Там, где гаснут свечи

Жизнь в особняке Майклсонов напоминала прогулку по минному полю, засыпанному лепестками роз. Клаус выделил мне просторную комнату на втором этаже, залитую светом и обставленную с барочной роскошью, но я прекрасно понимала: это не гостеприимство. Это витрина. А за стеной, в своей мастерской, маньяк-эстет круглосуточно слушал каждый стук моего сердца.За первые два дня я почти не видела его, зато столкнулась с Элайджей. Его реакция была предсказуемой: благородный Майклсон застыл в коридоре, бледный, как полотна в их гостиной, а в его глазах промелькнула такая вековая боль, что мне на секунду стало его жаль. Но Элайджа быстро взял себя в руки, смерил меня ледяным взглядом и предупредил, что если я попытаюсь провернуть то, что делала моя мать, он лично избавится от меня. Семейка психопатов.На третий вечер жара в Новом Орлеане стала удушающей. Воздух за окном пах грозой и цветущей магнолией. Не в силах уснуть, я накинула тонкий шелковый халат поверх короткой майки и спустилась на первый этаж, надеясь найти на кухне лед.В доме стояла звенящая тишина, нарушаемая лишь далеким рокотом грома.- Бессонница, милая? - тихий, бархатный голос заставил меня вздрогнуть.
Клаус сидел в полумраке гостиной. Перед ним стоял полупустой стакан виски, а на коленях лежал блокнот для набросков. В тусклом свете одной единственной свечи его растрепанные кудри и расстегнутый на две верхние пуговицы воротник рубашки делали его пугающе, порочно привлекательным.- В этом городе слишком душно, - я заставила свой голос звучать равнодушно, проходя мимо него к барной стойке. Напряжение между нами вспыхнуло мгновенно, оседая на коже невидимым электричеством.- Дело не в городе, - Клаус бесшумно поднялся с кресла. Я спиной почувствовала, как он приближается. Шаг, еще один. Он остановился так близко, что тепло его тела пробило ткань моего халата. - Дело в мыслях. Ты живешь здесь три дня, Нура, но твоя голова постоянно занята планами. Ты ищешь лазейки. Пытаешься просчитать меня.Он протянул руку, беря с барной стойки бутылку бурбона, и его предплечье намеренно, едва ощутимо скользнуло по моему бедру. Короткое, случайное касание, от которого у меня перехватило дыхание. Клаус налил жидкость в стакан, но не отошел.- Я просто пытаюсь выжить в одном доме с древним гибридом, - я повернулась к нему лицом, оказавшись зажатой между его массивным телом и стойкой. Взгляд Клауса опустился ниже - на вырез моего халата, на ключицы, где отчаянно бился пульс, а затем снова поднялся к моим глазам. В его зрачках плясали искры чистой, концентрированной похоти, смешанной с вековой опасностью. Это не был дешевый подкат - это был сознательный гипноз хищника.- Выжить? - его голос опустился до едва различимого шепота. Он наклонился так близко, что его губы почти коснулись моей мочки. - Или соблазнить? Знаешь, Нура... Кэтрин использовала свое тело как оружие. Ты ведь тоже об этом думаешь? О том, каково это - оказаться в этой постели не в роли пленницы.
Его пальцы - сильные, горячие - медленно легли на мою талию поверх тонкого шелка. Хватка была уверенной, собственнической. Он слегка потянул меня на себя, заставляя вплотную прижаться к его груди. Мое сердце колотилось как сумасшедшее, и Клаус, судя по его самодовольной ухмылке, прекрасно слышал этот ритм.- Не проецируй на меня свои фантазии о моей матери, Майклсон, - выдохнула я, чувствуя, как внутри закипает не только страх, но и дикое, извращенное притяжение. Между нами искрило так, что, казалось, еще секунда - и этот разговор закончится на полу этой самой гостиной. Он хотел меня сломать. Я хотела его подчинить.- О, поверь мне, дорогая, - Клаус провел большим пальцем по моей талии, сминая ткань, - в моих фантазиях о тебе Кэтрин Пирс даже рядом не стояла. Ты гораздо... вкуснее.Он медленно потянулся к моим губам, проверяя мою реакцию, давая мне шанс оттолкнуть его или поддаться. Но игра зашла слишком далеко. Нам обоим нужна была встряска.И в этот момент город за окном взорвался.Гроза, собиравшаяся весь вечер, ударила по Новому Орлеану, но это был не просто дождь. Земля под особняком содрогнулась. Окна в гостиной задрожали, а свеча мгновенно погасла, погружая нас в полную темноту.В ту же секунду магия внутри меня, подпитанная близостью Древнего и общим напряжением, среагировала сама. Моя кровь Путешественников, долгое время сдерживаемая заклинаниями матери, отозвалась на внешний шторм.- Что за... - Клаус не успел договорить.Из моих ладоней вырвался ослепительный, яростный поток фиолетово-синего пламени. Это была не обычная ведьминская искра - это была стихийная, дикая магия крови, которую я не смогла удержать. Вспышка была такой силы, что Клауса, несмотря на всю его силу Древнего, отбросило назад на несколько метров. Он врезался в тяжелый дубовый стол, и мебель с треском разлетелась в щепки.Вся гостиная на секунду озарилась потусторонним светом. Моя магия волной прошлась по комнате, разбивая хрустальные бокалы на баре и заставляя картины на стенах вспыхнуть мелким огнем.Я тяжело дышала, глядя на свои ладони, которые все еще светились остаточной магией.
Из кучи обломков медленно поднялся Клаус. Его рубашка была слегка опалена, на щеке красовалась глубокая царапина, которая затягивалась прямо на глазах, а глаза... они горели ярким, звериным золотом. Он был в ярости от того, что его застали врасплох, но вместе с этой яростью на его лице расплывалась дикая, безумная улыбка триумфатора.- Ну надо же... - Клаус смахнул щепки с плеча и сделал шаг ко мне, и в его голосе теперь звучало чистое, первобытное восхищение. - А когти-то у тебя поострее, чем я думал.
Он не собирался меня убивать. Эта вспышка силы завела его еще сильнее, превращая их ментальную игру в настоящую войну, из которой живым выйдет только один.
Из темноты разгромленной гостиной Клаус сделал медленный, бесшумный шаг ко мне. Весь его облик транслировал ту самую фирменную, пугающую театральность: он слегка наклонил голову набок, убирая растрепанную кудрявую прядь со лба, а на губах заиграла ленивая, порочная улыбка. Царапина на его щеке окончательно исчезла, оставив безупречно гладкую кожу.- Поразительно, - протянул он, и в его британском акценте зазвучали те самые мягкие, вкрадчивые нотки.
- Настоящий фейерверк, милая. И всё это ради меня? Я тронут.

Я стояла посреди обломков его дорогого стола, тяжело дыша. Мои ладони всё еще покалывало от остатков фиолетовых искр, но я не сделала ни шагу назад. Вместо этого я медленно опустила руки, перевела дух и смерила его вызывающим взглядом.
- Считай это предупреждением, Майклсон, - я поправила полы шелкового халата, который от волны магии слегка съехал с одного плеча, обнажая ключицу. - В следующий раз, когда решишь прижать меня к барной стойке и проверить мою реакцию, я выжгу твою гостиную целиком. Вместе с твоими бесценными картинами.Клаус тихо, хрипло рассмеялся - этот его знаменитый смех, от которого у местных вампиров обычно стыла кровь, но между нами он звучал как приглашение к танцу. Он подошел еще ближе, остановившись в паре дюймов. Его взгляд, потемневший и опасно сфокусированный, скользнул по моей шее, задержался на приоткрытых губах, а затем поднялся к глазам.- Какая кровожадность, - прошептал он, наклоняясь так, что я почувствовала тонкий аромат его парфюма, смешанный с запахом озона после вспышки. - Нападать на Древнего гибрида в его собственном доме... Ты ведь понимаешь, Нура, что я мог бы свернуть тебе шею до того, как твои прекрасные пальчики успели бы сотворить хотя бы одну искру?- Мог бы, - я не отвела взгляд, приняв его правила игры. Мои губы тронула легкая, дерзкая улыбка, точь-в-точь повторяющая его собственную манеру. - Но не свернул. Потому что тебе чертовски скучно, Клаус. Тебе надоели трусы, которые дрожат при одном твоем имени. Тебе нужен кто-то, у кого есть зубы. И тебе безумно нравится, что эти зубы - мои.
На секунду в его глазах промелькнула тень удивления, которая тут же сменилась искренним восхищением. Клаус медленно поднял руку. Я внутренне приготовилась к удару, но его пальцы лишь нежно, почти невесомо очертили линию моей челюсти, убирая назад закрутившуюся темную кудрю. Прикосновение было горячим, собственническим и вызывало табун мурашек по спине. Его большой палец на мгновение задержался на моей нижней губе, слегка надавливая на нее.- Ты играешь с огнем, дорогая, - его голос опустился до интимного, вибрирующего шепота, от которого внутри всё сжалось в тугой узел. - Кэтрин была мастером выживания, но она никогда не умела так красиво держать удар. Ты права... мне скучно. И мне очень, очень интересно узнать, что еще ты прячешь под этим шелком и ведьминскими секретами.Он отстранился, но его взгляд продолжал раздевать меня, обещая, что эта ночь - лишь скромная прелюдия к тому, что ждет нас дальше.- На сегодня уроки магии окончены, - Клаус галантно сделал шаг назад, окинув взглядом разгромленную комнату и засунув руки в карманы брюк с самым небрежным видом. - Иди спать, Нура. А завтра... завтра мы проверим, насколько глубока твоя кроличья нора. Надеюсь, ты готова к настоящей игре.Я бросила короткий взгляд на разрушения, затем снова на него, и, развернувшись, направилась к лестнице. Напоследок я обернулась через плечо, заставляя шёлк халата эффектно качнуться:- Спокойной ночи, Клаус. Постарайся не разнести остатки дома до утра.Древний гибрид лишь проводил меня своим фирменным, ленивым и обещающим взглядом хищника, который наконец-то нашел себе достойную пару.