Пролог. Утреннее чаепитие и свежие сплетни

«Когда человек убежден, что у него есть проблемы, не слишком приятно слышать, что они не стоят и выеденного яйца»

- Джулия Куинн.

Октябрь, 1815 год.

- «Наступившим субботним утром жители Лондона, залитого яркими красками пронизывающей осени, взбудоражены любопытным заявлением дворца Ее величества королевы Шарлотты... И в чем же суть этого дивного обращения к своим верным подданным? - спросите меня Вы, проводника в мир дворцовых интриг и новоявленных скандалов самой высшей знати Англии, дорогие читатели? Ваша покорная душа, а имя ей - леди Уистлдаун, готова раскрыть все ныне скрытые козыри в руках благороднейших особ, дабы провести очередной свадебный сезон наилучшим образом. И как ни странно, осенняя ярмарка невест возьмёт свое блестящее начало отнюдь не с привычного жителям туманного Альбиона представления гостей и участниц, что столь умело демонстрируют льющиеся реки гладких юбок и шуршащих в праздничной резиденции перьевых шляпок... Напротив, Её Величайшая светлость имеет на этот счёт куда более грандиозные планы, покуда открывать сие действо предстоит особым гостям, родом из дальнего королевства... Что ж, пожалуй, я, как справедливый оценщик и критик, не стремлюсь томить Ваши взоры, пробудившиеся за чашкой утончённого чая с молоком; и с надлежащим порядком, как полагается репортажу выходных новостей, делюсь очередной перспективой для юных, но не менее решительных и кровожадных дебютанток наступающего третьего бриллиантового сезона! Его королевское Высочество принц Фридрих Георг Карл Мекленбург-Стрелицкий Прусский спустя год своего провального сватовства к многоуважаемой герцогине Дафне Бассет (урождённой виконтессе Бриджертон) изъявил желание присутствовать в столичном Лондоне до окончания осеннего периода и - да прибудет с ненасытными леди Бог! - быть может, вновь обнаружит среди россыпи бриллиантов свой собственный. Кто знает, утеряет ли его принц Фридрих на этот раз? Свидетелями выступим все мы, а история наследника вряд ли наскучит нам с Вами, мои неравнодушные читатели...
Однако Её Величество королева Шарлотта умеет не просто праздновать особые дни, но и радовать верных подданных двойной порцией новостей. Звание второго гостя на сей раз вручается младшей племяннице королевы - принцессе Прусской, урождённой Рубине Августе Вильгельмине Амалии Мекленбургской, чью душу прямо сейчас пароход «Звезда Георга» уносит из островов Новой Шотландии. Стало быть, путешествующая принцесса по прозвищу «Руби» в компании строгого наследника немецкого трона, а заодно и старшего брата Фридриха - не это ли та самая вишенка в пучине взбитого крема, украшающего свадебный торт, дорогие читатели? Быть может, сердце «рубина», столь кипящее голубой кровью и чувственное, вслед за братом сможет к завершению балов выбрать своего собственного консорта? К Вашему сведению, принцесса Руби славится своим непростым, но смелым нравом, присущим, скорее, немецкому рыцарю, а не юной деве... Время - наш верный помощник, он и позволит разузнать больше деталей. Однако смею заверить, уважаемые читатели, на моем веку ещё не раз прозвучит шепот аристократок и благородных мужей, который я с превиликим удовольствием перенесу на бархатные листы белоснежной бумаги. Иными словами, запасайтесь сахарными пирожными, леди, а джентльмены - хмельным пивом и денежными ставками, ведь совсем скоро нам предстоит окунуться в новую историю чистейшей любви, грязных сплетен и глубочайших драм - полноценного романа о жизни новоизбранных леди, страстных джентльменов, дерзких принцесс и неунывающих принцев. Вдобавок Вашему покорному автору следует обменять медяки на новую партию гусиных пишущих перьев... Да здравствует загадочная пара третьего бриллиантового сезона, ведь именно ей предстоит завоевать милость отпрысков соседнего трона и Её Величества! Боже, храни Королеву! Ожидайте вестей, драгоценнейшие читатели... Искренне ваша, леди Уистлдаун»... Конец статьи, моя королева. Не желаете ли ещё чаю? - заядлый королевский сплетник и, по совместительству, дворецкий Бримсли, деловито складывает утреннюю газетную статью в аккуратный квадрат. Следя за напряжённым положением Шарлотты, он располагает газету прямо перед ней, смещая опустевший поднос на край чайного столика. Ожидая дальнейших поручений, Бримсли скручивает пересохшие губы трубочкой, и скрещивает кисти рук в крепкий замок. Мужчина оглядывается по сторонам, стараясь не создавать неловких минут тишины, пока его любимая королева старается справиться со своими впечатлениями наедине. И хитрый прищур главного сплетника в Соединённом королевстве подразумевает выдумку всё новых и новых сюжетов, основанных на рассуждениях анонимной леди Уистлдаун, которыми он бы непременно поделился не только со своей покровительницей, но и со здешней прислугой. Быть может, в обед, за чашкой горячего мясного бульона.
Шарлотта же задумчиво смотрит в окно, анализируя вышепрочитанную статью, и нервно потирает висок, сдавленный тяжестью окрашенного рисовой пудрой парика. Частички белоснежного пигмента мягко отскакивают от крупных локонов, гладко уложенных на проволочном каркасе, и разлетаются вокруг ромбовидного лица хмурой женщины. Королева без малейшего стеснения задирает круглый нос, втягивает широкие ноздри, пытаясь выдохнуть пыль, и едва вызывает смех у своего не на шутку молчаливого зрителя по имени Бримсли. Пылинки ложатся на её бронзовую кожу, щедро украшенную бордовыми румянами, и создаётся впечатление о россыпи мельчайших снежных веснушек на щеках. По крайней мере, сравнить королеву с мучным пирогом вряд ли возможно, если нет ни малейшего желания лишиться головы в субботу утром.
- Свободен, - королева произносит это с нестерпимым раздражением, обращаясь к дворецкому Бримсли. Она нервно теребит свой парик, продолжая наблюдать немые картины за окном. И понимает, что испорченные леди Уистлдаун нервы ей сможет компенсировать целительное средство: - Вели фрейлине занести мне табак.
- Желаете закурить, моя королева? - дворецкий невозмутимо кивает головой, невзначай прибирает чайный сервиз. Осуждать свою госпожу не умеет, да и не хочет, но его забавляет столь неожиданно пробудившиеся желание принять дозу успокоительного порошка. Потому Бримсли готовится основать к концу текущего дня целый отчет об атмосфере во дворце, напрямую зависящего от желания королевы «занюхать» или «курнуть».
- Лучше занюхать, - Шарлотта равнодушно отмахивается ладонью. Да, сегодня атмосфера их общего дома будет напряжённой, и такой сохранится до той поры, пока Фридрих и Рубина не украсят его стены своим долгожданным прибытием, иным выражением «с корабля на бал».
- Как пожелаете, моя королева, - наконец, дворецкий отвешивает глубокий поклон и удаляется за пределы чайной комнаты, унося в сжатых ладонях лёгкий поднос с остатками пирожных. Шарлотта отрывается от окна, бросая потухший взгляд на сложенную перед ней газету. Безумные изречения всплывают в скрытых от мира сего мыслях, и ей за них ничуть не стыдно. Была бы возможность, Шарлотта не упустила яркую казнь дерзкой незнакомки, прячущейся по ту сторону печатной статьи. Более того, бал-маскарад стал бы заключительной процедурой прощания с леди Уистлдаун.
- Чертова самопровозглашенная Уистлдаун! - королева только и цедит имя своей тайной соперницы сквозь зубы. Ноздри женщины смешно раздуваются, из-за чего она становится похожей на экзотическую зебру, привезенную из южных африканских колоний. - Вздумала порочить имя принца и принцессы? Обещаю себе, Лотти, Фрид и Руби удостоятся заключения благородных союзов, таких, которых Англия не видела очень давно!
Королева грациозным движением пухлой руки вынимает из шкатулки золотой монокль, и острыми пальцами небрежно хватает свежую газету с поверхности столика. Её беглые карие глаза, похожие на пару жареных каштанов, скользят по каждой вымощенной черной полиграфической краской буковке, и злость нарастает быстрее. Успокоить Шарлотту помогает только мельчайшая доза нюхательного табака: смеси, приведенной из южно-американских земель. Измельчённые ромашка, лаванда, невесть какие дары природы и португальский табак - вкупе творят поистине чудесный эффект. Для полной отрады приложить бы к этому средству добрые вести о безопасном прибытии племянников - принца Фридриха и его сестры-принцессы Рубины, чье ошеломительное появление на первом балу должно произойти по загаданному королевой плану. И родной брат, занимающий ныне трон в Пруссии, избавился, как минимум, от двух головных болей в лице своих одиноких и безответственных чад.
Мысленно Шарлотта продолжает заключительный абзац в статье беспощадной леди Уистлдаун, и сама приятно удивляется тому, как важны для нового сезона ее слова: «серебру по бриллианту, а рубину - по золоту... другим драгоценностям и металлам места быть не может!».
Да, и леди Уистлдаун, которой совсем скоро станет известна эта история вдоль и поперек, наверняка бы усмехнулась тому, как глубокого ошибается королева, решившая женить в новом сезоне своих бесценных племянников. Конечно, если не лишится своей безумной головы до того, как Фридрих и Рубина удостоятся возможности скрепить свои непохожие друг на друга жизни узами счастливого и выгодного брака.
Шарлотта уже предвкушает появление своего родного племянника Фридриха, прозванного в народе любимчиком дамских сердец. В голубом мундире, украшенном фамильными булавами из серебра; белокурый, светлоглазый и статный красавец - его королева видит только с достойнейшими девушками всей Англии.
Того же не сказать о принцессе Рубине - девушке своенравной, в некотором смысле даже диковатой. Эту черноволосую девочку, которую Шарлотта видела за всю жизнь крайне редко, она сравнивает с самой собой. И это неслучайно, ведь принцессы Мекленбургские частенько разрывают всевозможные рамки этикета, королевских уставов и заветов строгих родителей, до тех пор пока их же обычаи не обязывают признать борцов за женскую эмансипацию пожизненное поражение и стать верными женами не только своих будущих королей, но и всей страны. Поэтому признать, что описание леди Уистлдаун сформированы небеспочвенно, - это не ошибка Её Величества, а чистейшая правда, безусловно, не самая приятная. Рубина действительно вызывает множество вопросов одним лишь своим присутствием. Шарлотте теперь следует только надеяться, что строптивая принцесса впишется в общую обстановку на балу и сумеет расположить к себе хотя бы одного порядочного джентльмена высшего ранга.
Королева отрывается от раздумий, встречая прислугу. Дворецкий Бримсли тихонько стучится, уведомляя свою королеву об успешном выполнении приказа. Он вновь кланяется, с лёгкой улыбкой протягивает тонкий поднос, на поверхности которого покоится деревянная шкатулка с нюхательной смесью, и вручает в руки королевы набор из золотой ложечки и трубочки.
- Могу я сделать для вас что-нибудь ещё, Ваше Величество? - в мужском голосе Шарлотта улавливает нотки ехидства, что вызывает у нее тихий смешок.
- Подготовь всё к приезду моих дорогих племянников, Бримсли, - Шарлотта смотрит на него неоднозначно, исподлобья, пока старательно выравнивает дорожку порошка на подносе, чуть склоняясь над чайным столиком. - Ты ведь понимаешь, о чем я прошу?
- Непременно будет исполнено, - дворецкий выпячивает грудь вперёд, поправляет белые шелковые перчатки, скрывающие его мозолистые руки. - Сколько благородных девиц и джентльменов вы предпочтете для Его Королевского Высочества принца Фридриха и Её Высочества принцессы Рубины, моя королева?
- Не менее, чем у бриллианта этого сезона. Мне нужны лучшие из лучших. Полагаю, Данбёри, Бассет и Бриджертон смогут подобрать кандидатуру. Разошли телеграммы, и крайне убедительно. Всё ясно?
Бримсли приходится скрывать свою радость за очередное поручение, связанное с плетением свежих интрижек и завязыванием новых сплетен, готовых вот-вот прорастать среди жителей Лондона.

Только этой радости вряд ли разделяет экипаж «Звезды Георга». Принцесса Руби, прячась в своей светлой каюте, в течение всего утра вычесывает застывший яичный желток из прически, которую так старательно собирала служанка. Фридрих же избегает поездок в Лондон с тех самых пор, как упустил прекрасную возможность жениться не только удачно, но и полюбовно. Наследники прусского трона вряд ли готовы к той программе, что приготовила для них обожаемая тетушка, но кто перечит королеве?
Разве что, неугомонная леди Уистлдаун, которой уже готовятся ответить на брошенный вызов.