II. Правила Игры Часть 3

Ника: Что?! Откуда тебе известно про моего отца?! Я же тебе про него ничего не говорила! - вся на нервах и испуганно кричала она на Афина, пытаясь у него тем самым выманить ответ, но тот лишь слушал ее крики и ничего говорить не хотел. - Что ты молчишь?! Ответь мне хоть что нибудь!
Африн: Ты действительно хочешь услышать от меня ответ? Ладно, я тебе его скажу, но не говори мне потом, что я тебя не предупреждал.
Ника: За это можешь не переживать. Это уж я как нибудь сама смогу воспринять.
Африн: В общем, это было ещё до того, как ты вообще родилась. Может быть за месяц, а может быть за год, точно не могу сказать, но мне тогда уже было два года. Однако, про все это я узнал лишь незадолго до начала самой войны.
Это мне рассказал тот самый парень, что ответственен за смерть твоего отца.
Ника: Как это... Ты был знаком с убийцей моего отца и молчал все это время?! Как ты мог вообще так поступить со мной?!
Африн: А ты прекрасно знаешь почему я тебе не сказал! Если я это сделал, то у тебя как раз и началась бы эта истерика. Ты, ко всему прочему, была очень юна тогда. Эти все рассказы про твоего отца могли свести тебя с ума.
Ника: А тебе не кажется, что это уже небольшой перебор? Я могу сама решить, что для меня лучше.
Африн: Этого ответа я от тебя и ожидал, потому что ты всегда предсказуемо себя ведешь. - махнув рукой на свою жену, он задул свечу и лег спать.
Это было сильным ударом в спину для Ники, из за чего она не хотела общаться с этим Неросом до тех пор, пока все обиды и воспоминания не уйдут. Хотя, она очень хорошо помнила, как мама возвышала до небес ее папу. Говорила, что тогда он направился в дальний поход, который должен был принести мир и порядок всем Неросам, но этого так и не случилось. Она думала и надеялась, что ее отец все таки вернётся с победным флагом в их края, хотя прошло уже более четырнадцати лет с тех пор, как он ушел из семьи.
Тайна, которая хранилась десятки лет, наконец всплыла в не самой лучшей обстановке и не в лучших обстоятельствах.
Ника не смогла всю ночь уснуть постоянно вспоминая слова Африна про ее отца. И хоть она его никогда не видела и не знала, ей все равно было горестно знать то, что ее муж, с которым она прожила очень долгое время, решил рассказать ей об этом только сейчас. При всем при этом он знал даже одного из убийц ее отца, что только сильнее начало ее злить. Одни мысли в голове крутились о том, как бы забыть про этот разговор, как о страшном сне. У неё это не получилось и оставшуюся ночь она пролежала в одинокой темноте пялясь на потолок.

Аэтрею же в это время было куда легче и проще жить. Все эти тренировки были для него частью самого себя и даже ночью он без них не мог обойтись.
Вся охрана знала, насколько этот ребенок предан своим тренировкам, поэтому не сообщали отцу или кому либо о том, что он делает ночью.
Единственный Нерос, кто знал о том образе жизни Аэтрея, кроме нескольких охранников, его родная сестра Миф.
Она тоже любила со своим братом по ночам ходить на его тренировки, но только вот она, в отличии от своего боевого брата, больше концентрировалась на магии, чем на какой то борьбе.
И вот в ту ночь, когда их родители немного разгругались о воспитании Аэтрея, как раз эти двое ушли в тренировочный зал.
Когда они вошли туда, Аэтрей первым делом схватил свой любимый меч, который был выплавлен из самых лучших и крепких металлов.
Аэтрей: Эх, сколько бы я с ним не махался и не тренировался, я все равно чувствую себя ребёнком.
Миф: Ха, как будто ты далеко от этого состояния ушел? - усмехнувшись над своим братом и дернув его за плечо, она пошла в другую часть тренировочного зала, где были всякие книги и колбы с различными проклятиями и заклинаниями.
Аэтрей: Ну да, в нас всегда остается что то, от чего мы не можем повзрослеть никак.
Миф: Не знаю как у тебя это устроено, а вот у меня это называется магией.
Аэтрей: Я тебе это уже, наверное, миллион раз говорил, но магия не поможет тебе в том случае, если ты не можешь ее применить против врага, который к ней неуязвим. - подчеркнув главный недостаток магии в боях, Аэтрей посмотрел на свое искаженное отражение в мече и начал свою тренировку.
Миф: Да ну? Тогда я могу тебе такой же вопрос задать про твою борьбу, а?
Аэтрей: Она не имеет своих слабостей, сестренка. Если ты умеешь правильно вести себя в бою, как например я, то тебя никто не сможет убить, даже самый опытный убийца или солдат.
Миф: Хах, да , чувство гордости тебе не занимать. Но вот насчёт магии ты сейчас зря сказал. Папа рассказал мне все, что случилось тогда в лесу.
И тут уже Аэтрей немного не понял намека своей сестры, хотя он прекрасно знал, к чему она сейчас будет вести, поэтому постарался как можно красивее уменьшить значение случившегося.
Аэтрей: Это уже, скорее всего, сработали мамины гены. Она ведь у нас, как и ты, любительница всяких зелеворений и так далее.
Миф: А вот и неправда. Твой отец тоже считает, что магия в бою достаточно полезная вещь, но от кого у тебя перешло, что ты так яростно пытаешься отрицать пользу магии. - читая книгу, она развернулась на своем стуле в сторону Аэтрея, чтобы вести с ним более комфортный диалог и наблюдать за его тренировкой.
Аэтрей: Я не преуменьшаю ее пользу, однако я считаю, что неразумно в бою рассчитывать только на одну сторону твоей души. Если мне в бою, теоретически, не удастся победить врага уменьями боевых искусств, то я буду использовать магию.
Миф: Крайние случаи всегда велики в боях.. Почему ты так уверен, что это все будет теоретически, а не практически?
Аэтрей: Не люблю просто думать о плохом, вот поэтому и теоретически. - воткнув свой меч в пол
Миф: Однако, ты все таки использовал магию, и это не было крайним случаем, согласись.
Аэтрей: Любишь ты вот вечно все преувеличивать. Я просто решил немного выпендриться перед отцом, но что то пошло не так и я высвободил из себя слишком много магической энергии.
Миф: Ты просто не умеешь контролировать ее, вот в чем твоя проблема. Я могла бы помочь тебе с этим. Как-никак, я все таки твоя сестра, которая больше тебя разбираться в магии.
Аэтрей: Спасибо, но я как нибудь обойдусь без твоих уроков волшебства. Мне и своих тренировок вполне достаточно. - протерев руки мелом, для того чтобы его меч не выскальзывал из рук, он подошел к своему мечу и вытащил его из пола, после чего продолжил свою тренировку на магических голограммах. Он убивал их пачками и даже не уставал. Миф смотрела на своего брата с гордостью, но при этом чувствовала некое разочарование из за него. Некоторым тяжело признать тот факт, что план Б всегда должен быть у каждого человека, таким является и Аэтрей. Он никогда не думал о том, чтобы в своем плане Б использовать магию против врага, если такой момент наступит. Хотя, она сама тоже хороша. Не хочет поддержать брата в его любимом направлении борьбы с врагом, так что она ничем не отличается от него, хоть у них и разные взгляды на выбор между магией и боевыми умениями.

Вот уже прошло столько лет, а мне все еще приходится наряжаться как клоун и прятаться от всех, хотя уже все забыли обо мне. Почему я просто не могу уйти и забыть о прошлой жизни, чтобы начать новую? - в глухой и холодной пещере писала длинные мемуары одинокая и пожилая женщина. Она была одета в некое тряпье, которое не напоминало обычную одежду, а скорее то, что осталось от какого нибудь полотенца.
Ее стоны разносились по всей пещере и доходили даже до поверхности, однако эта пещера была очень далеко от ближайшей цивилизации. Вокруг этой пещеры был лишь один песок да вода, ничего более пожилая женщина не видела в этом месте.
Единственное, что она сейчас хотела видеть перед собой, так это обычный город с обычными людьми, а ее жизнь не напоминала жизнь какого нибудь отшельника.
Однако, в этой пещере она жила не одна. С ней был ее верный партнер, который ходил с ней всю жизнь и помогал выбрать правильный путь, так для нее уже не было другого выбора, кроме как сдаться и умереть в полном одиночестве.
Этот самый Нерос подошел к ней в тот момент сзади, когда она писала свои мысли на листе, и крепко обнял ее за шею.
-Опять грустишь? - шепотом спросил партнер и поцеловал ее прямо в щеку, а она лишь с отвращением потерла щеку рукой и продолжила писать.
-Отстань от меня, Рол, я сейчас не в том настроении, чтобы вообще тебя видеть. - отпихнув его от себя плечом, женщина продолжила писать свои мысли, а этот самый Рол отошел от нее и сел на холодный, каменный и сырой пол этой пещеры, ибо там не было такой роскоши, чтобы иметь много стульев для посиделок.
Ему было в тот момент очень скучно, поэтому он, взяв свой маленький кинжал, который заржавел уже много лет назад,  стал точить его о камень, который лежал рядом с ним.
Когда он проводил лезвием по камню, то издавались очень бесячие звуки для ушей и оранжевые искры.
-Ты можешь пожалуйста прекратить это занятие? Тебя это самого не достало ещё? - женщина была и так уже вся на нервах и не могла спокойно переносить даже обычного воя ветра в туннелях пещеры, что уж тут говорить о раздражающих звуках заточки металла о камень.
Рол: А что ты мне ещё предлагаешь делать? Себя успокаивать ты не позволяешь, своими делами ты мне не разрешаешь заниматься, что мне тогда вообще делать?
-Эх, я не знаю что тебе делать, потому что я не знаю что мне вообще нужно делать. - бросив перо на стол, женщина положила свою голову на руки и начала сильно и горько плакать от безысходность в их ситуации.
Рол не хотел смотреть на то, как любимый и дорогой ей человек убивается слезами, поэтому он вскочил с каменного пола пещеры и продолжил успокаивать ее.
Рол: Подожди, стой, не плачь, пожалуйста! Я не хочу видеть тебя в подавленном состоянии! Только не сейчас! - как он только не пытался ее успокаивать, все равно ничего не помогало. Женщина проливала свои слезы, как бурный водопад. Ее никто и ничто не могло успокоить, потому что она не видела ничего в своем ближайшем будущем, кроме как остаток своей жизни провести в этой гнилой пещере, постоянно при это прячась от новых властей Авторитров и Бионоров.
Рол: Да перестань ты уже, слезами горю не поможешь, уж я то знаю.
-А что мне ещё остаётся делать? Моя дочь, скорее всего, уже давно погибла, потому что, когда мы с тобой ходили в долину Эглоу, она была полностью уничтожена и разорена.
Рол: Я так и не могу понять, пытаешься сама выжить или найти свою пропавшую много лет назад дочь? Мне самому не хочется это сейчас говорить тебе, но даже мне кажется эта мысль о том, что она жива очень натянутой. - эти слова привели в ярость женщину и ее слезы сменились на злобу к своему партнеру из за того, что он не умеет держать язык за зубами. Она взяла его одной рукой за горло и прижала к стене с такой силой, что он даже не мог пошевелиться.
-Послушай меня теперь очень внимательно, балабол, мы с моей дочерью связаны узами, которые тебе вообще не понять. Если я чувствую, что она жива, значит так оно и есть.
Рол: Ладно... Я тебя... Понял... Отпусти меня только теперь... - задыхаясь от того, что она прям сильно начала его душить, Рол все таки смог произнести эти слова, чтобы его отпустили.
-Как хочешь, но ты не должен забывать, что ты не имеешь право больше что то говорить про мою дочь, это хоть тебе понятно? - после этих слов она отпустила Рола, а сама подошла к выходу из пещеры, так как ей уже надоело смотреть на эти тусклые стены.
Рол немного отдышался и откашлялся, чтобы восстановить дыхание, однако на его горле остались красные отпечатки руки его спутницы.
Рол: Знаешь, если бы я мог, то я вернул бы тебе твою дочь, но я же не всесилен, Оул, пойми ты это.
Оул: А ты думаешь я всесильна? Сколько лет я уже пытаюсь ее вернуть или хотя бы просто найти, но все тщетно.
Рол: Не беспокойся, пожалуйста. Вот увидишь, когда нибудь вы встретите друг друга и все встанет на свои места.
Оул: Эх, надеюсь, что ты прав. - некогда великая королева Бионоров расстроено посмотрела на Рола, после чего подошла к нему и крепко обняла, пустив при этом горькую слезу...

Продолжение следует...

Миф

Рол