Глава 2. «Чужой город»

Город назывался Каменный Предел. Они добрались до него к исходу второго дня, когда двойное светило уже почти скрылось за зубчатыми пиками гор, оставляя на небе длинные малиновые полосы, похожие на рваные раны.
Альвис шёл последние полтора часа на одном лишь упрямстве - ноги гудели глухой, тягучей болью, в глазах двоилось, а каждый вдох отдавался резью в груди. Но он не жаловался. Он вообще почти не разговаривал. Только шёл, смотрел вперёд и молчал.
Франциско шагал впереди, не оборачиваясь, и лишь изредка бросал через плечо короткие, рубленые указания:

- Не наступай на светящийся мох. Он жжётся. Держись левее. Справа овраг.

Голос его звучал сухо и равнодушно, но Альвис заметил: дракон всегда замедлял шаг, когда тропа становилась круче. И хотя он ни разу не подал руки, ни разу не спросил, как тот держится, он ждал. Каждый раз. Терпеливо, с плохо скрываемым раздражением, но ждал.
Когда они вышли на холм, и перед ними открылся город, Альвис замер. Это было не похоже ни на один человеческий город из его мира. Ни на средневековую крепость, ни на сказочный замок. Стены вздымались ввысь тёмные, почти чёрные, будто вытесанные из застывшей лавы, но гладкие, отполированные ветрами и временем до зеркального блеска. Над стенами вздымались шпили - тонкие, как иглы, и на вершине каждого пульсировал синий кристалл. От них исходил ровный, живой свет, который струился по каменным поверхностям, создавая иллюзию дышащей плоти. Окна домов светились не свечами - в них плавали маленькие золотые сферы, похожие на пойманных светлячков. Воздух над городом дрожал от едва уловимого магического жара.
В груди Альвиса шевельнулось что-то, похожее на благоговейный страх. Он никогда не видел ничего подобного.

- Не пялься так, - буркнул Франциско, но в голосе не было злобы. Только усталость. - Стражи заметят. Ты и так выглядишь как чучело - бледный, тощий, с перепуганным лицом. Привлечёшь внимание!

- Я не перепуган, - ответил Альвис, и голос его прозвучал ровнее, чем он сам ожидал. - Я... поражён.

Франциско хмыкнул, коротко, почти беззвучно, и двинулся вниз по склону к воротам.
У ворот стояли двое. В лёгких кожаных доспехах, с медными пластинами, нашитыми на грудь и плечи. У одного был меч, у другого - длинное копьё, наконечник которого светился тусклым зелёным светом. При виде приближающегося Франциско они оживились. Тот, что был шире в плечах, с грубоватым лицом и хитрыми глазами, узнал дракона и усмехнулся:

- Франциско из Пепельного Когтя. Живой, значит. А мы уж думали, тебя сожрали в Забытых Землях. Слухи ходили, что ты в одиночку на гнездо химер полез.

- Слухи преувеличены, - сухо ответил Франциско, даже не улыбнувшись в ответ. - Химеры оказались слишком вонючими даже для моего аппетита. - Он кивнул на Альвиса, который стоял позади, стараясь не выглядеть потерянным. - Привёз омегу. Нашёл у реки Кремневых Струй. Без памяти. Сдаю в приют, и дело с концом.

Страж перевёл взгляд на Альвиса. Тёмные глаза скользнули по его лицу, фигуре, одежде. Альвис заметил, как страж втянул воздух - едва заметным, рефлекторным движением. Зрачки его чуть расширились, ноздри дрогнули. Он явно учуял запах, который делал Альвиса омегой в этом мире. Но страж сдержался, перевёл взгляд обратно на Франциско и кивнул:

- Проходи. Приют на Южной улице, за фонтаном. Но предупреждаю: настоятельница у них новая. Говорят, строгая. Не любит, когда альфы шастают без дела, особенно с дикими омегами.

- Я не шастаю, - ответил Франциско и первым шагнул в распахнутые створки ворот.

Город внутри оказался ещё более чужим и живым, чем казался издалека. Узкие улочки петляли, мощённые гладким полированным камнем, по которому скользили отсветы от кристаллов на шпилях. Лавки и таверны были открыты, несмотря на приближающуюся ночь - из дверей лился тёплый свет, доносились голоса, смех, звон посуды. В воздухе смешивались десятки запахов: жареное мясо, травы, металл, свежий хлеб, и ещё что-то сладковатое, тягучее, неуловимое - магия, понял Альвис. Здесь магия была не редкостью, она была воздухом, водой, самой тканью этого города. Она струилась по стенам, пульсировала в кристаллах, дышала в каждом камне.
Люди на улицах - разных возрастов, телосложений, цветов кожи и волос - шли по своим делам, не обращая на них особого внимания. Лишь некоторые бросали короткие взгляды на Альвиса, но быстро отводили глаза: рядом с альфой-драконом никто не рисковал задерживаться.
Приют оказался невысоким двухэтажным зданием из того же тёмного камня, но с белыми ставнями на узких окнах. Перед входом бил фонтан - вода в нём светилась мягким, ласковым голубым светом, переливаясь при каждом движении струй.
У дверей стояла женщина. Высокая, сухопарая, лет сорока, с тёмными волосами, в которых уже пробивалась густая седина. Глаза у неё были тёмно-карие, острые, цепкие - такие глаза бывают у тех, кто привык видеть ложь на расстоянии. На поясе висел тяжёлый ключ.
- Настоятельница Мирра, - представил Франциско безо всяких церемоний. - Нашёл омегу у реки. Без памяти. Зовут Альвис. - он чуть повернул голову в сторону Альвиса. - Делайте с ним что хотите. Моя обязанность выполнена.

Он сказал это таким ровным, холодным тоном, будто сдавал старую вещь в починку - не грубо, но подчёркнуто равнодушно. Настоятельница окинула Альвиса долгим, изучающим взглядом. Задержалась на его худых запястьях, на бледном лице, на тёмных кругах под глазами.

- Худой. Бледный. «Давно не ел», -сказала она, скорее утверждая, чем спрашивая. Затем перевела взгляд на Франциско: - Спасибо, дракон. Можешь идти.

Франциско уже разворачивался, не сказав ни слова прощания, когда Альвис, сам не ожидая от себя такой смелости, выпалил:

- Подожди.

Дракон замер. Медленно обернулся. На его лице не было удивления - скорее, настороженное любопытство, смешанное с привычным раздражением.

- Что ещё?

Альвис сделал шаг вперёд, ближе к нему, так, чтобы настоятельница не слышала. Сердце колотилось где-то в горле, но голос - он заставил голос звучать ровно. Спокойно. Как будто он просил не о помощи, а о деловой услуге.

- Ты говорил о Разломах. О способе вернуть... память. - он чуть запнулся, подбирая слова. - Я не хочу оставаться здесь. Я хочу найти ответы. Если я останусь в этом приюте, я никогда их не найду.

Франциско уставился на него с таким выражением, будто Альвис только что предложил ему добровольно прыгнуть в драконью пасть. Его янтарные глаза сузились, вертикальные зрачки стали почти нитками. Он молчал несколько долгих секунд, затем хмыкнул, коротко и невесело.

- Ты серьёзно? - он покачал головой, разглядывая Альвиса как диковинную вещь. - Ты еле стоишь на ногах. Ты не знаешь, как завязать шнурки в этом мире. У тебя нет ни денег, ни оружия, ни имени. И ты хочешь искать Разломы? - он скрестил руки на груди, и его голос стал тише, но от этого только жёстче. - Ты умрёшь в первый же день. Ты даже не знаешь, как выглядит обычный хищник в этих лесах. Они почуют тебя за милю, и от тебя останется только мокрое место.

- Возможно, - спокойно ответил Альвис, глядя ему прямо в глаза. - Но это мой выбор. Я не хочу сидеть в приюте и ждать, пока меня кто-то «заберёт». Я хочу найти своё прошлое.

Франциско смотрел на него долго. Внимательно. Пристально. Он принюхался - коротким, почти незаметным жестом, но Альвис его заметил. Дракон оценивал его запах, уровень тревоги, наличие страха. Но Альвис стоял неподвижно, сжав челюсти и не отводя взгляда.

- Ты правда не боишься, - сказал Франциско медленно, с ноткой удивления, которую он явно не хотел показывать. - Это... необычно.

- Я боюсь, - честно ответил Альвис. - Я просто не показываю этого.

Франциско фыркнул. Коротко, почти беззвучно. На губах его мелькнуло что-то, отдалённо похожее на уважение. Или насмешку - Альвис не мог разобрать.

- Ладно, - сказал он, и голос его стал деловым. - Завтра на рассвете я ухожу. Караван на юг, к Торговым Землям. Говорят, там есть Разломы. Если хочешь идти - будь у ворот до первых лучей. Но запомни, - он подался вперёд, и в его голосе зазвенела сталь, - я не нянька. Ты идёшь сам. Добываешь еду сам. Защищаешься сам. Отстанешь - не догоню. Начнёшь ныть или просить пощады - оставлю в первом же трактире и уйду без оглядки. Договорились?

- Договорились, - без колебаний ответил Альвис.

Франциско развернулся на каблуках и зашагал прочь. На полпути к выходу с площади он обернулся через плечо, бросил коротко:

- Не проспи.

И исчез в толпе, растворился в вечерних тенях, как призрак.

Настоятельница Мирра наблюдала за этим разговором с сухим, внимательным интересом. Когда Франциско ушёл, она приблизилась к Альвису и сказала негромко, но с укором:

- Ты с ума сошёл? Идти с диким драконом в Забытые Земли? Он же не защитит тебя, если что. Он даже не посмотрит, как ты будешь умирать. У таких, как он, сердце - лёд.

- Я знаю, - ответил Альвис, не отрывая взгляда от того места, где исчезла пепельная фигура. - Но он дал мне шанс. Больше никто не дал бы.

Мирра покачала головой, но в её тёмных глазах мелькнуло что-то похожее на сочувствие.

- Глупец, - сказала она. - Ладно. Заходи. Поешь. Отмоешься. Хотя бы перед своей безумной смертью побудешь человеком.

Она толкнула тяжёлую дверь, и Альвис перешагнул порог. Внутри было тепло и пахло травами - сушёными, горькими, и свежим хлебом, доносившимся из глубины дома. За длинным деревянным столом сидели несколько молодых людей - парни и девушки, как понял Альвис. Омеги. Они тихо переговаривались, кто-то ел, кто-то читал. При его появлении несколько голов поднялись, но никто не подошёл - только любопытные взгляды, быстрые и осторожные.
Мирра указала на пустое место за столом. Альвис сел. Перед ним поставили миску - горячий, густой суп с кусками мяса и незнакомыми кореньями. Еда пахла пряно и на удивление аппетитно. Альвис съел всё до последней капли, чувствуя, как тепло разливается по телу, прогоняя дрожь. Руки перестали трястись, боль в ногах отступила до тупой, терпимой ноющей
тяжести. Он сидел у узкого окна, глядя на улицу. За окном сгущалась ночь.
На небе зажглись две луны - большая, серебряная, и маленькая, кроваво-красная, похожая на раскалённый уголь. Город жил своей жизнью: где-то смеялись, где-то звенели кузнечные молоты, где-то пели - протяжно, грустно, на чужом языке. Альвис не знал этого мира. Не знал его законов, опасностей, магии. Не знал, кто ему друг, а кто враг. Он не знал, как работают Разломы и можно ли через них вернуться домой. Но он знал одно: если он останется здесь, в этом тёплом приюте, среди добрых людей, он навсегда потеряет себя. Рано или поздно его выдадут, признают чужаком, или просто «выдадут замуж» за какого-нибудь альфу, который купит его как вещь. А он не хотел быть вещью. Завтра он уйдёт с Франциско. Не потому, что доверяет ему. А потому, что этот грубый, раздражительный, прямолинейный до жестокости дракон был его единственным мостом в большой мир. И Альвис был готов идти по этому мосту, даже если тот горел. Даже если под ним была пропасть. Он закрыл глаза и попытался уснуть. До рассвета оставалось четыре часа.
Он проснулся оттого, что кто-то тронул его за плечо. Резко, нетерпеливо. Альвис дёрнулся, инстинктивно готовый защищаться, но перед
собой увидел встревоженное лицо настоятельницы.

- Твой дракон ушёл, - сказала она тихо, но голос её звучал жёстко. - С час назад. Караван ушёл раньше, чем он говорил.

Альвис сел на лежанке, сердце глухо ударило о рёбра.

- Он сказал, что будет ждать на рассвете у ворот.

- Знаю, - Мирра нахмурилась, и в уголках её губ залегла горькая складка. - Он ушёл. Сказал передать тебе, что «встреча переносится». И что если ты хочешь его догнать, то найдёшь его на развилке у Южного леса через два дня. Если нет - не жди.

Альвис спустил ноги с лежанки. Пол был холодным - холод проник сквозь тонкую ткань, но он не обратил на это внимания. Внутри закипала глухая, тягучая злость. Он оставил меня. Просто взял и ушёл. Сказал ждать - и сбежал. Проверка? Или ему просто надоело возиться, и он решил избавиться от обузы?

- Он оставил мне карту? - спросил Альвис, стараясь, чтобы голос не дрожал.
- Нет. - Мирра покачала головой. - Сказал только: «Если он умный - сам найдёт дорогу».

Альвис сжал челюсти так, что зубы заскрипели. В голове пронеслась мысль: он хочет, чтобы я сдался. Чтобы остался здесь, в этом приюте, забыл про него и стал покорным омегой. Но Альвис стиснул зубы и медленно, с усилием встал.

- У вас есть карта города и окрестностей? - спросил он ровным, почти безжизненным голосом.

- Есть. - Мирра смотрела на него с нарастающей тревогой. - Но ты же не собираешься...

- Собираюсь, - перебил он. - Мне нужно на Южный лес. И я хочу успеть до заката.

Настоятельница открыла рот, чтобы возразить, но, взглянув в его глаза, осеклась. В них не было ни паники, ни истерики. Была холодная, колючая решимость, которую она редко видела даже у бывалых альф. Она медленно кивнула, развернулась и вышла из комнаты. Вернулась она через несколько минут - в руках был свёрток из плотной бумаги и небольшой мешочек с сухарями.
- Карта, - сказала она, кладя свёрток на стол. - И немного еды. Больше я ничего дать не могу - у нас самих впритык.

- Спасибо, - коротко ответил Альвис, пряча карту в карман куртки.

- Запомни, - Мирра перехватила его за руку, и пальцы её оказались неожиданно крепкими, - драконы не ждут. Если он сказал два дня, значит, он будет на развилке ровно два дня. Если опоздаешь - он уйдёт. И даже не обернётся.

- Я знаю, - ответил Альвис, осторожно высвобождая руку. - Я не опоздаю.

Через полчаса он стоял у городских ворот. За спиной остался тёплый, безопасный приют. Впереди - Южный лес, карта в кармане, сухой хлеб на один день и ни одной монеты. И никакого дракона рядом. Только он, холодный утренний ветер и две луны, которые всё ещё бледно светились на бледнеющем небе. Альвис глубоко вдохнул. В лёгкие хлынул запах влажной земли, прелой листвы и далёкого дыма. Он шагнул вперёд. Впервые за последние дни он шёл один. И в этой одиночестве не было страха. Было что-то другое. Что-то, что он не мог назвать. Свобода?
Вызов? Отчаяние, переходящее в упрямство? Он шёл. И не оглядывался.