Глава 7

Дейн сидел на кровати в своей комнате и смотрел на часы. Настенные, старые, с круглым циферблатом, которые тикали монотонно. За окном было темно, и только уличный фонарь бросал бледный свет на пол. Он перевёл взгляд на запястье. Тридцать дней назад она коснулась его впервые. Он тогда подумал: «Странно». А теперь думал: «Что-то изменилось». Дейн поймал себя на мысли, что все это время пытался внушить себе, что она его раздражает, он хотел, чтобы она отстала от него. Хотел, чтобы жизнь была такой, какой была раньше. А теперь он понимал, что хочет, чтобы эта девчонка всегда была рядом. Нет, это уже не рефлекс, это не зависимость от ощущений. Это чувства. И он понял это окончательно вчера, когда сам решил дотронуться до ее руки. Дейн закрыл глаза и позволил себе признаться в том, что отрицал так долго:

- Она мне нравится. И я не хочу, чтобы это заканчивалось.

Дейну понадобилось тридцать дней, чтобы понять, что Алиса - это что-то большее, чем просто соседка по парте. Он откинулся на подушку и уставился в потолок. В голове было пусто и одновременно шумно. Он сидел в тишине, слушая, как за окном шумит ветер, и он знал, что завтра всё изменится. Дейн больше не будет прятаться. Он сделает шаг. Потому что тридцать дней прошло. И он больше не хотел ждать.

-

Суббота началась с тишины. Дейн проснулся позже обычного - солнце уже стояло высоко, пробиваясь сквозь неплотно задёрнутые шторы. В доме было спокойно. Маркус ещё спал, и Дейн не стал его будить. Он тихо прошёл на кухню, налил себе кофе и сел у окна, глядя на пустую улицу. Через час раздался звонок в дверь. Ноа стоял на пороге с рюкзаком за плечами и лёгкой улыбкой.

- Ты готов? - спросил он без приветствия.

- Куда? - Дейн поднял бровь.

- Не знаю. Кофе, потом прогулка. Может, в парк. Или за город. Просто хочу, чтобы мы провели день вместе, как раньше.

Дейн усмехнулся. Они не делали этого уже несколько недель - с тех пор, как в его жизни появилась Алиса, а потом и Маркус. Он кивнул, надел куртку, оставил брату записку на столе и вышел за Ноа.

Город был тихим. Машин почти не было, фонари горели ещё тусклым утренним светом, а воздух пах сыростью и опавшими листьями. Ноа шёл рядом, засунув руки в карманы, и молчал - но это было то молчание, которое не давило.

Они зашли в маленькую кофейню у парка. Ноа заказал два чёрных кофе без сахара - как они любили когда-то. Сели у окна, глядя на редких прохожих.

- Ну, - сказал Ноа, отпивая из чашки. - Как ты?

- Нормально, - Дейн пожал плечами.

- Это «нормально» с Маркусом или «нормально» с Алисой?

- И то, и другое, - Дейн усмехнулся. - Ты как всегда лезешь в душу.

- А кто ещё будет? - Ноа улыбнулся в ответ. - Ты же молчишь как рыба. Если я не спрошу, никто не узнает.

Дейн посмотрел на него. Действительно. Ноа всегда был тем, кто мог вытянуть из него хотя бы слово. Не потому что давил, а потому что умел быть рядом. С самого детства.

- Маркус привыкает, - сказал Дейн. - Сложно, но мы справляемся. Он потихоньку открывается, что не может меня не радовать.

- Это хорошо, - Ноа кивнул.

- А ты как? - спросил Дейн, переводя тему.

- Нормально. Учёба, тренировки. Думаю поступить в колледж в другом штате.

- Далеко?

- Достаточно.

- А мама?

- Она рада. Говорит, что я должен уехать, если хочу чего-то добиться.

Дейн промолчал, глядя в окно.

Они допили кофе, вышли и пошли в парк. Осень уже вступила в свои права - аллеи были устланы жёлтыми листьями, скамейки пустовали, и ветер колыхал уже совсем голые ветки. Они шли по дорожке, не торопясь, слушая, как хрустит под ногами листва.

- Помнишь, как мы бегали здесь летом? - спросил Ноа.

- Ты бегал, я шёл, - ответил Дейн с усмешкой.

- Потому что ты всегда был упрямым и не умел проигрывать.

- А ты всегда бежал вперёд, не оглядываясь.

Ноа остановился, повернулся к Дейну.

- Я рад, что ты перестал прятаться, - сказал он серьёзно. - Ты стал другим. Лучше. Я вижу это.

Дейн помолчал. Потом кивнул.

- Ты тоже меняешься, - ответил он. - И это тоже хорошо.

Они пошли дальше, и какое-то время молчали. Сели на старую скамейку у пруда, смотрели на воду, на которой качались редкие утки. Ветки деревьев склонялись низко, почти касаясь поверхности, и ветер гнал по воде лёгкую рябь.

- Давай сделаем это снова, - сказал Ноа, глядя на пруд. - Через месяц. Так же, вдвоём. Просто чтобы не забывать, что мы есть друг у друга.

- Договорились, - ответил Дейн.

Они посидели ещё немного, слушая ветер, и знали, что такие дни важны. Что бы ни случилось, они всегда могут вернуться сюда - на скамейку у пруда, с двумя чашками кофе на память. И побыть просто собой. Без слов. Без дел. Без всего, что происходит за пределами парка.

-

Дейн вернулся домой, когда на улице уже начало темнеть. Он зашёл в прихожую, скинул куртку и услышал из комнаты Маркуса тихое бормотание. Заглянул - брат сидел за столом, сгорбившись над учебником по математике, и что-то яростно стирал ластиком.

- Помощь нужна? - спросил Дейн, прислоняясь к косяку.

Маркус поднял голову, и его взгляд был одновременно облегчённым и раздражённым.

- Я не понимаю эти уравнения. Они как будто на другом языке написаны.

Дейн усмехнулся, подошёл и сел рядом. Он взял учебник, бегло просмотрел задание, и его лицо стало задумчивым.

- Это не сложно, - сказал он. - Просто нужно перенести переменные в одну сторону. Смотри.

Он начал объяснять, показывая на бумаге, и Маркус слушал, сначала нахмурившись, потом начал понимать. Они решали два уравнения, потом третье, и когда Маркус самостоятельно написал правильный ответ, он улыбнулся - впервые за вечер.

- Я сделал, - сказал он тихо.

- Да, - кивнул Дейн. - Ты сделал.

В этот момент в прихожей хлопнула дверь. Дейн насторожился, но через секунду услышал знакомые шаги - лёгкие, быстрые, с привычным стуком каблуков.

Мама приехала.

Дейн поднялся и пошёл встречать её. Она стояла в коридоре, снимая пальто, уставшая, но с тёплой улыбкой.

- Привет, сынок, - сказала она, обнимая его.

- Привет, мам, - ответил Дейн, прижимая её к себе.

Она отстранилась и заглянула ему в глаза.

- Маркус здесь? - спросила она, и голос её дрогнул.

- Да, он в комнате, - Дейн кивнул в сторону коридора.

Она пошла по коридору, и каждый её шаг звучал громко. Остановилась у двери, смотрела секунду на фигуру сына, который сидел за столом и поднимал голову.

- Маркус, - позвала она.

Он медленно повернулся. Увидел её и замер. Его глаза расширились, руки сжали тетрадь.

- Мама? - голос его был тихим, почти неслышным. Она шагнула к нему, опустилась на колени прямо на пол, не замечая ничего вокруг, и раскрыла объятия. Маркус встал из-за стола, сделал один шаг, потом второй. Он смотрел на неё и, казалось, всё ещё не верил.

- Маркус, - повторила она тихо, и в голосе её слышались слёзы.

Он упал в её объятия, как маленький мальчик, и она прижала его к себе, поглаживая по голове и спине. Он не плакал, но его плечи дрожали, а она гладила его волосы и шептала:

- Прости меня. Я не должна была оставлять тебя. Я знаю, я не должна была. Я так по тебе скучала. Каждый день. Каждый день я думала о тебе.

Маркус молчал, прижимаясь к ней, и Дейн стоял в дверях, глядя на них, и чувствовал, как что-то сжимается в груди. Он видел, как брат сжимает мамину руку, как он пытается не расплакаться. Она отстранилась, взяла его лицо в ладони, провела большим пальцем по щеке.

- Ты вырос, - сказала она. - Стал таким взрослым. Мой маленький Маркус.

- Я скучал, - выдохнул он наконец.

- Я знаю, - ответила она. - Я тоже. Но теперь я здесь. И я никуда не уйду, понял?

Маркус кивнул. Она обняла его снова, и они сидели так на полу, пока Дейн не отошёл на кухню, чтобы дать им время.

Через час они сидели все вместе за столом - мама, Дейн и Маркус. На столе стояли макароны с сыром и салат, которые привезла мама, и просто тёплый свет лампы.

Мама рассказывала смешные истории с работы, и Маркус впервые по-настоящему улыбался, смеясь над её рассказами. Дейн смотрел на них и чувствовал, как становится теплее. Как будто в доме, где всегда было пусто, наконец зажгли свет.

- Завтра, - сказала мама, - мы можем сходить в парк. Если хотите. Втроём.

- Да, - сказал Маркус, и голос его звучал твёрже, чем раньше. - Да, я хочу.

Дейн посмотрел на брата, на мать, на этот кухонный свет и вдруг понял одну простую вещь:

Иногда, чтобы стать семьёй, не нужно ничего особенного. Просто быть рядом. И зажечь лампу.

-

Утро было ясным и холодным. Солнце висело низко, пробиваясь сквозь голые ветки деревьев, и свет его был бледным, но чистым. Дейн вышел из дома вместе с мамой и Маркусом. Они шли медленно по пустым утренним улицам, и в воздухе пахло морозцем и сухой листвой. Маркус шёл посередине, между ними, засунув руки в карманы куртки и иногда поглядывая на мать. Он ещё не привык к тому, что она рядом, и его движения всё ещё были чуть скованными, но он уже не отводил взгляда, когда она смотрела на него.

Парк встретил их тишиной. Дорожки были влажными от ночной росы, на скамейках лежали мокрые листья, и только редкие птицы перекликались где-то в кронах. Ветер был лёгким, почти неощутимым, и деревья стояли почти голые, готовые к зиме.

- Я и забыла, как здесь красиво, - сказала мама, оглядываясь вокруг. - Мы с вами часто приходили сюда, когда вы были маленькими. Здесь были качели.

- Они всё ещё там, - Дейн кивнул в сторону старой площадки.

Мама посмотрела на качели, и на её лице появилась мягкая улыбка.

- Помню, как ты качала меня, - сказал Маркус тихо. - Ты толкала меня, и я просил выше, а ты боялась, что я упаду.

- Ты всегда просил выше, - ответила мама. - Я боялась, но ты смеялся так громко, что я не могла остановиться.

Они подошли к качелям. Старые, ржавые, с деревянной перекладиной. Мама села на одну, Маркус - на другую, и Дейн встал позади, положив руки на цепь, чтобы подтолкнуть брата.

- Держись, - сказал он, и Маркус кивнул, сжав цепи.

Дейн качнул его раз, потом другой. Маркус зажмурился сначала, потом открыл глаза и засмеялся - тихо, почти удивлённо. Дейн качнул сильнее, и Маркус крикнул:

- Выше!

Мама сидела на соседних качелях, чуть покачиваясь, и наблюдала за ними. В её глазах блестели слёзы - не грустные, а светлые, как этот осенний день.

Они прошлись по аллее. Шли медленно, почти без слов, и только шуршание листьев под ногами нарушало тишину. Маркус остановился у старого дуба, поднял голову и посмотрел на ветки.

- Мы здесь прятались, - сказал он. - Когда играли в прятки. Ты всегда находил меня, Дейн. Я думал, что ты жульничаешь.

- Я просто знал, что ты всегда выбираешь одно и то же место, - ответил Дейн. - Ты боялся отходить далеко.

Они прошли через весь парк, мимо маленького пруда, где плавали утки, мимо старого фонтана, который был давно выключен. Остановились на мостике, посмотрели на воду, в которой отражалось белое небо.

- Я хочу, чтобы мы запомнили этот день, - сказала мама.

Маркус поднял голову, посмотрел на неё, потом на Дейна. В его глазах мелькнуло что-то, что Дейн не мог разобрать, но он знал, что это важно.

- Я запомню, - сказал Маркус.

Они пошли обратно, когда солнце уже поднялось выше, и листья на дорожках блестели от утренней росы. Ветер стих, и стало почти тепло. Дейн смотрел на мать и брата, на их спины, на то, как они идут рядом, и чувствовал внутри что-то тёплое и простое. Он не мог объяснить это словами, но он знал: это - то, что он потерял и что наконец нашёл.

Домой они вернулись уставшие, но улыбающиеся. Мама поставила чайник, Маркус сел за стол, и Дейн стоял у окна, зажимая губами сигарету и глядя, как свет льётся на улицу. Он думал о том, что кажется его жизнь налаживается. Осталось только разобраться с ней. С Алисой.