День

Ганс Шмидт стоял в оцеплении у вокзала. Обычная работа — проверять документы, смотреть на лица. Лица были серые, усталые, испуганные. Берлин 1943 года не был больше веселым городом.

После обеда мимо проехала колонна штабных машин. Во второй машине Ганс увидел Фрица. Фриц тоже его заметил — короткий кивок, легкое движение бровей. И все. Больше ничего нельзя.

Вечером, когда Ганс уже собирался в казарму, к нему подошел связной.

— Шмидт? Вам велено зайти по адресу. Вот.

Протянул бумажку. Ганс посмотрел — Фазаненштрассе, 17. Квартира Фрица.

Это было рискованно. Рядовому в гости к штандартенфюреру? Но приказ есть приказ.

Через час он стоял в прихожей, мял пилотку в руках. Мисс Бо проводила его равнодушным взглядом и ушла наверх — собираться в театр. Фриц провел Ганса в кабинет, налил шнапса.

— Садись, Ганс. Как ты?

— Живой, герр...

— Фриц. Здесь просто Фриц.

Ганс сел, выпил залпом.

— Дерьмово, Фриц. Совсем дерьмово. Опять снится. Каждую ночь. Земля сыплется. Я просыпаюсь — ору. Соседи уже привыкли.

— Врачам говорил?

— Смеешься? Скажи врачу, что боишься темноты — отправят в штрафбат. Трус, мол.

Фриц налил еще.

— Рудольф пишет?

Ганс достал из кармана гимнастерки помятую открытку. Протянул Фрицу.

«Ганс, я в Мюнхене. Тут такие дамы! Через неделю вылетаю обратно. Держись. Твой брат Рудольф».

— Девочки у него в голове, — тихо сказал Ганс. — Летает как угорелый. Я за него боюсь.

— За него — бойся. За себя уже набоялся?

— За себя не страшно. Страшно, что темно. Понимаешь? Не смерть страшна, а тьма.

Фриц смотрел на друга. Ганс был старше его по возрасту, но сейчас выглядел как мальчишка — затравленный, больной.

— Слушай, — сказал Фриц. — Если станет совсем невмоготу — приходи. Днем. Посидим, поговорим. Я... у меня тут тоже один человек есть. Внизу.

Ганс поднял глаза.

— Кто?

Фриц помолчал, решаясь.

— Еврей. Ученый. Из Варшавы. Я его держу в подвале. Третий месяц.

Ганс присвистнул тихо.

— Ты с ума сошел. Если узнают...

— Не узнают. Бо там не ходит. А ты никому.

— Я никому. — Ганс помолчал. — Зачем ты его держишь?

— Разговаривать. Он... он говорит о другом. О мире, где люди живут, а не выживают. Я без него уже задохнулся бы.

В дверь постучали. Вошла Мисс Бо — в красном платье, с бриллиантами в ушах. Взглянула на Ганса как на мебель.

— Я уезжаю, Фриц. Вернусь поздно.

— Хорошо.

— Ключи у меня.

— Хорошо.

Она вышла. Хлопнула дверь. Ганс смотрел ей вслед.

— Красивая.

— Пустая, — ответил Фриц. — Как витрина.