Глава 12 - Аврора

Я прислонилась к двери и не могла шевелиться. Только собралась с духом, хотела всё рассказать Демьяну — но он не дал мне этого сделать. Он не догадывался о масштабах беды. Когда я уже собралась подняться в комнату, в дверь постучали. Это мог быть только он.
Я радостно открыла — на пороге никого не было. Вышла на крыльцо и осмотрелась. Что это было? Вдруг кто-то сзади крепко схватил меня за талию, приложил ко рту и носу тряпку с удушающим запахом. Я пыталась вырваться, но человек оказался слишком сильным. Силы уходили, мир поплыл перед глазами — и я отключалась.
— Здравствуй, принцесса, — донёсся знакомый голос, прежде чем я потеряла сознание.
Очнулась с болью в голове. Не могу толком шевелится и открывать глаза.
— Доброе утро, принцесса.
Я замерла. Либо я сплю, либо слышу его голос. Сильно потерла глаза, чтобы медленно открыть их и села наконец. Передо мной на стуле сидел Андрей.
Шок и недоумение нахлынули на меня. Я в какой то незнакомой потрепанной комнате, сижу на ужасно скрипучей старой кровати. Он изучает меня с легкой ухмылкой. Мы иногда созванивались, но я не видела его пять лет. Как же он изменился, стал: выше, массивнее — теперь он мог тягаться с Демьяном по размеру. Волосы светлые, с боков коротко, сверху длиннее; серые глаза внимательно смотрели на меня. В последний раз он был симпатичным подростком, сейчас — взрослый мужчина.
— Что происходит, Андрей? — спросила я осторожно.
— Вживую ты ещё прекраснее. Я скучал, — говорит он, хмуро изучая меня.
Только сейчас я замечаю: на ноге у меня кандал, пристёгнутый к ножке кровати.
— Что это значит? Почему ты вырубил и похитил меня? Почему у меня кандалы? — раздражение подкатывало к горлу.
— Не злись, принцесса. Я всё объясню. Сейчас один из моих людей рассказывает твоему отцу, кто такой на самом деле Демьян, — он усмехнулся. — А твоя тупая сводная сестра забрала твой тайный телефон и показала Демьяну, что ты играла с ним все эти пять лет. Ты у меня в гостях, потому что я знаю: ты влюбилась в этого урода. Он больше тебя не увидит. Ты — моя Аврора.
Моё сердце екнуло. Демьян возненавидит меня. Если отец пойдёт на него — он убьёт его.
— Андрей, пожалуйста... давай поговорим и всё уладим. Он убьет моего отца — и я тебя никогда не прощу!
— Ты такая наивная, — ухмыляется он. — Тебе врали всю жизнь. Твой отец вовсе не простой бизнесмен. Он такой же крупный игрок, как Воронов. Раньше ваши отцы поделили рынки и разошлись. Твой отец поставил на голову Демьяна огромную ставку.
Я не верила. Папа — преступник? Как такое возможно?
— Я не верю тебе! — закричала я.
— Верь, не верь, как хочешь. Скоро увидишь всё сама.
— Зачем ты это делаешь? — всхлипнула я.
— Начнётся большая война в мафии. Я получу своё. Место, власть — и тебя, моя принцесса. Я не думал, что ты влюбишься в того, кто якобы убил твою маму, но я тебя прощаю.
— «Якобы» убил мою маму? — переспросила я, не понимая.
— Твой отец врал. Женщина, которая растила тебя, не была твоей биологической матерью. Твоя настоящая мама умерла давно. Та, кто воспитывала тебя, была сестрой твоей мамы и головорезом твоего отца. Она убила родителей Демьяна и всё подстроила так, чтобы обвинили мою семью. Твой отец хотел убрать конкурентов с пути. Он не предполагал, что их дети выживут и кто-то из них влюбится в его дочь.
Я только и смогла залить комнату рыданиями: вся моя жизнь — ложь. Папа — самый большой монстр. А дед? Он не мог не знать... Всё вокруг обман.
— Андрей, отпусти меня, — взмолилась я. — Я поговорю с отцом и с Демьяном. Мы всё уладим. Ты получишь своё без крови.
— Твой отец заплатит за всё. А Воронов умрёт за то, что сделал моей семье. Меня не ебет, кто реально виноват. Я женюсь на тебе, и мы будем счастливы, принцесса, — произнёс он с сумасшедшей уверенностью в голосе.
— Я никогда не буду твоей! Я люблю Демьяна и убью тебя, если с ним что-то случится! — крикнула я.
— Думаешь, он захочет тебя теперь, после твоего предательства? — усмехнулся он. — Скорее всего, он прячется и пытается спасти свою шкуру.
В этот момент дверь резко распахнулась, и в комнату ворвался огромный мужчина.
— Андрей, нам нужно поговорить. Срочно.
— Скажи это при моей будущей жене, друг мой, — ухмыльнулся он.
— Ты уверен? Это важно.
— Говори уже, — нетерпеливо отозвался он.
— Воронов вышел из тени и объявил войну всем, кто встанет на его пути. Он повсюду ищет тебя и дочь Кузнецова. Он убьет тех, кто будет вас прикрывать и кто хоть волосок с её головы тронет.
Андрей застыл в шоке.
А в груди у меня взрываются тысяча эмоций — я смеюсь сквозь слёзы. Он не отказался от меня. Он раскрыл себя, чтобы найти меня.
— А Кузнецов? — рявкает Андрей.
— Пока он ничего не предпринял, — отвечает тот мужчина. — Он тоже ищет тебя и давит на все рычаги — все в этом городе сейчас в курсе.
Лицо Андрея каменеет; он встает со стула.
— Не радуйся преждевременно, принцесса. Возможно, он ищет тебя, чтобы самому убить, — угрожающее бросает он и уходит.
Я не знаю, чему радоваться и чему плакать. Мир рушится в один миг. Как папа мог вот так лгать? Как человек, которого я считала добрым и любящим, оказался мафиози? Демьян тоже любил и заботился — но только обо мне. Я обязана все объяснить ему; уверена, он меня поймёт и простит. А заодно поговорю с отцом и выясню правду о маме. Мой Демьян не убивал её — это теперь ясно. Всё, что я чувствовала к нему, оказалось основано на лжи. Вокруг — предательство и манипуляции. Я не выдерживаю, кричу во все горло и бью по кровати: этот ублюдок приковал меня к ней как собаку! Больной урод! Кровать тяжёлая, железная — я не сдвину её ни на сантиметр. Пытаюсь что-то найти, чтобы открыть кандалы — безуспешно. В отчаянии опускаюсь на пол и даю волю эмоциям.
За окном темнеет. Комната — не квартира: старая, краска на стенах отслаивается, плесень на швах. Кроме кровати и стула ничего нет. Через время он приносит поднос с сэндвичем и соком.
— Сначала поешь или в туалет? — спрашивает он, садясь на корточки.
— В туалет, — отвечаю я.
Может, получится сбежать?
— Сбежать не получится, — холодно говорит он. — Туалет здесь, — и достаёт ключ, отстёгивает кандалы.
— Иди, — указывает он на дверь справа.
В душе грязно, нет зеркал, ничего, что можно было бы использовать как оружие. Сидя на унитазе, я плачу, чувствуя беспомощность.
— Выходи уже, — орёт он через дверь. — Плачь здесь сколько хочешь.
Я вытираю слёзы и выхожу. На улице темно, из окна ничего не видно.
— Тебя здесь никто не найдёт, — фыркает он, но я не выдерживаюсь и нападаю. Хватки мало — сил у меня мало, но я царапаю ему лицо, оставляя след.
Он валит меня на кровать, нависает, кричит в лицо:
— Успокойся!
— Слезай, урод! — рычу я.
Когда он встаёт, замечаю глубокий след от ногтя на его шее. Чёрт с ним — пусть болит. Он касается раны и говорит, будто ему всё нипочём:
— Я от тебя любую рану приму, принцесса. Придёт день, и ты станешь моей.
Я смеюсь сквозь ненависть:
— Лучше уж сдохнуть! Ты использовал меня пять лет. Только попробуй навредить Демьяну или отцу — я убью тебя собственными руками!
Его лицо и правда темнеет. Но в комнату врывается другой мужчина:
— Воронов привёл целую армию из Москвы. Уважение к нему есть — за спиной стоит Альберт. Он уже нашёл несколько наших складов и взорвал их.
— Что?! Как он это узнал? — рычит Андрей.
— Наверное, у него хороший хакер. Говорят, правая рука у него — сын Альберта; тот сидит у мониторов и работает.
— Чёрт. Убью этого мудака, если найду.
— Он найдёт и другие наши склады. Вскоре мы останемся ни с чем. Полиция на носу, Кузнецов давит. Нужно думать, как отбиться. Используй её, чтобы давить на них, — указывает пришедший на меня.
Андрей вскипает, поворачивается и врезает мужчине в лицо:
— Не смей указывать на неё! Убирайся! — кричит он. Тот уходит.
— Столько шума из-за тебя, принцесса, — смеётся он, как безумец.
— Может, и из-за тебя, — шепчу я, подойдя к нему и бережно беря его руку в ладони. Голос мой дрожит:
— Я всё улажу. Не позволю, чтобы с тобой что-то случилось. Отпусти меня.
— Ни тебя, ни свой бизнес я не отдам им, — отвечает он. — Я выйду из этой войны победителем. Молчи и сядь.
Он застегивает кандалы и снова уходит.
Я снова даю волю эмоциям: проклинаю весь мир, всех, кто меня обманывал, и молюсь, чтобы ни с папой, ни с Демьяном ничего не случилось. Мы всё уладим, всё переживём — только бы он был жив.
Пока лихорадочно ищу глазами хоть какой-нибудь предмет, с помощью которого можно открыть кандалы, не замечаю, как засыпаю прямо на полу.
Утром просыпаюсь от жгучей боли — что-то сильно давит на голову. Открываю глаза, потираю его и морщусь: всё тело онемело от того, что спала сидя, прямо на холодном полу.
Пытаюсь понять, что причинило боль. Пальцами перебираю волосы — и нахожу невидимку. Точно... я же закалывала волосы несколькими невидимками. Когда очнулась здесь вчера, их не было. Видимо, одна всё-таки осталась.
Во мне просыпается надежда: может, я всё-таки смогу ею открыть кандалы. Дрожащими руками подношу невидимку.
Засовываю в замок — не получается. Вдруг раздаётся шум в коридоре. Прячу её в декольте. Андрей врывается в комнату:
— Нам нужно уходить. Сейчас же!
— Что случилось?! — в панике спрашиваю я.
— Не задавай вопросов! — отрезает он и садится, чтобы отстегнуть кандалы. Потом достаёт рацию.
— Дима? Где он? — слышу голоса и — выстрелы. Сердце замирает.
— Цветочек! — слышу взволнованный и злой голос. Это Демьян.
— Где ты, цветочек?! — кричит он в рацию.
Я пытаюсь откликнуться, но Андрей со злостью разбивает приёмник об стену.
— Жди. Я вернусь и убью его, — вылетает он из комнаты.
Я кричу ему вслед, но он уже ушёл. Беру невидимку, и на этот раз она поддаётся: кандал с щелчком открывается. Я отрываюсь от кровати и бегу к двери.
Выходя из комнаты, оказываюсь в огромном заброшенном цехе: пустые ряды, облупленные стены. Слева — следы шин, судя по ним — отсюда въехали. Бегу по направлению к выходу — и вижу дорогу. Свобода так близко, что сердце уходит в пятки.
Вдруг снова слышу очередные выстрелы. Я мчусь к краю здания и слышу голоса — не знаю, свои это люди или чужие. Вдруг знакомый голос:
— Зайка, стой! Там опасно, у них оружие! — кричит папа.
Значит, он нашёл меня. Я не останавливаюсь: надо спасти и Андрея, и Демьяна. Они оба сейчас под угрозой — и я должна сделать всё, чтобы помешать кровопролитию.
Когда я оказываюсь за зданием, издалека вижу, как Андрей и Демьян сражаются друг с другом.
— Демьян! — кричу во всё горло.
Он поворачивает голову в мою сторону и делает шаг ко мне. Но Андрей поднимает ствол с земли.
— Нет! Андрей, не надо! — кричу ему, но он стреляет.
— Нет! — вырывается у меня, я почти теряю голос.
Демьян, пошатываясь, всё же идёт к Андрею. Тот снова собирается стрелять, но в последний момент бросает оружие. Они снова сцепляются, но падают и исчезают из вида.
— Демьян! — я почти дошла до них, когда сильные руки хватают меня сзади.
— Детка, там обрыв! — кричит папа.
Я не слушаю. Сердце разрывается, я должна увидеть их. Спустившись взглядом к реке, замечаю лёд с пробоиной. Ледяная вода — и они там? Они не смогут выбраться, особенно раненый Демьян.
— Папа, нужно спасать их! — кричу я.
— Ты что, будешь нырять в ледяную воду? — кричит он в ответ.
— Папа! — рыдаю я. Паника, страх, бессилие — всё смешалось в комок в груди.
Он приказывает искать их, а я теряю сознание от холода, усталости и отчаяния.
Я просыпаюсь в своей комнате. Сердце сжимается: перед глазами снова сцена падения под лёд. Вскакиваю с кровати — папа сидит на стуле рядом.
— Пап... скажи, что их нашли... что Демьян в порядке... — голос дрожит, слёзы катятся сами.
— Зайка... — его лицо печальный.
— Ну? — почти кричу я.
— Слишком сильное течение и лёд... их пока не нашли.
Сердце падает. Я падаю на колени, из груди вырывается душераздирающий крик. Папа обнимает меня, а я понимаю, что без Демьяна жить не могу. Мне нужно найти его самой. Он не мог оставить меня. Он обещал...
Прошли месяцы. Скоро лето. Папа был рядом, заботился, охранял меня. Врачи давали лекарства которые отключали у меня любые эмоции, лед растаял, но Демьян и Андрей так и не появились. Я верю, что они живы. Но почему Демьян не приходит ко мне?
Я пыталась узнать что-то у папы, но он молчал. Главное — сохранять здоровье, говорил он, никого ко мне не подпуская.
Однажды я тайком выхожу из дома, угоняю папину машину и еду к обрыву. Спускаюсь к заливу и кричу Демьяну, чтобы вернулся.
Папа находит меня и обнимает. В тот момент я вижу его слёзы. Мужчины разве плачут?
В тот день мои надежды рушатся. Если бы Демьян был жив, он не оставил бы меня так надолго.
После моей попытки самоубийство в ванной, папа закрыл меня в психиатрической клинике. От меня прятали всё, чем могу навредить себе. Но сегодня, мне удалось незаметно забрать у санитара ручку. Как только останусь одна, завершу начатое.
После прогулки в саду, он возвращает меня в здание. Вдруг, мимо проходящая девушка, протягивает мне маленькую бумажку. Я в недоумении, но незаметно, прячу её в кулаке.
Санитар возвращает меня в комнату и дав лекарство, оставляет одну. Я открываю бумажку дрожащими руками. Хоть бы это не было, просто игрой, сумасшедшей незнакомки.
«Потерпи, скоро заберу тебя».
Сердце начинает биться быстрее. Надежда — как лёгкая искра — снова появляется.