин, похоже, этого не заметила. Она расширила испуганные и дрожащие глаза и закричала на Вэнь Цзяняня:
«Второй подземный этаж!»
Казалось, она хотела что-то сказать, но вскоре мимо пронесся холодный свет.
Зрачки Вэнь Цзяняня задрожали.
Тело Линь Цин на мгновение рухнуло, ее голова медленно откинулась назад, кровь хлынула из ее широко перерезанного горла, и она мгновенно потеряла дыхание.
Доктор, стоявший напротив, забрал окровавленный скальпель из руки и уставился на Вэнь Цзяняня с его лицом без каких-либо очертаний. Его голос был холоден: «Линь Цин, ты так меня разочаровала».
"Раз она стала бесполезной, то следующей будешь ты".
Другие безликие люди вокруг подошли и потянулись к Вэнь Цзяняню, словно пытаясь поймать его.
«Ааааааааааааааааааааа...»
Раздался страшный крик.
Безликий мужчина, который держал запястье Вэнь Цзяняня, внезапно отпустил его руку, и на его ладони он увидел маленькую сине-фиолетовую отметку от укуса, похожую на след от зубов ребенка.
"Что происходит...?"
На операционном столе мертвое тело Линь Цин спокойно лежало под светом ламп, ее темные зрачки смотрели в этом направлении, но ее высокий живот все еще извивался, и амплитуда этих движений стала еще более яростной...
"Дерг"
Раздался звук разрываемой плоти, и что-то вырвалось из глубины живота трупа.
Кровавая масса плоти посмотрела на Вэнь Цзяняня: «......»
Младенец повернул голову и втянулся обратно в живот трупа, как будто никогда раньше не появлялся.
«Нет, это невозможно. Это, как это возможно!»
Сцена перед ним была действительно слишком странной.
Безликий сказал паническим тоном, подсознательно отступив на два шага назад, недоверчиво глядя на, казалось бы, слабого бледного юношу: "Что это такое?"
Вэнь Цзяньян достал из кармана горсть конфет.
В следующую секунду невидимые ладошки зашевелились, и вскоре остались только фантики.
"О, ты имел в виду их? "
Юноша любезно ответил, его изначально янтарные глаза окрасились в бездонный черный цвет призрачной ци, а уголки бескровных бледных губ дернулись, обнажая счастливую улыбку с приятным выражением:
"Конечно, это мои дети".