Дуется на тебя

Сатору Годжо

Ты пытаешься подавить смех, наблюдая за тем, как Годжо сидит на диване, скрестив руки на груди и дуясь, словно ребёнок, которого лишили сладкого. Сцена была бы совершенно комичной, если бы не его холодные глаза, которыми он упорно избегает твоего взгляда.

— Сатору, ты серьезно? — подойдя ближе, садишься рядом, осторожно касаясь его плеча. Тот моментально отворачивается, напуская на себя еще большее недовольство.

Голова его слегка опускается, и серебристые волосы, обычно взъерошенные, сейчас выглядят ещё более растрепанными. Силуэт его широких плеч напряжен, а губы сжаты в тонкую линию.

— Ты ведь знаешь, что я не специально, — мягко произносишь, склоняясь к нему ближе. Пальцы нежно касаются его локтя, пытаясь вернуть к себе внимание. Но вместо ответа, он лишь глубже погружается в своё негодование.

Твои руки обвивают его талию, а подбородок опирается на плечо. Этот жест, такой простой и естественный, вызывает лёгкий вздох у блондина, но он всё еще продолжает молчать.

— Прости, если обидела тебя, — шепчешь, зарываясь носом в его волосы. — Ты же знаешь, как много для меня значишь.

— Ты всегда так говоришь, — бормочет он, но уголки его губ начинают подниматься вверх, выдавая его истинное настроение.

— Потому что это правда, — лёгкая улыбка проступила на губах, и ты подняла руку, чтобы аккуратно коснуться его щеки. Он слегка прижался к твоей ладони, словно котёнок, жаждущий ласки. — Я люблю тебя, дурачок.

Сатору вздыхает, наконец позволяя себе улыбнуться в ответ. Его руки обнимают тебя, притягивая ближе, и напряжение, которое царило между вами, постепенно отступает.

— Вечно ты находишь способ, чтобы я снова улыбнулся, — шепчет он, зарываясь лицом в твои волосы.

Ты смеешься, ощущая, как сердце бьется быстрее от его близости.

— Только потому, что я знаю, как это важно.

Сукуна Ремен

Сукуна, король проклятий, сердился — это само по себе казалось почти абсурдным. Забавно видеть его в таком состоянии, даже если он способен одним движением превратить тебя в пыль.

Резкий вздох вырвался из груди, и ты сделала первый шаг вперед, медленно поднимая руки к вороту своего кимоно. Ткань послушно подалась под твоими пальцами, обнажая линию шеи и ключицы. Светло-розовая полоска кожи казалась особенно заманчивой на фоне темного шелка.

— Разве я не могу заслужить твоего прощения? — ты провела пальцами по линии шеи, опускаясь к груди, заставляя его обратить внимание на каждое движение. — Разве мой король не желает меня?

Глаза, холодные и безразличные, постепенно оживали, наполняясь тем, что трудно было назвать иначе как голодом.

— Ты думаешь, что этого достаточно, чтобы заслужить мое прощение? — хриплый шепот звучал как предостережение. Но он не отводил взгляда от твоих пальцев, жадно вбирая каждое движение по коже.

Ты продолжила свой маленький спектакль, не останавливаясь. Ткань кимоно соскользнула с плеч, обнажая верхнюю часть груди. Мгновение спустя, его рука схватила тебя за запястье, остановив движение. Грубая ладонь скользнула по линии твоей талии, прежде чем сжать её, приглашая к себе на колени.

Почувствовав его ощутимое напряжение между своими ногами, ты улыбнулась. И, слегка подаваясь вперёд, начала тереться об выпуклость. Медленно, почти неуловимо, но достаточно, чтобы ощутить, как его твердость увеличивается под тобой. Пальцы, погруженные в твои волосы, слегка тянули назад, вынуждая запрокинуть голову и обнажая шею для его ласк.

— Какой ты стала вдруг развратной, — прошипел он, но ладони держали тебя крепко, не позволяя отстраниться.

Демон рывком стянул ткань, обнажая тебя полностью. Воздух вокруг, казалось, стал горячее, когда его взгляд скользнул по твоему телу. Он зарычал, руки обвили тебя крепче,  и вот он уже проникает в тебя, заполняя всё до последнего сантиметра. Каждое движение было медленным и глубоким, заставляя твоё тело изгибаться от наслаждения. Он дразнил, то замедляясь, то ускоряя темп, доводя до безумия.

Пара рук обхватили твою грудь, пальцы стали дразнить соски, вызывая новые волны наслаждения. Каждое движение, каждый вздох приближали тебя к кульминации, и ты знала, что не сможешь сопротивляться этому желанию.

— Ты... всё ещё злишься на меня? — еле выдохнула ты, пытаясь сохранить остатки здравого смысла.

— Я накажу тебя столько раз, сколько пожелаю, — прорычал он, ускоряя движения, заставляя стонать от каждого толчка.

Твои руки, дрожа, обвили его шею, пальцы утонули в густых волосах, сцепившись, словно это могло удержать тебя на плаву в море удовольствия, в которое демон тебя погружал. С каждым его толчком, каждой новой волной наслаждения, тело напрягалось всё сильнее, приближаясь к пределу.

— Пожалуйста... — выдохнула ты, чувствуя, как его движения становятся всё более настойчивыми, грубыми, но при этом безумно восхитительными.

— Что, пожалуйста? — Сукуна не замедлялся, руки скользнули вниз, крепко сжимая ягодицы, поднимая и опуская на себя с каждым движением. — Хочешь, чтобы я остановился? Или продолжил до тех пор, пока не разорвешься от удовольствия?