Первый день остального

Воскресенье.

Утро в квартире Кристиана пахло кофе, вчерашней пиццей и чем-то новым — не сигаретами и не виски, а просто… людьми, которые решили остаться.

Элиана проснулась первой.
Кристиан спал на спине, рука свесилась с дивана, дыхание глубокое и ровное — так он спал только когда действительно вырубался, а не просто отключался от усталости.

Она смотрела на него долго: на щетину, на татуировку на ключице, на то, как веки слегка подрагивают во сне.

Потом встала тихо, накинула его чёрную толстовку (она была ей почти до колен) и пошла на кухню.
Кухня — это громко сказано: две конфорки, микроволновка, кофе-машина, которую он купил на распутье и ни разу не чистил.
Она нашла банку с молотым кофе, засыпала в турку, налила воду.

Пока варилось — открыла окно.
Холодный воздух ворвался, принёс запах мокрого асфальта и далёкого дыма от чьего-то костра.
Кристиан проснулся от запаха.

— Ты варишь кофе? — голос сонный, хриплый.

— Ага.
Хочешь с сахаром?

— Нет.
Чёрный.
Как моя душа.

Она фыркнула.

Он подошёл сзади, обнял за талию, уткнулся носом в её волосы.

— Доброе утро, мелкая.

— Доброе, поэт.

Они пили кофе молча, сидя на подоконнике.

Ноги болтались над полом.

За окном — серый двор, ржавые гаражи, ворона на мусорном баке.

— Что дальше? — спросил он наконец.
Элиана пожала плечами.

— Не знаю.
Жить, наверное.
Работать.
Писать тебе в три ночи, когда опять хуёво.
Слушать твои демки.
Иногда ругаться.
Иногда мириться сексом.

Он улыбнулся — криво, но искренне.

— Звучит как план.
Телефон Элианы завибрировал на столе — уже третий раз за утро.
Она посмотрела: Лена.

Лена
10:18
Мы не будем тебя искать силой.
Но хотя бы скажи, что ты в порядке.
Пожалуйста.

Элиана вздохнула.

Написала:
Элиана
10:19
Я в порядке.
Жива.
Здорова.
У него.
Не приезжайте пока.
Дайте время.

Ответ пришёл через секунду.

Лена
10:19
Хорошо.
Но если что-то пойдёт не так — звони в любое время суток.
Мы не враги.
Просто боимся за тебя.

Элиана не ответила.

Положила телефон экраном вниз.
Кристиан смотрел на неё.

— Они не сдадутся.

— Знаю.
Но я тоже.

Днём они вышли на улицу — первый раз вместе, не прячась.
Просто прогуляться.
Купили сигареты в ларьке, кофе в бумажных стаканах, прошли по набережной, где почти никого не было.

Кристиан держал её за руку — не романтично, а просто так, чтобы пальцы не замёрзли.

— Знаешь, — сказал он вдруг, — я никогда не думал, что буду жить с кем-то.
Думал — максимум гости на ночь.

— А я думала, что останусь в квартире Эрика навсегда.
Типа приложение к брату.

Он остановился, повернул её к себе.

— Ты не приложение.
Ты… отдельная.
И мне это нравится.

Элиана посмотрела вверх — в его глаза, которые сегодня были не чёрными, а просто тёмными.

— Тогда давай попробуем быть отдельными.
Но вместе.

Он наклонился, поцеловал её — медленно, на виду у пустой набережной и одной вороны, которая наблюдала с фонаря.

Вечером вернулись.

Кристиан сел за пульт, включил Logic.

— Хочешь послушать новую демку?

— Давай.

Трек был сырой: гитара, голос, бит, который бьёт в грудь.

Текст — про то, как уходишь из дома, который тебя душил, и приходишь в другой, который пока не дом, но уже не клетка.

Когда закончилось — Элиана молчала.

Потом тихо:

— Это про нас.

— Про нас, — подтвердил он.

Она встала, подошла, села к нему на колени.

— Добавь строку про кофе по утрам.
Он усмехнулся.

— Добавлю.

Они не пошли спать сразу.
Сидели в наушниках, он дорабатывал трек, она листала его старые плейлисты, иногда комментировала: «тут голос дрожит — оставь, это красиво».

В полночь он выключил всё.

— Спать?

— Спать.

Легли на диван — уже привычно.
Она на его груди, он обнимает.

— Кристиан, — прошептала она в темноте.
— М?

— Спасибо, что дождался.

Он поцеловал её в макушку.

— Спасибо, что вернулась.

И впервые за долгое время оба уснули без мыслей «а что если завтра всё рухнет».
Потому что завтра уже было не страшно.