Глава шестая. История Педро.

Я видел, как Педро сосредоточенно думает и покусывает губу, и сделал про себя ставку, что следующим будет он.
И не ошибся.
Колумбиец глотнул чаю и сказал:
- Ну ладно, давайте я буду, я созрел.
Мы все смотрели на парня, а он улыбался.
Той улыбкой, когда ты готов рассказать всё до последнего тёмного уголка своей души и готов принять все последствия. Это была смелая улыбка.
Говорил Педро по-английски, с явным латиноамериканским акцентом, певучим и тёплым.
- Моя история немного другого рода, чем ваши, амигос. Скажем так, у неё есть экшен. Без обид, Симон и все рассказавшие, я имею в виду, что в ней больше трэша.
Педро небрежно сидел на матрасе, чуть приобняв расставленные ноги руками. Живые тёмные глаза и открытая улыбка сразу располагали к доверию. Была в нём какая-то непосредственность, которой обладают экстраверты, с детства много общающиеся с людьми. Я был уверен, что Педро большую часть своей жизни провёл на улице и гонял в футбол. Такой вот стереотип.
Но, честно говоря, я ему завидовал. То, как он держался и непринуждённо общался, - этого никогда не было у меня.
- Амигос, меня зовут Педро, мне тридцать лет, я из Боготы - это столица Колумбии. И раз мы тут все такие откровенные, то я тоже начну с признания: я с четырнадцати лет продаю травку. Ну, точнее, продавал травку.
Я следил за реакцией окружающих. Симон чуть улыбнулся, Амара кивнула, Оля с любопытством посмотрела на соседа. Все остальные прореагировали спокойно. Тогда я задал себе мысленный вопрос: а как я отношусь к подобной деятельности? Педро был приятным парнем и вызывал симпатию. Да и не героином же он барыжил. Внутренняя дилемма пока разрешалась в пользу рассказчика.
Как будто услышав мои мысли, Педро продолжил:
- Не кокаин, не героин - просто трава. Я говорю это к тому, что у меня есть свои принципы. В Боготе это нормальный бизнес для парня из моего района. Не хороший и не плохой - просто нормальный. Как в других местах продают носки или чинят мотоциклы. В районе Сан-Кристобаль, в южной Боготе, у каждого второго парня такой или похожий бизнес. Это не означает, что мы все наркоманы или кидалы какие-то, просто приспосабливаемся к реалиям большого города.
- Про мою семью скажу коротко. Мама умерла от рака, когда мне было девять, а отец... Отец был живой, но его как будто и не было. Он всегда много пил. Не агрессивно - просто уходил в себя и не возвращался. Мне помогал дядя Рауль - папин брат. Я большую часть времени проводил в его семье. Но когда мне было четырнадцать, они уехали жить в Уругвай. Там было поспокойнее и уровень жизни повыше. Дядя хотел взять меня с собой, но отец был против, а без его подписи меня из страны не выпустили. Короче, не срослось.
- Вот с тех пор я и оказался на улице. Отца дома почти не было, денег он мне давал редко, пришлось крутиться. Я знал на районе правильных людей, они продавали траву. Меня взяли сначала на побегушки: «Отнеси туда, принеси сюда, постой здесь, посмотри». Потом дали свой угол.
- К двадцати годам у меня уже был свой небольшой бизнес. Я не был частью картеля и не работал на больших людей. Там можно было подняться быстрее и денег иметь больше. Но я знал, что это опасные люди, и риски там были выше. Мне не хотелось подставлять ни себя, ни моих клиентов. Я был сам по себе, маленький независимый торговец в своём районе. Это давало определённую свободу. Но, правда, риски тут тоже были: меня никто не защищал в случае чего.
- Поэтому я жил осторожно. Знал лично всех покупателей. Хорошо общался с соседями. Понимал, кто есть кто на улице. В нашем районе была своя экосистема - люди знали меня, я знал их. Это не был рай, но это была жизнь с какой-то понятной логикой.
- Среди моих покупателей была одна девушка - Мариселла. Она жила в трёх кварталах от меня и работала в парикмахерской. Лет двадцати пяти. Хорошая девушка - не в романтическом смысле, просто человек хороший. Иногда покупала у меня немного травы на выходные, иногда мы просто разговаривали у моего угла. Она рассказывала про клиентов в парикмахерской, я тоже рассказывал про всякую всячину. Такое простое соседское общение.
- И вот был обычный четверг, ничего особенного. Я стоял у своего угла и увидел, как к Мариселле подходят несколько человек. Их было трое - молодой парень и двое постарше. Молодой был богато одет - совсем не по-районному богато. Часы, кроссовки, которые стоят как машина, золотая цепь. Сразу было видно: чужой он здесь, из другого мира, приехал, потому что были какие-то дела, а может, вообще случайно.
- Я знал, кто это. Не лично, но знал. Эстебан Варгас-Руэда, сын Мигеля Варгас-Руэды. Если вы не знаете, кто такой Мигель Варгас-Руэда, - считайте, вам повезло. В Боготе это имя знали все. Один из людей, которые реально контролировали часть наркотрафика в южных районах. Не самый большой человек в Колумбии - таких было несколько, - но в нашем районе его имя означало всё.
- Эстебан был известен своей безбашенностью, эгоизмом и хамством. Мерзкий персонаж. От такого всегда лучше держаться подальше. Его все побаивались. Не потому, что он из себя что-то представлял, а потому, что за ним был очень влиятельный и грозный папа. Эстебан приезжал в разные районы Боготы и делал всё, что хотел. Никто не говорил ему «нет». Потому что сказать Варгас-Руэде «нет» - значило исчезнуть. Или ещё хуже.
- Я видел, как Эстебан что-то говорит Мариселле. Она пытается уйти, он берёт её за руку. Двое телохранителей стоят рядом - большие амбалы, которым платят за то, чтобы они ничего не замечали. Ну и охраняли сынишку, естественно.
- Я стоял и смотрел.
Педро замолчал на пару секунд.
- В этот момент у меня в голове как будто какое-то раздвоение началось. Одна часть меня знала, что нужно делать, вернее, точно знала, чего делать не нужно. Не вмешиваться. Не смотреть в их сторону. Это не моё дело. Эстебан Варгас-Руэда - это не тот человек, с которым спорят или что-то ему доказывают. Всё это понимали люди, живущие на этой улице. Это понимал и я.
- И при этом я видел лицо Мариселлы.
- Она была напугана. На её лице я прочёл не просто страх, но и ощущение безнадёжности. Девушка понимала, что никто не сможет прийти к ней на помощь. И моя вторая часть, когда увидела это лицо, стала действовать сама по себе.
- Как в тумане я подошёл к ним и услышал свой голос. Он сказал Эстебану: «Отпусти её». Мариселла посмотрела на меня с выражением облегчения и ужаса. Облегчение - что кто-то пришёл ей на помощь. Ужас - что этот кто-то сейчас умрёт.
- Эстебан посмотрел на меня. Он не привык, что кто-то говорит ему «отпусти». У него было лицо человека, который встретил нечто настолько неожиданное, что сначала даже не понял, как реагировать. Потом он засмеялся и кивнул телохранителям.
- Дальнейшее я помню урывками, но есть физическое ощущение, что это было быстро и очень больно.
- Эти двое били меня одновременно. Делали это профессионально - не как в уличной драке, а методично. Я быстро упал, вроде попытался встать - меня снова положили и стали дубасить ногами. Я подумал: «Всё, сейчас убьют».
- А потом случилась одна вещь, её я помню очень отчётливо.
- Тот телохранитель, что был ближе ко мне, наклонился, и в этот момент куртка на нём немного сдвинулась. Через полузакрытые глаза я увидел рукоять пистолета у него за поясом. Думаю, эти двое ублюдков решили забрать мои деньги и телефон, так как я не двигался какое-то время. Я подыграл, и когда этот сикарио был совсем близко, ударил его ногой в лицо. Он отвлёкся на долю секунды, но этого хватило. Я выхватил его пистолет, снял с предохранителя и выстрелил сразу несколько раз.
- Не раздумывал ни на мгновение. Инстинкты взяли своё. Тут или ты выживаешь, или они. Помню, что второй телохранитель попытался выхватить свой пистолет, но не успел. Я повернул руку и выстрелил в него три раза.
- Первый наёмник лежал на земле, а Эстебан, который впал в ступор, очнулся и выхватил нож. Он отчаянно бросился на меня, но между нами была небольшая дистанция, и я разрядил в него оставшиеся патроны.
- Я сам удивляюсь, насколько хладнокровно себя повёл, как будто действовал на автопилоте. Я человек неверующий, но в эту минуту... Santo Dios! Могу поклясться, что почувствовал чью-то помощь.
- Потом наступило оцепенение, несколько секунд я просто сидел на асфальте с чужим пистолетом в руке и смотрел на то, что только что произошло.
- Мариселла стояла и смотрела на меня. Потом развернулась и побежала. Я её понимаю.
- Люди вокруг тоже разбежались, было очень тихо. Удивительно тихо.
- Я встал. Голова кружилась. Меня хорошенько успели избить за эти несколько минут. Я положил пистолет на землю и вытер с него свои отпечатки футболкой. Огляделся - улица почти пустая, несколько человек в окнах. Через пять минут здесь явно будет полиция.
- Я побежал домой. Бежал и думал, что произошла катастрофа, моя жизнь изменилась навсегда.
- Уже к вечеру меня найдут и пристрелят, и никакая полиция мне не поможет. Нужно было уезжать из страны.
- Дома я покидал в рюкзак какие-то шмотки, документы и наличные деньги - хорошо, что у меня всегда была наличка. В моём бизнесе без этого никак.
- Я быстро принял душ, переоделся, взял телефон и вызвал такси до аэропорта. Всё это заняло минут десять.
- Пока ехал в аэропорт, думал: куда лететь? Можно было поехать к дяде в Монтевидео, но я не хотел его подставлять. Если Варгас-Руэда решит меня искать, а в этом я не сомневался, то первым делом они заявятся именно туда. Нужно было затеряться в крупном городе в другой стране.
- Я выбрал Рио-де-Жанейро. Это огромный город, туда было много рейсов, и ещё - я всегда мечтал там побывать. Вот так странно сбываются мечты, амигос...
- Я купил билет на ближайший рейс в Рио - через два с половиной часа. Времени было впритык.
Педро рассказывал всё эмоционально, периодически вставляя испанские слова.
- Два часа в аэропорту я был как на иголках. Пока проходил регистрацию и таможню, всё ждал, что меня снимут с рейса и наденут наручники. Но пронесло. Видимо, полиция действовала в моём районе не очень расторопно, раз они до сих пор не перекрыли мне вылет из страны.
- Когда самолёт взлетел, я немного расслабился и стал задумываться о ближайшем будущем.
- Про Колумбию на ближайшие годы можно было забыть. Первым делом стоило предупредить дядю Рауля, чтобы он был осторожен и при малейшей опасности увёз семью в безопасное место.
- Что будет с Мариселлой, я не знал, надеялся, что её не тронут. В любом случае помочь ей я уже ничем не мог.
- По прилёту в Рио я нашёл маленький гостевой дом в Санта-Тереза - это богемный район на холме, где жили многие художники и иностранцы и было легко затеряться. Провёл я там в итоге три месяца.
- Рио - очень красивый город. Обалденные пляжи, океан, холмы с джунглями. Да и люди мне там понравились. Но жить по-настоящему, как нормальный человек, я там так и не смог.
- Потому что прятался. Всё время озирался: не смотрят ли на меня? Садился в кафе всегда спиной к стене и замечал всех, кто входит. Часто менял маршруты. Чувствовал себя параноиком.
- Однажды вечером в баре я познакомился с одним бразильцем. Мы изрядно наклюкались, и я ему всё рассказал. Про Варгас-Руэду, тех парней, что я застрелил, Мариселлу и мой побег. Рикардо, этот парень, оказался из криминального мира. Он был изрядно пьян, но посмотрел на меня очень серьёзно и сказал:
«Педро, Колумбия и Бразилия ближе, чем ты думаешь. Рано или поздно эти сикарио найдут тебя здесь. За твою голову точно назначена награда. Это только вопрос времени. Тебе нужно в Европу, амиго. Там другой мир, другие правила, другие связи».
- Я задумался: «А ведь он прав! Чем дальше от Латинской Америки, тем для меня будет безопаснее». Я люблю свою родину, да и в целом вайб Южной Америки, но пришлось честно расставить приоритеты.
- Я решил поехать в Испанию, так как эта страна была ближе всего мне по менталитету, да и другой язык не нужно было учить. Вы сами видите, что мой английский очень так себе. И это я его ещё подучил за последние месяцы.
- В общем, лететь я решил в обход, чтобы меня не могли отследить по электронной базе. Когда у человека есть около миллиарда долларов, как у Варгас-Руэды, купить информацию проще простого.
- Я полетел в Стамбул, а оттуда на автобусах добрался до Мадрида.
- Вообще, на этот город у меня были большие планы. Я мог бы там довольно быстро наладить свой бизнес с травкой. Я знал все нюансы, хорошо разбирался в людях, понимал, как меня могут кинуть поставщики и как этого избежать. Возможностей было море.
- Но что-то изменилось... Этот случай с Мариселлой и теми тремя ублюдками что-то поменял внутри меня. Я ощутил, что рано или поздно снова попаду в передрягу. Когда ты всё время продаёшь дурь, то сталкиваешься с очень разными людьми, и не все из них адекватные. Интуиция подсказала: не стоит. Короче, решил я искать небольшое уютное местечко, где смогу залечь на пару лет, пока эта история не утихнет.
- Стал шерстить интернет и людей спрашивать.
- Один знакомый марокканец рассказал мне про Тенерифе. Лет десять назад он нелегально въехал в Европу как раз через этот остров и жил там какое-то время. По его описаниям, это было райское местечко, где ты мог взять в аренду небольшой участок земли, жить там и выращивать фрукты и овощи на продажу. Ну и траву там тоже можно было бы растить.
Мы все засмеялись, а Педро энергично замахал руками.
- Да не-не, вы не подумайте, я не собирался снова продавать траву, просто хотел растить пару кустиков чисто для себя.
Я ему поверил, остальные вроде тоже.
- Про Канарские острова я до этого вообще ничего не слышал - ноль. Но мне понравилось, что они находятся неподалёку от Марокко, значит, климат должен быть тёплым. И ещё я нагуглил, что на юге Тенерифе почти не бывает дождей. В Колумбии у нас полгода льют дожди, и меня они конкретно за тридцать лет достали.
- Так что я доехал на автобусе до Кадиса и оттуда сел на паром до Тенерифе.
- На остров я приехал в феврале и сразу поехал на юг. Жил сначала в Эль-Медано в одном хипстерском хостеле. Очень много гулял, мог за день двадцать-тридцать километров легко пройти. Однажды я забрёл в Ла-Калету и пошёл дальше по тропе вдоль берега по скалам. Как же я офигел, когда в долине за очередной скалой увидел множество шалашей, палаток и костров с оборудованными очагами. Здесь была жизнь! Сразу было видно, что люди тут живут месяцами и годами. Я стал спускаться по склону, а вокруг были полуголые люди, которые на расслабоне занимались своими делами. Кто-то из них был с дредами, у кого-то было много татуировок. Некоторые напомнили мне ребят с рэйвов у нас в Боготе. Были и просто залётные бэкпекеры, которые приехали на пару недель.
- Какая-то девушка занималась йогой на скальной площадке с видом на океан, а рядом парень играл ей на гитаре этническую балладу. Несколько детей бегали друг за другом. Всё это было для меня странно, но как-то весело и вайбово. Я почувствовал запах ганжи, и тут ко мне с косяком подошёл молодой кучерявый парень.
Он сказал: «Привет, дружище! Я вижу тебя здесь впервые, косяка хочешь?»
- Я, честно говоря, растерялся от такого дружелюбия, но быстро очнулся и с удовольствием разделил косяк с Лоренцо. Так звали моего нового итальянского друга.
- Он рассказал, что живёт в хиппи-долине уже второй год. Мы засиделись с Лоренцо и его друзьями до двух часов ночи, курили траву, пили вино и много разговаривали. Я честно рассказал свою историю. Ребята меня очень поддержали, сказали, что я крутой мужик и вообще, они завтра мне покажут одну хорошую пещеру, где я смогу жить. Я переночевал в пещере Лоренцо и на следующий день переехал в обещанное жилище. Решение остаться жить в хиппи-долине было принято само собой. Это произошло как-то естественно, и у меня не было ни малейших сомнений. Вечером я первый раз пришёл в баранку, а утром уже чувствовал себя полноценным членом местного комьюнити.
- Пещеру я быстро обжил, стаф для кухни мне подарили ребята. В первую же неделю я нафриганил большие пластиковые контейнеры, насыпал в них земли и посадил в одном помидоры, а в другом коноплю.
Мы снова улыбнулись.
- Зачем помидоры, спросите? Да просто люблю я их, а свои всегда вкуснее.
- И вот я здесь уже девять месяцев. Появились новые друзья, я понял, как тут всё работает. Из пещеры сделал конфетку, там уютнее, чем у меня дома в Боготе. Но главное - тут я чувствую себя расслабленно. Я могу спокойно спать и не думать, что ночью ко мне заявятся люди Варгас-Руэды. Что им тут делать, на хиппи-пляже?
- Я могу жить нормальной жизнью и строить планы на будущее. Конечно, ещё годик придётся провести здесь, но мне это только в радость.
- Где ещё увидишь такие музыкальные джемы на закате? Разве кто-то играет лучше, чем наш аргентинец Дарио? А как здесь танцуют девчонки на пляже, такого я даже в Колумбии нигде не видел. Нет, амигос, это волшебное место, я вам говорю.
- А ещё здесь я снова стал рисовать. Последний раз делал это, ещё когда жил у дяди в Боготе. Жена дяди была художницей и привила мне любовь к рисованию. Потом они уехали, и у меня как отрезало. И вот, спустя шестнадцать лет, я купил альбом, краски и стал рисовать. Скалы, Ла-Гомеру, хипанов на пляже, старика Суссо, который играет со всеми в шахматы. И меня это вдохновляет. Получается неплохо, не шедевры, конечно, но Лоренцо меня хвалил. Приходите ко мне в гости, я покажу свои картины, сейчас пишу уже на холстах.
- Вряд ли я буду прям художником, но сейчас творчество даёт мне силы и помогает скрасить время.
Педро замолчал, а я очнулся от его истории.
Она сильно погрузила меня в события его жизни.
Колумбия, уличные разборки, марихуана, Мариселла, три убийства...
Я подумал: а что бы я сделал на месте Педро?
Ответ терялся в недрах сознания. Честно говоря, мне было страшно думать об этом. Признаться, что, может, я как раз и не стал бы вмешиваться.
Но я надеялся, что мой внутренний компас помог бы мне принять верное решение и повести себя достойно. В конце концов, никто не знает, как поведёт себя, пока не окажется в подобной ситуации.
Педро между тем подвёл итог:
- В общем, вот такая история. Надеюсь, вы не заскучали.
- Да ты чего, - ответил Симон. - Заскучаешь тут. Ты прав - твоя история - это экшен. Можно кино по ней снимать.
- Ну неее, - засмеялся Педро. - Только если короткометражку.
Рассказ колумбийца вызвал разную реакцию у участников вечера. Большинство смотрело на него с симпатией, Паскаль скорее был нейтрален.
А вот Джейк смотрел на парня хмуро, и во взгляде его я считывал напряжение.
- Педро, а что ты чувствуешь сейчас? - спросил он.
- Чувствую? - переспросил Педро.
- Ну да. Ты убил троих людей. Я всё понимаю, ты защищался, тут вопросов нет. Но факт остаётся фактом. Просто у меня складывается впечатление, что тебя это нисколько не мучает, учитывая, как ты рассказывал эту историю.
Педро выглядел слегка ошарашенным.
- А как я рассказывал эту историю?
- Ну как-то беззаботно, местами даже весело. Мол, экшен это, и т. д.
Колумбиец задумался и через пару минут ответил:
- Конечно, я иногда вспоминаю людей, которых я убил, и это со мной навсегда. Но я перелистнул эту страницу и живу дальше. А смысл мне зацикливаться на этом, амиго?
Педро явно расстроился. Он повернул голову в сторону океана и стал смотреть в одну точку.
Мне даже показалось, что парень разозлился.
Джейк, уже, видимо, пожалевший, что задал такой прямой вопрос, постарался разрядить обстановку:
- Я ни в коем случае не обвиняю тебя, друг, просто у меня немного похожая ситуация. И я не могу так вот переключиться. А хотел бы...
Это помогло. Люди вокруг снова оживились и стали переглядываться.
Я заметил, что Оля пристально смотрит на колумбийца. Интересно, о чём она думает?
Может быть, радуется, что живёт не в Колумбии?
Хотя её страну постигла не лучшая участь...
У меня сразу упало настроение, когда я подумал об этом.
Оля же перевела взгляд на Симона и сказала:
- Я хочу быть следующей.