Новости

Воскресное утро было тяжёлым. Лера проснулась с ощущением, будто её всю ночь били - мышцы ныли, голова гудела, а в горле стоял ком. Она лежала, глядя в потолок, и вспоминала вчерашнее: нож, платок, кровь, пацаны у магазина. Всё смешалось в один мутный клубок.

С Костей она не разговаривала. Утром он заглянул в её комнату - она слышала скрип двери, - но не вошёл. Просто постоял. Потом на тумбочке появились деньги. Мятые купюры, аккуратно сложенные. И записка: «Ушёл по делам. Вернусь вечером. Не скучай».

Лера скомкала бумажку и бросила в стену. Деньги оставила. Она всегда оставляла. Не из гордости - просто не знала, что с ними делать.

Она встала, умылась, натянула джинсы и старый свитер. Посмотрела в зеркало. Бледная, с тёмными кругами под глазами, с закушенной губой. Красавица.

Телефон зазвонил. Машка.

- Лерка! Ты чего трубку не берёшь? Я звоню полчаса!

- Спала, - соврала Лера.

- Ну всё, собирайся. Гулять пойдём. У меня столько новостей!

Лера хотела отказаться. Хотела остаться дома, зарыться в одеяло и не вылезать. Но что-то внутри - то самое, что грызло её изнутри одиночеством, - заставило сказать:

- Ладно. Через час у метро.

---

Машка ждала её у входа, прыгая на месте от холода. Маленькая, рыжая, с вечно растрёпанными волосами и улыбкой на пол-лица. Они учились вместе в балетном училище, но Машка была полной противоположностью Леры: лёгкая, болтливая, влюбчивая. Она меняла парней как перчатки и рассказывала об этом с таким восторгом, будто каждый раз заново рождалась.

- Лерка! - Она бросилась обниматься. - Ты чего такая кислая? Опять Костя?

- Нет. Просто не выспалась.

- Ага, знаю я твоё «не выспалась». Пошли, мороженое купим.

Они гуляли по центру. Казань в конце девяностых была серой, но живой. Рекламные щиты с яркими «Сникерсами», ларьки с жвачкой и сигаретами, пацаны в спортивных штанах, тётки с сумками-клетками. Где-то играла музыка - «Руки вверх», кажется. Машка болтала без умолку, и Лера впервые за долгое время позволила себе просто идти и слушать.

- ...и вот, представляешь, он лысый! Совсем! Но не как старый, а как... ну, знаешь, как будто специально побрился. И глаза такие... холодные. Но прикольные. Он такой взрослый, серьёзный. Зима зовут.

Лера замерла.

- Зима?

- Ага! Кличка такая. Мне Маринка сказала, что он из тех пацанов, которые... ну, серьёзные. Не хулиганы, но... уважаемые, в общем. У него ещё друг есть, Турбо. Прикинь, Турбо! Как будто из фильма про гонки.

Лера не слушала дальше. Она смотрела на Машку и думала: это он. Тот самый. Лысый, с холодными глазами. Зима. Он спас её вчера. И теперь Машка с ним флиртует.

Она хотела сказать. Открыла рот - и закрыла. Не смогла. Не знала, как объяснить. Да и надо ли?

- Лер? Ты чего?

- Ничего. Пошли, холодно.

Они зашли в ларёк. Маленький, тесный, с витриной, забитой сигаретами, жвачкой и пивом. Машка подошла к прилавку, начала выбирать сигареты. Лера стояла у входа, засунув руки в карманы, и смотрела на улицу.

Дверь открылась. Звякнул колокольчик.

Вошла толпа пацанов. Пятеро. Все в чёрном, все уверенные. Турбо - Лера узнала его по кепке - что-то громко рассказывал, размахивая руками. Остальные смеялись. Зима шёл позади, молча, с сигаретой в зубах. Он даже не смотрел по сторонам.

Лера вжалась в стену. Сердце забилось где-то в горле. Она не понимала, чего боится - вроде бы он её спас. Но всё равно. Пацаны. Много. Громкие. Страшные.

Турбо прошёл мимо, даже не взглянув. Остальные тоже. Зима остановился. Увидел её. Потом Машку у прилавка.

- О, знакомые лица, - сказал он. Голос спокойный, ровный. Подошёл к Машке, облокотился на прилавок. - Сигареты покупаешь?

Машка обернулась. Улыбнулась - ярко, широко, как умела только она.

- О, привет! А ты тут какими судьбами?

- Да так. Дела.

Они разговорились. Легко, непринуждённо. Машка смеялась, касалась его руки, что-то рассказывала. Зима отвечал коротко, но с улыбкой. Лера стояла в стороне и смотрела.

Она не понимала. Как это делается? Как можно так просто - подойти, заговорить, улыбнуться? Как можно не бояться?

Пацаны из детдома были другими. Они били. Они унижали. Они смеялись над слабыми. Лера научилась не смотреть им в глаза, не разговаривать, не приближаться. Мальчики были табу. Навсегда.

Даже с Костей было тяжело. Она любила его. Но доверять... Доверять было трудно. Он спас её, но он же и убил. Кровь на его руках она видела. И это навсегда встало между ними.

- Лер, ты идёшь? - Машка дёрнула её за рукав.

Лера очнулась. Пацаны уже выходили. Зима обернулся, посмотрел на неё. На секунду - прямо в глаза. И вышел.

- Он такой клёвый, - выдохнула Машка, когда они вышли на улицу. - Я ему нравлюсь, точно тебе говорю.

Лера молчала. Внутри было странно. Пусто и тепло одновременно. Она не понимала, что чувствует. И боялась понять.

---

Вечером Лера сидела дома одна. Костя ещё не вернулся. Она щёлкала пультом, переключая каналы. Мультики. Опять мультики. Она смотрела их без интереса, просто чтобы заполнить тишину.

Локоть соскользнул. Пульт дёрнулся. Канал переключился.

На экране появился диктор. Серьёзный, в тёмном костюме. За его спиной мелькали кадры: милицейские машины, оцепление, носилки.

«...сегодня ночью в Казани был убит чиновник городской администрации. По предварительным данным, убийство совершено группой лиц по предварительному сговору. Погибший подозревался в коррупции - в частности, в получении взяток за ускорение очереди на лечение детей с тяжёлыми заболеваниями...»

Лера замерла. На экране показали фотографию - мужчина в костюме, с самодовольным лицом. Потом - мать, которая плакала у больничной койки. Мальчик. Маленький, худой, с трубками в носу.

«...мать ребёнка не смогла собрать необходимую сумму, и её сын скончался, не дождавшись операции. Прокуратура проводит проверку...»

Лера смотрела, не отрываясь. Внутри всё кипело. Она думала: правильно. Так ему и надо. За то, что брал взятки. За то, что дети умирали. За то, что мать плакала. Молодцы, кто бы они ни были. Молодцы, что убили.

Но тут же - холодок по спине. Кто эти люди? Кто вершит самосуд? Сейчас и так неспокойно. Группировки, разборки, стрельба. А теперь ещё какие-то мстители в капюшонах. Кто они? Почему они решили, что могут решать, кому жить, а кому умереть?

Дверь хлопнула.

Лера вздрогнула. Костя. Он стоял в прихожей, снимая ботинки. Усталый, злой. Увидел телевизор. Увидел её лицо.

И резко подошёл.

- Что ты смотришь?

Он выхватил пульт из её руки. Нажал кнопку. Экран погас.

- Кость, ты чего? - Лера встала. - Я просто...

- Ты просто что? - Он развернулся к ней. Глаза тёмные, злые. - Ты просто решила посмотреть новости? Зачем?

- Я случайно! Локтем переключила! Там про чиновника...

- Я знаю, про кого там, - отрезал он. - И тебе не нужно это смотреть.

- Почему? - Лера шагнула к нему. - Почему ты так реагируешь? Что, нельзя уже новости посмотреть?

- Нельзя.

- Но там правду сказали! - Голос Леры дрогнул. - Этот чиновник... он брал взятки. Из-за него дети умирали. Его убили, и правильно! Так ему и надо! Молодцы те, кто это сделал!

Костя побледнел. Она думала, что он закричит. Но он не закричал. Он просто сжал челюсть и посмотрел на неё так, что Лера отшатнулась.

- Ты не понимаешь, о чём говоришь, - сказал он тихо. - Ты не знаешь, кто эти люди. Что они делают. Как они живут.

- А ты знаешь?

Молчание. Долгое, тяжёлое.

- Иди спать, - сказал Костя. - И больше не поднимай эту тему. Никогда. Поняла?

- Но...

- Лера. Я сказал.

Она смотрела на него. Внутри всё горело - обида, злость, недоумение. Почему он так? Почему не хочет объяснить? Почему всегда молчит?

Но она знала ответ. Знала, что если спросит - он уйдёт. Закроется. Как всегда.

Она развернулась и пошла в комнату. Закрыла дверь. Не на замок - просто прикрыла.

Легла на кровать. Уставилась в потолок.

В голове крутились мысли. Почему Костя так отреагировал? Что он скрывает? Кто эти люди, которые убивают чиновников? И почему ей так страшно, хотя она их вроде бы одобряет?

А потом мысли потекли в другую сторону. Машка. Зима. Лысый парень с холодными глазами. Машка смеётся, флиртует, касается его руки. Легко. Просто. Без страха.

А Лера так не может. Она боится мальчиков. После детдома - панически. Но...

Может, если она найдёт парня, всё изменится? Может, если кто-то будет рядом - не Костя, который вечно уходит, а кто-то другой, - жизнь перестанет быть такой серой, мрачной, одинокой?

Машка веселится. Машка живёт. А Лера - просто существует. Балет, учёба, дом, пустота.

Может, ей тоже попробовать? Может, страх можно преодолеть? Может, любовь - подростковая, наивная, глупая - спасёт её от той тьмы, что живёт внутри?

Она закрыла глаза. Перед глазами - Зима. Его спокойный голос. Его холодные глаза. Он спас её. Он не был похож на тех пацанов из детдома. Он был другим.

Может...

Лера уснула, так и не додумав эту мысль. Но зерно упало в почву. И она уже знала: завтра она найдёт Машку. И попросит познакомить её с кем-нибудь.

С кем угодно. Лишь бы не быть одной.

______________________________________

тгк:ляля

ставьте звёздочки!