Серия 6 «Нож»
Прошла неделя.
Т/и больше не пыталась бежать. Она не знала, что чувствует, но точно знала: дом у моря стал её личным адом и одновременно единственным местом, где она не притворялась.
Чонгук был рядом. Не давил. Не трогал. Просто был.
И это сводило её с ума.
Однажды вечером, когда он ушёл, в доме зазвонил её старый телефон. Она спрятала его в подушке ещё в первый день. Он был выключен, но сейчас включился сам.
На экране — сообщение.
«Объект подтверждён. Убей его. Возвращайся. Мы вернём тебе память»
Т/и смотрела на экран, пока тот не погас.
Потом сидела в темноте, обхватив колени, и думала.
«Белый Лотос» приказал убить Чонгука.
Она знала, что должна подчиниться. Она была агентом. Тенью. Оружием. Её растили для этого. Она не должна была чувствовать.
Но она чувствовала.
И это было страшно.
---
Три дня она не спала.
Ходила по дому, как призрак. Чонгук молчал, но смотрел на неё с тревогой. Однажды он подошёл, взял её за плечи и заглянул в глаза.
— Что они тебе сказали?
Она не ответила.
— Т/и. Скажи мне.
— Ничего, — прошептала она. — Всё в порядке.
— Ты не спишь. Не ешь. Ты как тень.
— Я и есть тень.
Он сжал её плечи сильнее.
— Ты — не тень. Ты — свет. Просто забыла, как гореть.
Она смотрела на него. В его глазах было столько боли, что ей стало душно.
— Отпусти меня, — попросила она.
— Не могу.
— Ты должен.
— Почему?
— Потому что я опасна.
Чонгук усмехнулся.
— Я знаю.
Она не выдержала.
Ночью она взяла нож.
Прошла по тёмному коридору, вошла в его спальню. Он лежал на спине, с закрытыми глазами. Дышал ровно. Не спал.
— Я знал, что ты придёшь, — сказал он, не открывая глаз.
— Замолчи.
— Только одно попрошу, — он открыл глаза и посмотрел на неё. — Перед тем как ударишь — назови моё имя.
Она замахнулась.
Нож блеснул в лунном свете.
И замер.
Рука дрожала. Внутри что-то ломалось, рвалось, орало.
— Я не могу, — выдохнула она.
— Можешь, — он сел. — Но не хочешь.
Она смотрела на него. Нож в руке. Слёзы — на глазах.
— Я не помню тебя, — прошептала она. — Но я тебя... чувствую.
Чонгук встал. Медленно подошёл, забрал нож, отложил в сторону. Потом прижал её к себе.
— Вот так, девочка, — тихо сказал он. — Плачь. Ты возвращаешься.
И она разрыдалась.
Впервые за годы — до всхлипов, до дрожи, до звериного воя.
А он держал её и не отпускал.
---
КОНЕЦ ШЕСТОЙ СЕРИИ