Глава 1

От автора:
«Она влюбляется первой. Она отдаёт ему всё. Душу. Тело. Безумие. А он смотрит на неё, как художник на своё самое прекрасное произведение. Но есть проблема. Монстры не спасают людей. Монстры, утащат вас за собой в ад.»

How deep is your love?
[Насколько сильна твоя любовь?]
Is it like the ocean?
[Она бесконечна словно океан?]
What devotion? Are you?
[Какая преданность? А ты?]
How deep is your love?
[Насколько сильна твоя любовь?]
Is it like Nirvana?
[Она прекрасна как Нирвана?
Hit me harder, again.
[Удиви меня, снова.]

Первый шаг к бездне.
Сицилия. 20 марта 2056 год.

Я никогда не любила весну. Все вокруг называли её временем новой жизни. Для меня она всегда пахла свежевырытой землёй на кладбищах, и слезами десятков людей.Сицилийское море сегодня было спокойным. Слишком спокойным. Даже чайки не кричали, будто и они понимали: остров принадлежит уже не природе.Он принадлежал ему.Я смотрела в окно поместья, пока кортеж чёрных машин медленно поднимался по извилистой дороге к древнему поместью. Я должна была выйти замуж за самого влиятельного человека в мире. Человека, чья суть буквально построена на тьме, жестокости, и боли. Я невольно усмехнулась. Говорили, глава клана Альдоне ненавидел беспорядок сильнее, чем смерть.
Каждая книга в его библиотеке стояла под одним углом.Каждый нож на столе лежал на одинаковом расстоянии. Каждый вдох был рассчитан. Каждый человек... тоже.
Я тоже. С сегодняшнего дня.
— Миссис Вэстерхази, ваш отец прибыл в поместье, — приоткрыв дверь сказала Джулия.
— Хорошо Джулия. Я сейчас выйду. Джулия, — домоправительница дворца семьи моего мужа. Мы познакомились только вчера, в момент моего прибытия в семейное поместье Альдоне, где будет проходить свадьба с моим будущим мужем. Нужно ли мне говорить о том, что я его ни разу не видела? Думаю да. У нас фиктивный брак, построенный на выгоде для обоих влиятельных семей. Расчёт. План. Выгода. Не больше. Возможно, я бы хотела выйти замуж за человека который любил бы меня а я его, но мне не суждено было выйти замуж по любви. Я спустилась вниз по парадной лестнице чтобы встретить своего отца. Мой отец - Лоренцо Вэстерхази, итальянский граф. Не найти в мире человека циничнее, жёстче, горделивее, и страшнее его. Рядом со мной встала Джулия, а позади нас слуги выстроились в ряд, словно перед ними появится король Англии. Отчасти, так и было.
Машина остановилась. Все слуги опустили головы вниз, в том числе и Джулия которая на первый взгляд заставляет других подчиняться ей. Я не была удивлена.Дверь открыл мой отец. Человек, который никогда не обнимал меня. Никогда не говорил, что любит. Никогда не спрашивал, счастлива ли я.Но сегодня он улыбался. Так улыбаются люди, продавшие картину за цену, о которой мечтали всю жизнь.Он протянул мне руку.Я не взяла её. Несколько секунд он молча смотрел на меня. Его взгляд всегда пронизывал меня до костей. До порошка костей. Потом произнёс на итальянском:
— Не заставляй меня жалеть о том, что ты родилась красивой, — я улыбнулась. Так же спокойно. Так же холодно. Потом он притянул меня для объятий, и поцеловал в щёку. Какой хороший спектакль.
— Добро пожаловать, отец. Если бы он хоть раз посмотрел мне в глаза по-настоящему... он бы понял. Монстр, которому он меня продаёт... Возможно, выбрал не ту жертву.
— А где Хелена и Дэймон? — обычно отец никогда не отпускал свою вторую жену одну, а на таких особенных мероприятиях Дэймон всегда участвовал. Отец считал что мой младший брат должен присутствовать на каждом мероприятии, чтобы все были в известности о наследнике самого главы семьи Вэстерхази.
— Хелена предпочла не присутствовать на свадьбе. Беременность даётся ей тяжело. А Дэймон приедет чуть позже.
Жена моего отца была беременна их вторым ребенком. Отец был горд, и было видно как он порхает над ней. Также было тогда когда она была беременна Дэймоном.
— Передай ей мои пожелания о скорейшем выздоровлении. Жаль что она не сможет присутствовать на моей свадьбе, — чушь собачья. Я скорее выпила бы мышьяк, чем позволила Хелена присутствовать на моей свадьбе. Эта женщина всегда знала как испортить мне жизнь, даже если она никогда не была хороша.
— Добро пожаловать мистер Вэстерхази. Проходите скорее в дом, — с сдержанной улыбкой произнесла Джулия. Мы вошли в поместье.

Спустя пять минут мы сидели в гостиной. Джулия сама принесла нам чай, и закончив свою работу, почти бегом ушла. Мне никогда не было приятно сидеть, или даже находится в одном помещении с отцом, поэтому я могу понять её.
— И так, где же твой муж? Завтра начнётся первый день свадебного торжества, а о нём ни слуху ни духу. Или Жнец не считает нужным встречать будущего зятя?
— Он занят.
— Настолько занят, что отправил встречать меня слуг?
— Настолько занят, что доверил это мне.
Отец усмехнулся.
— Ты говоришь о нём так, словно уже он уже твоя семья.
— А разве не ради этого вы выдаёте меня за него замуж? — отец прищурился глядя на меня, а потом усмехнулся.
— Вижу, брак с таким монстром сделал тебя смелее. Или это простая глупость?
— Благодаря вам, я не такая глупая, кой могла бы стать. Ваши методы воспитания... очень эффективны.
Отец рассмеялся и по моей спине пробежали мурашки.
— Надеюсь твой муж оправдает свою репутацию.
— Чтобы он убил меня? — выпалила я не думая.
— Чтобы научил тебя покорности.
Я усмехнулась.
— Забавно. Все считают монстром его, но воспитали меня вы, отец.
Я увидела как непроницаемое лицо моего отца, в мгновение ока побагровело от гнева. Он вскочил со своего места, я даже моргнуть глазом не успелач как он схватил меня за шею и припечатал к стене. Я повисла как тряпичная кукла. В нос ударил резкий запах табака и виски, когда отец прорычал мне в лицо:
— Ах ты стервозная дрянь! Выходишь замуж за дурачка на троне, и решила что можешь распускать свой ядовитый язык? — я видела его гнев. Чувствовала его каждой клеточкой своего тела. Как тогда, когда мне было 9. Но сейчас... сейчас мне приносит удовольствие видеть его таким.
— Мне напомнить какие методы воспитания я применял к тебе? — его мозолистая рука наждачно прошлась по моей щеке, а другая рука надавила на горло. Я начала задыхаться.
— Если ты забыла, я напомню тебе, дрянь. Ты будешь сидеть тише воды, ниже травы и не высовывать свой нос не в свои дела. В твои обязанности входит покорности послушание. Если я блядь, ещё раз услышу что-то на подобии такого, я переломаю тебе челюсть. Тогда мы и посмотрим как ты запоешь, — сказал он, прежде чем ударил мою голову об стену и только потом отпустил. Я рухнула на пол пытаясь глотнуть воздуха ртом. Зрение затуманили слёзы гнева, а в висках стучало и пульсировало от силы удара головы об стену. Отец брезгливо посмотрел на меня, вытерев свои руки об платок и бросил его на пол. А потом как ни в чем не бывало, сел на свое место и продолжил пить чай.
Внезапно у дверного проема послышались шаги, и подняв голову я разглядела Джулию. Она застыла в ступоре, переводя взгляд с меня на отца. Превозмогая головокружение и боли в голове, я встала и выпрямила спину. Чему меня научили 23 года жизни с отцом, так это гордости. Я сотни раз была погрязнута в грязи, и сотни раз склоняла голову. Но теперь я не та напуганная девочка. Никто не имеет права помыкать мной, и я не перед кем не склоню голову. Не покажу слабости.
В глазах всё ещё мутнело, но я прямой походкой подошла к Джулии.
— Что случилось Джулия?
Видя мою реакцию, она взяла себя в руки и заговорила.
— Извините что помешала, но мне нужно было сообщить вам о том что мистер Альдоне прибудет завтра утром, — неужели.Наконец то я лицезрею своего мужа.
— Хорошо, спасибо что сказала. Ты можешь идти Джулия, — я улыбнулась и повернулась к отцу я который сидел ни о чем не беспокоясь.
— Отец, если вы позволите, я пойду в свою комнату и начну готовится к встрече со своим будущим мужем, — он внимательно на меня взглянул.
— Конечно дочь. Тебе предстоят тяжёлые дни и подготовка к свадьбе. Как я могу мешать тебе отдыхать? — я прекрасно видела чертят которые плясали у него в глазах, видя моё состояние.
— Спасибо, — произнесла я, и почти бегом выскочила из гостиной. Любая комната, помещение, и даже место становилось душным и тяжёлым в присутствии моего отца. Слёзы начали подступать к горлу, и я бегом добежала в свою комнату. Закрыв дверь на замок, я осела на пол.
Голова продолжала болеть, хотят туман в глазах начал рассеиваться. Что-бы прийти в себя я включила воду в ванной и умыла лицо. Я взглянула на себя в зеркало. На шее отпечатались пыльцы рук, а на затылке медленно начала вырастать шишка.
Это был не первый случай. Отец любил наносить травмы мне по голове. Когда мне было 12, он толкнул меня прямо в стеклянный стол, и я чуть не погибла, отделавшись сотрясением мозга и парой шрамов на голове и спине. Думаю, его целью всегда было убить меня. Я рассмеялась. Из меня вырвался злой и отчаянный крик, когда я сбила все предметы с умывальника. Даже выходя замуж за могущественного человека, я никак не могу оторваться от боли. Возможно, мне просто суждено умереть от рук собственного отца...
Вытерев непрошенные слёзы, я вышла из ванной и легла на кровать. Хотелось закрыть глаза, и забыть обо всём. Забыть о боли, об отце, о том что я выхожу замуж за монстра.Я просто хочу закрыть глаза и не просыпаться. Наверное, это и есть смерть? Когда ты закрываешь глаза, и забываешь обо всём на свете. И тебя уже не волнует, что произойдёт позже.Потому что это перестает касаться тебя. Ты не чувствуешь ни боли, ни радости, ни желания кого то убить. Думаю, это и есть счастье. Многие боятся умереть, так и ничего не успев сделать в жизни. Не успеть сказать: я люблю тебя, попробовать новое хобби, прыгнуть с парашюта и как сумасшедшая целоваться с незнакомцем в клубе. Хотела бы я, чтобы эти вещи волновали меня. Чтобы я любила свою жизнь настолько, что боялась умереть. Но в не боюсь. Для меня смерть — единственный покой, который я могу обрести.
За всю свою жизнь я очень много думала о смерти. Так много, что и сосчитать не смогу. Я пыталась, пыталась закрыть глаза и больше не проснуться.Перерезала себе вены, пила таблетки горстками, пыталась отравится и выпить мышьяк. В какой то момент, мое отчаяние достигло пика, и я попыталась умереть от изнасилования. Я хотела чтобы меня изнасиловали. Хотела покончить со всем раз и навсегда. Стать грязной. Чтобы потом отцу стало настолько противно на меня смотреть, и он добил бы меня окончательно. Меня изнасиловали. В грязном и холодном лесу, среди гор и деревьев. Я до сих пор отчётливо помню ту ночь, будто всё произошло только вчера. Помню его руки, его грубость, его дыхание у своей шеи. Я помню всё...