Глава 1
Сад переполнялся красками, ароматами и звуками природы. Каждое дерево, посаженное в саду, цвело красными и белыми цветами. Их хрупкие лепестки отрывались и падали на зелёную траву, подхваченные лёгким тёплым ветерком. Каждая птичка прилетала сюда, чтобы петь песни или свить гнездо. Трава легко дрожала под ветром, наполняя воздух ароматом трав и диких полевых растений.
Немного дальше можно было услышать журчание воды. Тонкая речка давала жизнь многим деревьям и травам. Птицы часто садились на камушки, чтобы напиться воды и продолжить свои песни.
Это было любимое место Мина. Даже без зрения, которого он был лишён с рождения, парень легко ходил по узким дорожкам между деревьями, находя своё место возле реки. Он уже наизусть знал каждое дерево и каждый аромат сада при императорском дворе.
Это место стало для него единственным способом убежать от громких и резких братьев и сестёр, которые постоянно противостояли друг другу в борьбе за власть. Мин знал, что из-за своей слепоты не имел шанса подняться выше статуса принца. Поэтому, смирившись, он жил спокойной жизнью, пытаясь стать тенью дворца, быть незаметным и надеяться, что однажды все забудут о его существовании. Для слепого омеги он был обречён на жизнь в тени.
Мин был невысоким. У него было тонкое тело и белая кожа, из-за которой на руках можно было увидеть синие вены. Из-за того, что Мин постоянно сидел в комнате, казалось, будто его кожа была прозрачной, как бумага. Чёрные длинные волосы делали его немного заметнее на фоне белых стен дворца.
Ему было двадцать лет. Для омеги это было время искать супруга, но для Мина это было невозможно, а для империи - позор.
Парень сидел на краю берега, упираясь спиной в дерево. Его розовое кимоно спадало на зелёную траву. Воздушную ткань часто подхватывал ветер. Мин сосредоточенно слушал пространство вокруг себя, легонько касаясь пальцами травы и цветов.
- *Лето только началось, а солнышко уже так хорошо согревает. Кажется, лето будет жарким*.
Его лицо немного приподнялось, улавливая тепло солнца.
- *Река стала немного больше. Снега в этот год было много. Кажется, и птицы рады, что стало теплее*.
Мин улыбнулся, прислушиваясь к птичьему пению.
- М? Азами, ты ещё долго будешь там стоять?
Парень улыбнулся, поворачивая голову в сторону звука.
- Как ты узнал?! Я ведь тихо!
Резкий порыв ветра - и Мин ощутил, как что-то тяжёлое опустилось рядом с ним. Он засмеялся.
- Твои шаги только глухой не услышит! А я слепой. Забыла?
Сестра засмеялась.
- Кажется, моя военная подготовка ничего не даёт, если меня можно услышать.
- Уверен, враги тебя точно не услышат. Слишком уж громко на войне.
- Хаха, и то правда. Ты не замёрз? Кажется, ветер ещё прохладный.
Сестра легонько накинула ему на плечи плащ.
Мин осторожно протянул пальцы к лицу сестры. Тонкие белые пальцы коснулись немного грубой кожи женщины. Он не видел её, но мог ощущать эмоции или примерно представлять, как выглядит человек. Пальцы коснулись чёрных жёстких волос, которые доходили до плеч.
- Мин... Я это...
Рука снова опустилась на траву.
- Азами, какого цвета эти цветы, которые падают мне на волосы? Их так много. Мне интересно.
Мин поднял голову вверх.
Женщина сорвала цветок и протянула его ему.
- Они красные. В этом году урожай яблок будет плодородным.
- Как это - красные? В прошлом году они были белыми. Я не знаю этого цвета.
Мин задумался, касаясь лепестков.
- Ну, это как...
Азами задумалась и легонько ущипнула его за кожу. На ней остался красный след.
Мин дёрнулся.
- Больно!
- Это и есть красный. Цвет опасности и боли.
Она улыбнулась.
- Интересно... - Мин тоже улыбнулся. - Кажется, ты меня столькому научила...
- Да чему я тебя так научила!
Тяжёлое тело опустилось на траву.
- Хаха, но ведь ты с детства меня учила находить дороги, отличать цвета, эмоции, лица. Грамоте меня научила. Я бы сам не справился. Я бы умер.
Мин повернулся к Азами. Та смотрела на небо.
- Они постоянно повторяли, чтобы я бросила тебя. Ты ведь проклят. Но пусть видят, что я не стала проклятой до сих пор. Кто ещё верит в то, что ты проклят? Раздражают!
Азами злобно ответила.
- Но ведь кто-то должен был взять на себя все грехи империи. Если я хоть чем-то помог империи, значит, не зря прожил жизнь.
Мин улыбнулся.
- Не говори так! Никакого проклятия нет! Я видела смерть и ужасные вещи на войне. После подобного слепота кажется даром. Ты хотя бы не видишь того, что творится вокруг. Хотела бы я хотя бы на день ослепнуть.
Азами поднялась и посмотрела на Мина. Его глаза были закрыты, но казалось, парень смотрел прямо в душу.
- Мин... У меня есть новости...
Женщина замялась, набирая больше воздуха в лёгкие. Мин терпеливо замер, ожидая её слов.
- Меня забирают на службу. В другую империю. Отец дал мне звание, теперь я могу служить в элитном отряде бойцов командиром. Это... навсегда... Я не вернусь больше... Понимаешь, Мин?
Азами прикусила губу, кулаки сжались.
Вдруг пальцы коснулись побелевших костяшек.
- Ты счастлива, сестра?
- ...Что?
Она дрогнула.
- Ты так долго шла к этому. Я рад за тебя!
Лёгкая улыбка осветилась лучиками солнца. На минуту воцарилась тишина. Птицы так же пели свои песни, ветер срывал лепестки, и те падали на волосы Мина.
- Мин! Что ты такое говоришь?! Ты понимаешь, что это значит для тебя?! Они убьют тебя! Некому будет тебя защищать!
Мин ощутил, как дыхание сестры сбивается с каждым произнесённым словом.
- Ты должна строить новую империю, как было задумано с твоим появлением на свет. На это тебя благословил император. Не думай обо мне.
- Ты не понимаешь! Братья не терпят тебя! Ты для них грязный! Помнишь, что было в последний раз?! Если бы я не пришла вовремя, он бы заколол тебя кинжалом!
Женщина резко поднялась на ноги, сжав кулаки. Мин так и остался сидеть на траве.
- Думаю, я недолго здесь.
Мин спокойно произнёс это, поворачиваясь в сторону реки.
- О чём ты?
Азами нахмурилась, всматриваясь в его лицо.
- Я слышал, что император хочет отправить меня куда-нибудь. Ещё два года - и все мои братья отправятся на службу или заключат брак с другими империями. Я не могу здесь остаться. Сегодня собрание. Его Величество решит, что делать со мной.
- Отправить... куда?
Азами тихо спросила, будто в её лёгких совсем не осталось воздуха.
- Не знаю. Это всё, что я слышал. Херим и Орим тоже будут отправлены в другие империи.
Мин ответил спокойно, словно речь шла не о его собственной судьбе.
Пауза затянулась. Казалось, время остановилось.
- Мин, уже солнце садится...
Азами первой нарушила тишину.
- Да? Тогда нам лучше вернуться во дворец.
Мин легонько поднялся. Розовое лёгкое кимоно было покрыто лепестками яблони. Слои воздушной ткани мягкими волнами колыхались от ветра.
Двое молча пошли по саду. Мин знал дорогу, поэтому уверенно двигался по знакомой тропе.
Под ногами он ощутил дерево. Это был вход на мост, соединявший озеро и площадь дворца.
- Азами! Ты где пропала?!
Послышались смех и голоса.
- Мин, стой!
Услышав быстрые шаги, Мин ускорился и тихо, держась сбоку, пошёл по мосту. Трое мужчин, будто не замечая парня, подбежали к сестре.
- Мы так рады за тебя! Теперь ты будешь командиром. Я попрошу отца перевести меня к тебе!
Мужчина широко улыбнулся.
- Ещё чего! Дайте мне отдохнуть от вас.
Она злобно посмотрела на братьев, а те только рассмеялись.
- Предлагаю после благословения отца немного выпить.
Второй мужчина весело хлопнул брата по плечу.
Трое перешли мост, направляясь к площади.
- Херим! Мы ещё не знаем, куда попадём! Вдруг отец выбрал нам службу.
- Оним, ты ведь омега. Какая служба? Мужа любить и детей рожать - вот и вся твоя служба.
- Может, отец выбрал для меня что-то другое.
Оним слегка нахмурился, но тут же усмехнулся.
- А как же.
Мужчина засмеялся. Азами тоже улыбнулась, но продолжала искать Мина глазами. Парень будто испарился.
- Сестра, кого ты ищешь?
- Мин... Он убежал.
Она огляделась по сторонам, но парня уже нигде не было.
- Проклятого? И зачем ты с ним возишься? Если бы в детстве не кормила его, он бы умер и забрал с собой все грехи империи.
- Не говори так, Херим!
Азами резко повернулась к брату.
- Лучше скажи, что отец хочет сделать с ним?!
Её глаза пылали яростью.
Оним тоже подключился к разговору.
- Я слышал, отец отправил много писем в разные империи, но никто не хочет брать проклятого. Все боятся его. Ну, как бы не передалось им что-то...
Азами замолчала, опустив взгляд.
- Но тогда что дальше...*Значит, он может остаться ещё на год. А дальше я заберу его к себе*.
- Оним, ты не знаешь? Чёрный Лотос ответил на письмо.
- Чёрный Лотос?!
Оним удивлённо посмотрел на брата.
- Конечно, репутация у них так себе, но они единственные, кто не побоялся проклятия.
Херим громко засмеялся.
- Какое проклятие в Лотосе?! Да там подготавливают самых свирепых воинов. Для них это всё сказки.
- Но кем там будет Мин?
Женщина потрясённо посмотрела на братьев.
- Ну уж точно не суженым для молодого принца. Думаю, его поселят в общем гареме, а там омеги не хуже воинов. Быстро его убьют.
Азами побледнела, сжав пальцы.
- Не хотел бы я когда-нибудь встретить женщину из их гарема. Таких потянет только закалённый в боях воин.
Мужчины засмеялись.
Вдруг послышались громкие голоса.
- ОПУСТИТЕ ГОЛОВЫ! ЕГО ВЕЛИЧЕСТВО ИДЁТ!
Херим, Оним и Азами опустили головы.
Через минуту перед ними стоял седой высокий мужчина в ярко-красном кимоно. Под рукой у него была трость с драконом на рукоятке.
- Как ваши дела, дети мои?
Он улыбнулся им.
Те поднялись из поклона.
- Мы в нетерпении узнать, как вы распорядитесь нами. Когда мы сможем выполнить долг перед империей?
Мужчины улыбнулись, явно ожидая ответа.
- Рад это слышать, дети мои. Вижу вас трое. Мне нужен ещё этот...
Император на секунду задумался, будто вспоминая имя слепого.
- Мин. Где он?
- Убежал. Он не только проклятый, но и дикий.
Мужчины засмеялись. Азами тут же ударила обоих по спине кулаком.
- Ай!
Они резко замолчали, потирая ушибленные места.
- Сейчас я позову его, отец.
Женщина поклонилась и быстро направилась к дворцу.
-*Вот же бестолочи! Надеюсь, отец отправит их в Чёрный Лотос. Пусть знают, что такое закалка*.
Она быстро шла по коридорам.
- Мин!
Азами звала его, но в ответ была лишь тишина.
Наконец, поднявшись на верхний этаж, она остановилась около двери. За ней находилась комната Мина.
Скромная, она совсем не походила на покои принца. В прошлом это была комната слуг, но её выделили Мину, так как считали, что слепой всё равно ничего не увидит.