Глава 1: Контракт, гроза и лёгкая травма головы (продолжение)

Инна Петровна приехала через сорок минут — и это было подозрительно быстро, учитывая, что от морга до элитного ЖК ехать час с пробками. Джаред не стал уточнять, как именно мама сократила время в два раза. Некоторые вещи лучше не знать.

Она вошла без стука — просто открыла дверь, которую Дилан забыл закрыть, когда его вносили обратно в квартиру. На ней был обычный кардиган, туфли на низком каблуке и сумка, из которой торчал уголок папки — деловой, обычной, канцелярской папки, будто она заехала за квитанциями. Волосы уложены. Ни капли макияжа. Спокойствие человека, который сорок лет вскрывал грудные клетки и давно перестал видеть в этом драму.

— Сынок, — сказала она, окинув взглядом комнату: перевёрнутый стол, битое стекло, связанного веревкой Дилана на полу у кровати. — Ты в порядке?

— Более-менее, — отозвался Джаред, не вставая с подушки. — Он немного психанул.

— Вижу.

Инна Петровна подошла к Дилану и присела рядом на корточки — так же спокойно, как садятся рассмотреть находку на месте преступления. Дилан задёргался в путах, но веревка держала намертво — Джаред вязал морские узлы, этому его в детстве научил дядя Коля, по случайности единственный полезный навык, который тот когда-либо передал.

— Здравствуй, Дилан, — сказала она тем же голосом, каким, наверное, здоровалась с покойниками перед вскрытием. — Меня зовут Инна Петровна. Врач-эксперт. Двадцать шесть лет стажа.

— Пожалуйста, — прохрипел Дилан, — это недоразумение, я не хотел...

— Ты вытолкнул беременного человека из движущейся машины во время грозы, — перебила она, вынимая из сумки папку и раскрывая её у себя на коленях, как будто это была история болезни. — На трассе, где нет освещения. Погибнуть он мог тремя разными способами, я насчитала, пока ехала. Переохлаждение. Наезд транспортного средства. Падение с последующей травмой, несовместимой с беременностью.

— Я не думал...

— Вот именно, — она подняла на него взгляд, и что-то в нём заставило Дилана вжаться в пол так, будто он хотел просочиться сквозь паркет. — А у меня профессиональная деформация — я думаю за тех, кто не думает. Оставление в опасности — это раз. Покушение на убийство — по совокупности обстоятельств, если постараться — это два. У тебя ведь и раньше руки распускались, я права?

Джаред со своей подушки издал звук, средний между смешком и вздохом.

— Мам, у него шрам на костяшках от того, как он в стену бил кулаком в марте. Дважды.

— Домашнее насилие, — кивнула Инна Петровна, делая пометку в папке карандашом, как будто заполняла бланк на списание просроченных продуктов. — Три. Дилан, ты знаешь, что суд обычно любит, когда есть медицинская документация? У меня, к твоему сведению, отличный доступ к медицинской документации.

Дилан издал звук, похожий на всхлип раздавленного животного.

— Не переживай, — добавила она, вставая и отряхивая колени. — Я тебя пальцем не трону. Я вообще не буду тебя касаться. Просто немного... оформлю бумаги.

Она достала телефон и, не отрывая взгляда от Дилана, набрала номер — судя по тому, как быстро ответили, это был явно не первый её звонок туда.

— Марина, это я. Да, снова. Нет, не для морга, для суда, — она усмехнулась одними уголками губ. — Записывай статьи...

Дилан на полу тихо, обречённо завыл.

Джаред посмотрел на всё это с блаженной, почти сонной улыбкой — впервые за вечер по-настоящему расслабившись, — и закрыл глаза.

— Добро пожаловать домой, — пробормотал он сам себе.