2 глава.

Пётр заглушил машину у подъезда, глубоко вздохнул и направился к знакомому серому дому хрущёвской постройки. Дверь скрипнула под его рукой, и он вошёл в полутёмный подъезд: в квартирах спал кто‑то из домочадцев, тишину нарушал лишь редкий храп. Бросив ключи на тумбочку, он прошёл в комнату.

Включив лампу, Пётр снял чёрную рубашку и швырнул её в угол. У окна лежал прозрачный пакет - он взял его, сел в кресло и надел на голову. Это был его способ унять пульсирующее напряжение после тяжёлого дня. Руки сжимали пакет, дыхание становилось всё более редким, мир вокруг сужался до нескольких деталей - мягкого света в комнате, шороха ткани, и собственного, учащённого биения сердца.

На грани потери сознания перед глазами вдруг возникла фигура. Девушка в чёрном стояла неподвижно, её русые волосы ниспадали по плечам, и в этом призрачном образе Пётр пытался угадать знакомые черты - она казалась отдалённо похожей на кого‑то из прошлого, но память ускользала. Фигура шагнула ближе, её движения были тихи и уверены; Пётр не мог оторвать от неё взгляда, как будто застыв в трансе. Девушка наклонилась, и из её рта хлынула густая чёрная кровь, медленно стекающая по его лицу, оставляя липкие тёмные струйки на коже.

Словно разрезав натянутую струну, образ лопнул. Пётр дернулся и с шумом сорвал с головы пакет. Он закашлялся, судорожно вдыхал воздух большими глотками, ощущая, как сердце бешено колотится в груди. В комнате вернулась обычная реальность - лампа висела на прежнем месте, рубашка лежала в углу, но после этого видения дыхание долгий миг не отпускало его, а в голове ещё долго крутились обрывки образа: струйки крови и чувство неотвратимости.. Он потер свои мокрые кудрявые волосы и сел ровна на кресле пытаясь прийти в себя после собачьего кайфа. Перед глазами мелькали темная фигура пиковой дамы и волнистые русые волосы...

....

Было раннее утро. Ясмина проснулась от шума, доносящегося с первого этажа. Недовольно фыркнув, она укуталась одеялом до подбородка, пытаясь отгородиться от тревожащих звуков. Ночь прошла без сна: мысли ворочались в голове, не давая покоя и лишая сил.

Терпение лопнуло. Ясмина глубоко вздохнула, отбросила одеяло и, не медля, спустилась по лестнице. Шаги были тихие, но решительные - ей нужно было понять, что происходит.

Спустившись вниз, Ясмина увидела на полу маленького щенка, жалобно скулящего в прихожей. Его шерстка переливалась золотистыми отблесками в лучи расчета пробивавшегося сквозь окно. Услышав шаги, щенок приподнял голову, и, увидев русую  — тут же вскочил на неуверенные лапки и радостно, по-детски переваливаясь, побежал навстречу.

Девушка замерла, растерянно оглядывая пустой холл: Откуда он здесь? Тишина в доме была непривычной. Она медленно опустилась на корточки, и щенок тут же ткнулся холодным носом в её ладонь. Ясмина невольно улыбнулась, проводя пальцами по пушистой мордочке. В ответ щенок лизнул её пальцы и звонко тявкнул, виляя хвостом-пропеллером.

— Откуда ты такой милый тут появился? — прошептала она, и сердце её дрогнуло. Не в силах устоять, она бережно подняла тёплую крошку на руки. Щенок уютно устроился в сгибе её локтя, доверчиво прижавшись, и этот маленький комочек тепла странным образом начал согревать её душу.

В этот момент из кухни донеслись шаги. На пороге появился Толик с кружкой кофе в руках. Он вёл себя настолько непринуждённо, словно был здесь хозяином этого поместье , где его уже давно не ждали. Увидев Ясмину, он медленно приблизился, и его губы растянулись в улыбке, которая когда-то заставляла её сердце биться чаще.

Улыбка Ясмины мгновенно исчезла. Она встала, инстинктивно прижимая щенка к груди, и взгляд её стал твёрдым и настороженным.

— Привет, зайка, — голос Толика прозвучал мягко, почти ласково. — Вижу, мой подарок тебя порадовал.

В воздухе повисла тяжёлая пауза. Ясмина крепче обхватила щенка одной рукой

— Это твоих рук дело? — тихо, но отчётливо спросила она, не отрывая от него взгляда. — Зачем?

Толик сделал глоток кофе, его глаза светились смесью ностальгии и какой-то непроницаемой решимости.

— Решил подарить тебе свадебный подарок, — сказал он, опуская кружку на мраморный столик рядом. Звук был тихим, но в тишине комнаты прозвучал почти как удар. — Но... не удержался и хотел поскорее увидеть твое радостное личико.

Он сделал ещё один шаг вперёд. Запах его одеколона, старый и знакомый, смешался с ароматом кофе и дыма, создавая призрачную ауру воспоминаний, которую Ясмина отчаянно пыталась отринуть. Она замерла, словно призрачная статуя, стараясь не дышать, но каждая клеточка её тела кричала о присутствии Анатолия.

— Ты не за этого решил мне подарить щенка, — раздался её голос, неожиданно жестокий и холодный, словно сталь. Лицо её помрачнело, в глазах мелькнул отблеск боли, когда она вспомнила истинную причину его появления тогда, в её доме. — Радуйся, что я не рассказала отцу о твоих выходок.

Анатолий поднял голову. Усмешка, кривая и невесёлая, тронула его губы. Руки оказались в карманах классических брюк, и он покачал головой, словно не веря её словам. Его взгляд упал на неё – на Ясмину – и в тот же миг его глаза похолодели. В них больше не было прежнего тепла, только ледяной холод и какая-то злая насмешка.

— Чёрт… — пробормотал он себе под нос, его голос стал ниже, с нотками раздражения. — Зай, я же прошлый раз всё объяснял. Что я пьян был, и всё.

— Мг, пьян… — Ясмина горько рассмеялась, но смех её был безрадостным, полным горечи. — Из за твоих выходок до сих пор ребра побаливают после этого случая

Анатолий сделал ещё один шаг, сокращая дистанцию между ними. Его усмешка стала шире, приобретая хищный оттенок.

— Зайка, ты сама виновата, что попала в горячую руку, — сказал он, и в его голосе прозвучала та самая угроза, которая когда-то заставляла её дрожать. — Не следовало тебе так нарываться.

— Толик, — её голос был тихим, но абсолютно чётким, будто стальной клинок. — Ты не изменился. Как был два года назад куском дерьма, так и остаёшься. Щеночка я забираю себе. Но я тебя не прощаю. И не прощу.

Она выдержала паузу, дав этим словам повиснуть в затхлом воздухе. А потом, демонстративно медленно, отвернулась к нему спиной. И поднялась по лестнице. Её шаги по деревянным ступеням отдавались твёрдым, уверенным стуком. Анатолий не двинулся с места, его хищная усмешка застыла, превратившись в гримасу. Он пнул столик, где стоял его кружка.

*****

—Так как же тебя назовём? — прошептала Ясмина, проводя пальцем по мягкой шёрстке. В голове мелькали имена, но ни одно не ложилось на душу. Взгляд упал на книгу, оставленную на подоконнике. Старое, потрёпанное издание. — Сэви?

Щенок, словно услышав, поднял мордочку, тявкнул тоненько и радостно и замахал своим маленьким, будто пёрышко, хвостиком.

— Видно, нравится, — улыбка, наконец, тронула губы Ясмины, согревая её изнутри. Она обняла Сэви, прижала к груди. — Так и назову. Добро пожаловать домой, Сэви.

****

Ясмина сидела в кожаном диване, и её взгляд, как будто застывший, скользил по залу клуба. В полумраке, под ритмичную музыку, мелькали фигуры. Она наблюдала, как девушки, чьи движения были отточены до определённой цели, подходили к мужчинам. Их тела изгибались в танце, который был лишь предлогом, а настоящая суть скрывалась в демонстрации, в провоцирующем движении бёдер, в том, как деньги ложились на тонкие бретельки стрингов. Ясмина покачала головой.

—Ну, как наша принцесса поживает? Давненько не виделись. Год, никак не меньше.

К дивану подошла Саша и с лёгким стуком поставила на низкий столик бутылку виски. Движения её были привычно уверенными: она налила золотистую жидкость в два стакана и протянула один Ясмине.

Ясмина встретилась с ней взглядом. Саша не изменилась — всё те же насмешливые глаза, короткие светлые волосы и лёгкая ухмылка в уголке рта. Они Саней знали друг друга с 15 лет, познакомились в каком-то тусе к Ясмине клеился какой-то нарик, а Саша помогла ей отогнать его от нее с этого они начали общася.

— Ну, Сань, ты обижаешься? Прости, — голос Ясмины прозвучал тише гула музыки. Она взяла стакан. — Ты же знаешь, как всё навалилось в этот год.

Сделав быстрый глоток, она почувствовала, как жгучее тепло разливается по груди.

— Да-да, знаю, — Саня откинулась на спинку дивана, разглядывая подругу. — Хотя бы звонила бы. Ни слуху ни духу. Я уж думала, ты махнула в Штаты

Ясмина повернула голову в её сторону, и на её губах наконец дрогнула улыбка — первая за долгий вечер.

— Размечталась. Обещаю, такого больше не будет. С меня, дорогая, выпивка.

— Ладно, прощаю, — Саня слегка ударила её по плечу, и в этом жесте была вся их старая, неизменная дружба. — Ну, рассказывай. Как ты? Что там, в твоём богатом мире?

Ясмина задержала взгляд на пустом стакане, потом резко допила второй. Алкоголь притупил остроту мыслей, но не смог смыть горечь в голосе.

— Если одним словом… Всё дерьмо, — выдохнула она. — Раздражает. Всё.

— снова отец - взглянула на подругу

— и не только.. Толик, оба заноза жопе... А у тебя как? Как стрепуха? Вижу ремонт сделала

—ну все развивается все лучше.. - смотрела на пустой стакан. — Сальнив об стенку хочу кинуть

— а что с ним? И кто это? - вопросительно посмотрел на Сашу

Как в друг стрепуху зашел Петр..

Продолжение следует..

Тгк: Victoria cookie
Подписывайтесь на канал, чтобы первыми узнавать все свежие новости про «ФФ» 😉
Что вы думаете о главе? Буду очень благодарна за активное участие именно в этом выпуске! Именно вы решаете, когда выходить следующим главам - всё зависит от ваших звёздочек и комментариев.
Желаю вам прекрасного дня или уютного вечера 💗