2 глава

Я слушала её, и в моих глазах читалось нескрываемое осуждение. Элина сидела напротив, беззаботно болтая ногами, и каждое её слово о желании познакомиться с парнями из группировки отзывалось внутри меня глухой, ноющей тревогой. Она смотрела на всё происходящее в нашем городе как на приключенческий фильм, не понимая, что здесь нет сценария, а декорации могут загореться в любой момент.
- Почему ты меня осуждаешь? - Элина недоуменно нахмурилась, поправляя выбившуюся прядь волос. - Там ведь есть твой брат. Он не просто в их числе, он возглавляет «Монолит». Что может случиться плохого? Разве он не защитит нас от всех проблем?
Я тяжело вздохнула, чувствуя, как внутри нарастает холод. В этом маленьком кафе школьного буфета было шумно, но мне казалось, что мы находимся в вакууме.
- Всё. Абсолютно всё может случиться, - мой голос прозвучал тише, чем я планировала. - Именно потому, что мой брат стоит во главе, я знаю, насколько там бывает опасно. Ты даже не представляешь, с чем они сталкиваются каждый день. Элина, умоляю, прислушайся ко мне. Тебе стоит держаться от них как можно дальше. Этот мир не прощает наивности.

Я очень хотела её спасти, вырвать из этого мира, прежде чем он затянет её в свои сети. Я знала по опыту: чем глубже ты заходишь, тем смертельнее становится игра, в которой нет правил. Для них человеческая жизнь - это всего лишь пешка, которую легко разменять в споре за территорию.
- Ты как хочешь, а я не отступлю, - отрезала подруга, гордо вскинув подбородок. Её глаза блестели от неуместного восторга. - Я хочу поближе узнать Ската и Шаха. Они такие... другие. В них есть какая-то мощь, понимаешь?

С каждым её словом в моей памяти всплывали недавние фразы брата о том, что скоро начнется настоящая кровавая война. По ночам он почти не спал, постоянно отдавал распоряжения по телефону, и я видела, как в его глазах гаснет прежний свет. Приходило горькое осознание: если я не смогу оттащить Элину подальше от них сейчас, потом может быть слишком поздно, и потери станут неизбежны. Я чувствовала себя канатоходцем, который пытается удержать равновесие над пропастью.

Занятия в школе закончились, но день для меня был в самом разгаре. Дальше по расписанию у меня были уроки игры на пианино. Музыка была единственным моим убежищем, где я могла спрятаться от суровой реальности. Я шла по привычному маршруту, погруженная в свои мысли, когда вдруг заметила Луку. Он стоял неподалеку от школьного входа и с кем-то негромко разговаривал. Мимо проходил какой-то парень и задержал на мне взгляд -  слишком долгий, слишком наглый, слишком интенсивно-похотливый. Мне стало до того неуютно, что я ускорилась и поспешила уйти, стараясь не оглядываться, хотя кожей чувствовала этот липкий, неприятный интерес.

Лука, которого на районе знали под прозвищем Скат, заметил этот взгляд. Его лицо мгновенно окаменело, превратившись в маску, лишенную всякого сочувствия. Он, не раздумывая, схватил того парня за шиворот и впечатал в ближайшую стену. Удар был глухим и тяжелым.
- Слышь, мелочь, ты чего, оборзел? - голос Луки был низким, рычащим, полным нескрываемой угрозы. - Ты вообще с наших? Если да, то веди себя подобающе, а не как животное. Ты на кого глаз положил?
Он, не дожидаясь ответа, с силой втащил кулаком сначала в живот, а потом в лицо обидчику. Парень охнул и согнулся пополам, хватаясь за ушибленные места. Это было быстро, профессионально и жестоко.
- Будешь ещё так глазеть на девушек - пожалеешь, что родился, - прошипел Лука. - Хочешь вылететь из группировки сразу после того, как пришился? Твоя задача - выполнять то, что говорят старшие, а не строить из себя мачо. Ещё раз такое повторится - простыми ударами не обойдешься. Вали отсюда, пока я добрый!

Лука буквально отшвырнул парня, и тот, потирая разбитое лицо, поспешно скрылся за углом. После этого Скат повернулся и посмотрел в ту сторону, где я стояла десять минут назад, но там уже никого не было. В его глазах я бы, наверное, прочитала что-то холодное и собственническое, но я была уже далеко.

На занятиях я старалась сосредоточиться на музыке. Я спокойно разучивала новые позиции, перебирая пальцами клавиши, и после достаточно удачной практики, когда мелодия наконец начала складываться в единое целое, я собрала вещи и вышла на улицу.
На тротуаре меня уже ждал брат. Он выглядел уставшим, лицо было серым. Мы молча пошли в сторону дома, наслаждаясь коротким спокойным моментом. Однако идиллию нарушила встреча: прямо на нашем пути стояли Мирон и Лука. Они бросили на меня быстрые взгляды. Мирон, как обычно, вежливо поздоровался, кивнув мне, а Лука демонстративно проигнорировал, словно меня здесь не было, но я чувствовала его взгляд на своем затылке.
- Шах, нам нужно поговорить, - серьезно произнес Лука, кивнув на меня. - Оставь на минуту младшую.

Они отошли на несколько метров к кирпичной стене старого дома. Я старалась делать вид, что смотрю на деревья, но уши работали как радары.
- Ситуация накаляется, - голос Луки звучал глухо и напряженно. -  Они совсем оборзели. Начали заходить на нашу территорию. Мало того, что наглеют, так ещё и распугивают женщин и детей. Это переходит все границы. Люди жалуются, Шах. Мы теряем авторитет, если промолчим.
- Это не дело, - отозвался брат, и в его голосе проступила сталь, от которой у меня внутри всё сжалось. - Нужно поговорить с их главарем. По-хорошему или по-плохому - это уже как он решит. Завтра утром собрание.
- Хорошо, я всё передам остальным, - кивнул Лука.

Они разошлись по сторонам. Шах вернулся ко мне, его лицо снова стало непроницаемым, как камень.
- Пошли быстро, не задерживайся, - скомандовал он. - Кстати, ты поговорила со своей подругой? Она всё ещё грезит романтикой?
- Да, - ответила я, глядя под ноги. - Но она не слушается. Элина совсем не понимает всей опасности преступного мира. Она видит только красивую обертку, не замечая того, что внутри всё прогнило. Она думает, что это игра.
- Ладно, сам как-нибудь справлюсь, - вздохнул брат, потирая переносицу. - Старайтесь не выходить на улицу без лишней необходимости. Если нужно куда-то пойти - только со мной или в сопровождении одного из моих людей. Ты поняла? Это не просьба, Моника, это приказ.

Я коротко кивнула. Мы добрались до дома, и я сразу же ушла в свою комнату, чтобы сесть за уроки. В комнате было тихо, но тишина давила. Вдруг телефон завибрировал - пришло сообщение от Элины.
*«Подруга, как ты? Можешь дать номер своего брата? Ну, пожалуйста, он же такой классный!»*
Моё сердце пропустило удар. Я быстро набрала ответ, стараясь, чтобы пальцы не дрожали:
*«Извини, я не могу этого сделать. Ты не понимаешь, во что лезешь».*
*«Ну что ты дуешься? Дай, пожалуйста! Я же просто хочу познакомиться!»* - настаивала она.

Я проигнорировала следующее сообщение, чувствуя, как внутри нарастает раздражение. Мне нужно было отвлечься, нужно было забыть про холодный взгляд Луки и мрачные разговоры брата. Я вышла из комнаты и направилась на кухню.
На кухне пахло свежей выпечкой, что совершенно не вязалось с тем, что я только что слышала на улице. Мама разливала чай, её руки слегка подрагивали. Мы сели за стол, и я попыталась расслабиться, слушая её спокойный голос, рассказывающий о каких-то бытовых мелочах. Но мама вдруг замолчала, её взгляд стал тревожным и тяжелым. Она отставила чашку и посмотрела на меня так, будто видела меня впервые.
- Малышка моя, -  сказала она, глядя прямо мне в глаза. - Я должна тебе кое-что сказать. Это касается твоего отца...