Т/И выучила азбуку морзе и теперь может общаться с Хоай-Ичиро

Т/И сидела на полу с блокнотом.
Хоай-Ичиро сидел напротив и смотрел так, будто сейчас будет контрольная, а он забыл, что у него нет голоса.

Т/И медленно стучит по столу.
Тук-тук.
Тууук.
Тук.

Хоай-Ичиро моргает. Потом ещё раз. Потом резко выпрямляется.

Он отвечает. По столу. Чётко. С азартом человека, которого впервые за долгое время услышали.

Т/И читает. Замирает. Поднимает глаза.

— Ты… сказал «Привет. Ты правда меня понимаешь»?

Хоай-Ичиро подпрыгивает.
Не образно. Физически.
Как кролик. Космически радостный.  Немой.

Он машет руками, стучит по полу, по стене, по собственному колену. Морзе летит во все стороны.

— Подожди, подожди, — Т/И смеётся. — Я не осьминог, я так быстро не могу.

В углу Акира трет виски.

— Я не знаю, что происходит, — бурчит он. — Но меня это уже раздражает.

Якира скрещивает руки.

— Он прыгает. Это ненормально.
Пауза.
— Хотя… он всегда был ненормальный.

Такеши, шестилетний и абсолютно довольный жизнью, тянет Т/И за рукав.

— Он счастлив, — сообщает он ангельским голосом. — Обычно перед этим в сказках кто-то умирает.

— Не сегодня, — автоматически отвечает Т/И и снова смотрит на Хоай-Ичиро. — Давай медленно.

Она снова стучит.
Он отвечает.
Аккуратно. Старательно. Как будто каждую букву держит обеими руками.

«Я. Один. Не. Был.»

Т/И чуть замирает.

Хоай-Ичиро снова подпрыгивает. Потом останавливается. Смотрит на Т/И. Осторожно стучит.

«Спасибо.»

Т/И улыбается.

— Всегда пожалуйста. Даже если ты инопланетянин.

Он радостно кивает.
Прыгает ещё раз.
Потом ещё.