Ночь В Морге

ЖЕЛАТЕЛЬНО К ПРСЛУШИВАНИЮ ВО ВЧРЕМЯ ЧТЕНИЯ :
1. Сергей Безруков " прятки"
2. Досвидошь " нркт"
3. СМЕТАНА hand : " плохие манеры"

Это для вайба, но не обязательно.

###

Утреннее солнце светит в глаза. На небе переодически проплывают одинокие облака, улицы пусты. Почти все ещё спят, за исключением нескольких собачников, добропорядочно выгуливающих своих питомцев.

- Может ты уже скажешь куда мы идём? - немного сонно и крайне недовольно спросил Вова.
- Я же уже говорил.
- Ага, фраза " я нашёл нам работу" о многом же говорит.

Этот бессовесный не может даже сказать, куда они тащатся.

Перед глазами всё чаще мелькали незнакомые дома и улицы. По мере продвижения они становились всё более серыми и старыми. Редкие девятиэтажки сменились сталинками, а затем и вовсе частными домами в перемешку с двухэтажными многоквартирными.
Никита шёл чуть впереди, то и дело показывая, где поворачивать.

Он что уже был здесь раньше?

Вова уже знал, что не получит ответа на свой вопрос. Поворот, другой и вот они уже подходят к воротам...

- Это больница?
- Нет, детский сад - с крайней степенью сарказма сказал Никита.
- Мы что там делать будем? Полы мыть?
Возмущение и не понимание росло с каждой секундой.
Вова по инерции всё ещё шёл за другом.
- Ты смотри дальше - слишком странно, и как то воодушивленно сказал парень, огибая очередное дерево во дворе.

Ещё пара шагов и ребята останавливаются у входа в какое-то здание. Одно этажное, серое и практически без окон.
- Это что?
- Место нашей работы. - сказал Никита, поворачиваясь к другу.
А через секунду он уже открывал тяжёлую стальную дверь.

- Мы по поводу работы.

Мужчина, сидевший на входе поглядел на подростков. Подозрительный прищур не говорил о доверии.
- Какой? - спросил он всё так же не отводя взгляда.
- Сторож.

Никита говорил спокойно и уверенно, при этом настойчиво.
Как только Вова услышал на что согласился, глаза непроизвольно начали округляться.
" Какой НАХУЙ сторож?" понеслось в мыслях. В это же время диалог мужчины и Никиты продолжался.
- Вы-то? У нас написано, что требуется один человек, а вас двое. Нам что, двоим зарплату платить? - мужчина лет пятидесяти отложил газету на край стола, ещё внимательнее уставившись теперь уже только на говорящего.

- Нет, мы будем работать в одну смену, и зарплату можно одну на двоих.

- А в ночные? Кто ночью работать будет? Или вам зарплату платить за то, что вы просто посидели три часа?

- Если ночные раз в неделю, то можем. Если чаще, это будет проблематично.

Из дальней части коридора послышался ещё один мужской голос.
- Михалыч, там девку молодую привезли, тебе с ноги или живота?

Ещё один работник... Наверное...
Белый халат, частично в кровавых разводах, медицинские перчатки в той же субстанции. Только увидив посторонних он сразу осекся, смотря крайне странно.
Не дожидаясь ответа, странный тип сразу же ушёл обратно.

Вова с непониманием повернулся на мужчину за столом.
У него на лице было написано, что они стали свидетелями чего-то, что не терпит лишних глаз и ушей.

- Ладно. Вы сможете сегодня выйти в ночную?- спросил мужик уже более распологающим тоном.
- Да. А зарплата будет? - сразу же встрепенулся Никита.
- За эту смену не сразу. Зарплата раз в три. Вам нужно отработать три дня что бы получить её. За день считается либо восемь дневных, либо двенадцать ночных часов. За ночные платят больше, да и сможете сразу понять, что к чему. Согласны?

Никита поворачивается к Вове.
Глаза горят озорным огоньком.

Не к добру это...

Кажется, что на лбу кареглазого есть бегущая строка " ты согласен, и это не вопрос" чётко читается там.
- Мы согласны. - не дожидаясь ответа говорит Никита.
- А он чего молчит?
- Я тоже согласен... - с не особым воодушевлением говорит Вова.
Наверное, в этот момент все его впечатления и мысли были слышны даже глухому, и это при том, что это не было сказано вслух.

Прийти уже ближе к восьми часам было не сложно. Они и не стали далеко уходить, так, походили рядом.

Опять этот же мужик, как оказалось Евгений Павлович, показал всё здание и проинструктировал, что когда и как делается.
-... Ну вот и всё. Работа в принципе не сложная. Но есть несколько негласных правил. В основные кабинеты на заходить, что бы не случилось. Свет не включать, да и вообще освещение по минимуму. Голых девак не трогать! - с неимоверно серьёзным тоном закончил Палыч.
"Ой, а так хотелось " мысленно передразнил его Вова.

Ровно в девять за ним закрылась дверь. Выйти отсюда до четырёх утра они не смогут, как бы не хотелось. Разве что окно, да и это не вариант. Почти на всех металлические решотки.
" Прям как в психушке или тюрьме " мысленно рассуждал зеленоглазый, осматрия комнату персонала.
- О, смотри тут даже чайник есть.

Вова не мог похвастаться таким же хорошим настроением.
Место крайне странное. И работники этого места тоже.
Ещё больше напрягало услышанное утром и вечером, перед уходом этих странных типов.
Фраза " надеюсь их не сожрут " совсем не внушала доверия.

На часах девять вечера. Первый обход должен быть в одиннадцать.
Чай здесь на удивление нормальный.
Разговоры ни о чём и тишина. Кто бы мог по думать, что работа может быть такой. Вроде и зарплата нормальная, но вакансия постаянно открыта. Да и условия тут терпимые. почему же так?

Мирную тишину нарушил резкий звук.

Что-то упало.

Металлический скрежет раздался в одном из кабинетов. Похоже, упали какие-то медицинские приборы.
Никита поворачивается, пристально смотря на дверь. За ней всё та же тишина. Больше ничего не падает.
- Что это было?
- Не знаю. Сейчас посмотрим. - сказал Никита, делая шаг в сторону двери.

Сердце неприятно сжимается.
А если там кто-то есть?

- А может не надо?
- С чего бы это? - возмущается Никита.
- А если там наркоман какой-то. Они ради дозы или под ней на что угодно способны.

По лицу Никиты было понятно, что ему абсолютно плевать на всё.
- Я просто посмотрю что там.

Руки не приятно напряжены, всё тело словно натянутая струна.
" И кому блять, пришло в голову, залесть ночью в морг?" звучит вопрос в голове. А если реально какой-то конченый нарик? Но и сидеть просто так не вариант. Хочется, делать вид что ничего нет.

Никита делает шаг в сторону двери. Вова резко встаёт с насиженного места, вставая на пути друга.
Никита поднимает взгляд, всматриваясь в глаза напротив. Карие глаза горят напускной уверенностью и храбростью, в глубине которых есть толика страха и..

Злости.

Злости на всю ситуацию.
- Отойди. - звучит уверенно и даже угрожающе.
- Нет.
Сердце всё ещё не пришло в норму. Оно бьётся, колотится как бешенное через раз, порой сменяясь резкой и неприятной тяжестью. Удушающий ком образовывается в горле, затрудняя дыхание.

- Я просто посмотрю что там. Дай пройти. - говорит Никита всё с тем же напором, делая шаг вперёд, пытаясь обойти парня перед собой.

Вова понимает, что отговаривать Никиту бессмысленно. Если он решил, то его не переубедить.

Всё тело горит. Пару минут назад в помещении было свежо, а теперь тело покрывается нервным, липким потом.
Мерзкий страх не отступает, а кажется всё набирает силу с каждым шагом в сторону сраной двери. Нечего трястись, надо разок перетерпеть и посмотреть : что или кто там находится. Даже убеждая себя в этом, рука предательски мелко дрожит, пока Никита тянется к ручке. Пальцы нервно сжимают металл.
Всего лишь нажать на ручку, и толкнуть дверь вперёд. Несчастная пара секунд, но кажется, что это длится вечность.
Задержать дыхание.
Секунда, другая, и дверь распахивается с глухим скрипом. Никита делает шаг вперёд.
Помещение слабо освещает луна через окно, небольшая лампа на столе, светит тускло-жёлтым светом.
Никита поворачивается вправо, а дальше, крик застревает поперёк горла.
- Ммм!! Бля... Это...!!!
Вова наблюдает, как друг резко, буквально запрыгивает обратно, прижимаясь к стене с нервным смехом.

Любопытство перебарывает здравый смысл, и Вова выглядывает из дверного проёма, поворачивать в ту же сторону .
- Какая тварь додумалась повесить там зеркало? - слышится нервное из-за спины.
А дальше смех. Вот уж точное обозначение фразы " у страха глаза велики".

Вова смеялся, оперевшись о стену. Никита стоял и всем своим видом показывал, как ему это не нравится. Что за смехуёчки в морге?
А может он смеётся не из-за зеркала, а потому что слишком умный блять? Сам бы по пробовал выйти, да посмотреть, что там!

А это идея...

Ещё три минуты уговоров, чередующихся со смехом, и Никита выходит в коридор. Вова идёт за ним, немного отстает и всё время оглядывается.
Кажется, что эти стены смотрят. Они не просто смотрят, а рассматривают. Прожигают кожу, оставляя страшные раны, как напоминание того, куда опустился их взор. Коридор кажется просто бесконечным, слишком длинным и монотонным. Почему они вообще не включили свет и идут сейчас в эту густую тьму? По мере продвижения чернота перед глазами становится всё гуще и насыщенные. Как будто она - тягучий мёд, из которого не возможно спастись жалкому насекомому.
Никита резко остановливается на два шага впереди
- Вов, иди сюда. У тебя телефон рядом? - сбивчиво говорит он, а затем, не дождавшись ответа, продолжает - Посвети.

Точно! И как он сразу не додумался.
Телефон быстро находился в карманые штанов.
- Это что? Похоже на песок. - говорит Вова приглядываясь.
В белом свете на серой плитке блестит что то мелкое и рассыпчатое.
Это не привычный золотистый песок с улицы, этот темнее и мельче.
Никита присаживается и проводит пальцами по этому недопеску.
С другого конца коридора слышатся странные звуки.
Никита встаёт, всматриваясь в темноту.
- Не надо. - говорит Вова, хватая друга за предплечье.

Мрак перед глазами всё так же не даёт рассмотреть ничего дальше вытянутой руки, но он уверен, что Никита крайне недоволен.

С того же конца коридора слышится вой.

Секунда и ноги сами несут тело в сторону комнаты. Бег по коридору кажется не таким долгим, скорее мучительным. Бежать в неизвестность, и видеть, что где-то впереди слабо светится проём двери.

Уже две минуты парни стоят в полном молчании. Никита прижимается спиной к двери, Вова то и дело ходит по комнате, будто ищет что-то.
Первым приходить в себя начинает Вова, он вроде как успокаивается. Даже предложил Никите чай, но он не дал внятный ответ.
Шок всё ещё не отпускает.
Вова что-то пытается говорить, что бы не было так неуютно в гробовом молчании. До сознания долетают лишь обрывки фраз:
" И они..
      А вот эти придурки недавно..
           Ты ещё вроде говорил... "

Страх не позволяет сделать и шаг. В какой-то момент Никита понял, что люди имеют ввиду, когда говорят " глаза на затылке "
За дверью слышатся шаги.
Шаркающие, будто человек еле волочит ноги. Звук крайне тихий, но вполне отчетливый, если прислушаться. Мозг рисует страшные картины того, кто это мог быть. Какой-то наркоман окончательно спятил и теперь творит ерунду?

- Никит, ты чай будешь?

Слова Вовы звучат совсем рядом. Он стоит на расстоянии вытянутой руки с двумя чашками.
Он точно не слышит это.

- Н-не, не надо...
Голос предательски дрожит.

Вова ставит чашки на стол, следом пристально смотри на Никиту.
- Ты ещё не отошел от той хрени? Это же был просто ветер. Я встомнил, что когда мы вечером шли сюда, там в конце коридора было окно, и оно было не закрыто. Может, через него надуло песок? Ну или тот же наркоман залез? Мы же здесь и всё, вроде как, нормально. - с улыбкой говорил он.

Никита даже не пытался слушать его. Мозг опять сосредоточился на звуках за дверью. Шаги всё приближаются, становятся отчетливее. Ещё пара секунд и шаги стихают. Кто-то остановился прямо под дверью, а затем было слышно тихое царапанье двери. Чьи-то острые когти не спеша корябают дверь.

Страх накатывает новой волной, руки все так же дрожат.
- Никит, ты чего? - спрашивает Вова подходя ближе.
Чужая рука хватает за шею, притягивая ближе.
- Тихо, - хриплым шёпотом говорит Никита - за дверью кто-то есть.
- Чего? - не сразу понял парень.
- Да тихо ты! Оно услышит.

А почему оно?

Вова упирается рукам в дверь, с непониманием смотря в карие глаза. парень напряг слух и понял, что Никита прав. Там действительно что-то есть.

Две минуты молчания, за дверью всё ещё слышится шарканье . Старая краска отваливается под натиском когтей, осыпаясь на плитку с противным звуком. Вдыхать получается через раз, древний инскит кричит, что лучше  притвориться мёртвыми, и молчать. Никита не уверен, но похоже, что Вова теперь тоже услышал это. Колени начинают мелко подрагивать и кажется скоро просто откажут. Моргать всё ещё сложно, глаза не хотят закрываться даже на долю секунды.

Ладони сжимаются в кулаки. "Бей или беги " набатом звучит в голове. Хочется понять, увидеть, что же там такое. Белая облупившееся краска перед глазами начинает плыть. Страх не даёт здраво осознать ситуацию.

Шкрябанье прекращается.
Тишина давит на мозг сильнее, чем проклятые когти по двери.
Мозг не сразу осознает, что тишина за дверью прерывается.

Хрипы.

Как будто у человека поперёк горла застряла сломанная игрушка-пищалка. Каждый выдох похож на свист, смешанный с бульканьем и хрипами. Настолько ужасный и страшный звук, что слышать его не хочется, не хочется осознавать и представлять, что может издавать его. К этому звуку примешивается уже привычное царапанье. Все звуки смешиваются в одну безразборную какафонию.
Минута этой тарабарщины, и хрипы начинают складываться в нечто похожее на слова. Металлическая ручка под рукой едва ощутимо ползёт вниз, и в этот же момент Никита разбирает слова " Можно войти?". Страх доходит до аппогея. Никита сжимает пальцы на затылке Вовы, совершенно точно, сильно царапая.

Тело двигается быстрее, чем мозг успевает понять. Никита толкает Вову, отходя на два шага от двери. Руки хватают третью пустую чашку со стола, будто она чем то поможет.

- Нет, нельзя!

Мозг уверяет, что это самый верный ход в этой ситуации.
Вова смотрит на друга. Всё тело словно натянутая, готовая в любой момент лопнуть струна.
- Проваливай, давай! Ты!!
А дальше максимально нецензурная брехня. И откуда он знает столько матов?
Слова всё никак не хотели кончаться, Никита сам до конца не слышал, что он говорит. Весь страх за всё это время впервые получил выход. Ничего не помогает лучше, как хорошенько покричать.
Три минуты истеричных криков о том, что из себя представляет нечто за дверью, и морг погружается в тишину. Рука опускается, грозясь выронить бедную кружку. Горло не приятно тянет от такого вокального выпада. Никита ставит кружку на стол, поворачивается к Вове
- Будешь чай? - спрашивает он.

Мысль с запозданием приходит в голову.
- Нет... - отстранённо говорит Вова.

Никита выпивает сначала одну, затем и вторую чашку. Пошатываясь, подходит к старому диванчику и всё тем же нервным лицом садится, смотря в пол.
Вова садится рядом, начиная бессмысленно копаться в телефоне.

Десять минут тишины и на плечо опускается чужая макушка. Похоже, бедняга вырубился от пережитого стресса. Вова тоже знал, что одно не осторожное моргание и он уснёт.

Да и пофиг. Терять уже нечего.

Сквозь сон, взгляд цепляется за что-то. Понять, что это — нельзя, но оно движется. Наверное, это кошка за окном.

Тяжёлые шаги эхом отдаются по коридору. Никита резко открывает глаза, смотря на дверь. Вова всё ещё спит. Парень начинает трепать его за коленку. Дверную ручку дёргают несколько раз, а затем слышится шорох ключей в скважене.
Вова не понимающие смотрит на Никиту. Дверь с глухим скрипом открывается.
- Ну как первая ночная смена? - говорит Евгений Павлович.
- Да нормально. - сказал Вова, вставая с дивана.
- Ну тогда собирайтесь. Мне нужно свою смену открывать.

Быстро собрав вещи, парни уже хотели уйти, но....

- Блин, я походу телефон забыл. - сказал Вова, проверяя всевозможные карманы.
- Ой молодёжь, ещё не отошли от ночной?
- Да, да. Я сейчас прийду.

Прошерстить всю комнатушку, найти телефон в углу девана и пойти обратно. Вроде всё нормально, но что-то заставляет повернуть в противоположную от выхода сторону. Наверное, странные звуки с того конца коридора становятся словно гипнозом, для пытливого на приключения мозга. Что-то похожее на вязкое размазывае, смешанное с хлюпаньем и практически чавканьем.

Со стороны приоткрытой двери можно расслышать не громкие матюки и возмущение.
Подойти прижавшись к стене и аккуратно заглянуть казалось просто небольшой шалостью, не более.

Посреди кабинета, около открытого холодильника и выдвинутой каталки стоит мужчина. Почти всё помещение в кровавых ошметках. Даже где-то на потолке есть крупные пятна. В соседнем углу лежит кучка костей, может это рёбра. Чьи-то кишки намотаны на дверцу холодильника. Посреди комнаты лежит что-то похожее на мерзкую плёнку, или это растерзанные лёгкие? Прямо у входа лежит глаз. Красивая голудая радушка и мелкий хрусталик мутного зрачка словно балюдает за незванным гостем, который решил сунуться не в своё дело. Горит одна настольная лампа, которая едва освещает большую комнату. Ближе к углам тьма сгущается, делая кровавые разводы практически чёрными. Взгляд цепляется за крупный предмет практически у двери.

Это рука.

По локоть оторванная рука, с выломанными под неестественным углом пальцами. Кажется она даже обглоданная.... Из под разорванного мяса проглядывается кость.

Но кто её кусал, блять?

- Опять эта тварь приходила, ей чё, поесть не оставили? Три тела растрепала!
А что нам на рынок отправлять? Как обычно, вертитесь как хотите. На стариках умереть можно, а она ещё и молодую разодрала, самую вкусную, блять! Да сколько она будет к нам ходить? Нам тоже что-то есть надо, не только ей же молодых жрать. - возмущался мужик сам с собой, пытаясь собрать самые крупные ошметки и вытереть лужи крови. Весь халат был вымазан кровью, как и длинные перчатки выше локтя.

Тошнота подкатывает к горлу. "Что здесь вообще происходит, и на что они согласились?!" вертится мысль в голове, пока Вова медленно отходит от кабинета.

- Ну ты чё там так долго? Потерялся что ли?
- А, ага..

Смотреть на этого типа было страшно. Он же точно что-то знает. Они все здесь что-то знают, и более того —делают.
- Ну как, понравилась работка? - улыбнувшись, спросил Палыч.
- Да в целом нормально. Мы тогда на следующую когда? Нам бы дневную. - отозвался Никита.
- Решим, успеется.
- Да, успеется, Никита, нам пора. - сказал Вова, подталкивая друга к двери - Ну, мы пойдём. Всего хорошего.
Взгляд Палыча прожигал спину. Наверное, он что-то понял, заподозрил.. слишком нервно Вова увёл Никиту.

Тихие утренние улицы встречали приятной прохладой. Почти никого нет, редкие прохожие не обращают внимания на двух подростков, непонятно откуда идущих так рано. Никита выглядит до не приличия бодрым. Он что, забыл о случившемся ночью? Да и он не видел того, что видел Вова в том поклятом кабинете.
Надо хоть посмотреть сколько время, и к скольки вернуться домой.
Разблокировав телефон, в глаза бросается то, что открыта камера.
Он же вроде в последний раз заходил в какую-то игру. Хуже всего было новое видео.

С первых же секунд телефон почти выпадает из ослабевшиз рук. Кто-то снимал, как они спят. Видео длится всего двадцать секунд, но этого хватает, что бы земля чуть ли не ушла из под ног.
- Ты чего?

Никита пытается подойти ближе и посмотреть, на что Вова пялится с такими глазами.
- Ничего. Пошли домой. Я чёт так заебался.

На все уговоры Никиты он лишь отказывался и более того — удалил видео. Но удалять нужно было не только его.
Оно сфотографировалось на фоне спящих парней. Лицо не разглядеть в ночной тьме, но огромной раскрытой пасти с неестественным количеством зубов хватало, что бы понять, что лицо вообще не нужно..

И что же теперь делать?