Побег

– Страх? – подросток с вызовом задрал голову. – Я не понимаю о чём ты.

Отступник сделал шаг в сторону. Но демон преградил  путь, выставив руку перед его носом.

– Я согласен на сделку только, если ты расскажешь мне всё, что я должен бы знать.

Тун Сяоши фыркнул.

– Мы уже пожали друг другу руки, – он прошёл под выставленной рукой. – Сделка уже заключена.

– Я демон! – иронично рассмеялся По Цзин. – Бесчестие и предательство у меня в крови.

Он увидел, как плечи Отступника напряглись. На его юном лице застыла злая обида вперемешку с отчаянием.

– Я уже говорил тебе, – прошипел он сквозь зубы. – Это одно из проклятий, которым меня наградил Всевышний. Чтобы я никогда не забывал о том, кем был и кем стал.

– Для чего тебе сопровождающий?

По Цзин был готов поспорить, что Тун Сяоши был на грани выйти из себя. Он сжал кулаки настолько сильно, что костяшки его пальцев побелели.

– Ты хоть представляешь, каково это стать беспомощным ребёнком? Остаться в лесу и быть съеденным дикими зверями?! Или же быть заживо сожженным людьми, потому что они посчитали тебя дьявольским отродьем?! Ты хоть можешь представить себе, каково это каждый раз перерождаться богом, чтобы снова стать демоном?! Это..! – на глазах Отступника проступили слёзы. – Это чертовски больно! Не согласен на сделку? Плевать! Я справлюсь сам! – он оттолкнул По Цзиня, намереваясь покинуть комнату.

В дверь громко постучали.

– Господин! – они оба узнали голос хозяина таверны. – Вы там?

Отступник по-прежнему стоял у двери и держался за  ручку.

– Здесь двое господ, которые бы хотели поговорить с вами!

Стук повторился настойчивее.

– По Цзин! – завопил один из Шестых демонов. – Мы сломаем эту чертову дверь.

– Вам придётся заплатить за испорченное имущество! – возмутился хозяин таверны.

– Что значит заплатить, человек?!

– Что такое имущество?!

Отступник шарахнулся назад, смахивая со щёк надоедливые капли. Он оглядел комнату и переметнулся к закрытым ставням на окне. Тем временем По Цзин молча хлопал глазами. Почему ему вдруг захотелось пожалеть его? Может, погладить по голове или обнять, как он иногда успокаивал своих маленьких помощников-демонов, когда их сильно пугали люди. В груди расползалось вязкое чувство вины. Тун Сяоши не был одним из его помощников. Он был Отступником, предателем небес, падшим богом, разрушителем Нижнего Второго витка. В конце концов он заслужил наказание за свои поступки. С другой стороны, он не сделал ничего плохого самому По Цзиню.

В комнату ворвался ледяной ветер и демон очнулся от размышлений. За дверью хозяин таверны продолжал умело торговаться с шестерками за право выломать её. Отступник запрыгнул на подоконник, вглядываясь в бушующий сумрак.

– Мы же на втором эта.. – По Цзин так и замер с вытянутой рукой, когда подросток молча спрыгнул вниз. Он ведь не должен сопереживать ему! Да, Фу Бань оставался заточенным в плену, а малолетний Тун Сяоши выглядел почти жалобно. Но По Цзин не был обязан спасать ни того, ни другого!

– Ломайте, что пожелаете, господа, – послышался довольный баритон хозяина таверны. Он удалялся, звеня карманами полными монет.

По Цзин зажмурился на пару секунд, растирая лицо ладонями. Возможно, его маленькие помощники не зря прозвали его добряком.

Ловко перемахнув через окно, демон увяз в сугробе. Тун Сяоши уже выбрался и успел раствориться в неизвестном направлении за пеленой снежной бури. Ветер пробирал человеческое тело до дрожи. По Цзин замотал головой из стороны в сторону, жмурясь от снега. Сейчас бы заорать имя Отступника, чтобы Шестым демонам не пришлось их долго искать!

По Цзиню повезло догнать подростка после нескольких минут побега. Тун Сяоши медленно шагал прочь от таверны, содрогаясь от каждого порыва ветра. Серебряные бусины печально звенели по округе.

– Надо найти укрытие! – прокричал По Цзин. До него долетело что-то вроде злого пожелания пойти к чёрту. Демон цокнул языком. Из-за безрассудства падшего бога их людские тела могли бы превратиться в ледяных статуй, пока не оттаяли бы весной или их не поджарил Астакос. Преодолев расстояние между ними, По Цзин схватил Отступника за ворот и поволок в сторону хозяйственных построек. Он заприметил их днём, когда он и Фу Бань отправились на перевал.

Внутри воняло сеном и свежим навозом. Коровы встревоженно замычали, разбуженные появлением незнакомцев. Пока По Цзин шумно сметал с себя налипший снег, Отступник обиженно лил сопли, трясясь от холода.

– Я не просил.

– Я слышал истории о демонах, которые были не приспособлены к условиям Девятого витка. До сегодняшнего дня думал враки, – По Цзин принялся стряхивать снег с одежды подростка. – Наверняка, большая часть демонов и богов понятия не имеют, каково приходится людям, чтобы выжить. Там тепло.

Он развернул Отступника и подтолкнул в спину. Они расположились рядом с печью. Коровы медленно жевали сено в загоне.

– Я не считаю тебя беспомощным ребёнком.

Тун Сяоши хмыкнул и широко зевнул.

– Через пару дней я перестану быть демоном. Астакос больше не выйдет на меня по последнему следу. А тебе никто не поверит. Знай, – он снова зевнул. – Для того, чтобы вернуть меня в ад раньше перерождения, тебе придётся убить меня. Лишишь жизни безвинное дитя?

По Цзин не ответил. Отчасти он работал сверхурочно, чтобы не видеть ужасов, происходящих ниже Восьмого витка.

– А люди детей убивают, – сонно пробормотал Отступник, закрыв глаза. По Цзин перевёл взгляд на юное лицо проклятого демона и молча разглядывал его некоторое время, пока брови Тун Сяоши раздражённо не сошлись на переносице.

– Спроси, если хочешь узнать, – Отступник сверкнул красным взглядом, устраиваясь на узкой скамье.

По Цзин нервно хохотнул. Вопрос был из чистого демонического любопытства.

– Ну... Существует ли ваш Всевышний? Ты видел его?

– А ты видел морских коров?

По Цзин с сомнением перевёл взгляд на громоздких животных за деревянными перекладинами.

– Вряд ли они смогли бы плавать.

– Но твоя тупость не отменяет их существования! – мелкий наглец перевернулся на другой бок.

По Цзин беззвучно цокнул языком. Никто из демонов не видел главного бога Градены, но Тун Сяоши был Служителем Верхнего Второго витка долгое время. К примеру, их главный демон, Искуситель Астакоса, часто шлялся без дела по нижним, а может и верхним, виткам.

– Голос, – произнес Отступник через некоторое время. – Я слышал только его голос.