Глава 3.

По бокам от главных ворот академии возвышались большие мраморные колонны. Тонкие золотистые крапинки на них отражались от солнечных лучей и плясали в воздухе. На каждой из колонн висел флаг.

Один - флаг Ламура. Тёмно-красное полотно. В центре - рыжая кобыла, стоящая на задних копытах. Над ней - символ династии Хизару. Скрещённые золотые мечи.

Второй - тёмно-синий флаг Академии с белым свитком посередине.

Они развивались от ветра, ткань шелестела, иногда падая вниз и поднимаясь снова.

Прямо как мама рассказывала. Когда он был ещё совсем маленький. Это было до того, как он впервые лишился места за семейным обедом.

Большое светлое здание с цветными витражными окнами, некоторые из которых уходят в пол и занимают целые этажи. Широкая позолоченная лестница от дверей, расходящаяся в разные стороны - прямо к воротам и заднему двору. И белый фонтан, по центру которого - Митэра. В одной руке она сжимает клинок, а второй держит ребёнка, припавшего губами к её груди.

Сайлас смотрел на дитя, прижавшегося к груди богини. На секунду ему показалось, что детские глаза метнулись к нему, а затем вернулись к лицу кормилицы. Сайлас чуть склонился, запуская пальцы в прохладную воду фонтана. Она была кристально чистой, в ней отражалось голубое небо. Он слегка улыбнулся.

Порез на щеке пощипывал от маленьких капель, падающих на лицо. Лавуа поднял взгляд. Разношерстные ребята суетились во дворе: некоторые из них сбились в небольшие кучки, кто-то перекладывал тяжёлые вещи из руки в руку.

Солнце припекало головы.

Хотелось окунуться в прохладную воду или испить её. За всё время в дороге он не прикоснулся ни к еде, ни к воде. Сайлас намеревался поспать в пути, заняв самое дальнее место - возле дверей. Но так и не смог, вынужденно слушая рассказы надоедливого попутчика, что вдруг посчитал его своим другом.

Он слегка прикрыл глаза, чувствуя, как тело ноет. Сайлас надеялся, что сегодня у них будут первые занятия. Ему бы не помешало размяться и побегать. К тому же ему нужно что-то написать отцу домой. Про уроки, посвящение. Он обещал. Потому что знал: если не напишет - отец сам придёт к нему.

- Я приветствую вас всех, добрый день, наши дорогие ученики!

Стройная девушка с золотыми волосами, стоявшая на лестнице, красиво развела руками. У неё было необычное, худое лицо. Ладони нервно дёргались на долю секунды.

- С прибытием в Синдеси и академию «Красных Знамён»! Надеюсь, ваша дорога была быстрой и лёгкой. Меня зовут Мэй Ли, и я ваша староста на ближайший год.

Мэй Ли была одета в тёмно-красный костюм из пиджака и брюк. На левом плече висела золотая цепочка с круглой брошью. На броши была выгравирована надпись, которую Сайлас не успел рассмотреть. Сразу после приветственной речи их повели внутрь, сквозь большой стеклянный холл с высоким потолком в форме купола. Он пропускал сквозь себя лучи, превращая их в солнечных зайчиков на плитке.

Мужской корпус находился в правом крыле, сразу же после длинного коридора и фехтовального зала. Сайлас вздохнул и накрыл ладонью глаза, давя на них. Весь день его мучила головная боль. Ещё и невыносимый гам повсюду.

Ему уже изрядно успела надоесть парочка парней перед ним, шептавшаяся всю экскурсию. Так теперь они соседи по комнате.

- Извините, - раздалось за его спиной.

Сайлас обернулся. На него смотрел юноша с удивительно пронзительными серыми глазами. Они казались почти белыми.

- Я уже занял эту кровать, вот...

И он указал на комплект формы, сложенный ровной стопкой рядом с подушкой. На жакете было вышито:

Лиам Рин.

Лиам неловко уставился на него. Сайлас почувствовал странный укол в груди. Он осмотрел комнату. Все места уже были заняты. Осталось лишь рядом с окном. Придётся спать у всех на виду. Лавуа стиснул зубы и перекинул сумку на другую кровать, не проронив ни слова.

- Я Лиам, кстати.

Розовая ладонь оказалась рядом с животом Сайласа.

- Я знаю.

- Приятно познакомиться, Сайлас, - добродушно ответил тот и указал пальцем на имя, вышитое на форме Сайласа.

Сайлас ничего ему не ответил. Он вернулся к своему месту. Маленькая тумбочка возле его головы была из ужасного дерева - от таких обычно занозы под ногтями остаются. Вряд ли он будет ей пользоваться, ему даже сложить туда нечего. Весь комплект одежды умещается в обычную полку шкафа.

Он заметил краем глаза, как один парень стянул с себя рубашку. Сайлас застыл в ужасе.

Ему придётся переодеваться при других?

Это катастрофа.

В горле встал большой комок, он пытался проглотить его, но это лишь вызывало тошноту и желание громко закашлять. Лавуа медленно закрыл дверцу тумбы. Колени подкашивались. Рука легла на правое бедро, он почувствовал сквозь ткань мокрое пятно.

Или ему показалось?

Сайлас выбежал в коридор, едва не падая на пороге комнаты. Он вцепился пальцами в кожу, зная, что делает только хуже. Хоть бы никто не заметил. Он не помнил, как нашёл туалет, и мужской ли он - это волновало его меньше всего.

Он расстегнул ширинку брюк, чуть спуская правую штанину.

Нет, показалось.

Он не кровоточил. Облегчённый вздох сорвался с губ. Красные рубцы на коже выглядели безобразно. Некоторые из них уже покрылись красной коркой, какие-то были совсем свежими и яркими. Это был его собственный прощальный подарок.

Лавуа застегнул штаны, ладони были мокрыми и липкими от пота. Он вышел к зеркалу, включил воду и наклонился, раскрывая рот, глотая холодную жидкость.

Он обязательно что-то придумает.

***

Главный концертный зал нельзя было сравнить ни с чем. Даже прожив всю жизнь в столице, Сайлас не видел ничего подобного. Невероятной высоты и ширины помещение, потолки которого уходят на десятки метров вверх. Они были выложены из голубоватого стекла, похожего на воду в фонтане.

- Не толпитесь, занимайте места!

На высокой деревянной сцене стоял лысый мужчина лет сорока. Он держал руку на левом бедре, постукивая пальцами по рукоятке меча, лежавшего в ножнах.

- Я рад видеть каждого из вас! - голос мужчины разнёсся по залу.

Сотни взглядов обратились к нему.

- На этом историческом месте, где сто сорок два года назад был подписан Синдесский мирный договор, ознаменовавший окончание кровопролитной войны двух Императоров, - вы наша новая будущая элита Ламура. Отныне история будет зависеть только от вас. Вы здесь, чтобы отдать свой долг перед нашей матерью Митэрой, вскормившей ваших дедов и отцов, и перед нашим государством, что не оставило своих детей и встало на их защиту.

Громко звякнула сталь. Мужчина обнажил меч и поднял руку вверх.

- Я хочу, чтобы каждый из вас принёс клятву верности нашему Императору.

Сайлас знал эти клятвы наизусть. Отец заставил его выучить каждую, до единой. Лавуа знал, как именно складывать ладонь, сколько ударов должно быть и с какими паузами.

- Я попрошу вас поднять свою левую ладонь вверх, - мужчина вскинул руку с широкой красной ладонью. - А теперь крепко сожмите кулак.

Сайлас одновременно с остальными ударил себя кулаком в левую грудь, чуть выше сердца. Раздался гул голосов. Мальчик рядом с ним так яростно скандировал слова, что маленькие капли слюны летели у него изо рта. Лавуа поморщился.

В зале было душно и тесно, чёлка, падающая на лоб, прилипла к потной коже. В горле сухо, а чужие голоса уже изрядно начинали раздражать его. Сайлас резко втянул воздух и сжал край штанины.

Нужно написать отцу.