Глава 8. Второй шанс

Беглецы остановились в неприметном двухэтажном мотеле на окраине города. Судя по заснеженному въезду, местечко не особенно пользовалось популярностью, а значит, здесь можно спокойно перевести дух и хорошенько все обдумать. Бесконечно долгая зимняя ночь не собиралась уступать свои права приближавшемуся рассвету, но оба одинаково хорошо чувствовали: к утру обязательно что-то изменится, как изменилось их отношение друг к другу. Кайл уже не очень остерегался Джеффри, понимая, что его агрессия продиктована сложными обстоятельствами и суровым жизненным укладом, а тот, в свою очередь, неохотно, но все же признавал в щупленьком коллекторе отважного и смелого человека, способного на достойный поступок. Стоило отдать ему должное, ведь сперва он спас Сьюзи от изнасилования, а потом прикрыл задницу самого Джеффри, несмотря на все, что он с ним сделал! Мальчишка возмужал всего за одну ночь, и, бросая косые взгляды на его побитую, но не сломленную фигуру, Джеффри невольно испытывал уважение к его внутренней силе, с лихвой компенсирующей внешнюю слабость.

Кайл кашлял, судорожно кутаясь в трофейную дубленку, пока Джеффри снимал номер. Он безучастно смотрел на свое бледное отражение в стеклянной витрине у входа, молча удивляясь тому, что все еще держится на ногах. Он никогда в жизни так не выкладывался, как за эти несколько часов. Винсент, девушка, кладбище, Джеффри... Дерьма пришлось хлебнуть по полной программе. И все ради чего? Чтобы иметь возможность нормально объясниться? Как глупо все получилось...

— Документы? Ха! Кому они нужны?

Джеффри самодовольно извлек из кармана бумажник Кайла и размашисто шлепнул крупную банкноту на стойку ресепшена. Долговязый парень с другой стороны молча забрал ее и отдал ключ.

— Во, видал трюк? — Джеффри хитро подмигнул Кайлу, теребя ключ в руке.

Уокер фыркнул: ну просто дитя малое, получившее конфетку! Он давно понял, что его похититель из бедной семьи: подчеркнутая неприязнь ко всему дорогому, жалость к себе и своей нищенской доле, горящий взгляд, с которым тот распоряжался чужим состоянием... А тот убогий домишко, в котором они с сестрой снимали угол? А такие, как Винсент, обдирали их до гроша, отнимая последнее... Кайл зябко поежился, вспомнив несчастную старушку миссис Моррис и ее внучек, которым тоже приходилось несладко. Он твердо решил для себя, что такая работа ему не по душе и не нужно ему это чертово директорское кресло в агентстве по выбиванию долгов. Хватит с него, нахлебался. Его снова передернуло.

— Совсем продрог, да? Ну, пойдем погреемся. — Джеффри мягко приобнял Кайла, уводя его с собой в номер. Тот ничего не ответил, занятый раздумьями о своей нелегкой судьбе.

***

В снятом номере мотеля было тепло, просторно и ароматно пахло цитрусами. На окнах празднично мигала разноцветная гирлянда, в углу стояла рождественская елка; нарядная скатерть и свечи на столе торжественно возвещали о наступлении сочельника. Постояльцы на миг замерли, впервые за долгое время оказавшись в уютной обстановке, где им ничего не грозило, где не надо было что-то быстро решать и куда-то бежать сломя голову. Дух семейного праздника, такого близкого и понятного каждому, незримо объединял, подталкивая оставить позади все ссоры и невзгоды.

Скинув вещи и верхнюю одежду, Джеффри вдохнул полной грудью, ощущая бодрящее облегчение: еще не все потеряно! У них со Сьюзи еще есть шанс зажить по-человечески, несмотря ни на что! Улики заметены снегом, проклятая машина с трупом осталась далеко позади, парнишка, кажется, больше не сердится на него и готов пойти на уступки. Он только сейчас заметил, что до сих пор не знает, как зовут спасителя его сестры, который одиноко застыл у занавешенного окна, грея руки на пышущей жаром батарее.

— Эй, тебя как звать-то? — Джеффри смущенно кашлянул и отвернулся, делая вид, что его это совсем не интересует.

— Кайл... Кайл Уокер.

— А-а... Прямо как Кайл Риз, да? Или крутой Уокер? — Джеффри глупо усмехнулся. Собеседник молча пожал плечами, не убирая рук с горячей батареи.

Уилсон покраснел, как школьница, чувствуя себя не в своей тарелке. Ужасно неловко находиться в одной комнате с тем, кто совсем недавно был пленником, приговоренным к смерти, а теперь обрел те же самые права и свободы, что и его несостоявшийся палач. Хотя нет, не те же самые: теперь, когда все постепенно возвращалось на круги своя, Кайл, этот молодой мальчишка из знатного богатого рода, неприкаянно согнувшийся над батареей в рваном грязном пиджаке, получал законную власть обратно в свои руки. Вместе с живительным теплом его сосуды наполнялись могущественным статусом и влиянием, способным уничтожить, раздавить такого мелкого невзрачного человечка, как Джеффри. Они не могли скрываться вечно; рано или поздно придется вернуться, а там, в суровых каменных джунглях, благополучие Уилсона и его семьи всецело зависело от милости Уокера. Оральное изнасилование и унижение, казавшееся веселым и справедливым в момент сладостной мести, теперь ощутимо тяготило Джеффри, заставляя запоздало жалеть о случившемся. Он должен стать нужным, нет, незаменимым для своего юного невольника, пока тот еще в его власти, пускай и формально! Следовало напомнить ему, кто здесь хозяин.

— Раздевайся. — Кайл услышал за спиной возбужденный голос Джеффри, ощутил крепкие руки на своих плечах, вздрогнул и обернулся. Они встретились взглядами.

— З-зачем?

— Хочу узнать тебя получше. — Джеффри криво усмехнулся при виде растерянной мордашки и тут же уточнил: — Ладно, не глупи, надо осмотреть тебя как следует, привести в порядок.

— Мне уже лучше, спасибо. — Кайл бесцеремонно скинул руку Джеффри с плеча, но тот угрожающе навис над ним, не давая уйти.

— Да? А ты точно в этом уверен?

Кайл притих, не сводя тревожного взгляда с Джеффри, не понимая, к чему тот клонит. Продолжать издевательства было бессмысленно, убить его больше не пытались, но при этом не отпускали, насильно удерживая рядом с собой по какой-то неведомой причине. Спрашивать бесполезно: он много раз пытался выведать хоть что-нибудь по пути сюда, но ответом служило лишь задумчивое молчание или неопределенное хмыканье. Поэтому он соврал о своем самочувствии, полагая, что так будет правильно: раз темнят с ним, то и он будет темнить. Но огромная тень Джеффри, грозно нависшего над ним, была темнее любых недосказанностей.

— Я, между прочим, занимался боксом, многое повидал на ринге и за его пределами. — Джеффри деловито почесал подбородок и продолжил: — Бывает, пнут кого-нибудь, вроде ничего, а вечером — пожалуйста: откинул копыта из-за разрыва какой-нибудь хуеты. Я о тебе же, дурачок, забочусь.

— Ну так вызови скорую! Пусть отвезут в больницу! — выпалил Кайл, зажатый в угол.

— Да погоди ты со своей больницей. Сперва я осмотрю тебя сам, и если не найду ничего критического, то мы побудем здесь до утра, я приведу тебя в порядок, а потом отпущу на все четыре стороны. Устроит?

— А... если найдешь что-то такое? — Кайл заволновался, предчувствуя нехорошее. Убьет его, что ли?

Джеффри ласково провел рукой по его волосам, успокаивая.

— Давай не будем торопить события. Снимай одежду.

Уокер безнадежно вздохнул и подчинился. Не отходя далеко от батареи, он снял свои промокшие итальянские ботинки и принялся расстегивать пиджак, делая все под неусыпным контролем Джеффри, который сидел на кровати, нетерпеливо пританцовывая ногами. На пол рядом с обувью постепенно падали остальные вещи: грязный рваный пиджак, мятые брюки, широкий кожаный ремень, зачем-то вытащенный отдельно. Чувствуя, как пылают щеки, Кайл потоптался на месте, неуверенно задержавшись на пуговицах рубашки.

— Ну же, продолжай, хорошо пошло!

Джеффри не мог сдержать сладостного волнения в голосе, любуясь завораживающей грацией юного пленника, покорно раздевающегося у него на глазах. Теплый желтый свет торшера в углу придавал магическое очарование гладкой коже, переливался на волнующих изгибах стройного тела, постепенно освобождавшегося из пут тесной рубашки. Какая интимная атмосфера... Не хватало только красивой музыки, под которую процесс пошел бы еще занимательнее. Обернувшись, Джеффри обнаружил старенький радиоприемник на прикроватной тумбочке и тут же его включил.

— Что за?.. — Кайл замер с полуснятой рубашкой на плечах, услыхав приглушенную музыку. Играл знакомый медлячок из девяностых.

— Для разнообразия. Ты там это... Не отвлекайся! — сконфуженно потребовал Джеффри, вновь принимая серьезное выражение лица.

— Я что тебе, стриптизер на полставки?! — сердито фыркнул Уокер, стыдливо прикрываясь рубашкой.

— Да блядь, ты пацан или девка? Чего ломаешься, как барышня? Скидывай все на хуй, да побыстрее!

«Ты хочешь меня осмотреть или трахнуть?!» — с ужасом подумал Кайл, но не подал вида. Черт с ним, пока не пристает, можно и подчиниться. К тому же его и в самом деле беспокоила ноющая боль в боку, не дающая расслабиться ни на секунду. Он шевельнул плечами, и рубашка красиво соскользнула к ногам.

— Что дальше? — Кайл неуютно поежился, чувствуя на себе изучающий взгляд.

— Как «что»? Раздевайся до конца! Носки и трусы тоже долой! — потребовал Джеффри пересохшими губами.

— Это уже слишком! — возразил Кайл, сомневаясь в целесообразности такого тщательного осмотра. Под тяжелым взглядом Уилсона он все же наклонился и снял мокрые носки, оставшись в одних трусах. Неуклюже распрямившись, нервно взмахнул руками. — Вот! Все! Осматривай!

Джеффри был в корне не согласен с таким пренебрежительным отношением к собственному здоровью. Он подался к строптивому мальчишке и притянул его за резинку трусов.

— Глупый, я ведь бил тебя там тоже, я все помню. Надо осмотреть и это место, иначе упустим самое важное. Тебе ведь дорого твое... здоровье?

Кайл многозначительно посмотрел вниз, на свой бугорок, привычно виднеющийся в белоснежных трусах. Да, это правда: в порыве ярости на кладбище Джеффри сильно пнул его коленом в пах и причинил боль, но сейчас он чувствовал, что там с его здоровьем все в порядке.

— По-моему, это лишнее. — Кайл оставался непреклонен. Джеффри вздохнул, небрежно накручивая на палец тугую резинку от трусов.

— А кто из нас двоих в этом разбирается, а? У меня отец, между прочим, медик, а не хрен собачий! Или ты так ломаешься, потому что твой козлобородый дружок тебя все-таки поимел?

Кайл не стерпел такого хамства — рука сама поднялась и зарядила звонкую пощечину не в меру болтливому сыну медика. Тот виновато захлопал глазами и оставил в покое многострадальную резинку трусов.

— Прости, это было лишнее.

— Он мне не дружок! — сквозь зубы процедил Кайл, потирая отбитую ладонь. — И если так хочешь увидеть меня голым, предлагаю сделку: ты дашь мне позвонить родным, а я, так и быть, немного посвечу перед тобой своей задницей, долбаный извращенец!

Джеффри приоткрыл рот от изумления. Как быстро закалялся характер! Любому другому он никогда бы не позволил беседовать с собой в таком тоне, но этот дерзкий юноша вызывал неподдельное восхищение своей несгибаемостью: боялся, засранец, но имел яйца и силу воли, чтобы не идти на поводу у кого попало, даже условия ставил. Н-да, яйца у него и впрямь немаленькие, судя по внушительному очертанию мошонки, запрятанной в трусах... И ведь точно раскусил, гаденыш, чего от него добиваются! Это было глупо, но Джеффри ничего не мог с собой поделать. Слабость, питаемая к молодому красивому телу, сковывала, заставляя стыдливо прятать глаза и облизывать губы в поисках ответа.

— Ну? Чего застыл? Мне холодно вообще-то. — Кайл демонстративно наклонился за рубашкой.

— Нет, погоди! — Джеффри вскочил с кровати и встретился с хитрым прищуром, в котором явно читалась неприкрытая насмешка. Он фыркнул: позволяет помыкать собой какому-то жалкому мальчишке, который сосал член, стоя на коленях, плакал и умолял не убивать! Да что же это такое?! — Не забывайся, понял? Я все еще могу заставить тебя делать то, что я скажу.

— Правда? — Кайл важно откинул волосы со лба и подошел вплотную к Уилсону, демонстративно выпятив грудь. — Ну, пожалуйста. Бей, унижай, заставляй. Вперед.

Джеффри закусил губу, бессильно сжимая и разжимая кулаки. Блядь! Что за цирк он тут устроил? Кайл выжидающе смотрел ему прямо в глаза, но никакой реакции не последовало.

— Я тебя не боюсь, Джеффри. А знаешь почему? Потому что ты не такой, как Винсент. Того мудака я терпеть не мог, он наглухо отбитый садист. Был... Но ты абсолютно другой. У тебя хорошая сестра, нормальная жизнь. Тебе не приносит удовольствия мучить людей. Поэтому дай мне просто позвонить матушке и сказать ей, что со мной все в порядке, а потом осматривай меня сколько влезет.

Какое-то мгновение Уилсон молча выбирал между постыдным подчинением и внезапным желанием заткнуть эту говорливую глотку, но в конце концов сдался и протянул телефон его владельцу.

— Если сболтнешь чего лишнего...

— Да-да, отгрызешь мне мошонку, я знаю.

Получив желаемое, осмелевший заложник тут же повернулся к нему задом. Тем самым задом, ради которого пришлось приложить столько усилий! Сочные упругие полушария дразняще проглядывались сквозь тонкую ткань белоснежных трусов. Этот птенчик чертовски хорош собой! Задница по высшему разряду, прямиком из высшего общества! Джеффри невольно возбудился, украдкой любуясь стройной фигурой, бродящей по комнате с телефоном в руке. Обратил бы тот на него внимание, если бы не вся эта история? Член рос с каждой минутой от воспоминаний о садистском удовольствии и приятном тепле рта на морозе. Без одежды парнишка был еще соблазнительнее, и в каком-то смысле Уилсон понимал, почему на его королевскую задницу покушались уже двое мужчин за один вечер.

— Блин, мам, ну возьми же трубку! — раздосадованно просил Уокер, пытаясь дозвониться уже в пятый раз. Неужели она так занята на корпоративе, что ей плевать на собственного сына?

— Напиши ей СМС, — посоветовал Джеффри.

— Да пошло оно все! — Потерпев неудачу в шестой раз, Уокер гневно швырнул телефон в угол комнаты. Про Николаса и думать не хотелось: он был так рассержен на него, что не хотел ни видеть, ни слышать. Попсиховав немного, он бессильно опустился на пол, спиной к батарее, и сиротливо обхватил колени, всхлипнув от досады.

Джеффри стало жаль бедного паренька, который оказался не нужен собственной матери. Может, он не такой уж всемогущий, каким казался? Он подошел поближе, желая как-нибудь ободрить грустящего, но тот сразу поднял на него сердитую мордашку.

— Чего тебе? Уговор дороже денег, да? — Кряхтя, он поднялся на ноги и небрежно спустил трусы, позволяя им упасть к ногам. — Сделка есть сделка. Любуйся, смотри.

Джеффри застыл взглядом на мрачном лице Кайла, не в силах опустить глаза пониже. Юный мальчишка, такой беззащитный, такой доступный, но такой несчастный в канун Рождества... Джеффри тоскливо покачал головой и медленно сел на кровать, не смея оторвать взгляд от пронзительных голубых глаз, прожигающих его насквозь. Оказывается, и в раю бывают проблемы. Властный и знатный заложник был никому не нужен, даже собственной семье, похищенный и увезенный посреди ночи черт-те куда. Деньги не могли заменить простого человеческого тепла, которое было у них с отцом и Сьюзи. На этом фоне слова про «хорошую сестру», за которые сперва хотелось прибить, приобретали совершенно иной оттенок.

— По-моему, ты сам не знаешь, чего хочешь, — фыркнул Кайл, натягивая трусы обратно. Он подобрал свои вещи и решительно направился в сторону ванной. — Пойду приведу себя в порядок, а потом, будь добр, отвези меня домой. Все и так порядком затянулось.

Джеффри молча проводил взглядом юркую полуголую фигуру, скрывшуюся за дверью ванной. Вот ведь раскомандовался... Некоторые привычки сидят в людях так глубоко, что их ничто не способно изменить. Но способен ли измениться он сам, пока еще не поздно?

***

Кайл устало лежал в ванне, до краев наполненной горячей водой, и старался ни о чем не думать. Прикрыв глаза, он прислушивался к собственным ощущениям, чувствовал приятное тепло, наполнявшее каждую клеточку измотанного тела, наслаждался ощущением легкости и невесомости. Боль в боку затихла, позволяя вытянуться во весь рост, и Кайл сладко потянулся, широко раздвинув ноги. Решив, что отдохнул достаточно, он протянул руку за заранее приготовленной мочалкой, но нащупал лишь воздух.

— Не это ли ищешь? — деликатно поинтересовались над ухом.

— Какого хера?! — Кайл подскочил от неожиданности, машинально сел, испуганно хватаясь за края. Перед ним возвышался похититель, услужливо держа в руке голубую нейлоновую мочалку с надписью «Мистер Бульк». — Я же закрыл дверь!

— Тебе показалось. — Сузившиеся глаза сверкнули недоброй хитрецой.

Кайл сжался в комок, стыдливо пряча интимные участки тела. Нет, это уже слишком! Какого черта ему надо? Он гневно таращился на невоспитанного наглеца, беспардонно вломившегося к нему прямо посреди гигиенического процесса, а тот, устав держать мочалку, беспечно бросил ее в воду. Кайл тут же подхватил ее и суетливо прикрыл пах.

— Знаешь, тут ведь полно всяких прибамбасов для ванночек, — невозмутимо заметил Джеффри.

— И-и что? — Недоумевая, Кайл следил, как тот открывает дверцу навесного шкафчика над раковиной.

— А ты взял всего лишь одно мыло, — с упреком произнес Джеффри, копаясь в глубинах шкафчика и рассматривая разные баночки и пузырьки.

— Взял то, что попалось на глаза, — фыркнул Кайл, злясь на то, что ему приходится оправдываться. — Что ты здесь делаешь?

Нарушитель спокойствия проигнорировал вопрос. Открыв и понюхав какой-то серебристый пузырек, он поднес его к лицу купавшегося.

— Гляди, что нашел. Натуральная пена для ванны «Роза», снимает напряжение...

— Джеффри! Что ты здесь забыл?! — повторил свой вопрос багровеющий Кайл.

— ...и заботится о коже, а также снимает усталость и придает...

— Хватит кривляться!

Кайл хотел вырвать пузырек из рук паясничающего Джеффри, но перестарался и уронил его в воду, которая тут же начала пениться.

— Зачем же так много сразу? — искренне удивился Джеффри. — Надо было по чуть-чуть.

Кайл тяжело вздохнул, устало прикрыв лицо руками.

— Зачем ты мучаешь меня? Ну скажи на милость, зачем тебе это надо?

— Я здесь вовсе не за этим. — Джеффри ловко выловил из воды полупустой пузырек и поставил его на место. По тесному помещению теперь разносился чарующий запах роз. — Просто хочу стать чуточку дружелюбнее.

— Как?! — Кайл гневно затряс растопыренными пальцами. — Как именно?! Вломившись сюда и обосрав мне тут все?!

— Ну почему же, вовсе нет! Ты посмотри, сколько пены, как она вкусно пахнет!

Пены и в самом деле было много; она заполнила собой всю ванну и доставала Кайлу до подбородка. Он даже потерял в этой огромной белоснежной массе свою мочалку. Смягчившись, он хмыкнул, отметив, что запах действительно приятный.

— Вот видишь? Самому же нравится! — Джеффри улыбнулся и сделал Кайлу миленькую шапочку из пены.

Кайл глубоко сомневался, что радость была обоюдная. Глядя на тревожно-озабоченное лицо насильника, он понимал, что тот не оставит его в покое, пока не добьется своего. Но какую цель он преследовал?

— Все это, конечно, прекрасно, но что тебе от меня надо? Только честно.

Джеффри вздохнул и присел на край ванны, звонко хрустнул костяшками сильных пальцев. Кайл опасливо покосился на его огромные тяжелые кулачищи, напоминающие стопудовые гири. При желании тот легко мог сделать с ним что угодно много раз по пути сюда и даже здесь, в крохотной ванной. Но, кажется, его желание носило несколько иной характер, и Кайла это злило и пугало одновременно. Как тут расслабишься с огромной похотливой детиной под боком? Из-за нервов бок снова неприятно заныл.

— Позволь мне помыть тебя, — выдавил наконец Джеффри, заметно краснея даже под тусклым светом настенной лампы.

— Так и знал!.. — выдохнул Кайл, кривя губы в горькой усмешке. — Так и знал, что тебе не дает покоя моя задница! Еще там, на кладбище, я понял, кто ты...

— Послушай... — вставил Джеффри, но безрезультатно.

— Нет, это ты послушай! Я не голубой, понятно тебе?! Мне не нравятся мужчины! И то, что было между нами, — это потому, что у меня не оставалось выбора!

Уокер умолк: Джеффри неожиданно резво подался к нему и крепко схватил за щеки двумя руками, собираясь то ли топить, то ли раздавить стиснутую челюсть, словно металлическими тисками. Кайл в панике округлил глаза, но тот лишь успокаивающе кивнул и ослабил хватку, давая понять, что не собирается делать ничего такого.

— Послушай... Кайл. Мне очень стыдно перед тобой за то, что я совершил. Мне просто хочется сделать тебе что-то приятное, в знак извинения за все плохое, ладно? Давай смоем с себя всю эту грязь, а? Обещаю, что этого больше не повторится.

Кайл замер, боясь шевельнуться. Джеффри страшно нависал над ним, горячее дыхание обжигало лицо, стальной взгляд не допускал возражений. Совершенно не хотелось лишний раз испытывать его терпение, но и рисковать своей шкурой, слепо доверяя красивым словам, тоже глупо. Вот так попал! Расценивая рассеянное молчание притихшего партнера как однозначное согласие, Джеффри мягко выпустил его и принялся раздеваться. Уокер со страхом пялился на мощную мускулатуру, понимая: ясно как божий день — если этот громила захочет, он возьмет его грубой силой, и ничто в мире не спасет его от позорной участи быть повторно изнасилованным. Слишком уж разной они комплекции, да еще и оба голые, в одной ванне, где и так особо не развернуться... Оставалось лишь уповать на здравый смысл.

— Вот так. — Джеффри довольно улыбнулся, заходя в воду. Его огромное достоинство величаво покачивалось перед смущенным Кайлом, и тот сжался еще сильнее, отведя испуганный взгляд в сторону. — Не бойся, я ничего тебе не сделаю... Ничего такого, о чем мы оба пожалеем.

Кайл уже жалел, что согласился на рискованную авантюру, хотя, опять-таки, его мнения никто не спрашивал! Сгорая от стыда и ужаса, он дал себе четкое наставление на будущее: обязательно купить и носить пистолет, чтобы в следующий раз иметь чуть больше весомых аргументов в свою пользу. Он вздрогнул, когда его нога оказалась в руках Джеффри. Вооружившись мочалкой, тот принялся намыливать маленькую аккуратную ступню.

— Тут, знаешь ли, главное не упускать ни малейшей детали, — негромко приговаривал Уилсон, старательно промывая между пальцами. Кайл вцепился в края ванной, настороженно ожидая подвоха, но ласковый мучитель всего лишь натирал ему ноги ароматной пеной, не позволяя себе ничего лишнего, как и обещал.

Закончив возиться с ногами, Джеффри переключил внимание на руки.

— Твои мышцы напряжены как струна, — как бы между делом заметил Джеффри. — Расслабься, я сестру купал много раз.

— Да уж, у тебя явно есть опыт, — натянуто улыбнулся Кайл, стараясь не смотреть в глаза. Не каждый день приходится принимать ванну с огромным голым мужиком с гейскими замашками. Он бы с удовольствием натер себя сам, по старинке.

Когда изящные руки застенчивого юноши были тщательно напенены от кистей до плеч, Джеффри ласково попросил его подняться из воды целиком. Сгорая от стыда и позора, Кайл подчинился, выставляя напоказ свое цветущее и пахнущее молодое тело. Ручейки воды красиво стекали по гладкой блестящей коже, кое-где эротично лежали воздушные клочки пены. Уилсон не таясь скользил бесстыжим оценивающим взглядом по обнаженным мальчишкиным прелестям, хорошенько распаренным от горячей воды. Снизу он казался еще обворожительнее, вызывая сладостный трепет и острое желание поскорее вкусить запретный плод. Чувствуя нарастающее давление в паху, Джеффри мягко, но настойчиво велел повернуться спиной. Кайл неохотно подчинился, с ужасом уставившись в узорную кафельную плитку перед собой.

— Расставь ноги, — томным голосом тихонько прошептал Джеффри.

Если бы Кайл обернулся, то узрел бы возбужденный пенис, хищно нацеленный на его беззащитные ягодицы, но он опасался лишний раз крутить головой, помня, на какие зверства способен его похититель в минуты безумной похоти, затмевающей рассудок. Уперевшись двумя руками в стенку, Кайл пошире раздвинул ноги, суетливо продумывая план действий, ведь явно пахло жареным! Он содрогнулся, когда крепкие руки по-хозяйски легли на его худенькие плечи.

— Джеффри, прошу!..

Тот отозвался не сразу, позволив себе сполна насладиться волнующим моментом. Голенький мальчишка заметно дрожал в его руках, готовый расплакаться, как тогда, на кладбище.

— Все нормально, я же обещал, помнишь? Твою спину и, э, поясницу ни в коем случае нельзя оставлять без внимания!

Размашистый росчерк мочалки описал живописную мыльную линию от шеи до копчика. Кайл сдержанно выдохнул сквозь зубы. На ум пришла сумасшедшая идея охладить пыл неугомонного Джеффри ударом коленом по причинному месту. Да-да, Уокер отплатит ему той же монетой, а потом помчится на ресепшен и вызовет полицию! План спасения здорово обнадеживал, придавая уверенности в себе и своих силах; он уже не так сильно дрожал, ощущая, как крепкие мозолистые руки хлопотливо наносят пену на шею и лопатки, а затем явно неравнодушно массируют их мочалкой. Он напряженно терпел странную экзекуцию и безропотно ждал удобного момента, лишь страдальчески вздыхал да едва слышно покашливал, морщась от боли в боку. Нестерпимо зачесалась лодыжка, но он не смел пошевелиться, боясь выдать себя раньше времени.

Джеффри доставляло неописуемый восторг купание прекрасного невольника. Он увлеченно массировал каждый сантиметр молодой отзывчивой плоти, наслаждаясь бархатной шелковистостью нежной податливой кожи. Тонкая девчачья шейка, крылышки-лопатки, изящная талия — ничто не осталось без внимания. В какой-то момент Уилсон осознал, что уже не просто моет, а любовно гладит паренька, самозабвенно размазывая волшебно пахнущую пенку по местам, давно надраенным до блеска. Он еще не добрался до аппетитных полушарий маленьких прелестных ягодиц, а с каменного стояка уже капали крупные гроздья липкой смазки, рискуя выдать его с потрохами. Оценивая мутным от переполняющего возбуждения взглядом девственно-нетронутые гладкие упругие мальчишкины персики, Джеффри понял, что пора действовать, иначе он снова наступит на те же грабли. Пришлось отступить к крану и нащупать вентиль.

Кайл повернул голову, услышав звук льющейся воды.

— Что это?

— Ничего, не отвлекайся. У тебя на спине грязь, надо оттереть как следует. Потерпи.

Заглушив свое учащенное дыхание шумом воды из-под крана, Джеффри перехватил мочалку левой рукой, а правой обхватил свою твердую раскаленную залупу и начал усердно тереть и дрочить одновременно. Ничего не подозревающий юноша покорно стоял к нему спиной, вызывающе оттопыривая свою сладенькую попку, так и просящуюся на член. Но Джеффри дал слово и, как истинный джентльмен, бесшумно самоудовлетворялся, не желая тревожить нетронутую ложбинку между очаровательными упругими бедрами, по которым дразняще-медленно сползала пена, будто взбитые сливки, которые так и хотелось слизать с молодой горячей плоти...

Кайл заметно покачивался всем телом, мокрые пальцы то и дело норовили соскользнуть с кафеля — с таким усердием над ним пыхтел Джеффри, оттирая, по-видимому, какое-то весьма сложное загрязнение. Сильная рука не переставая вжимала в стену, а мочалка беспорядочно ерзала по спине, словно полировальная машинка. Кожа горела огнем, ошметки пены щедро разлетались по всему помещению. Занятый удержанием равновесия, Кайл не заметил звонкого эха, с которым выстреливающее семя тихо оргазмирующего Джеффри ударялось о воду, разлетаясь мощными шлепками. Обкончавшись как следует, тот сдрочил последнюю струю между покорно разведенных ног юноши и неслышно сполоснул руку в подостывшей воде. Густое мужское молочко быстро скрылось под пористой толщей пены. Выпустив накопившийся пар, полупьяный Джеффри кое-как перекрыл воду и устало плюхнулся под краном. Кайл снова непонимающе оглянулся.

— Что-то я устал. Дальше сам, хорошо? — Уилсон лениво утер пот со лба и передал парню истрепавшуюся мочалку.

Кайл неопределенно хмыкнул, принимая «подарочек». Он был рад, что Джеффри сдержал обещание и не стал трогать его в интимных местах, но проблема в том, что он по-прежнему торчал рядом и не спускал с него глаз. Неужели ему нельзя хотя бы немного побыть наедине с собой?

— Мойся, я не смотрю. — Устроившись поудобнее, Джеффри насвистывал беспечный мотивчик, делая вид, что его совершенно не интересует то, как дико сексуальный парнишка будет принимать ванну.

— Я так не могу. Выйди, пожалуйста, — настойчиво попросил Кайл, неловко прикрывая пах рукой. К приятному удивлению, Джеффри достаточно легко согласился покинуть помещение, оставив шампунь и второе полотенце. Странно пошатываясь и улыбаясь, тот удалился, прикрыв за собой дверь, а Кайл наконец-то остался один. Зачерпнув пену мочалкой, он провел ею по животу и брезгливо сморщился, увидев непонятные желтовато-белесые разводы на коже.

— Блин, а на хрена сморкаться-то было? Свинья!

Джеффри, обтирающийся полотенцем за дверью, беззвучно рассмеялся.