Мой бес

Я долго была терпилой. Что бы ни сказали и ни сделали - страшно возразить и дать сдачи. Не потому что я слабее, хоть и понимаю это, что досадно осознавать, ведь над слабыми можно легко потешаться, вот и нужно быть начеку, придумывать, как выкручиваться. Много мороки. Те выходки, которые не угрожают жизни, я игнорирую (лучшее решение, когда дразнят), либо показываю обратное. Злюсь редко, но если злюсь, то предательски льются слезы, а я не в силах их остановить. Из-за них мою злость не воспринимают серьёзно. Саму бесит то, как жалко это выглядит. Еще и голос вообще грозно не звучит, слишком высокий, детский.
Но, собственно, чего я боюсь и откуда слезы? Я ненавижу боль и всем нутром не желаю кому-то тоже ее ощутить, будь то морально или Физически. Мне жаль других, страшно ранить.
С недавних пор это изменилось. Я впадаю в сильную защитную реакцию засчет агрессии и могу начать драться, если долго или резко и с нажимом спровоциповали. Даже на словах. Хуже всего, что задевают больше близкие, тут этот демонюга и вырывается. Стоит тебе довериться, показать свою уязвимость - тебя не во что не ставят, бьют по больному просто потому что встали не с той ноги. Столько ярости выходит, меня даже пугает, ибо силы и возможности намного увеличиваются, а я физически не из мощных. Чисто халк на минималках. Серьезно, в обычном состоянии я могу похвастаться только крепкой хваткой, в остальном слишком уступаю среднестатистическому человеку.
Наверняка эта ярость может помочь при самообороне с маньяком, вот только маньяки на меня не нападают, а слова от чужаков не трогают, все обрушиваетая на тех, от кого не ждешь подставы, наоборот, поддержки, понимания. Во время таких срывов я не всегда осознаю, что делаю, я защищаюсь, как могу, а слезы уже идут. И после, уже осознав все, меня трясет, я долго плачу, ибо жалею о случившемся. Тут они уже уместны. Это отчаяние, ведь стало только хуже, я не просто боюсь ранить, я могу это сделать, совершенно того не желая. К тому же негативные эмоции, а тем более такие всплески ужасно истощают. Я долго восстанавдиваюсь, дольше сплю, если не отражается на сне. Пусть и редко такое происходит, я все еще остаюсь довольно терпеливой, до последнего стараюсь что-то донести, уладить словами... Но меня редко слышат. Порой даже кажется, что только и ждут взрыва, специально приближая его час.
Люди так жестоки.