Глава 4

ЛИСА

Я чувствовала, как Люси наблюдает за мной, пока я готовила чай.

- Сегодня без кофе? - с любопытством спросила она.

- Хочется хорошего чая, и я всё ещё не очень хорошо себя чувствую.

Обычно утро после моего дня рождения начиналось с нескольких порций эспрессо, чтобы справиться с похмельем и разбудить тело после всего нескольких часов сна.

Вчера я не выпила ни капли алкоголя и легла спать ещё до полуночи...

- Обычно ты из тех девушек, которым нужны три эспрессо.

Я сделала глоток мятного чая. Я жаждала кофе.

Я всегда пила кофе по утрам. Я любила его. Моя одержимость кофе была одной из немногих вещей, которые мы с Джином действительно разделяли.

Но почему-то я не могла заставить себя выпить что-либо с кофеином.

Я знала, что многие вещи вредны во время беременности. Но ведь это не имело значения.

Я даже не хотела этой беременности и скоро всё закончу, так что могла бы выпить сколько угодно кофеина.

Люси всё ещё смотрела на меня, и тогда я поняла - она знала правду.

Правду, которую я сама только начала принимать.

Я пожалела, что решила прийти сюда, несмотря на весь внутренний хаос.

Мы с Чонгуком должны были остаться в нашем пентхаусе и напиться до беспамятства...

Но даже это больше не было настоящим вариантом.

Я поставила чашку на стол со вздохом и прислонилась к кухонной стойке.

- Джин тебе рассказал?

Это мог быть только он.

Чонгук бы не пошёл прямо к моей сестре. Они не были настолько близки.

- Чонгук поговорил с ним и...

- И, конечно, Джин поговорил с тобой. Он сказал кому-нибудь ещё? Лире?

Люси покачала головой.

- Нет, конечно нет.

Она неуверенно сделала шаг ко мне.

- Лиса...

Она замолчала.

Я видела, что она не знает, что сказать, и понимала это.

Наверное, она хотела поздравить меня, быть счастливой за меня так же, как вчера была счастлива за Лиру.

Но не могла, потому что знала - я не счастлива.

Я посмотрела на свои руки, чувствуя себя плохо, хотя Люси даже не осуждала меня, по крайней мере открыто.

Но, конечно, Чонгук сказал Джину, что мы не хотим эту беременность, а он рассказал Люси.

Я задумалась, что они говорили за нашими спинами.

Люси и Джин были очень хорошими родителями. Невероятными родителями.

Что это говорило обо мне, если даже такой убийца, как Джин, смог стать хорошим отцом, а я даже не хотела эту беременность?

Я отбросила эту мысль.

- Хочешь поговорить об этом?

Я не хотела.

Но одновременно понимала, что слишком тяжело справляться с этим в одиночку.

Я резко кивнула, надеясь, что не пожалею об этом.

- Дай мне тоже сделать чай, а потом мы можем устроиться на диване, хорошо?

Люси слегка коснулась моего плеча, ожидая, пока я что-нибудь скажу.

Через мгновение я кивнула.

Взяв свой чай, я прошла в гостиную и опустилась на диван.

Вскоре Люси присоединилась ко мне со своей чашкой и устроилась рядом.

Может быть, мне только казалось, но было ощущение, будто она уже смотрит на меня иначе.

Будто я больше не просто Лиса.

А Лиса, которая беременна.

Люси сделала глоток чая.

Возможно, она ждала, что я начну разговор, но я даже не знала, с чего начать.

- Есть что-то, о чём ты хочешь поговорить? Какие-нибудь вопросы?

Я поставила чашку на стол, собираясь с мыслями.

- Дело не в том, что мне не нравятся дети, - сказала я.

- Я люблю твоих детей, ты ведь знаешь это, правда? И я люблю дочь Лиры. Просто я никогда не хотела детей для себя.

Люси коснулась моего колена.

- Я знаю, Лиса. Я понимаю. Тебе не нужно оправдываться, хорошо?

- Когда ты и Лира играли с куклами и представляли себя их мамами, я никогда этого не понимала. Я никогда не думала, каково это - быть матерью. Когда я видела тебя с твоими детьми, я никогда не представляла, каково было бы оказаться на твоём месте.

Материнство никогда не было моей мечтой.

Я не хочу ответственности за другого человека.

Мафия забирает у нас большую часть свободы, и я так тяжело работала, чтобы получить хотя бы несколько маленьких свобод.

Но ребёнок заберёт их у меня.

- Иногда всё происходит не так, как мы планируем, - сказала Люси.

Я посмотрела на неё.

- Только не говори что-то вроде «это судьба» или «может быть, этот ребёнок - то, о чём ты никогда не знала, что тебе нужно».

- Я не собиралась этого говорить. Выслушай меня, - быстро сказала она.

- Я не буду говорить тебе, что ты волшебным образом полюбишь материнство, как только ребёнок появится, потому что так бывает не у всех.

Некоторые женщины жалеют, что стали матерями.

Они не признаются в этом вслух, потому что боятся осуждения.

Как женщины, мы должны просто любить быть матерями. Как матери, мы должны быть идеальными.

В тот момент, когда мы беременны, люди начинают считать наше тело своей заботой.

А когда ребёнок рождается, все вокруг знают, как его воспитывать лучше тебя.

Быть матерью тяжело.

Я уже сбилась со счёта, сколько раз плакала, когда Вон был младенцем и никак не переставал плакать.

Мои глаза широко раскрылись.

- Ты никогда мне этого не говорила.

- Только Джин знает, потому что ему пришлось несколько раз убеждать меня в обратном, - прошептала она.

- Я не хотела признавать, что была перегружена. Я думала, что должна справляться, ведь Вон был не моим первым ребёнком. Тогда почему я вдруг чувствовала себя такой подавленной?

Но я чувствовала.

И мне было стыдно за это.

Я боялась, что была плохой матерью не только для него, но и для Мел, потому что теперь ей приходилось делить моё внимание...

Она вздохнула.

- Без Джина я бы не справилась. Гормоны и эмоциональная перегрузка - опасное сочетание. Я не уверена... возможно, я даже была близка к послеродовой депрессии...

- Ты должна была рассказать мне это? - спросила я растерянно.

Но я была невероятно благодарна ей за это.

За то, что она отнеслась ко мне серьёзно и не пыталась приукрасить всё.

- Разве ты не должна была сказать мне, насколько прекрасно быть матерью? Что я услышу пение ангелов в тот момент, когда увижу своего ребёнка? Что я полюблю своё разрушенное влагалище, болезненные соски, бессонные ночи и все эти подгузники, грязь и рвоту?

Она тихо рассмеялась.

- Я люблю своих детей. Есть столько прекрасных моментов, которые я ценю. Мне нравится быть матерью, и, возможно, тебе тоже понравится.

Но, возможно, и нет.

Будут удивительные моменты и будут очень тяжёлые моменты.

Для меня трудные моменты стоят того, потому что счастливые моменты перекрывают всё остальное.

Но я не могу сказать тебе, будет ли так же для тебя.

Это должны решить ты и Чонгук.

Я крепко обняла Люси.

- Большое спасибо, Люси. Я не говорю это достаточно часто, но я люблю тебя.

Руки Люси обняли меня, и я услышала, как она всхлипнула, заставив мои собственные глаза наполниться слезами.

- Не плачь, - твёрдо сказала я, отстраняясь.

Люси улыбнулась сквозь слёзы.

- Тебе стоит напоминать это самой себе.

Я нахмурилась.

- Видишь? Гормоны беременности уже портят мою жизнь.

Она покачала головой, а затем её улыбка исчезла.

- Когда приём?

Я тяжело сглотнула.

- На следующей неделе.

- Если хочешь, чтобы я пошла с тобой, просто скажи, хорошо?

Я сжала её руку.

- Спасибо, но думаю, что мы с Чонгуком должны справиться с этим как пара, - прошептала я.

- И Люси, пожалуйста, не говори Лире. Я не хочу, чтобы об этом знало больше людей. И я не хочу причинять ей эмоциональное напряжение в её состоянии.

Я хочу, чтобы она наслаждалась своей беременностью на сто процентов и не чувствовала себя виноватой из-за того, что делится своей радостью.

- Я не скажу. Это твоё решение - рассказывать ей об этом или нет.