Гл. 25

Древний и могущественный, Регент Энлиль инфильтрировал во вражеское логово. Он изучил давно полученные схемы и примерно представлял куда нужно двигаться. На втором и третьем этаже находился обширный бордель\бараки с подчиненными Шахира. Этот Старейшина был повернут на случайном сексе и издевательствах, потому с легкостью использовал собственную власть, чтобы пользоваться новообращенными вампирами как личными секс-игрушками.

На первом этаже были клетки для стада, сопряженные с пыточными камерами. Рядом с этими помещениями были блоки с пленными вампирами или теми, кого наказывали за непослушание. Этот этаж насквозь пропах железом, сеном, испражнениями, он почти не убирался, а за людьми слабо ухаживали, держа в клетках словно домашний скот. Условия содержания были кощунственные, а люди теснились друг с другом в узких комнатушках, находившихся на железной оградой. Дела у пленных были не намного лучше. Они уже держались в собственных уединенных камерах, но им не давали ни пить, ни выходить наружу, оставляя небольшое окошко, чтобы в камеру беспрепятственно попадал солнечный свет с улицы. Единственное как от него можно спрятаться - сжиматься по углам.

Основная часть молодняка и боевой силы Шахира находилась на верхних этажах, тогда как именно подземные этажи были рассчитаны на приемные залы, личные комнаты для Шахира и его ближайшей свиты, а также комнаты для гостей-Старейшин. Чтобы безболезненно и быстро забрать Рокси, первым делом стоило проверить пыточные и камеры пленников - туда Энлиль и пошел.

Он просочился в помещения совершенно незаметно: вампир приглушил свою силу, и полностью растворился, передвигался по теням как рыба в воде, быстро и бесшумно. Паре вампирских охранников не повезло оказаться на пути - черная густая тень у них под ногами без сопротивления и без звука поглотила их, не оставив после себя и следа.

Мужчина двигался вперед. Просочившись через щель в дверях, он принял свою естественную форму, подходя к камерам. Сидевшие на посту вампиры оторвались от дел, но они и подумать не могли рыпаться с места. Гнетущая сила, казалось, поглощала их разум, парализуя. Они так и остались сидеть на стульях где сидели, - теперь это были безвольные куклы с треснувшим разумом, не способные больше ни говорить, ни драться, ни думать. Энлиль был очень зол и не щадил никого, с кем встречался. Это будет им всем предупреждением, если вы посмеете даже помыслить о том, чтобы снова тронуть его семью - пощады не будет. Обычно Энлиль избегал стычек с адептами и старейшинами других кланов, он предпочитал держаться особняком. Но первый удар был нанесен обидчиком, и красавец не собирался принимать второй. После того, как жизнь Рокси была на волоске, он обязан своими собственными руками разорвать их в клочья.

Энлиль, не касаясь пола, парил возле клеток с вампирами, заглядывая внутрь, из-за прутьев за его спиной вдалеке выглядывали люди и истошно плакали, и звали на помощь. Энлиль не был их спасителем. Но мужчина задержался, затем подлетел и пооткрывал человеческие клетки, давая возможность выбраться. Уйти или остаться: выбор был за ними.

Сделав дело, он снова осмотрел клетки с пленниками. Ни в одной из них не было Рокси и Энлиль понял, что Шахир держит ее у себя, внизу. Он одним движением руки наполнил комнату ветром, с грохотом открывая все клетки с заключенными, выпуская и их заодно.

Если эта мразь хоть волосок с ее головы... Мужчина взял себя в руки. Он открыл дверь, оставляя желавшим место для побега, и направился вниз. Материя вокруг его тела принимала причудливые и неестественные формы, казалось пространство вокруг него искажалось, поглощая свет.

...

Три старейшины сидели за общим столом и жадно поглощали пищу. Они пребывали в огромном зале, рассчитанном на приемы гостей и параллельный отдых - далеко у стены стоял небольшой трон-кресло, предназначенный для хозяина дома, в центре располагался огромный овальный деревянный стол, а по краю размещались кушетки, пуфики и диванчики, на которых раскинулись опьяневшие мужчины и женщины легкого поведения, которые предназначались гостям. Помещение было большим, но местами могло казаться простоватым и даже пустым.

На овальном столе лежали неаккуратно разложенные трупы, истекающие кровью - одни были полностью целы, а другие разрезаны на большие куски. Они были совсем недавно убиты и разложены в качестве трапезы. Чуть поодаль от пирующих сидел Шахир, восседая на своем небольшом троне. В руках он держал еще дергающегося ребенка лет 12, который был укрыт ссадинами, царапинами, укусами и другими следами насилия. Страшно подумать что именно ребенок пережил до того, как сейчас все равно оказаться на пороге смерти.

Три старейшины шутливо болтали. Один уже доел, довольно разваливаясь в кресле и стреляя глазками на друзей.

- Ах-ха-хах, неплохо-неплохо. А что потом? - мужчина с короткими волосами и пирсингом не отрываясь смотрел на рассказчика.

- А потом я говорю: прости, я не могу быть с тобой... И срезаю ей палец! АХА-хахах.

- Да не заливай нам, Арле! - женщина лениво выковыривала остатки мяса из зубов - ей нравилось не просто пить, но и пережевывать свою пищу.

- Да чесслово, Герта, так и было! Она еще потом такая "неее, неее", а кровь такая пыщ-щ-щ, пууш-ш-ш-ш... - массивный Старейшина активно жестикулировал. Его лицо выглядело помоложе, чем у друзей, но тело было большое и мускулистое, по своим размерам он выглядел словно бы медведь на фоне обычных людей.

Шахир сидел вдали, думая о чем-то своем. Ребенок на его руках безвольно осел и затем свалился на пол, перевернувшись на живот. Он больше не подавал признаков жизни.

- А я не рассказывал? Как-то раз...

История прервалась. У стола, откуда не возьмись, стоял Энлиль, его рука была черная от крови, примерно по кисть. Она медленно струилась вниз, стекая на пол, в ноги массивного парня. Тело говорящего парнишки дернулось и упало на стол, а затем и на пол. В его голове зияла ровная, сквозная и черная по краям дыра. Темное месиво на полу разрасталось, как и дыра на лице трупа, медленно расползаясь и словно бы поглощая то место, где было лицо.

Оба старейшины с ужасом посмотрели на Энлиля, Шахир и сам вздрогнул на стуле от неожиданности. Никто не почувствовал его приближение. Никто не ожидал его сейчас. Глаза черноволосого красавца не смотрели на старейшин, а сфокусировались только на Шахире.

- Где. Моя. Дочь.

Женщина с мужчиной почти прижались к столу от внезапно возросшего давления, Энлиль перестал скрывать силу, и она сейчас свободно струилась, подавляя вампиров рядом. Кровь струйкой потекла у двух ближайших к нему старейшин из носов. Шахир нервно коснулся браслета на руке, поглаживая камни. Он пытался придумать, что делать. План еще не был завершен, Энлиль явился слишком рано, и поэтому он не подготовился к встрече.

- Ах-х-х, Господин Энлиль, я так рад видеть вас у себя. - Шахир нервно сглотнул, а холодный пот прошиб тело.

Энлиль не ответил, он стряхнул окровавленной рукой - жидкость слетела с его пальцев и со шлепком ударилась о пол. Он медленно, размеренно двинулся в сторону Шахира, словно леопард, готовый напасть.

Нет-нет-нет, еще слишком рано, он еще не готов, он еще не выяснил до конца как пользоваться новой силой! А если ее не хватит для победы, что тогда делать?!

- Чего стоите, нападайте на него! - резкий бас раздался по всему залу, он не просто кричал на двух старейшин, но таким образом позвал подмогу из соседних комнат.

Он вскинул руку, направляя зеленую магию на Энлиля. Его друзья сориентировались быстро, вскакивая из-за стола и отпрыгивая в разные стороны. Они были в ужасе перед вторженцем, но и умирать они тоже не хотели. Значит, нужно было драться.

Зеленый поток ринулся в мужчину, но даже не коснулся его - Энлиль без усилия увернулся. Поток только успел дотронуться пола, как мужчина с короткими волосами достал с десяток с небольшим, каждый в 10 сантиметров в длину плоских ножей, и кинул в спину красавца. Древний так же увернулся от них, делая шаг в сторону. Мягкий шаг ступил на землю, как к Энлилю уже подлетела женщина с занесенным кулаком и с силой ударила по нему. Этот удар Энлиль смог заблокировать своей ладонью, переводя взгляд с женщины на самого Шахира, и обратно.

Пока драка началась, в комнату вбежали еще двое Старейшин со следами побоев, за ними следом в зал поочередно ворвались около 30 и больше приближенных и помощников, пребывавших в соседних от зала комнатах - кто-то был помоложе и менее опытным, а кто-то был высшим вампиром, слегка не дотягивающим до уровня старейшин. Битва была неравной. Четыре старейшины мигом окружили Энлиля, пытаясь замкнуть его в круге, пока пятый уже спрыгнул с трона и тоже подлетел к ним, все еще держа дистанцию. Он не нападал в лицо и стрелял магией только когда считал, что Зверь не смотрит на него. От лобового столкновения проку было мало.

Люди дрались хаотично и агрессивно, кто-то вновь заносил кулак, чьи-то когти уже были почти у лица мужчины, как он резко опустился, ударяя в пол ладонью. Двое старейшин отлетели далеко к стене, ударившись о нее, двое других, чуть посильнее, смогли удержаться на ногах и улетели на меньшее расстояние, приземляясь на ноги, Шахир же был поодаль. Он выпустил один, затем второй поток зеленой магии. Первый поток прошел мимо, но второй задел живот, и Энлиль болезненно согнулся, тяжело дыша.

- Ха-ха-ха, видите! Он тоже живой, он чувствует боль! Добивайте его! - Шахир испытал неудержимую радость от волнения. Этот монстр, этот воплощенный кошмар перед ним, этот зверски прекрасный мужчина оказывается имеет слабости и его можно ранить. Эта мысль привела его в чистый экстаз. Его можно победить.

Энлиль выпрямился, оглядывая ближайших соперников. Старейшины уже не спешили атаковать, но больше чем с десяток адептов, почувствовав воодушевление от слов Шахира, кинулись на мужчину.

- Значит... хаа... хотите по-плохому. - бархатный голос Энлиля заставил всех присуствующих ощутить лютый режущий мороз на своей коже. Их медленно накрывала тьма.

...

Пока происходил бой, молодые люди добрались к логову. Они услышали шум еще не доходя до здания - внутри происходил кромешный ад: крики, вопли, звуки удара когтей о стены, трещащие по швам стены... Сердце Лиама сжалось, и он уже ринулся туда, как холодная рука Тира остановила его.

- Подожди. Мы не пойдем через главный вход.

- О чем ты, блять, говоришь?! - лицо блондина исказилось в гневе, он желал прямо сейчас ворваться туда и помочь своему мужчине.

- Мы не можем драться со всем ульем вчетвером. - Тир говорил холодно и безэмоционально, сразу перейдя к сути. - Нас просто уничтожат.

Лиам стиснул кулаки, прожигая молодого вампира взглядом золотых, ослепительных глаз.

- Мы пойдем через тайный ход. - кратко успокоил его Тир. - Пойдем, тут недалеко. Он ведет сразу вниз, в комнаты у главного тронного зала. Наверняка драка происходит там.

Сердце Лиама не знало покоя. Услышав эти невообразимые вопли изнутри, он боялся что одним из тех, кто сейчас мучается в агонии, мог быть сам Энлиль. Им потребовалось немного времени, чтобы пробраться внутрь. Охрана плотно обставила периметр, и Тир с Марлем успели быстро вырубить двоих, пока Ян и Лиам напали на оставшихся. Бомбы с талисманами взорвались, разрывая головы в клочья, а серебряный кинжал прошел насквозь, как по маслу, совершенно не чувствуя сопротивления - проход был зачищен и наконец можно помочь Энлилю.

...

Когда они оказались в зале их глазам предстала картина из кошмаров. Огромный, почти достающий до потолка монстр стоял в центре, окруженный тремя Старейшинами и Шахиром. Шахир без остановки направлял магию, контролируя потоки и стараясь задеть зверя и распространить ее по его телу, но магия попадала по монстру нечасто, словно отводимая потоками ветров, а когда все же доставала монстра, то будто рассеивалась во тьме. Полностью черное создание, казалось, поглощало пространство и свет вокруг себя и выглядело неестественно для этого мира. Черное, словно хаос самого космоса, оно не пропускало свет. Длинные тонкие собачьи или кошачьи лапы с длинными пальцами и крючковатыми когтями плавно переходили в длинные крылья, лежащие на полу. Они нещадно разрывали нападавших, оставляя огромные следы на телах. Черная шкура была непроницаема, и было неясно есть ли у него вообще слабое место. Морда, черная как смоль, была короткой и плоской, на ней невозможно было разглядеть ни рта, ни носа, ти глазных впадин, а от холки до спины простиралось подобие черной гривы. При приближении, можно было заметить короткий клюв, из-за чего морда была очень похожа на совиную, но вместо глаз сияли два голубых огонька. Когда зверь издал рев, небольшой клюв раскрылся, разрастаясь в огромную черную пасть на половину морды, испуская из себя потоки черного густого воздуха. Зверь вознес лапы, крылья взмахнули, и ближайших врагов, окружавших его, словно начало засасывать в воронку.

Лиам смотрел на чудовище с неописуемым ужасом. Его тело дрожало, сердце неустанно колотилось, тело прошиб холодный пот. Казалось мгновение, и он развернется бежать отсюда. Это ужасающее, неестественное зрелище, было не предназначено для глаз человека. Увидев монстра Ян, тяжело пошатнувшись, упал без сознания. А Лиам продолжал стоять как вкопанный, боясь пошевелиться.

- Отец! Нужно помочь отцу, скорее! - голос Марля срывался на крик. Он до ужаса испугался, но все равно схватил Лиама за плечи, пытаясь вразумить.

- Лиам, приди в себя, быстрее! Он еле двигается, ему нужно помочь, сейчас!

Золотоволосый парень стоял и не отрывал глаз от монстра. Это ужасное и первобытное исчадие, казалось, было соткано из мыслей и снов, нереальное, чуждое этому миру, поглощающее цвета и свет, и всю материю на своем пути...

В голове было пусто. Лишь обрывки голоса Марля просачивались в его разум, но они не могли вырвать блондина из кошмара.

Я пришел... Я пришел сюда помочь... Но кому помочь? Что я хотел?

Разум не слушался, так же как и тело. Пока Марль пытался позвать Лиама, стоявшие в стороне остатки адептов завопили:

- Нарушители! У нас нарушители! Нужно остановить их!

После этого побитая и перепуганная монстром группка выживших Ламий нашла на ком отыграться, они набросились на троих. Тиру и Марлю пришлось вдвоем отбиваться. Но они были лишь молодыми вампирами, у них не было опыта в драках. Пока Лиам не мог прийти в себя от аффекта, адепты окружили его с бессознательным Яном, оттесняя Тира и Марля в сторону комнат, откуда они пришли.

- Лиам! Пожалуйста, Лиам! Отцу... Энлилю нужна помощь!

...

Зверь, сотканный из хаоса, повернул голову на крики. Медленно, словно в трансе, он, успев поглотить одного старейшину, застрявшего в воронке из воздуха, двинулся в их сторону. Казалось время в комнате застыло для всех, кроме Лиама и Зверя. Охотник остался с ним один на один, а этот необъяснимый ужас, исходящий из самого нутра, не давал ни дышать, ни думать. Монстр медленно подходил на четырех лапах, а крылья, выходящие из передних лап, волочились по полу. Его, до этого широко раскрытая пасть, сейчас была плотно закрыта и полностью затерялась в черноте морды и тела. Лиам не мог дышать, в ушах стучало, пока монстр не отрываясь смотрел на него и его друзей. Тени расползлись по земле, исходя из тела и тени Зверя, за считанные секунды оказавшись под адептами.

Лиам Моргнул.

Адепты, почти десяток, быстро утонули в тенях под собой, словно сорвавшись со скалы в море.

Монстр смотрел на золотоволосого мужчину, а мужчина с ужасом смотрел на монстра. Казалось эти гляделки были бесконечными и им не было конца, никто больше не приближался и не отступал.

Вдруг клюв раскрылся и монстр издал пронзительный глубокий вой, словно сгорающая Звезда. Из тела брызнула черная кровь. Ее цвет и материал был неотличим от непонятной жуткой плоти, черная и смолянистая жидкость стекала на землю. Зверь обернулся на Шахира и кинулся к нему, выпустив когти. Мужчина с трудом увернулся, отскакивая за спину союзникам.

Ступор начал отступать. Зверь сейчас... Помог им?

Лиам оглянулся. На месте нападавших на земле валялись черные лужицы неопределенной жидкости. Но ни тел, ни пепла, ни останков не было видно. В целых остались только Ян, Марль, Тир и Лиам, и те, кто находился далеко от них. А бой зверя и трех старейшин продолжался дальше.

...

- Найдите Рокси! - после этой, казалось бы, вечности, проведенной в вакууме один на один со Зверем, Лиам пришел в себя. Он на автомате крикнул своим друзьям, добавляя: "И присмотрите за Яном! Я помогу Энлилю".

Ошибки быть не может. Это кошмарное порождение Хаоса, этот неописуемый всепоглощающий констр, это... Это был Энлиль... его Энлиль. Мужчина, которого он хочет спасти и мужчина, рядом с которым он хочет провести свою жизнь. Его боевая форма... Или его настоящая форма... Не важно что, но это он.

Лиам крепко держал в руке серебряный меч, кидаясь в битву. Он первым делом нацелился на Шахира, магия которого наносила больше всего урона Энлилю. Недолго думаю, он выудил один из талисманов, которые когда-то дал ему древний вампир.

Черный зверь занес лапу-крыло, отбивая летящую череду ножей. Они развернулись, поворачивая сзади, и устремились в спину монстру. Монстр оглянулся, взмахивая хвостом и отбивая металлические снаряды снова. Пока Зверь оглядывался, Лиам ринулся на Шахира, делая выпад мечом и выкидывая в него талисман. Серебряный меч прошел мимо, не встретив сопротивление, а талисман был перехвачен одним из ножей другого Старейшины и впечатан в стену позади. Тогда Лиам продолжил наступать и занес оружие, чтобы сделать режущий удар сверху по шатену. Меч ударил о каменный кол, вонзившись неглубоко в камень.

Шахир уворачивался невероятно быстро, эта скорость была несопоставима с молодыми вампирами, с которыми ребята дрались в прошлый раз. Шахир думал игнорировать навязчивого человека и не тратить силу артефакта на него прямо сейчас, но он быстро вышел из себя и, вновь отскочив в бок, уворачиваясь от нападки парня, гневно развернулся на него. Сразу следом прилетел жесткий удар в лицо, который откинул старейшину на небольшое расстояние. Охотник подскочил, снес шатена с ног и занес руку для следующего удара, но Старейшина Ламий моментально оказался на ногах и отскочил - кулак впечатался в пол, создав яму в твердом камне, диаметром примерно 50 см и такую же в глубину. В один прыжок Шахир снова оказался рядом и замахнулся на человека когтями. Лиам, словно по божественному проведению, увернулся от удара, отпрыгивая. Блондин попытался быстро приблизиться и уже схватил меч, намереваясь достать из камня, как тяжелые руки схватили его за шею, крепко сжимая в попытке переломить ее. Он начал задыхаться от приложенной Старейшиной силы.

Пока происходили наскоки, ослабленный голодом Монстр ударил по женщине-вампирше, которую от удара впечатало в стену, отрубив. Он хотел быстро сожрать ее друга с ножами, но вовремя повернулся и увидел как Шахир находится всего в шаге от того, чтобы убить золотоволосого парня. Монстр издал непонятный глухой звук и кинулся с большой скоростью на Старейшину Ламий, как несколько зеленых, молниеносных потоков пронзили лицо и тело Зверя. Он издал громкий вой, пошатнулся и полетел на землю, падая на бок. Огромное тело забурлило, словно змеиное гнездо, и начало медленно растворятся в пространстве. Черное непроглядное тело исчезало, темный плотный окружавший его дым рассеивался, а на месте монстра постепенно появилось сначала лицо, а затем и руки с телом прекрасного мужчины. На лбу и висках зиял страшный черный порез, из которого исходили зеленые искры, а тело ниже груди покрывали неисчислимые ссадины и глубокие рваные раны. Энлиль, израсходовав последние силы, лежал на земле, теряя сознание.

Лиам, увидев бессознательное тело мужчины, моментально пришел в ярость. Тело онемело, а разум опустел. Казалось он пребывал сейчас на орбите сгорающего Солнца, но сам при этом не горел и не чувствовал жар. Его глаза, в моменты сильных эмоций становящиеся золотыми, сейчас пылали ярко с такой силой, что излучали собственный свет изнутри. Золотые волосы заструились, вырываясь из пучка и двигаясь будто языки пламени, принялись светится и источать белые ослепительные лучи. Он в гневе оскалил зубы, поворачивая лицо к Шахиру. Пока соперник не мог понять что происходит, Лиам схватил сжимавшую горло ладонь двумя руками и разорвал ее на две части одним махом.

Высший вампир в ужасе отпрыгнул подальше, вскрикнув. Он хватался второй, целой рукой за покалеченную и пытался регенерировать. Но плоть вампира в точке разрыва костей и связок стала черной, как будто обгоревшей от солнечных лучей. Медленно, по чуть-чуть, чернота разрослась, дойдя до основания кисти, а затем и до локтя. Удар также пришелся по украшенному вереницей камней браслету. Едва заметная искра прошла по обугленной коже, как она, отмерев окончательно, осыпалась на землю. Браслет треснул, металл начал плавится и свалился на пол кусками вместе с драгоценными камнями. Больше он не давал силы. А покалеченная и отмершая кисть руки от полученный магических ожогов больше не могла регенерировать.

Охота началась.

...

Лиам, совершенно игнорируя двух оставшихся Ламий, сконцентрировался на Шахире. Он мчался за ним, доганял, тяжелейшие удары попадали на стены и потолок, почти что пробивая их насквозь и руша основания. Пока одна старейшина была без сознания, второй, побитый и изможденный, не решался встревать и помогать Шахиру, предпочев достать подругу из стены, а сам массивный Старейшина Ламий прикладывал все свои силы, чтобы любым способом избежать удара Лиама. Он точно осознал, если парень сконцентрирует силу снова, он может не только покалечить, но и убить Шахира... Ему нужно либо переждать этот всплеск, либо смыться - ни в коем случае нельзя драться с парнем в лоб.

Они кружились по комнате от угла к углу, Лиам сейчас был сильнее, тогда как Шахир все еще перегонял по скорости.

Выжить. Переждать и выжить. Он не будет сильным вечно, эта сила наверняка даже ему не принадлежит! Нужно изнурить его и заставить истратить энергию. Шахир не останавливался, всегда на полшага-шаг успевая увернуться от удара.

Ха-ха, я вижу, он стал бить слабее, он уже устал. Еще чуть-чуть...

В момент размышления шатен не заметил опасности. Тяжелая рука пробила ему бедро насквозь, плоть опалилась, а кость треснула и раскрошилась. Нога с мерзким влажным хрустом переломилась в нескольких местах, отлетая, шипя и сгорая на глазах.

Дикий рев заполнил комнату. Шахир, упав на задницу, медленно отползал к стене, пока Лиам, не отрывая пронзительных горящих глаз, подходил к нему. От него исходил невероятный жар, от которого кожа вампира казалось горела. Он не мог бежать, отступать было уже некуда...

Старейшина уперся спиной в стену, а охотник навис над ним в нескольких шагах. Неморгающие пристальные белые глаза, казалось, прожигались в мозгу и сознании высшего вампира. Шансов выжить нет. Впервые за долгую, трехсотлетнюю жизнь, Шахир испытал это чувство. Оно отличалось от страха перед Регентами Ламий, Ноктюрна, Вентру и прочих. Регенты, какими бы древними не были, все же оставались его в каком-то смысле давними предками. Но это существо перед ним... Оно казалось самим светом воплоти, оно было полной противоположностью, освещающей все закутки и все тени. От нее не спастись, она сама жизнь, она сожжет всё.

...

Отец. Отец!

Голос Марля вывел Лиама из делириума. Энлиль... Энлиль!.. Что с ним?

Глаза парня потускнели, окрашиваясь обратно в золотой, волосы перестали пылать и источать свет, и непослушными прядями опустились, едва касаясь плечей. Шатен перед ним корчился от страха, сжимаясь в углу - нога по бедро и кисть его были полностью оторваны, раны на местах стыка были угольно черными, а глаза словно бы не видели.

Лиам развернулся и посмотрел назад. Энлиль лежал на холодном полу, тени под ним едва заметно поддрагивали, а кровь, густая и вязкая, медленно вытекала из ран. Блондин не думая кинулся к нему, притягивая мужчину ближе и слегка приобнимая. Эти раны, неужели они такие серьезные. Они вообще смогут затянутся?

Лиам действовал машинально, не тратя на раздумия ни секунды. Он поднял валявшийся на полу нож и резанул кожу руки: кровь выступила из раны и он протянул свою руку ближе к лицу мужчины. Энлиль на короткий момент пришел в себя от запаха крови. Он вяло, совсем без сил попытался отстранить эту раненную руку.

- М-м-м... - он лишь несогласно промычал, упрямо не давая парню себя кормить. Но, так как сил почти не было, эта попытка оградиться не дала результата.

- Энлиль... Пожалуйста... - парень перед ним почти что взмолился, его глаза намокли от подступающих слез. Энлиль, едва-едва держа глаза открытыми, невидящим взглядом смотрел на парня. Блондин снова придвинул руку ближе, стараясь чтобы выступившая кровь коснулась губ мужчины.

Энлиль лишь устало выдохнул, начав совсем медленно и вяло слизывать капельки текущей жидкости. Лиам не отрывал глаз от мужчины на его руках, активно сжимая и разжимая кулак, чтобы кровь активнее шла из ранки.

Прошло совсем мало времени, а Энлиль все медленнее и медленнее касался языком пореза, силы снова покидали его и древний, могущественный вампир, провалился в небытие. Марль с Тиром подбежали к ним, а их Регент, казалось, уже крепко спал.

...

Когда Шахир пришел в себя, то увидел как Лиам держал на руках бессознательного красавца. Шатен едва слышно, опираясь рукой и второй культей за стену, поднялся, тихо ковыляя на выход пока его не заметили. Он не успел уйти далеко, как что-то пронзило его. Резкая, острая, колющая боль. Он затаил дыхание и не мог ни вздохнуть, ни выдохнуть, казалось легкие распадаются и исчезают на глазах...

Всего один точный удар.

Регент Ламий, не любимый ни друзьями, ни врагами, медленно превращался в пепел. Тело разваливалось на части, адская боль распространялась на внутренности и конечности, но он не мог кричать... Всего пары минут хватило, чтобы от мерзкого, зазнавшегося вампира осталась лишь горстка пепла и пыли.

...

Барса громко ахнул, роняя серебряный меч пол. Его правая кисть совершенно почернела и обуглилась, мало по малу так же распадаясь. То время, что он потратил, чтобы вытащить меч из камня и нанести удар хватило, чтобы кисти руки был нанесен непоправимый вред. Она не заживет. Но так же и Шахир больше их не потревожит.

...

Старейшины Ламий восстанавливали силы медленно. Бой был изнурительным и тяжелым. В результате драки четыре Старейшины почили, а оставшиеся два были на последнем издыхании. Сверху все еще доносился шум и гам, и топот адептов становился все громче и громче. Они начинали спускаться с первого этажа вниз, в подземный зал.

Им пришла подмога и высшие вампиры почувствовали, что ситуация кардинально поменялась. Двое старейшин Медленно подходили к молодым ребятам, пока те не успели сориентироваться от шока. Только эти двое высших знали как мало сил осталось в них, чтобы осилить даже эту кучку слабаков. Они сделали упор на количество и на страх, и решили идти ва-банк. Даже подошедший Барса не ослабил их гнева и решительности, они планировали добить эту шайку.

-Аххах, Герта, предлагаю закончить начатое. - специально громко и четко произнес мужчина с короткими волосами и порванными после боя ушами. Его пирсинг был вырван почти с мясом и серьги валялись где-то по углам.

Мужчина с трудом активировал магию, оставшиеся шесть кинжалов, следующий друг за другом ровно в ряд, мигом оказались у него и зависли над ладонями в воздухе, ожидая приказа.

Дети напротив них растерянно посмотрели на двух оставшихся старейшин. Они успели заметить Барсау, но так же не укрылось и то, что он теперь ранен и вынужден сражаться одной рукой. Энлиль без сознания и неясно когда он проснется, Ян и Рокси в отключке. Марль и Тир не бойцы, ну а Лиам, он... То была разовая акция... Он сейчас выглядел растеряннее потерявшегося котенка и не собирался выпускать своего мужчину из рук, прижимая к себе, словно от этого силы последнего быстрее восстановятся.

Потенциально сражаться могли всего двое... Им нужно было бежать отсюда. Барса стоял в стороне, быстро оглядываясь, красные глаза мерцали как искорки, пока он думал над планом.

Детей медленно окружали адепты, которые успели спуститься на этаж, пока Старейшины наступали, словно голодные псы. Марль и Тир закрыли друга с отцом собой, пытаясь стать непроходимой преградой для врагов. Они испуганно оглядывались на Барсу, ища помощи. Барса взглянул на выроненный серебряный меч, затем на собственную руку. Он перевел взгляд красный радужек на них и едва заметно кивнул в бок. Тир уловил намек быстро. Он попытался потянуть Лиама за наплечник, заставить его подняться на ноги, шепотом говоря:

- Вставай, нам нужно идти...

Лиам бездумно смотрел на лицо Энлиля. Он поднял непонимающий взгляд на Тира, перевел на спину Марля, а потом на Барсу.

- Вставай... - Тир потянул его снова.

Лиам вновь смотрел на мужчину в своих руках. Он ранен, причем сильно, нужно убираться, забрать его в безопасное место. Но куда? Их просто не выпустят из логова сейчас...

Он взял мужчину на руки и встал с пола.

Послышался громкий пронзительный свист.

...

- Некрасиво нападать толпой. - Мужчина в длинном балахоне и капюшоне словно бы материализовался перед группой друзей, настолько быстро он перемещался. Он остановился прямо перед ними, прикрывая их спиной от разъяренной толпы.

- Так эти псы безродные только так и умеют, ты как-будто не знал. - коренастый мужчина появился рядом с ним, а следом, чуть помедленнее, подошел и Мигель. Это были три старейшины Равносов, они примчались на помощь по такой своевременной наводке Барсы.

- Нам нет нужды сражаться, друзья. - взволнованно протягивал худой полуэльф, накручивая усики пальцем. - Мы пришли с миром, и так же быстро уйдем. Считайте нас тут не было!

Адепты остановились как вкопанные, кто-то встревоженно поглядывал на своих собственных Старейшин, будто бы задавая немой вопрос, а кто-то неуверенно переступал с ноги на ногу, не спеша действовать до прямого указа. Ситуация переменилась. Теперь это не было три калеки с двумя недобойцами против двух старейшин и полчища молодых вампиров. Им пришла подмога в виде трех высших и довольно старых, могущественных вампиров...

Хоть дом Равносов всегда делал ставку на дипломатию и мирные переговоры, они не просто так избирали всего только Трех Старейшин, в отличии от Ламий, у которых количество старейшин могло доходить и до 9, и, в особых ситуациях, эта цифра даже могла переваливать за десяток.

-Почему мы должны... - начал было гневно говорить мужчина с короткими волосами, как его подруга прервала его, коснувшись руки и озвучивая только ему одному мысли посредством телепатии.

- Лун, не надо. Нам стоит отступить. - они были изранены, а полученные от драки с самим Регентом увечья совсем не спешили затягиваться, тогда как боль нарастала с каждым шагом. Если бы Шахир не сконцентрировал всё внимание Зверя на себе, а затем и внимание Лиама, их бы уже не было в живых. Герта это прекрасно поняла и уже знала как стоит поступить. Их лучший с Луном друг уже погиб в этой схватке, став случайной жертвой, она не хотела бы терять еще и Луна.

Женщина уверенно смотрела на коротковолосого мужчину, не отрываясь, словно пытаясь взглядом остудить его пыл. Затем, перевела взгляд на явившуюся троицу и уже чуть более язвительно и громко в голос озвучила:

- Хорошо, в качестве исключения мы все же готовы вас отпустить. - она лучезарно улыбнулась, сделав взмах рукой адептам, мол, расходитесь, тут ловить уже нечего.

Лун же, хоть и горел праведным гневом, разумом был согласен в подругой. Он еле держался на ногах, а его кинжалы уже не могли маневрировать в воздухе. Он с досадой отступил.

- Отлично, я очень рад, что мы пришли к консенсусу, господа и дамы. - Мигель не скрывая радости произнес. Он ненавидел насилие и был пацифистом. В отличии от двух других, которые, при надобности были готовы распускать руки.

Молодые, совсем недавно обращенные вампиры нехотя начали расходиться, пока двое старейшин Ламий следили за обстановкой. Они не спешили уходить, предпочитая лично дождаться ухода незваных гостей.

Мужчина в преклонном возрасте с длинной бородой скинул капюшон и с доброй улыбкой на лице развернулся к квартету.

- Что же вы, дети... опасно так беспечно заваливаться в чужой дом... Давайте мы проводим вас к себе, чтобы вы смогли передохнуть. - Мигель подбежал к ним, кланяясь головой и тоже улыбаясь. - Вы столько всего пережили, наверное совсем испугались?

Высокий мужчина с раненной рукой быстрым шагом подошел к ним, совсем легко касаясь рукой плеча Тира в подобии успокаивающего жеста. Чтобы дети не переживали, он стал возле них, совсем слегка спереди, и обратился к нежданным спасителям.

- Ноктюрн благодарит уважаемых старейшин от имени его Высочества Регента Энлиля. - он низко поклонился. - Вы прибыли как нельзя вовремя.

Касий, невысокий коренастый мужчина, шумно расхаживал рядом. Пока Ламии смотрели на них, он не сводил взгляда с Ламий. Его кулаки так и чесались наконец подраться. Если бы не спокойная аура двух других Равносов, он бы уже наседал на врагов, избивая их как участник пьяной драки в баре.

Мужчина с седыми волосами хрипло посмеялся.

- Господин Барса, очень рады вас видеть. Вы здесь по делу? Позвольте пригласить Вас и этих молодых людей в мою скромную берлогу.

Он кивнул головой Барсе и подошел ближе к молодым парням и Энлилю.

- Спасибо, Старейшина Армио, мы с радостью примем это предложение. Думаю, нам стоит отправится прямо сейчас?

Старик согласно закивал и повернул лицо к Герте и Луну.

- Прошу Вас, уважаемые, проведите нас на выход.