Глава 6. Бриллиантовый снег.

ЯН

17 января 2026 года, суббота
(продолжение)

Закрыв двери гостевой комнаты, я направился к Мине, в нашу спальню. Попрощаться перед уходом.

— Янчик, а ты куда так рано? — спросила меня моя любимая сонно. Она лежала на кровати, лениво потягиваясь.

— По делам, дорогая. Буду нескоро, — сказал я и поцеловал её. Мина обхватила мою шею руками, притягивая к себе ещё ближе.

— А тебе обязательно ехать? Я так скучать буду, — промурлыкала она, отстранившись на пару сантиметров.

— Да, обязательно. Но я тоже буду скучать. Очень.

Девушка притянула меня к себе ещё ближе и поцеловала во второй раз. И в третий. И в четвёртый...

— Ну всё-всё, хватит, я не железный, — улыбнулся я Мине.

— Ну пожа-а-а-алуйста, останься. Что лучше: контракт или я?

— Ты, конечно, но мне правда нужно идти. Это для твоего же блага и блага семьи, ты знаешь.

С этими словами я в последний раз чмокнул её и вышел. Улыбка тут же сменилась суровостью. Во-первых, из-за предстающей встречи, где нужно держать лицо грозного наследника мафии и выглядеть максимально амбициозно. А во вторых... из-за этой чёртовой Ангелины!

Слов не подобрать, насколько я зол! Кого она из себя возомнила?! Думает, что ей всё дозволено. Села на шею матери, издевается надо мной, так ещё и мою невесту смеет высмеивать! Да я бы эту выскочку с огромным удовольствием вышвырнул к чертям из моего дома! Вот только мама не позволит, околдованная её фальшивой добротой. Сто процентов она прикидывается хорошенькой. Лицемерка.

— Я ушёл! — крикнул я и, надев куртку, вышел на улицу.

Свежий морозный воздух ударил в нос, а ослепительное утреннее солнце разлилось золотыми лучами по ёлкам и особняку. Снег блестел так, словно по земле рассыпалось множество маленьких бриллиантов, отражающих свет завораживающим бликом. А синее небо, разбавленное множеством облаков, идеально вписывалось в этот пейзаж, который наблюдали мои глаза.

Не знаю у кого как, но зима всегда давала мне возможность почувствовать за спиной крылья и дарила ощущение настоящей свободы. Но это... лишь иллюзия.

Нет, в прямом смысле у меня есть свобода. Я могу ездить куда захочу, покупать себе что хочу. Но... у меня нет свободы выбора.

Мы попадаем в этот мир с уже готовым приговором¹. С самого моего рождения, с первого вскрика — я уже был наследником мафии. Уже был Громовым. А этот путь я не выбирал и сейчас не могу свернуть с него и пойти другой дорогой. Все меня боятся, и наладить нормальное общение хоть с кем-то — я не в силах. Любой человек при виде меня моментально поднимает руки кверху, сдаваясь. А я хочу, чтобы они протягивали руки вперёд, принимая. 

Ангелина не в счёт. Она пусть и не боится меня, но бесит страшно, так ещё и огрызается. Ну и как назвать это поведение, спрашивается?

Я сел в машину. Отец уже сидел за рулём, так как мы должны были поехать на встречу вместе.

— Чего это ты так рано? Посидел бы ещё час дома, — изумлённо сказал отец, выбрасывая сигарету в окно.

— Так получилось, неважно, — буркнул я, пристёгиваясь и наблюдая за тем, как наш особняк становится всё более игрушечного размера. — Что на этот раз?

— Кое-что повеселее прошлого контракта, — усмехнулся отец. — Зимняя база отдыха. Владельцы — те ещё твари упрямые, с ними придётся помучиться.

— Инвестируем или обанкрочиваем?

— Скорее второе. Я год за ними наблюдал. Они заказывают откровенную дешёвку. Санки, лыжи, коньки, снегоходы и так далее. А остальное бабло — себе на карман.

— Ясно. 

⁕⁕⁕

Спустя двадцать минут езды в тишине отец заговорил:

— Как там Радова? Осваивается у нас?

Я поморщился. Господи, только забыл об этой рыжей катастрофе, так она тут как тут.

— Я не в курсе, — сухо ответил я.

— Врёшь. Давай говори, что с ней? Ты её обидел?

Класс, и он туда же! Почему эта Ангелина всех так очаровывает и предрасполагает к себе?!

— Да с чего ты взял?! Не делал я ей ничего плохого! — немного помолчав, я продолжил. — Учил её сегодня утром на костылях ходить. Правда, ученица из неё просто отвратительная. Абсолютно всё делала наоборот.

— Может, это ты плохой учитель?

Я вспомнил то, что было полчаса назад. Я держал её, направлял костыли, старался говорить максимально спокойно и терпеливо, пусть она и бесила меня. Взять хотя бы её волосы, которые то и дело вечно мне в рот лезли. Потом, когда она уже в край оборзела, я хотел поднять её и кинуть на кровать. Чтобы сама потом разбиралась со своей ногой. Хотел, но как только она оказалась на моём уровне и так близко лицом... я просто застыл. От неё пахло мятой и лавандой — это мне сильно врезалось в память. Глаза цвета неба, которые будто бы видели меня насквозь. В этот момент я почувствовал нечто иное, совершенно новое для меня чувство. Оно было похоже на смятение. И сейчас, вспоминая всё это, я до сих пор не могу понять, что было в той комнате.

— Нет, учитель я хороший. Всё, хватит о ней, — сказал я и достал телефон. Мне написала Мина и отправила свою фотку в абсолютно нескромном кружевном платьице. Выглядела она безумно сексуально, любой парень с ума сошёл бы. Только, признаться честно, я не особый любитель таких нарядов. Но скромничать не буду, на моей невесте платье выглядело просто шикарно.

«Офигенно выглядишь, дорогая! Вечером оценишь мой восторг!» — написал я ей.

Она любит, когда перед ней я с улыбкой на лице. И любит, когда я восхищаюсь всем, чего бы она ни сделала. Любовь — она такая, нужно сделать всё возможное, чтобы партнёру было хорошо, и не показывать свои отрицательные эмоции. Злость, печаль, растерянность — всё твои проблемы. Ты должен сам их решать, а не впутывать в это своего любимого человека. Я это понял, как только познакомился с Миной. Только она открыла мне глаза на всю правду в любви.

⁕⁕⁕

— Приехали, — сказал отец.

Я вышел из машины. В десяти метрах находилась база отдыха. Симпатичная на первый взгляд. Но только на первый. Мы находились на большом холме, с которого можно было скатиться на лыжах или снегоходе. В глаза бросался большой фуникулёр с ветхими вагончиками, кафе-домик, которое было всё как из одного места вытащенное, большой каток с исцарапанным и явно непригодным для катания льдом, ну и как вишенка на торте — пару снегоходов, одни санки и три пары лыж. Мечта...

— Ну и где у нас будет проходить встреча? — спросил я.

— В кафе. У них там кабинет, — ответил отец, проходя мимо охраны, которая тактично сделала вид, что нас не существует.

Мы были уже на подходе к тому кафе. Из окон я наблюдал такой же грязный вид, как и снаружи, чуть ли даже не хуже.

— Ничего страшного, мать твоя займётся этим. Она у нас тот ещё архитектор вперемешку с дизайнером, — усмехнулся отец, заметив мою брезгливость к этому месту. — Ремонт, мне кажется, мы закончим через полмесяца. Может, с Миной сходите, а?

— Она такое не любит, — ответил я, вспоминая ситуацию, когда в шутку брызнул в неё водой из детского пистолета. Это было два года назад, летом. Она тогда жутко разозлилась на меня из-за испорченной причёски и макияжа. Сказала, что нужно быть взрослее и не заниматься такой ерундой. И привести её сюда, чтобы повеселиться? Это точно не в её стиле, да и я уже отвык от такого ребячества.

⁕⁕⁕

Пластиковая дверь легко поддалась, и мы с отцом зашли внутрь кабинета. Нас поприветствовал мужчина среднего роста. Выглядел он очень напряжённо и суетливо. Неловко пожал нам с отцом руки и показал, куда садиться.

— Здрасте. Я директор этого базы для отдыхающих. Маркус. Извиняйте мою речь, я плохо говорить по-русски.

— Здравствуйте. В этом нет никакой проблемы, думаю, мы поймём друг друга, — сказал отец. — Представлюсь. Я — Гарри Александрович. А это...

— Гарри Алесакривич? — переспросил директор.

— Можно просто Гарри, не утруждайтесь. И в дальнейшем попрошу вас не перебивать меня.

— А, да-да-да-да, конечно, Гари, не будем.

— Отлично. А это — мой сын, Ян.

— Добрый день, — поздоровался я, осматривая кабинет. Он был простенький, грязненький и почему-то из мрамора. Логика, конечно, железная.

— У нас есть к вам предложение о сотрудничестве. Мы можем вас инвестировать для улучшения вашей базы. Я наблюдаю то, что она не в самом хорошем состоянии, и...

— О-о-о, то есть вы давать деньги? — спросил Маркус. Честное слово, если бы всё происходящее было мультфильмом, в глазах директора крутились бы доллары, а сам он высунул бы язык со слюнями.

— Вас же, кажется, попросили не перебивать, — нарочито медленно сказал я, чувствуя уже отвращение к этому мужчине. Отец меня поблагодарил взглядом и продолжил:

— Да, мы будем давать вам деньги. Но не за просто так, конечно. Вы возьмёте в совет директоров нашего человека. Всё просто, правда?

Это наша классическая и безотказная система. «Наш человек» легко обводит директоров вокруг пальца и у нас появляется возможность присвоить себе их компанию.

— Взять человека на директор? Не-е-е-е-е, ни за что! Я тут главный, и не хочу ваш напарник иметь! Вы... Вдруг шпионы? Не-е-е-е, деньги мы хотим за рекламу. Это самая... самая граница того, что мы можем вам дать. И вы меня обижать!

— В каком смысле? — усмехнулся я.

— Эта самая хороший база! Мне тут нравиться! Тут круто-о-ой горка, большой крутой горка! На мотоцикле вниз и круто очень! Это подарок моего папы, и я вам не дам менять тут всё это! Вот.

— Маркус, послушайте меня, — начал отец.

— Не дам! — уже заорал взбешённый Маркус, вставая со стула.

— Пап, давай я, — сказал я отцу и смерил директора холодным взглядом. — Маркус, успокойтесь. Вы ведёте себя крайне некомпетентно для директора хорошей, как вы утверждаете, базы. Сядьте.

Мужчина тут же сел. То, чем я мог гордиться, — это сильный, властный голос. Моё преимущество.

— А теперь слушайте меня внимательно, — продолжал я. — Мы хотим вам помочь. По-хорошему. Но раз вы перебиваете, орёте, несёте откровенную ложь про «хорошую базу» и отказываетесь от такого щедрого предложения... Придётся вас закрыть. А нам это сделать на раз-два.

— Как это так вы закроете? Вы не можешь. И кто вы такие?

— Про мафию слышали? — улыбнулся я. — Лица разве не узнаёте?

Маркус открыл свой ящик и достал оттуда футляр с очками дрожащими руками. Надел их и... обомлел, когда чётко увидел, КТО перед ним стоит. Я кивнул отцу, чтобы тот продолжал, и подошёл к окну. Мне уже стало тошно видеть рожу директора этой развалюхи.

Я краем уха слушал лаконичные разговоры об условиях контракта и наблюдал за каким-то мелким пацаном, который неуклюже садился на детские санки. Кроме него и его матери, которая уткнулась в телефон, я никого не наблюдал. В принципе, неудивительно. Мелкий стал отталкиваться ногами и пытаться поехать. Я усмехнулся. Забавные эти создания — дети. Не понимают очевидных вещей и умиляют этим взрослых. Разве не странно?

Мальчик всё отталкивался и отталкивался своими маленькими ножками, как вдруг... поехал. Только совершенно не туда, куда надо было... Ребёнок полетел прямо вниз по крутому холму!

— Сука! — выкрикнул я и со всех ног бросился к выходу.

Оседлав снегоход, я одним резким движением завёл его и рванул по склону. Мальчик кричал и всё набирал скорость. Дикий страх за него и адреналин кипели у меня в крови, снег летел в глаза, но мне было абсолютно плевать! Я старался не спускать глаз с ребёнка, понимая, что от меня зависит его жизнь. Маленькую фигуру я настигал дико медленно!

— Маркус, конченная ты мразь, я тебя, сука, уничтожу за твои снегоходы! — заорал я, выворачивая ручки до максимума. «Надо спасти, надо спасти, надо спасти» — только и билась мысль в голове. Помимо некачественного транспорта и моего собственного веса, дул встречный ветер, что замедляло меня ещё сильнее.

— Ну же, давай! — зарычал я.

Мальчик был уже близко, а впереди виднелись ёлки, о которые он мог запросто расшибиться насмерть. Твою мать! Мне ничего не оставалось делать, нежели догнать ребёнка и прыгнуть к нему навстречу, останавливая и рискуя собой.

Я уже ехал параллельно с ним, а через несколько секунд его должно было настигнуть столкновение. Всё. Я... прыгнул навстречу.

¹Мы попадаем в этот мир с уже готовым приговором — строчка из трека «PILOT» популярного музыкального артиста XOLIDAYBOY.