Глава 18 . Каменный дом с видом на поле

Мои молитвы были услышаны, и вскоре мне удалось найти свой собственный, отдельный уголок в Маядине. Это был маленький частный домик, примостившийся на окраине города, где жилые постройки плавно переходили в бескрайнее поле. Дома здесь стояли обособленно, на расстоянии друг от друга - небольшие, каменные, с очень непривычной для меня планировкой. В отличие от того, как строят дома у нас в России или в той же Турции, где, переступив общий порог, ты попадаешь в единое теплое пространство, здесь всё было устроено иначе.

В каждую комнату нужно было заходить отдельно, прямо с открытого внутреннего дворика. Кухня - во дворе, ванная комната - тоже во дворе. Чтобы пройти из спальни в зал, нужно было обязательно выйти на улицу. Для местных жителей это был привычный, вековой уклад, защищающий приватность, но мне, выросшей совсем в другой культуре, поначалу было очень трудно приспособиться к такому быту. Сам домик состоял из трех комнат, но одна из них находилась в настолько плачевном состоянии, что жить в ней было невозможно.

Там не было ни окна, ни даже защитной сетки от насекомых, поэтому она пустовала. В оставшихся комнатах я и обустроила свое долгожданное личное пространство. Лето в этом каменном гнездышке прошло относительно нормально. Знойные южные дни сменялись теплыми ночами во дворе, и я наконец-то обрела ту тишину и уединение, о которых так долго просила.

Я могла снять хиджаб, побыть наедине со своими мыслями и выдохнуть после месяцев скитаний. Но вместе с этой тишиной пришло и глубокое, щемящее осознание реальности. Каждый раз, глядя на пустынное поле за моим забором, я понимала, что эта походная жизнь на чужбине не может длиться вечно. Внутренний покой, который я искала, не зависел от стен этого дома. Одиночество среди каменных комнат обострило мою главную думу: я хочу уехать. Я безумно хочу домой. Внутри меня созрело твердое, неотступное понимание - мне нужно найти выход из этого лабиринта, вернуться к мирной жизни, к своей семье. Но как выбраться из страны, охваченной войной, когда все легальные пути отрезаны, а границы закрыты? Этот вопрос тяжелым грузом лег на мое сердце, и я начала искать дорогу назад...