2. Желчь.

Чем обычно занимаются люди в четыре часа утра? Готовятся к сессии, учатся, спят, просыпаются на работу. Трахаются, в конце концов. Я в свою очередь сегодня, в четыре часа, сидел на коленях перед белым троном, молясь всем богам, лишь бы стало хоть капельку лучше. Живот скручивало так, словно его свернули колючей проволокой на талии и затянули, как средневековый корсет, чтобы вся желчь вышла наружу. Когда я только задумался о том, что с моим телом что-то не так и начал следить за своим питанием, я не знал, что организм без еды выворачивается наизнанку желудочным соком. Теперь знаю. Тревожило ли меня то, что моему здоровью, мягко говоря, пиздец? Нет. Ни капли. Особенно когда я встал на весы после этого утреннего ритуала. Отвес. Слава тебе Господи! Еще бы его не было после того, как я выблевал пол желудка.
К слову, о утренних ритуалах. Выйдя из ванной, я быстро юркнул под плед, чтобы не сбивать романтическую атмосферу на соседней кровати, где какая-то бедняжка, прикрытая белой простыней, почти летала по всей площади кровати под здоровым телом Тейта. Я лишь закатил глаза и отвернулся к стене, пытаясь уснуть под сию колыбельную из женских стонов и хриплых вздохов. Поверьте, мне это не особо мешает. Плевать. Хотя, меня задевало, что он совсем не спрашивает разрешения у меня, как у соседа. В общем, я бы уснул обратно, если бы не адская боль в желудке. Она терзала и мучала, заставляя свернуться меня в жалкий комок, схожий с теми комочками пепла на покрывале Тейта. Вскоре я все же поднялся, быстро собираясь и натягивая спортивные штаны. Похотливые любовники совсем не заметили моих движений и ухода. Да и пусть развлекаются.
Я вышел на утреннюю пробежку по стадиону универа, игнорируя самую настоящую Техасскую резню бензопилой в моем желудке. Похуй. Забей, Эш. Ты должен выполнить норму. Но, кажется, одной булочки за два дня мало для организма почти двухметрового парня, отчего я не слышал абсолютно ничего, кроме оглушительной пульсации в ушах и собственного тяжелого дыхания, которое словно стало громче в сто тысяч раз. Давай, Эш, осталось пол круга и будет десять... Давай... И вдруг темнота, после которой последовал удар головой о немного мягкий пол стадиона.
А очнулся я... В своей комнате. На собственной кровати. С ужасным желанием пить. Боль в животе не унималась ни на секунду, напоминая мне о собственной ничтожности. Какой ты уёбок, Эш! Если мать узнает, умрет от горя. Уничтожаешь сам себя, и ради чего? Ради легкой худобы и идеального тела без единой капли жира? Хватит. Хватит себя убивать. Но я не могу. Я давно потерял кнопку «стоп», барахтаясь в этом дерьме по самые уши.

— Проснулся, анорексичка?, — Услышав это, я вздрогнул. Тейт стоял у открытого на распашку окна и курил, наблюдая за растворяющимся дымом. Солнце еще не поднялось полностью, значит сейчас где-то шесть утра. Я продрых недолго, но почему я в комнате? Неужели он меня отнес? Как нашел? Столько вопросов, но больше всего меня напугало это прозвище. «Анорексичка»... Как он догадался? Я здесь только неделю, и то, мы особо не общались. И вместо слов благодарности, вместо вопросов о том, как он меня нашел и почему я тут, я задал самый главный для себя. И самый тупой.

— Как ты...

— Догадался?, — Перебил меня парень, затягиваясь, — Вечно встаешь на весы, даже после того как попил воды; я ни разу не видел, как ты ел, ты вечно смотришь на свои часы на руке, видимо проверяя количество шагов и сожженых калорий, а еще ты блевал утром. Чем блюет человек, который не жрет?

— Надо же, ты услышал, — Усмехнувшись, сказал я, на что Тейт безразлично пожал плечами, хмыкая.

— Она была средненькой, так что я все слышал и видел, как ты скрещивал пальцы, вставая на весы. Какой дебил так вообще делает?, — Он снова затянулся, улыбаясь довольной, чеширской улыбкой, ведь докопался до сути, — Верно, только отбитый рппшник, — Мне почему-то было тяжело это слушать. Нет, по большей части мне плевать на любого рода оскорбления, но я не могу говорить о своих проблемах с едой. Даже с таким как Тейт, который ни капли меня не осуждает. Да ему вообще по барабану. Хотя признаюсь честно, мне это даже немного нравится.

— Ясно. Как ты меня нашел? Не ходил же ты меня выслеживать.

— Делать мне больше нечего! — Усмехнулся брюнет, затушив окурок в пепельнице, — Я всегда после утреннего секса выхожу на стадион, а тут на тебе! Валяется прямо таки рыжая шакира, хоть сейчас хватай и раздвигай ей ноги, — Я закатил глаза, тихо усмехаясь от этой реплики. Ему и вправду плевать. Он не будет лезть не в свое дело, не будет осуждать меня или пытаться вразумить. И моему больному мозгу понравилось это безразличие...

— И ты по доброте душевной отнес меня в комнату?, — Тейт усмехнулся, оперевшись руками о подоконник.

— Ага, конечно! С тебя чертеж по начертательной геометрии, — Я скептически выгнул бровь. Нет, чертежи у меня отменные, но по-моему, он дохрена хочет. Сам бы потом очнулся и доковылял!

— Чертёж?

— Ну..., — Тейт пожал плечами, язвительно продолжая, — Можешь отсосать, если сильно горишь желанием.

— Чертеж так чертеж..., — Тяжело вздохнул я, и сел на кровати, сразу же скривившись от того, во что вляпался рукой, — Фу, блять! Ты совсем охуел?! — Сперма. Он, сука, трахался на моей кровати! Тейт в свою очередь закатил глаза, мол, «че тебя не устраивает?», — Я не хочу спать здесь после тебя.

— Думаешь, моя кровать чище? — Он улыбался, пока я багровел от злости. Совсем охренел! Не на моей же кровати! Вскоре парень ушел, оставив меня наедине с моим же недовольством. Дебил. Просто дебил! Но он помог мне сегодня. Поднял, отнес, еще и раздел до трусов, избавив от грязной одежды, а потом накрыл пледом. Почему? Сам в мой первый день сказал, чтобы я даже не говорил с ним.

Но проблема в другом.

Тейт не осудил меня за мои отношения с едой, не издевался, не сочувствовал и не пытался лезть ни в свое дело. Он просто отнес меня в комнату, уложил в постель и просто предупредил о том, что в курсе о моем расстройстве. На самом деле, Тейт просто эгоистичный урод, которому попросту плевать на мои проблемы и чувства. Но самое страшное, мой повернутый вокруг еды мозг думает, что он единственный, кто не хочет мне мешать в похудении и идти к своей цели. Что ему не плевать, а он помогает мне.
В моей больной голове Тейт начал становиться героем, а события того вечера, когда он почти поцеловал меня, все чаще и чаще прокручивались в голове.

___________________

Вот такая вот короткая глава) Очень буду благодарна за комментарии, звезды и в целом за любую реакцию💗