Глава 5. Когда слова становятся лишними
Феликс брал всё большую область члена. Саше было настолько приятно что сложно описать словами. На то это и первый раз, да что уж первый он даже за все свои 16 лет которые прожил на земле девушки не было. Да и кто же знал, что белобрысый одноклассник будет настолько хорош в этом деле. Ну а Феликс при виде всё больше удовлетворённого лица «товарища» всё больше мотивировало довести его до кондиций, чтобы услышать его стон. Ну уж очень было любопытно ему их услышать. Темп кардинально поменялся, он стал таким быстрым что Сашка не питался уже сдерживаться. В тот момент подушка оттошла на второй план.
Сорвался стон — сладкий, непринуждённый.
Феликс был зачарован этим звуком и хотел услышать его снова. Проглотив, он уже собирался продолжить, но Саша, будто предугадав его намерение, не позволил.
Резким движением он поднял и рывком положил Феликса на спину и навис над ним.
– А чего это только я должен получать удовольствие?
–А ты так осмелел? - с кокетливой улыбкой произнёс Феликс, что вся смелость Саши улетучилась как будто её и вовсе не было. Но отступать было поздно, поэтому что бы заткнуть этого провоцирующего ублюдка Сашка заключил его со своими губы в поцелуе. Страстный, глубокий поцелуй длился как будто вечность, переплетение двух увлечённых языков было сложно предотвратить. Но воздух кончался, превративши один поцелуй на кучу маленьких для того, чтобы была хоть малая возможность глотать воздуха.
Продолжая череду поцелуев, пришло дело до одежды, но тут без происшествий не обошлось. Была замечена такова закономерность: чем больше поступало поцелуев, тем меньше одежды оставалось на теле у парней. Пока дело не дошло до нуля процентов одежды на теле и нуля процентов терпения черноволосого. У Сашки стоял столбом только при одном взгляде на тепло Феликса сердце так сильно отзванивало в ушах что не удавалось услышать что-то кроме сердцебиения. Тело партнёра было худощавое до этого же жутко привлекательно что глаза нельзя отвести. Саша только то и делала что разрывался между желаниями продолжать его целовать и просто сесть, и любоваться его красотой. Они сблизились настолько, что Саша мягко слил свои движения с движениями Феликса.
Он чувствовал, как мир вокруг будто растворяется, остаётся только тепло под его ладонями и тихое, неровное дыхание Феликса. Он остановился лишь на секунду — словно чтобы убедиться, что всё это действительно происходит. Феликс посмотрел на него так, будто ему не нужно было никаких слов, — взглядом, в котором смешались доверие, желание и тихая, почти нежная растерянность.
Саша провёл пальцами по его щеке, большим пальцем едва заметно коснувшись губ.
— Ты скажи, если... — начал он, но фраза не успела оформиться.
Феликс покачал головой, мягко перехватив его руку.
— Не останавливайся.
В этот момент всё напряжение будто спало. Саша наклонился ближе, прижимаясь лбом к его лбу, чувствуя, как их дыхание смешивается. Его объятия стали крепче, движение — осторожнее, глубже, словно он боялся нарушить ту хрупкую теплоту, что возникла между ними.
Феликс ответил ему будто инстинктивно — легким, почти невесомым касанием, от которого Саша снова потерял способность думать. Они двигались медленно, будто узучали друг друга заново, и каждый жест говорил громче любых слов.
И когда Феликс тихо выдохнул его имя, Саша понял, что дальше им не нужно ни спешки, ни объяснений. Только то, как они чувствуют друг друга в этот момент.