Глава шестая

Радость моя, гордость моя...
И печаль... Тебя я не оставлю...
И лишь тебе, Любовь моя,
Я эти строки посвящаю...
Я буду гнаться за тобою,
От бед тебя уберегу...
Неволить я не буду,
Да просто не смогу...
Ты для меня важнее неба...
Ты для меня желаннее луны...
Тебе я верить буду слепо,
Открою тайны все души...
Побудь со мною хоть немного,
Позволь запомнить мне тебя.
И пусть я буду жить недолго,
В твоей душе, любить тебя...

SadWolf

В тот день мне пришлось остаться волчицей. Крылу нужен был покой, а волчья суть понимать этого не хотела, вот и заперла ее на денёк, так сказать, мозги прочистить. Таю тоже требовался покой, уют и тепло. А потому, я решила поспать с ним. Говорят близость животного лечит. Спали мы спокойно, жар у Тая спал примерно часа через два, а у меня так и вообще все отлично было. Проснулась ночью. Луна позвала. Выйдя из дома, оказалась на широком лугу. Лунный свет приветствовал меня. Одобрял все мои поступки. Луна любила меня, а я ее. И песнью я докажу свою любовь! И вой волчицы, древний, как сама природа, окутает прекраснейшую ночь, моля не течь так быстро время. Терпкий запах луговых трав, нежный ветерок мне шепчет что-то и я, в сияющих лучах такой родной сейчас луны. Запомним это место и время.

Я улетела. Просто оставила записку на подушке кровати и улетела. Сбежала? От чего? Я, конечно, чувствовала, что он хотел поговорить, что-то сказать, узнать. Но к чему это? Мы не должны ничего друг другу. Сиюминутный порыв ради интереса не повод в чем-то объясняться. Ни у него, ни у меня такой порыв радости не вызвал. Хотя, конечно, он удивился. Но кто бы не удивился в такой ситуации? Но нет, отец бы, наверное, понял мой порыв. Ему тоже стало бы интересно. А я? Я всего лишь дочь своего отца. Пусть и не по крови, но по духу и складу ума.

Довольно быстро пролетев по ночному, еще спящему миру, я оказалась дома. Волчья суть была раздосадована, что не уберегла добычу. Но ничего не поделаешь, ему тоже стоит восстановиться, а у меня своей еды навалом. И я вприпрыжку побежала откапывать ту самую еду. Как говаривал мой папуля: "Я как помагичу, всегда голодный!" И я того же мнения! Взяв из погреба большую миску с мясными пирожками и большими кусками жареного мяса куду, отправилась в кроватку. Поесть и там можно, а спать-таки хочется. Уже умяв всю миску и уплывая в сон, поняла свою громадную ошибку. Хотя нет, ошибок было куча!

Я, не удосужившись подумать дурной головой, забыла про осторожность, которую так старательно вдалбливал в нее любимый отец. Ни накинуть невидимость, ни скрыть ауру, ни надеть щиты, ни даже просто надеть морок в мою затуманенную головушку тогда не пришло. Это была первая ошибка. За ней последовала еще более глупая - отдать волю волчице. Третья поражала настолько, что даже становилось стыдно. Попав в западню, я не только не смогла удержать под контролем свою иную сущность, но испугалась и билась вместе с ней. Хотя казалось бы, зачем бояться драконов? Отец - дракон, я тоже через пару-тройку лет стану драконом. А тут испугалась! Самой противно! Но на этом моя феноменальная тупость не окончилась. Я снова, как когда-то, поддалась эмоциям! И вновь чуть не покинула сей мир! Ну, не дура?! Обещала ведь отцу, что со мной ничего не случится, что все будет хорошо. А сама чуть не уплыла в неведомые дали! Вместо того, чтобы поблагодарить дракона, который так хотел поправить содеянную ошибку, я его покусала! Потом сама же и вылечила. А перед этим поцеловала, пусть и из чистого интереса, взрослого мужчину! Щеки залила краска. Вот же дура... Но настоящий апофеоз моей безграничной недальновидности заключался в том, что я сказала, кто я и где живу. Даже о планах на будущее вякнула. Ну вот кто просил меня открывать свой тупой рот! Нет, это уже не просто тупость, это уже идиотизм... Диагноз, однако.

Проснувшись, и обдумав все еще раз, решила позвать отца. Он всяко умнее и найдет решение возникшей проблемы по имени Тай. Позвав папу, почувствовала в ментальном голосе нотки разочарования. Что ж, заслужила.

Портал открылся спустя пару секунд и явил осунувшегося и явно недовольного отца. Он выглядел сильно потрепанным и уставшим, извечный балахон висел будто на вешалке, на каштановой шевелюре появились едва заметные волоски седины. Папа был уже не так молод, ему в прошлом году исполнилось сто пятьдесят лет, юбилей. Но что такое сто пятьдесят лет для мага? Не так уж много. На вид ему и двадцати не дашь. Только мудрые глаза выдают истинный возраст.

- Ну и что ты натворила в этот раз? Надеюсь, мне не придется перестраивать дом? - Карие глаза уставились на меня, а я как в рот воды набрала. Как мне сказать отцу, что я, мало того, что нарушила обещание быть под защитой, так еще и раскрыла себя постороннему? Прибьет же! Но сказать-то придется...

- Пап, я совершила непростительную глупость...

- Не тяни кота за хвост. Смотри в глаза. Ого! Нифига себе! Облик волчицы! Быстро! Так... Ну с крылом вроде все в порядке, и то хорошо... Выросла-то она у тебя как! Но пару дней отдыха не помешает. Укрепляющий отвар сама сделаешь. В Академии заявки не позже, чем через четыре дня принимают, успеешь. С Таем этим так: наденешь морок обычной эльфийки, близкой к королевскому дому. В Академии с преподами я договорюсь. Возраст морока не менее шестнадцати. Если не проколешься сама, никто вовек не узнает. Надеюсь, больше глупостей делать не будешь? Волчицы это тоже касается. И... Хира, не держи на меня зла, сейчас трудный период, переходный. Я не могу как раньше уделять тебе столько времени, но это вовсе не значит, что я забыл о тебе. Ты ведь моя единственная дочурка. Ну все, мне пора бежать, уже на части разрывают, хоть клонов делай... Учись!

Клюнул в макушку, обнял и пропал в портале. Не волнуйся пап, я постараюсь не добавлять тебе проблем.

Следующие два дня я, как и требовал отец, сидела дома в обличье Риш, моей волчицы. Риш уважала отца как старшего крылатого и вожака, поэтому, как и я, выполняла все беспрекословно. Тем временем мы тренировались. Нас интересовали повышение скорости бега, бой (создали морок медведя) и преодоление препятствий разнообразной сложности (приспособили сад под непролазный бурелом). В свободное время учились плавать и нырять, охотиться и рыбачить. Мы с Риш достигли относительно стабильных результатов. Скорость бега составляла около сорока лиг в час. Длина прыжка была около тринадцати локтей и около восьми в высоту. Что касается размеров волчицы, то она была два с половиной локтя в длину, полтора локтя в холке, а размах крыльев составлял шесть с четвертью локтей. С замерами нам помогал папа, которого мы оторвали от дел, но ему тоже было интересно, так что никто не в обиде. Все это мы занесли в каталог особей ипостаси. Включая описание внешнего вида Риш: белоснежная жесткая шерсть длиной в полтора пальца, белоснежные крылья, начинающиеся от лопаток и заканчивающиеся полукругом, как у полярных сов. Глаза волчицы были холодного льдисто-голубого цвета.

Отец сказал, что с таким описанием мне было бы проще в природе на северных островах или там, где зима преимущественно более половины дней в году. Обещал подыскать мне домик на севере к окончанию Академии. Папа похвалил за тренировки и посоветовал в свободное от учебы время тренироваться не только на земле, но и в воздухе, пригодится. Риш была не против и даже наоборот.

Придумали мне легенду. В Академии я была Эленришель эрд Лоо'арен, внучатая племянница Владыки эльфов, Алсинейля эрд Лоо'аллена. Соответствующий документ был передан мне. Легенда семьи такова, что ни отца ни матери нет, а сам папа лишь приглядывает, как за дальней родственницей императрицы Астер. Я была не против. Внешне я выглядела на шестнадцать лет, с длинными блондинистыми волосами ниже поясницы и глазами цвета морской волны. Черты лица никаким образом не напоминали мои собственные, а рост по легенде был связан с детской болезнью недостатка магии. Таким образом никто не мог заподозрить во мне Аррхаишэль тер Дейл, приемную дочь Шона тер Дейла, юную герцогиню.