Глава 2: Мой проводник

Каждый день на ферме моего дяди начинался одинаково со звона старого будильника на рассвете и тягучего, липкого страха, который поселился во мне с четырнадцатого дня рождения. Вместо праздничного торта отец тогда швырнул в меня жестокими словами: «Каждые две недели на этом столе должно лежать сто евро. Мне плевать, где ты их возьмешь».
И вот теперь, вместо того чтобы гулять по Английской набережной, наслаждаться лазурным морем Ниццы. Я только слишу навязчивый
шум трактора и крики дяди остались где-то внизу, а здесь, где-то в поле пахло не скошенной травой, пылью и вонючими козами. Я упал на спину, уставившись в шелковые облака, сквозь щели которого пробивались золотые лучи заходящего солнца. Руки горели от свежих мозолей, спину ломило так, будто по мне проехался грузовик. В голове на повторе крутилась одна и та же цифра: сто евро. Каждые две недели. Где их мне брать?
В этот миг из золотистых подсолнухов послышался тихий, шуршащий шорох, а затем из-за них вышел Алекс. Он присел рядом со мной, тяжело дыша, и сразу же сказав:
- Вот ты где прячешься, тихо сказал Алекс, всматриваясь в мое лицо.
- Я приехал из города, смотрю на грядках тебя нет. Думал, отец тебя совсем загонял.
- Почти, хрипло отозвался я, не находя сил даже повернуть голову.
-Твой отец платит честно, но, кажется, я скоро здесь и останусь, прямо между коз и сорняков.
Алекс нахмурился. Он перевел взгляд на мои ладони, которые я безуспешно пытался спрятать в карманы старых джинсов. Он мягко, но настойчиво взял мою руку и перевернул ладонью вверх. На коже красовались лопнувшие, грязные мозоли.
- Черт, Андреа..., Алекс покачал головой, и в его голосе промелькнула злость, смешанная с жалостью.
- Зачем ты так убиваешься? Тебе всего четырнадцать.
- Мой отец, конечно, суров, но ты работаешь как проклятый. Зачем тебе так срочно нужны эти деньги?
Я сглотнул вставший в горле ком. Не особо горел желанием рассказывать про ультиматум собственного отца было стыдно и больно.
- Надо, Алекс. Просто... надо. Если я не принесу домой нужную сумму, отец...меня..в общем, мне лучше ее принести.
Алекс молчал несколько секунд. Я почувствовал, как его пальцы аккуратно, едва касаясь, провели по краю моей ладони, стараясь не причинить боли. От этого простого жеста по телу разлилось странное, непривычное для меня тепло. Дома меня никто никогда так не жалел.
- Эй, посмотри на меня, - негромко попросил он.
Я повернул голову. Алекс сидел совсем близко. Его темные глаза смотрели на меня с такой искренней тревогой и заботой, что мне на мгновение захотелось расплакаться.
- Ты не один, слышишь? - Алекс слегка улыбнулся, пытаясь разрядить обстановку, и легонько подтолкнул меня плечом.
- Пока я здесь, я не дам тебе сойти с ума на этой ферме.
- Если будет совсем тяжело обезательно говори мне. Половину работы я могу брать на себя, пока отец не видит, темболее он будет только рад что я много роботаю.
- Нет не стоит мне помогать,это мои же деньги,и я сам должен заработать честным трудом. - тихо возразил я, хотя внутри все сжалось от благодарности.
- Ой та чего ты такой честный то, отмахнулся он, продолжая держать мою руку.
- Главное, чтобы ты улыбался. А то ходишь угрюмый, как туча над Парижем. Тебе не идет.
Я не выдержал и коротко усмехнулся, приподнимая верхнюю губу в своей привычной манере. Алекс засмотрелся на мою улыбку, и его взгляд вдруг стал очень серьезным. Атмосфера между нами резко изменилась. Шутки отступили, уступая место какому-то робкому, еще не до конца понятному нам обоим чувству.
- Вот так лучше, шепотом произнес Алекс, медленно наклоняясь ближе.
Мое сердце готово было выпрыгнуть из груди. Запах лета, сухой травы и его близости полностью вытеснили из головы мысли об отце и тяжелой работе...

°°°
Его дыхание, теплое и немного прерывистое, коснулось моих губ за секунду до того, как они встретились. Это не было похоже на то, как пишут в дешевых романах никакого взрыва гранат или фейерверков. Всё произошло мягко, бережно, словно Алекс боялся, что я оттолкну его в самый последний момент. Но я не оттолкнул. Наоборот, мои пальцы сами собой вцепились в ткань его легкой рубашки, удерживая, умоляя не останавливаться.
Его губы оказались удивительно мягкими. Сначала это было лишь осторожное, пробующее касание, но, почувствовав мой робкий ответ, Алекс вздохнул прямо мне в губы и углубил поцелуй. Земля словно ушла из-под ног. Весь мир сузился до размеров этой залитой солнцем поляны, до вкуса его губ и бешеного стука двух сердец, бьющихся в абсолютно сумасшедшем, рваном ритме. Он перехватил мою ладонь, переплетая наши пальцы так крепко, что стало даже немного больно. Но эта боль была самой приятной вещью, которую я испытывал за последнее время.
Мы целовались, забыв обо всем на свете: о моем строгом отце, о бесконечной работе, о страхе быть непонятыми. Были только мы.
Вдруг где-то на краю сознания хрустнула ветка. Из-за пелены нахлынувших чувств мы не сразу обратили на это внимание, пока до нас не донесся отчетливый, до боли знакомый голос:
- Алекс! Сынок, ты где? Я же просила тебя принести из погреба....
Голос его матери, тети Марины, раздался буквально в двадцати шагах от нашего укрытия. Шаги приближались по тропинке, шурша сухой травой.
Паника ударила в голову почище ледяной воды. Мы отпрянули друг от друга так резко, что чуть не столкнулись лбами. Лицо Алекса в мгновение ока побледнело, а в глазах застыл неподдельный ужас. Если бы нас увидели сейчас в такой близости, с затуманенными взглядами и тяжело вздымающимися грудными клетками оправдаться бы не удалось.
- Быстро, сядь! одними губами скомандовал Алекс, хватая валявшуюся на траве старую книгу, которую он прихватил с собой из дома.
Я рухнул на колени рядом с ним, судорожно пытаясь придать лицу максимально будничное выражение. Сердце колотилось где-то в горле, мешая дышать. Алекс раскрыл книгу вверх тормашками, тут же понял это, перевернул её и уставился в текст с таким видом, будто сдавал сложнейший экзамен. Я же схватил какую-то сухую ветку и начал усердно ковырять ею землю, изображая глубокую задумчивость.
Кусты раздвинулись, и на поляну вышла тетя Марина. На ней был домашний фартук, а на лбу блестели капельки пота от работы по хозяйству. Она остановилась, переводя взгляд с Алекса на меня.
- Ой, вот вы где, она прищурилась, тяжело вздохнув.
- А я тебя по всему двору ищу, Алекс. И ты тут, Антошка? Отпустил тебя отец наконец-то?
- Да, теть Марин, мой голос предательски дрогнул, но я попытался выдать это за одышку от «тяжелой работы». Вот, заглянул на минутку, пока перерыв.
Тетя Марина сделала шаг ближе, и мое сердце сделало кульбит. Мне показалось, что она сейчас всё поймет. Ведь у Алекса губы были покрасневшими, а мои щеки, кажется, горели ярче закатного солнца. Она внимательно посмотрела на сына, затем на книгу в его руках.
- Вы чего такие взъерошенные? И лица красные, как буряки. Душно тут, в низине, шли бы лучше на веранду, там хоть ветерок дует, абсолютно спокойно сказала она.
Мы с Алексом незаметно переглянулись. Обошлось. Она ничего не заметила, списав всё на летнюю жару.
- Да, мам, мы как раз собирались идти, быстро сориентировался Алекс, поднимаясь и отряхивая джинсы от травы.
- Ты что-то хотела? Из погреба принести? Я сейчас сделаю.
- Да уж сделай милость, помощник, - улыбнулась женщина, совершенно не подозревая, что еще полминуты назад её сын стоял на пороге грандиозного семейного скандала. - Ладно, мальчики, отдыхайте. Антон, заходи к нам на ужин, если время будет.
- Спасибо, теть Марин, обязательно, - выдохнул я, чувствуя, как по спине стекает капля холодного пота.
Когда её шаги окончательно стихли в стороне дома, мы одновременно рухнули обратно на траву. Алекс прикрыл глаза рукой и истерически, тихо рассмеялся.
- Черт, прошептал он.
- У меня чуть инфаркт не случился. Ты видел её лицо?
- Я видел свое кладбище перед глазами, честно признался я, поворачивая к нему голову.
- Нам нужно быть аккуратнее. Если бы это был мой отец...
- Знаю, Алекс убрал руку от лица и посмотрел на меня уже без смеха. В его глазах читалась нежность, смешанная с легкой грустью.
- Но я ни о чем не жалею.
Он протянул руку и слегка коснулся пальцами моей ладони. На этот раз мы не стали целоваться, страх быть пойманными еще держал в напряжении, но это простое прикосновение грело лучше любого солнца.
Следующий день выдался на удивление свободным. Мой отец уехал в центр по делам до самого вечера, оставив мне лишь пару мелких поручений, которые я выполнил за первый час после рассвета. Телефон в кармане завибрировал.
Алекс: ♪Отец уехал? Жду тебя у старого моста через пять минут. Идем в лес, никаких возражений♪.
Я улыбнулся так широко, что даже щеки заболели. Спрятав ключи под крыльцо, я практически побежал к назначенному месту.
Лес встретил нас прохладой и оглушительным щебетом птиц. Стоило нам отойти достаточно далеко от поселка, где нас никто не мог увидеть, как Алекс резко остановился, потянул меня за руку на себя и прижал спиной к широкому стволу старого дуба.
- Я скучал, выдохнул он, прежде чем впиться в мои губы голодным, уверенным поцелуем.
Этот поцелуй отличался от вчерашнего. В нем уже не было той робкой неуверенности и панического страха. Мы были одни в огромном, густом лесу, укрытые от всего мира зелеными деревьевьями. Я обвил руками его шею, утягивая глубже в этот поцелуй, чувствуя, как его ладони ложатся мне на талию, притягивая еще ближе. Мы целовались долго, до головокружения, прерываясь лишь на секунду, чтобы глотнуть воздуха, и снова возвращались к губам друг друга.
- Нам.. надо идти, кое-как выдавил я, тяжело дыша, когда Алекс начал покрывать поцелуями мою шею, заставляя меня сладко зажмуриться. - Мы же собирались гулять.
- Мы и гуляем, пробурчал он мне в шею, вызывая у меня тихий смех.
Все же, отстранившись друг от друга с явным неохотой, мы побрели дальше по едва заметной тропинке. День был волшебным. Солнечные зайчики пробивались сквозь листву, ложась золотистыми пятнами на мох и траву.
Вскоре мы вышли на большую поляну, усыпанную дикими цветами. Воздух здесь был сладким от аромата ромашек, клевера и зверобоя. Алекс, как маленький ребенок, тут же принялся срывать самые яркие цветы.
- Зачем они тебе? с улыбкой спросил я, наблюдая за его усердием.
- Буду плести тебе венок, абсолютно серьезно заявил он. Ты у нас парень мрачный, надо добавить тебе немного летнего колорита.
Я только покачал головой, но спорить не стал. Вместо этого я присел на корточки возле зарослей дикой земляники, заполонившей край поляны. Ягоды были мелкими, но невероятно ароматными и спелыми, рубинами горя в зеленой траве.
- Алекс, иди сюда, позвал я его.
Он подошел, держа в руках охапку цветов, и присел рядом. Я сорвал самую крупную, спелую ягоду и протянул к его губам.
- Попробуй.
Алекс прищурился, глядя на меня с хитрой улыбкой, и вместо того, чтобы просто взять ягоду губами, перехватил мою руку за запястье. Он медленно слизал землянику прямо с моих пальцев, не сводя с меня пристального, горящего взгляда. Его язык обжег мою кожу, и по телу пробежала крупная дрожь.
- Вкусно, тихо сказал он, его голос стал ниже. Но кажется, кое-что другое гораздо вкуснее.
Он подался вперед, увлекая меня в новый поцелуй. На этот раз наши поцелуи были со вкусом спелой, сладкой земляники. Мы повалились прямо на мягкую траву, совершенно забыв про собранные цветы, которые рассыпались вокруг нас ярким ковром. Алекс навис надо мной, придерживая за плечи, и целовал меня так нежно и одновременно страстно, что внутри всё сжималось. Мои руки зарылись в его мягкие волосы, прижимая его к себе.
Мы провели в лесу весь день. Мы собирали ягоды, делясь ими друг с другом через поцелуи, плели кособокий, но самый красивый в мире венок, который Алекс всё-таки выгрузил мне на голову, и бесконечно разговаривали обо всем на свете.
Впервые за долгое время я чувствовал себя по-настоящему счастливым, живым и защищенным. И пускай впереди нас ждало много трудностей, скрытности и страха перед родителями здесь и сейчас, в этом лесу, мы были абсолютно свободны.

°°°
Но солнце не могло вечно стоять высоко в небе. Постепенно золотые лучи начали гаснуть, а от деревьев поползли длинные, прохладные тени. Лес, который еще полчаса назад казался нам уютным убежищем, теперь зашумел как-то по-другому строже, будто напоминая, что сказка заканчивается. Реальность возвращалась вместе с подступающим вечером.
Я пошевелился. Прохладный ветерок забрался под легкую футболку, заставив меня вздрогнуть. Наш венок из ромашек съехал набок, и пара увядших лепестков упала мне прямо на щеку.
- Нам пора, тихо сказал я. Собственный голос прозвучал как-то слишком тяжело после целого дня смеха и шепота. Отец скоро приедет из города. Если он вернется, а меня нет и работа во дворе стоит... сам знаешь, что будет.
Алекс, который до этого лежал рядом и лениво перебирал мои волосы, резко замер. Его лицо мгновенно посерьезнело. Он приподнялся на локте и посмотрел на меня с такой заботой, что у меня внутри всё сжалось.
- Не хочу, чтобы ты шел туда сегодня, хмуро буркнул он, садясь и обхватывая колени руками.
-Твой отец опять найдет повод придраться, загрузит работой до ночи, начнет орать. Андреа, ты же еле на ногах стоишь от усталости, у тебя круги под глазами.
Я горько усмехнулся, приподнимая верхнюю губу в своей привычной манере, и тоже сел, отряхивая джинсы от травы и налипших земляничных листьев.
- А у меня есть выбор? Это мой дом, Алекс. И он мой отец.
Алекс замолчал, глядя куда-то сквозь деревья. Было видно, что он судорожно что-то придумывает. Вдруг его глаза азартно блеснули. Он резко повернулся ко мне и схватил за плечи:
- Выбор есть! Переночуй у нас.
- Что? я аж округлил глаза.
- Ты с ума сошел? После того, как нас днем чуть не застукала твоя мама? Да если твой отец что-то заподозрит, или мой узнает...
- Да погоди ты, послушай, перебил он, взволнованно заглядывая мне в глаза.
- Мой батя сегодня в отличном настроении, они с мужиками с рыбалки вернулись, улов огромный. Он всегда добрый, когда рыбалка удается. Я приду и нормально, по-мужски ему предложу. Скажу: «Пап, Андреа мало того что на тебя роботает,так его ищо и отец припахивает дома, даже отправлял на стройку к Андерсону».
- Не переживай!своему отцу я скажу, что сам предложил тебе остаться, чтобы время на дорогу не терять. Мой отец уважает тех, кто много работает, он не откажет, вот увидишь! А твоему мы просто оставим записку или скинем голосовое, что ты уже у нас и готов к завтрашней работе. Твой батя не станет устраивать скандал при чужих людях, раз ты при деле.
План звучат безумно, но до чего же заманчиво. Мысль о том, чтобы провести еще один вечер вместе, засыпать в одной комнате (пусть даже на разных кроватях) и не выслушивать дома очередные нотации,мне невероятно понравилось такая идея.
- Думаешь, твой отец согласится?, с сомнением спросил я, хотя сердце уже забилось от предвкушения.
- Спорим? - Алекс хитро улыбнулся и легонько толкнул меня в плечо.
- Главное правильно преподнести. - Идем!
Через полчаса мы уже подходили к его дому. У меня от волнения подкашивались ноги. Отца Алекса, дядю Валеру, мы застали во дворе: он сидел под навесом за деревянным столом и чистил огромную щуку, весело напевая себе под нос песенку.
-ла-ла-ла..щучка моя любимая...
На крыльце стояла миска со свежим луком и укропом.
Алекс глубоко вздохнул, на долю секунды крепко сжал мою ладонь за спиной, отпустил и уверенно сделал шаг вперед.
- О, батя, привет! Ничего себе ты щучку вытащил! - громко и весело сказал Алекс, подходя к столу.
Дядя Валера поднял голову, вытер лоб тыльной стороной руки и широко улыбнулся:
- А то! Еле выудил, упиралась страшно. Привет, Андреа.
- Здравствуйте, дядь Валер, - вежливо кивнул я, стараясь говорить как можно спокойнее, хотя внутри всё дрожало.
- Слышь, пап, у меня тут мысль одна есть, Алекс облокотился на перила, принимая деловой вид.
- Мы тут с Андреа пересеклись в поселке, он вообще никакой. Дядя Клеман его загонял по хозяйству, а нам же завтра с утра пораньше помагать тебе с брусом.
- Может, пусть Андреа у нас переночует? Место же есть, я раскладушку у себя поставлю. Поужинаем все вместе, выспимся, а завтра с утра сразу в бой, свежими.
-Как думаешь?
Дядя Валера отложил нож, внимательно посмотрел на сына, а затем перевел тяжелый, проницательный взгляд на меня. Под этим взглядом мне захотелось провалиться сквозь землю. На секунду во дворе повисла полная тишина, и было слышно только, как назойливо жужжит муха над рыбой.
-Ладно,только чтобы завтро точно как штык были,ясно? - снова проницательно осмотрел нас дядя.
- Обязательно, - почти одновременно ответили мы.
Мы зашли в дом, оставляя дядю дочищать рыбу.
Достаточно быстро стемнело, и под покровом ночи Алекс перебрался со своей кровати ко мне на раскладушку, обнимая и притягивая к себе. Так и прошел наш замечательный день, проведённый вместе.