Глава 19. Ты мне больше не дочь

«Есть слова, которые произносятся в гневе, но боль от них остаётся даже тогда, когда злость проходит.»

Авдей ещё несколько секунд стоял на лестнице, держа в руке маленькое устройство. Я смотрела на него и никак не могла заставить себя поверить, что всё это происходит со мной. Ещё несколько дней назад самой большой моей проблемой было то, что я поссорилась с Петей и не знала, как вернуть наши отношения обратно. Теперь же в моей комнате нашли вторую камеру, а человек, который установил их, мог знать о моей жизни гораздо больше, чем я вообще представляла. От этой мысли становилось мерзко, будто кто-то взял всё самое личное и просто превратил это в своё развлечение.

— Она тоже передаёт сигнал? — Петя взял устройство из рук Авдея и внимательно осмотрел его, нахмурившись.

— Да, причём система собрана грамотно, — Авдей спустился на несколько ступеней и посмотрел на камеру. — Кто-то заранее знал, что делал.

Я почувствовала неприятный холод внутри и скрестила руки на груди.

— То есть он мог смотреть на меня одновременно с двух камер? — спросила я, стараясь говорить спокойно, хотя голос заметно дрожал.

— Если доступ к системе был у него, то да, — Авдей посмотрел на меня с явным сочувствием.

Я отвернулась к окну. В голове одна за другой всплывали сцены последних месяцев. Я вспоминала, как переодевалась в своей комнате, как разговаривала по телефону, как сидела на кровати и рассказывала Пете вещи, которые никогда никому не говорила. Теперь каждая такая мелочь казалась чем-то ужасным.

Петя заметил, что я побледнела, и сразу положил камеру на стол.

— Всё, дальше при ней не обсуждаем, — спокойно произнёс он, посмотрев на Авдея.

— Понял, — коротко ответил тот.

— Я всё равно хочу знать, что происходит, — я посмотрела на Петра, пытаясь справиться с дрожью в голосе.

— Узнаешь, киса, — Петя подошёл ко мне и мягко положил ладонь мне на плечо. — Но сейчас тебе не нужно стоять рядом и слушать технические подробности.

Я хотела возразить, но промолчала. В его голосе не было привычной насмешки, и я понимала, что он действительно пытается меня защитить, а не что-то скрыть.

— Ты собираешься сказать отцу? — спросила я после короткой паузы, уже заранее зная ответ.

Петя на секунду отвёл взгляд, а потом снова посмотрел на меня.

— Да. Сегодня.

Я сразу покачала головой.

— Петь, не надо, — попросила я, нервно сжимая пальцы.

— Надо, Алин, — он говорил спокойно, но по тону было понятно, что решение уже принято.

— Ты прекрасно знаешь, чем это закончится.

— Знаю.

— Он узнает про нас.

— Ну узнает он, что дальше?

Я нервно усмехнулась и посмотрела на него.

— И тебя это вообще не пугает?

Петя несколько секунд молчал, а потом взял меня за руку.

— Меня пугает другое, — тихо ответил он, переплетая наши пальцы. — Что ты опять решишь, будто должна защищать меня ценой себя.

Я опустила взгляд. Именно это я и делала последние три дня.

⸻

Отец приехал ближе к вечеру.

Я стояла возле окна гостиной и смотрела, как его машина заезжает во двор. Он вышел, что-то коротко сказал человеку, сидевшему за рулём, и направился к дому. Даже через стекло я видела, что он был напряжён.

Петя стоял возле лестницы, скрестив руки на груди.

— Я боюсь, — тихо призналась я, не отрывая взгляда от машины.

— Я рядом, — ответил Петя, посмотрев на меня.

Я повернулась к нему.

— Ты понимаешь, что после сегодняшнего дня всё может измениться?

— Понимаю, — Петя сделал шаг ко мне. — Но молчать дальше опаснее.

Дверь открылась, и отец вошёл в дом.

— Что случилось? — спросил он, снимая куртку и переводя взгляд с меня на Петра. — Петя сказал, что разговор срочный.

Я молчала, поэтому Петя взял ситуацию на себя.

— В комнате Алины нашли две камеры, — спокойно сообщил он, доставая телефон.

Отец замер.

— Что?

— Вот фотографии, — Петя показал ему экран. — Авдей сейчас проверяет систему.

Отец несколько секунд смотрел на изображения, после чего резко поднял глаза.

— Ты уверен, что это камеры?

— Да.

— Кто их нашёл?

— Я и Авдей.

Отец снова посмотрел на меня.

— Ты знала об этом?

— Сегодня узнала, пап, — ответила я, стараясь говорить ровно.

— И почему я узнаю об этом только сейчас?

— Потому что сначала нужно было понять, действительно ли это камеры, — Петя вмешался раньше, чем я успела ответить.

Отец медленно повернул голову к нему.

— Я разговариваю с дочерью, Карасёв.

Петя выдержал его взгляд.

— Я понял.

— Тогда не отвечай за неё.

Я почувствовала, как раздражение начинает подниматься внутри.

— Он не отвечает за меня, пап. Он просто объясняет.

Отец посмотрел на меня.

— Ты его защищаешь?

— А что мне делать? Стоять и молчать?

— Мне нужно было узнать об этом сразу!

— Я боялась твоей реакции, — наконец выпалила я.

Отец замолчал.

— Моей реакции? — переспросил он уже тише.

— Да, твоей.

Он несколько секунд смотрел на меня, а потом снова перевёл взгляд на телефон.

— Что ещё этот человек сделал?

Я молчала.

Петя посмотрел на меня, но не стал отвечать вместо меня.

Отец заметил эту паузу.

— Алина, что ещё произошло?

Я сглотнула.

— Он мне писал.

— Что писал?

— Угрожал.

— Чем?

Я опустила глаза.

Петя подошёл ближе, но остановился, не вмешиваясь.

— Он знает про нас, — сказала я наконец.

Отец нахмурился.

— Про кого?

Я подняла взгляд.

— Про меня и Петю.

В комнате наступила тишина.

Отец медленно повернул голову в сторону Петра.

— Что значит «про вас»?

Я почувствовала, как щёки начинают гореть.

— Мы встречаемся.

Несколько секунд отец просто смотрел на меня.

— Как давно?

Я промолчала.

— Я спросил, как давно вы встречаетесь?,— повторил отец уже жёстче.

— Несколько недель, — спокойно ответил Петя.

Отец резко посмотрел на него.

— Я не тебя спрашивал.

— Я знаю, — Петя остался совершенно спокойным.

— Тогда молчи.

Я сразу шагнула вперёд.

— Не разговаривай с ним так.

Отец перевёл взгляд на меня.

— А ты сейчас вообще не вмешивайся.

— Это мои отношения.

— Именно поэтому я и вмешиваюсь.

— Почему? Потому что ты решил, что можешь выбирать за меня?

— Потому что я твой отец!

— И что это меняет?! — я повысила голос, уже не пытаясь сдерживаться. — Это не даёт тебе права решать, с кем мне быть!

Отец сжал челюсть.

— Пока ты живёшь в этом доме и пока люди вокруг тебя пытаются причинить тебе вред, я имею полное право хотя бы попытаться тебя защитить.

— Защищать — это не значит контролировать каждый мой шаг! — я резко взмахнула рукой. — Ты вообще понимаешь, как со стороны всё это выглядит? Мне приставили охрану, мне нельзя общаться с тем, с кем я хочу, а теперь ты ещё решил, что можешь запретить мне встречаться с человеком, которого я люблю!

Отец замер.

Петя тоже посмотрел на меня.

Я поняла, что только что сказала это вслух.

Но отступать уже было поздно.

— Любишь? — отец переспросил, глядя прямо на меня.

Я сжала губы.

— Да.

— Ты вообще понимаешь, что говоришь?

— Прекрасно.

— Ты влюбилась в человека, которого я поставил рядом с тобой для защиты.

— Я не выбирала, в кого влюбляться!

— А он?

Отец резко посмотрел на Петра.

— Ты воспользовался доверием, которое я тебе дал?

Петя даже не изменился в лице.

— Нет.

— Тогда объясни мне, что ты сделал.

Петя выдержал его взгляд и ответил спокойно:

— Я полюбил вашу дочь.

Отец усмехнулся.

— Любовь, значит?

— Да.

— Ты мой человек, Карасёв.

— Был вашим охранником, — Петя говорил ровно, не повышая голоса. — Но она для меня давно не работа.

Я почувствовала, как внутри всё сжалось.

Отец отвернулся и несколько секунд молчал.

— Я не разрешаю вам быть вместе.

— Мне не нужно твоё разрешение, — ответила я, чувствуя, как голос снова начинает дрожать.

Он резко посмотрел на меня.

— Что?

— Мне не нужно твоё разрешение, чтобы любить его.

— Пока ты живёшь под моей крышей, мне не всё равно.

— Тогда, может, мне вообще съехать?!

Слова вылетели раньше, чем я успела подумать.

Отец застыл.

Петя посмотрел на меня.

Я сама не ожидала, что скажу это.

— Ты действительно хочешь уйти? — спросил отец уже намного тише.

— Я хочу, чтобы ты хотя бы один раз меня услышал, а не решил всё за меня, — ответила я, вытирая ладонями влажные от волнения пальцы.

— Я тебя слышу.

— Нет, пап. Ты слышишь только то, что хочешь услышать.

Отец резко ударил ладонью по столу.

— Потому что я вижу, чем заканчиваются такие истории!

Я вздрогнула, но не отступила.

— Ты боишься не за меня. Ты боишься потерять контроль.

Отец замолчал.

По его лицу я поняла, что эти слова попали точно в больное место.

— Ты ничего не понимаешь, — произнёс он уже тише.

— Тогда объясни мне.

— Я не хочу однажды получить звонок и узнать, что тебя больше нет!

В комнате стало совершенно тихо.

Я смотрела на него и впервые увидела не Михалыча, которого привыкли бояться другие люди, а просто моего отца.

Но злость никуда не исчезла.

— Я тоже не хочу, чтобы со мной что-то случилось, — сказала я тише. — Но ты не можешь всю жизнь держать меня в клетке.

Он отвёл взгляд.

Я вытерла слезу со щеки и продолжила:

— Я рассталась с Петей только потому, что Максим заставил меня.

Отец резко поднял голову.

— Что ты сказала?

— Он угрожал мне. Сказал, что распространит личные материалы, если я не порву с Петей.

Отец застыл.

— Он тебе угрожал?

— Да.

— И ты поэтому три дня ходила сама не своя?

Я кивнула.

— Да.

Он медленно провёл ладонью по лицу.

— Почему ты сразу мне не сказала?

— Потому что знала, что ты сделаешь.

— И что же я сделал бы?

— Пошёл бы за ним.

— Конечно, пошёл бы!

— Вот именно! — я снова повысила голос. — А если бы это была ловушка? Если бы он ждал, когда ты сорвёшься? Ты бы даже не подумал!

— Я не собирался сидеть и смотреть, как он угрожает моей дочери!

— А я не просила тебя смотреть! Я просила тебя хотя бы один раз дать мне возможность самой разобраться!

— Самой?! — отец горько усмехнулся. — Ты уже три дня сама разбиралась. И чем это закончилось? Двумя камерами в твоей комнате!

Я замолчала.

Потому что он был прав.

И от этого было ещё больнее.

Петя всё это время стоял рядом, но теперь сделал шаг вперёд.

— Михалыч, — спокойно сказал он, посмотрев на него. — Сейчас не время выяснять, кто виноват.

Отец перевёл на него взгляд.

— А когда время?

— Когда найдём Максима.

— А если он тронет её раньше?

— Не тронет.

— Ты не можешь этого гарантировать.

— Могу гарантировать другое, — Петя говорил спокойно, но в голосе появилась жёсткость. — Я не позволю ему подобраться к ней снова.

Отец несколько секунд смотрел на него.

— Я доверил тебе её жизнь.

— Я знаю.

— И ты всё равно перешёл эту черту.

Петя не отвёл взгляда.

— Да.

Я посмотрела на него.

Он даже не пытался оправдаться.

— Я не буду врать вам, чтобы сохранить работу, — продолжил Петя. — Я люблю её. И если из-за этого вы решите убрать меня от неё, я всё равно не перестану её защищать.

Отец тяжело выдохнул.

— Ты понимаешь, что после этого я не могу относиться к тебе так же?

— Понимаю.

— И всё равно стоишь здесь.

— Да.

Отец ничего не ответил.

Я чувствовала, что больше не могу находиться в этой комнате.

— Я наверх, — сказала я, вытирая слёзы. — Мне нужно побыть одной.

Отец ничего не сказал.

Петя посмотрел на меня, но я уже развернулась и поднялась по лестнице.

⸻

Я закрыла дверь своей комнаты и несколько минут просто стояла посреди неё.

Потом посмотрела на стену.

На то место, где ещё недавно находилась камера.

Я почувствовала, как меня снова начинает трясти.

Телефон лежал на кровати.

Я взяла его и открыла переписку с Максимом.

Последнее сообщение было от него ещё несколько часов назад.

«Надеюсь, ты сделала правильный выбор.»

Я сжала телефон в руке.

— Ненавижу тебя, — прошептала я.

Снизу доносились приглушённые голоса.

Петя и отец разговаривали.

Я не могла разобрать слов, но через некоторое время услышала шаги на лестнице.

Дверь открылась.

Петя вошёл и закрыл её за собой.

— Можно? — спросил он, хотя уже стоял внутри.

Я вытерла глаза.

— Заходи.

Он подошёл и сел рядом со мной на кровать.

— Ты как?

— Отвратительно.

— Я тоже.

Я невольно усмехнулась.

— Ты хоть понимаешь, что он теперь тебя ненавидит?

— Возможно.

— И что будешь делать?

Петя посмотрел на меня.

— Жить дальше.

— Просто?

— А что ещё?

Я посмотрела ему в глаза.

— Он может уволить тебя.

— Тогда найду другую работу.

— Он может запретить тебе приходить сюда.

— Приду через окно.

Я рассмеялась сквозь слёзы.

— Дурак.

— Зато твой, — усмехнулся он.

Я покачала головой.

— Вот сейчас это действительно было тупо.

— Зато ты улыбнулась.

Я замолчала.

Потом сама потянулась к нему и поцеловала в губы.

Петя ответил сразу, обняв меня за талию. Когда мы отстранились, я положила голову ему на плечо.

— Я не хочу снова тебя терять.

— Не потеряешь.

— Ты так уверенно говоришь.

— Потому что я никуда не собираюсь.

Он поцеловал меня в волосы и крепче прижал к себе.

Несколько минут мы просто сидели молча.

А потом снизу раздался громкий звук.

Петя сразу поднял голову.

— Что это было? — спросила я, напрягаясь.

— Не знаю.

Он встал и посмотрел на дверь.

Через несколько секунд из коридора донёсся голос Авдея:

— Петя!

Мы переглянулись.

Петя открыл дверь.

— Что?

— Поднимись сюда. Нашёл кое-что.

Петя вышел в коридор, а я пошла следом.

Мы спустились на первый этаж, где Авдей уже стоял возле стола с ноутбуком.

— Что нашёл? — Петя подошёл к нему и посмотрел на экран.

— Камеры отправляли данные не просто на удалённое устройство, — Авдей развернул ноутбук. — Я нашёл маршрут передачи.

Отец подошёл ближе.

— И?

Авдей ткнул пальцем в экран.

— Вот здесь начинается самое интересное.

Я встала рядом с Петей.

На экране была информация, которую я почти не понимала.

— Что это значит? — спросила я, нахмурившись.

Авдей посмотрел на меня.

— Что человек, который установил камеры, был не один.

Петя медленно поднял взгляд.

Отец сжал челюсть.

А я почувствовала, как внутри снова появляется тот самый холод.

Потому что Максим теперь казался мне не просто бывшим, который не смог смириться с расставанием.

У него была помощь.

И, возможно, человек, который помогал ему, всё это время находился гораздо ближе, чем мы думали.

━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━

Если вам понравилась глава, поддержите фанфик звёздочкой ⭐ и обязательно оставьте комментарий. Мне очень важно знать ваше мнение — именно ваши отзывы вдохновляют меня писать дальше.

Подписывайтесь на мой ТГК «Поля пишет» — там выходят спойлеры к новым главам, новости о фанфике и даты выхода продолжения.

С любовью, ваша Поля. 🫐