Когда прошлое не важно

Прошло несколько дней, и Дима начал замечать, что Вика действительно изменилась. Она стала слишком занята, хотя её работа никогда не требовала таких огромных усилий. Обычно у неё были свободные дни, когда она могла расслабиться или провести время с ним, но теперь всё изменилось.

Вика работала допоздна, даже в выходные, сидя за компьютером и выполняя дела наперёд. А если у неё и был свободный день, она посвящала его спорту. Она могла два часа бегать на тренажёре, затем делать упражнения, не выпуская из рук гантели. В ушах у неё постоянно были наушники, и казалось, что она отгородилась от всего мира.

Раньше, даже если Дима приходил поздно, Вика его ждала. Но теперь она просто готовила ужин, оставляла еду на плите и уходила спать. Они почти не общались, и Дима чувствовал, что она его избегает. Что беспокоило ещё больше — он почти не видел, чтобы Вика ела.

Наступил выходной. Дима остался дома, а Вика, как обычно, ушла на работу. Вечером, часов в шесть или семь, она вернулась, молча переоделась в спортивную одежду и вновь встала на беговую дорожку. В наушниках играла музыка, и она бежала, не обращая внимания на окружающий мир. Пробежав около часа, Вика пошла в душ, а затем приготовила ужин.

За столом она молча ковыряла еду, уставившись в экран телефона.

— Ты что так мало ешь? — нарушил тишину Дима. — Тем более ты сейчас активно занимаешься спортом, организму нужны силы.

— Да-да… — рассеянно ответила Вика, даже не посмотрев на него.

Дима нахмурился.

— С тобой всё хорошо?

Вика подняла на него глаза, улыбнулась — слишком натянуто, неестественно.

— Конечно.

Поздним вечером Вика ушла на кухню, а потом зашла в ванную. Дима не услышал, как она зашла, и сам направился туда. Но едва он подошёл, как из-за двери раздался глухой звук — что-то упало.

Не раздумывая, Дима резко дёрнул ручку и распахнул дверь.

Перед ним на полу лежала Вика. Её тело казалось обмякшим, а дыхание — едва уловимым.

— Вика! — испуганно позвал он, подбегая к ней. Он взял её за голову, осторожно провёл ладонью по её волосам. — Очнись! Ты меня слышишь?!

Но Вика не реагировала.

****

Дима немедленно вызвал скорую. Врачи приехали быстро и, осмотрев Вику, забрали её в больницу. Дима ждал с нетерпением, пока ему сообщат, что с ней. Наконец, один из врачей вышел и сказал:

— У неё сильно понижен гемоглобин, желудок пуст. Она почти не ест, можно сказать, голодает. Из-за этого ей стало плохо. У неё развилась анемия. Ей нужно больше питаться, иначе это может сильно отразиться на её здоровье. Завтра её выпишем, но вам стоит за ней следить.

Дима переваривал услышанное, затем спросил:

— А это может быть вызвано психологической травмой? Просто недавно умер очень дорогой ей человек… и с тех пор она странно себя ведёт: слишком много работает, занимается спортом и почти ничего не ест.

Доктор кивнул:

— Да, скорее всего, это и есть основная причина. Если человек до этого был счастлив и вдруг узнал такую новость, это тяжело. Но если он и до этого был подавлен, испытывал стресс, а затем потерял кого-то близкого, это может ударить ещё сильнее. Возможно, ей стоит обратиться к психологу. Или, если вы хотите, вы можете помочь ей сами. Главное, не оставляйте её одну.

Дима кивнул, чувствуя, как внутри всё сжимается.

— Спасибо, доктор. Я понял.

Теперь он знал, что Вика переживает гораздо больше, чем показывает. И он не собирался оставлять её одну в этой борьбе.

****

На следующий день Вику выписали из больницы. Она выглядела лучше, но всё ещё казалась немного уставшей. Они ехали в машине молча, и Дима время от времени украдкой смотрел на неё, словно проверяя, что с ней действительно всё в порядке.

Вдруг Вика нарушила тишину:

— Прости, Дим… Просто я впервые теряю близкого человека. Это ужасно для меня, тем более так внезапно. Я думала, что если буду всё время отвлекаться, мне не будет так больно. Поэтому я занималась спортом, работала, старалась не думать. А есть… Я просто не могла. Когда я ем, я начинаю слишком много размышлять, и от этого мне становилось только хуже.

Она вздохнула, опустив взгляд на руки.

— Но, знаешь… Может, в этом есть что-то хорошее. Ты начал относиться ко мне иначе — более заботливо, теплее. Я вижу, как ты переживаешь за меня. И это уже прогресс… Прости, Дим. Я не хотела, чтобы ты волновался. Я больше так не буду, правда. Всё, старая Вика вернулась. Теперь всё будет хорошо — буду нормально есть, заниматься спортом в меру и больше времени уделять тебе.

Дима взглянул на неё и кивнул, слегка улыбнувшись.

— Ничего страшного. Для этого и нужен парень, так ведь?

Они остановились у дома, но не спешили выходить из машины.

— Я понимаю, что трудно терять близкого человека, — продолжил Дима. — Но ты не должна так изматывать себя. Жизнь на этом не заканчивается. Мне просто… Не хочется видеть тебя такой.

Вика молча посмотрела на него, затем улыбнулась и тихо ответила:

— Спасибо, Дим… Правда.

Когда они зашли в квартиру, Вика сразу направилась в свою комнату, но Дима вдруг остановил её, осторожно взяв за руку. Она удивлённо обернулась.

— Подожди, — тихо сказал он, глядя ей в глаза.

Она замерла, чувствуя, как её сердце начинает стучать быстрее.

— Прости меня, Вика… Я всё ещё не помню тебя. Но за это время я заново узнал тебя, и… Мне кажется, я второй раз влюбился в тебя.

Он сделал шаг вперёд, нежно сжав её пальцы в своих.

— Такое ощущение, что без тебя моя жизнь была бы совсем другой. И я не хочу даже представлять её без тебя. Я люблю тебя, Вика.

Её руки дрожали, но не от страха, а от переполняющих эмоций. Она смотрела на него, не зная, что сказать, но её глаза говорили больше, чем любые слова.

Дима наклонился ближе и мягко коснулся её губ своими. Поцелуй был тёплым, нежным, наполненным чувствами, которые оба так долго скрывали.

Когда их губы разомкнулись, Вика, наконец, смогла прошептать:

— Я рада, что снова тебе нравлюсь, Дима… И меня не волнует, помнишь ты меня или нет. Главное, что теперь ты снова меня любишь… А я люблю тебя. Безумно.

Дима провёл рукой по её щеке, а потом, неожиданно для неё, притянул в крепкие объятия. Она прижалась к нему, чувствуя, как тепло его тела согревает её изнутри.

В этот момент они оба поняли — теперь всё будет по-другому. Теперь у них есть второй шанс.