Глава 4.

​"Не ищите строгой хронологии. Она спрятана между строк, в тех паузах, где вы дышите вместе с героями. Прошлое и будущее - лишь отражения в одном зеркале."

Прилагается:
SYML - Mr. Sandman

​- Что вы делаете? Отпустите меня!

​- Приказы здесь отдаю я, - произнес он, словно зная, что его слова имеют непреложную силу. - Думаю, пришла пора освободить тебя от этих тряпок.

​Его движения были грубыми, он точно знал, что нужно делать. Вжимая миниатюрную фигуру, одна из его рук спустилась к белоснежной юбке, задирая её вверх, делая девушку совершенно уязвимой.

​- Такая невинная, - прошептал он, проводя кончиком языка по её ушной раковине.

​Через мгновение и нижнее бельё было сорвано. Он расстёгивал ширинку, не отрывая взгляда от её лица. Тёмные локоны, прилипшие к щекам от слёз, тушь, размазанная вокруг глаз, и тонкая линия губ - красота, которая уже не имела значения.

​Клинтона невозможно сдержать; он уже вступил на путь своего замысла и завершит его, невзирая на преграды, что могут встать на его пути. Такие мысли завладели сознанием Далласа, проникая в него, пока все стояли и смотрели, как он приводит в исполнение заказ. ​Никто не имел права помешать ему. Ни у кого нет права мешать ему.

​В этот момент Даниель отвернулся, медленно прикрыв глаза, когда крик раздался по квартире. Желания смотреть на участь молодой девицы не было.
​Смотреть и не нужно, звуки рассказывали сами за себя.
​Клинтон забрал её. Руки держали её незнакомое тело, пока он вдалбливался в её внутренности. Девушка продолжала кричать и кричать, и кричать, её крик крутился в голове, как заевшая пластинка. Хотелось самому заткнуть её, чтобы не чувствовать, как Бог его карает. Она пыталась вырваться из хватки тирана, боролась за свою драгоценную плоть, на что в ответ получала лишь жёсткие проникающие удары, острые, как кинжал.

​- Нос точно сломан, - пробубнил Мэтью, кивнув головой в сторону.

​И то верно, на её физиономии не было живого места. Из-под Клинтона виднелась лишь кровь, стекающая на пол.

​- Чёрт, я не могу слушать это, не то что смотреть, - выплюнул Даллас, разворачиваясь к двери, - есть дела поважнее. С одной девчонкой сами справитесь.

​Казалось, его слова повисли в воздухе, окутанные напряжением. Комната замерла, словно уставившись на его спину, когда он, стиснув зубы, толкнул дверь. Внутри остались лишь тени недоумения и собеседники, которых его слова поразили.

​Он достал из кармана старый мобильник и быстро набрал номер. Пара гудков, и на той стороне послышался хриплый голос. Даниель незамедлительно изложил ситуацию, стараясь звучать уверенно. Но в глубине души терзали сомнения.

​- Сказать, что помогал бабушке на дороге. Даллас, ты гениальный человек, чёрт бы тебя побрал, - закурив, в его мыслях снова прокрутилась та девушка. - Деньги - это не игрушка. Это чистая, абсолютная власть.

​Пятьдесят тысяч - его доля за сегодняшнюю работу. Это была грязная работа, но он всегда выполнял её чисто: быстро, без лишнего шума и, главное, без такого театра, как у Клинтона. Он с презрением думал о том, что эта девчонка была лишь побочным ущербом, который он был вынужден терпеть ради гонорара.

- выдохнув едкий дым, он оставил рассуждения, двинувшись прочь.

​Тело подрагивало от дождя, когда он снимал кожаную куртку. Знакомое помещение, старый, добрый закоулок и подружка блондинка, которая задавала слишком много лишних вопросов.

​- Флора. Нет, - рявкнул парень, со звоном ставя на стол стакан. - Не лезь туда, куда тебе не следует. Я не играю в твои игры, ты сама себе их придумала.

​- Ты не мог помочь бабушке, только если переломать ей ноги. Даллас вездесущий, посмотри-ка на него. Будешь другим эти сказки рассказывать.

​- Мне больше удовольствия доставляет, когда ты их слушаешь, - блеснул Даниель, подмигивая.

​- Больной, - закатив глаза, ответила Флора, на что услышала смешок. - Нет. Ты реально больной. Когда ты последний раз был у психотерапевта? Года два назад?

​- Да, да, - снисходительно хмыкнул он, - как будто ты сама не нуждаешься в помощи. Эмоциональный интеллект подсказывает мне, что советы от тебя не совсем уместны.

​- Ты можешь быть хоть раз серьёзным! Начинаешь капать мне на мозги. Либо говори что происходит на самом деле, либо я ухожу, - заявила блондинка, сверля взглядом сидящего напротив парня.

​Вопросительно посмотрев на компаньонку, он сказал: - Знаешь ведь, что я ничего не скажу, но всё равно издеваешься.

​- Я не издеваюсь, - резко возразила Флора, - просто ты играешь на грани. У нас с тобой разное восприятие реальности, но это не значит, что я не могу знать, когда с человеком что-то не так.

​Парень наклонился вперёд, его глаза были полны недовольства. - Ты не понимаешь, что в моём мире есть вещи, о которых не следует говорить. Это не просто слова, не все думки стоит выносить на свет.

​Девушка откинулась на спинку стула. - Может быть, и так, но отмалчиваться - это тоже не выход. Если ты не поделишься, вскоре окажешься в полном одиночестве, - произнесла она тихо, но уверенно.

​- Знаешь что, - выдержал паузу Даниель, - просто забудь. Не лезь. Я тебе во всём помогу, но в мою жизнь не лезь. Пожалуйста.

​Флора молчала, разглядывая Даниеля. В его глазах она видела не только недовольство, но и страх, и отчаяние. Ей захотелось обнять его, сказать, что всё будет хорошо, но она знала, что это не поможет. Он сам должен был решить, что делать с собой.

​- Хорошо, - наконец ответила она, - я не буду лезть в твою жизнь.

​Даллас кивнул, не поднимая глаз. Он понимал, что она не отстанет, что будет рядом, даже если он этого не хочет. И это его пугало ещё больше.

​- Спасибо, - пробормотал он, - но мне никто не нужен. Я сам справлюсь.

​ ​- Как знаешь. Но помни, что одиночество - это не выход.

​Она встала. На долю секунды Флора задержалась, и её взгляд задержался на нём, полный беспомощной, но уже холодной нежности. Из кармана её куртки, которую она надела, выпала маленькая серебряная цепочка. Она не заметила этого и, повернувшись, ушла, оставив его одного.

​Он сидел, опустив голову, и думал о том, что девушка сказала. Возможно, она права, возможно, ему действительно нужен кто-то рядом. Его взгляд скользнул по столу и упёрся в тонкую цепочку. Он подарил её ей на прошлое Рождество. Он понимал: она не просто ушла из этой комнаты, она ушла из его жизни. И он сам заставил её это сделать.

​Кинув пару-тройку долларов на стол, мужчина выбежал на улицу. Припаркованный неподалёку байк ожидал своего часу. Вставив ключ в зажигание и повернув, в ответ он услышал утробный рык. Резко выжав газ, мотоцикл, взвившись на дыбы, рванул с места, оставляя позади полосу жжёной резины. Ветер свистел в ушах, обдувая лицо и заставляя глаза слезиться. Он нёсся по улицам ночного города, лавируя между машинами и не обращая внимания на сигналы светофоров. Адреналин бурлил в крови, заставляя забыть о страхе и сомнениях.

Он не знал, куда едет. Просто хотелось вырваться из этого места. Хотелось почувствовать себя свободным. Город остался позади, и он выехал на шоссе, уходящее вдаль, в темноту. Вокруг не было ни души, только звёзды мерцали в вышине, указывая путь. Он прибавил скорость, и байк, повинуясь его воле, понёсся вперёд, рассекая ночь светом фар. Даллас ехал долго, не останавливаясь и не сбавляя скорости. Мысли путались в голове, но он старался не думать ни о чём, пока на новом повороте его не стало заносить.

Даниель попытался было выровнять байк, но было уже поздно. Мотоцикл завалился на бок, и его понесло по асфальту. Он отпустил руль и сгруппировался, стараясь избежать серьёзных травм. Махину протащило несколько метров, прежде чем она остановилась, громко скрежеща металлом по асфальту.