Глава 1: Нежеланный гость

Суонсон в последний раз плеснул себе в лицо холодной воды и потянулся за висящим на крюке полотенцем, задумчиво наблюдая за своим отражением в зеркале. Отражение устало и неприязненно глядело в ответ. Последние минут десять он использовал уборную в качестве импровизированного убежища, но, пожалуй, еще более длительная задержка выглядела бы совсем странно. Вздохнув, он наконец утер лицо и, подхватив лежавшую рядом с умывальником папку для бумаг, поспешил выйти в коридор, направляясь к кабинету начальства, который он некоторое время назад чудом сумел покинуть живым и относительно невредимым.

Ночная депеша королевы, при том отправленная ею на личном бланке, против обычного из дворцовой канцелярии, наделала в Ярде изрядно шума, отголоски которого до сих пор разносились по коридорам от столовой на верхнем этаже до прозекторской в подвале. В своем письме Ее Величество изволили войти в трудное положение лондонской полиции и пожелали усилить их состав назначением нового следователя со специальными полномочиями. И как усилить!

- Оккультный специалист! - вновь громыхнул голос Уоррена в тот момент, когда Суонсону оставалось пройти еще метров десять до его кабинета. Чего-чего, а силы голосовых связок отставному вояке было не занимать.

Мысленно вознеся молитву Богоматери, шеф-инспектор сделал вдох, как перед нырком в воду и распахнул двери, оглядывая место проведения их традиционной утренней планерки, больше напоминавшее сейчас поле битвы.

Слабость комиссара Скотленд-Ярда Чарльза Уоррена к его славному военному прошлому и так приводила к тому, что все их встречи более всего напоминали построения на плацу, а уж сейчас, когда весь пол был усеян осколками и обрывками бумаги, Суонсон и вовсе бы не удивился наличию редутов и артиллерийской батареи. Радовало в их ситуации лишь то, что Уоррен, кажется, прекратил бить вазы, но сделал это лишь оттого, что те попросту кончились. Зато теперь шеф-инспектор мог чуть спокойнее оглядеть просторы начальственного кабинета и подсчитать потери.

Помимо комиссара у приоткрытого окна обнаружился главный инспектор-детектив Ярда Фредерик Абберлайн - крепкий мужчина средних лет с темными, глубоко посаженными глазами и с вечным котелком на голове, которым он, как догадывался Суонсон, прикрывал начинающую появляться лысину. В данный момент инспектор стоял, развернувшись в полкорпуса у приоткрытого окна и курил сигарету, излучая, казалось, абсолютную безмятежность, и наблюдая, как утренний туман медленно поднимается с Темзы, принося с собой привычную вонь - тухлую рыбу, промышленные отходы и бог весть что еще.

В другой стороне от него в кресле у стены примостился с видом человека, предпочитающего держаться подальше от эпицентра бури, сэр Роберт Андерсон - тощий до болезненности мужчина с птичьими чертами лица, длинным носом и тонкими, плотно сжатыми губами - рефлекс, особенно часто присущий ему в периоды лицезрения своего непосредственного начальника.

Все пространство кабинета было залито тусклым утренним светом, каким-то чудом пробивавшимся сквозь грязные окна Скотленд-Ярда, и красившим стены в ядовито-желтые тона, делая его похожим на комнату в опиумном притоне. Сильнее данное сходство усиливал лишь «главный пациент», продолжавший буйство, уперев руки в рабочий стол и грозной тенью во весь свой немалый рост возвышаясь над окружающей обстановкой. Монокль в его правом глазу яростно поблёскивал при каждом резком повороте головы:

- Оккультный специалист! - в уже седьмой - по подсчетам Суонсона, - раз за утро выплюнул Уоррен. - Её Величество соизволила прислать нам цыганку с хрустальным шаром!

Роберт Андерсон, на секунду прекратив изображать тень на стене, с каковой его роднили его извечная молчаливость и едва ли не монашеский черный балахон, поправил очки и негромко заметил:

- Технически, сэр Чарльз, в письме говорится про «консультанта по оккультным преступлениям и ритуальным убийствам». Упомянуто также, что данный специалист был высочайше рекомендован их Величеству ее личным секретарем сэром Генри Понсонби.

- Откуда только она его достала, Суонсон? - заметив появление новой жертвы, громыхнул Уоррен.

- Вряд ли подобная информация может быть известна - с иезуитскими интонациями и затаенным самодовольством в голосе встрял Андерсон, не дав шеф-инспектору определиться с ответом, - Но рискну предположить, что королева падка на мистику, а Понсонби тайно состоит в масонской ложе Четырёх Коронованных.

- Тайно? - с тенью улыбки в голосе переспросил Абберлайн, на секунду отвлекаясь от созерцания пейзажа за окном.

- В курсе даже последняя драная кошка с Флит-стрит[1], разумеется, - пожал плечами Андерсон, - Насколько мне известно, сэр Генри весьма прагматичен и не склонен к подобного рода мистериям, но как секретарь королевы наверняка предпочитает держать руку на пульсе всего, что происходит в самых крупных ложах Британии.

- И собирать компромат на участников их оргий, - фыркнул Суонсон, прикрывая за собой дверь в тщетной попытке сдержать ураган возмущения комиссара в границах его кабинета. - Я порылся и нашел все, что есть в архиве на счет этого консультанта.

- Докладывайте немедленно, черт побери! - гаркнул Уоррен, что на его языке означало крайнюю заинтересованность и благосклонность к собеседнику.

- Информации мало, - начал Суонсон, раскрывая принесенную им папку, в которой оказалась всего лишь пара страниц с текстом. - Полное имя Эдвард Корвин Рэйвен. Родился в Гластонбери, Сомерсет. Последние два года провёл в Новом Свете, где консультировал агентство Пинкертонов[2] по делу о... - он прищурился, вчитываясь в мелкий шрифт газетной вырезки, - «ритуальных убийствах в угольных шахтах Пенсильвании».

- Кажется, я помню это дело, - отозвался Абберлайн, - шумиха в прессе была довольно громкой. Но, если мне не изменяет память, никаких «оккультных следов» в ходе расследования пинкертоны не нашли?

- Все так, - подтвердил Суонсон, все еще изучавший газетные заметки одиннадцатилетней давности, - Виновниками были признаны ирландские радикалы, творившие расправу над управляющими шахт и полицейскими. Для пущей мистификации молодчики использовали тайные метки и приурочивали убийства к датам праздников. Обычные головорезы.[3]

- То есть шарлатан, - отрезал Уоррен.

- Шарлатан с рекомендацией от секретаря Её Величества, - поправил Андерсон. - Прибывает, к слову, уже сегодня на «Персии» в Ливерпульские доки.

- Шарлатан, который помог раскрыть дело, - возразил Абберлайн, тут же поймав на себе одновременно недовольные взгляды комиссара и его помощника - небывалое единство мнений с их стороны. - Что уже больше, чем можем похвастаться мы спустя четыре трупа и месяц ежедневных поисков.

- И что вы предлагаете? - Уоррен обвёл взглядом присутствующих.

- Можно объявить чуму на корабле, - сухо заметил Андерсон, навлекая на себя изумленное внимание всех присутствующих. - Пару недель подержим карантин, а после, весьма вероятно, этот «специалист» и сам не захочет сходить на берег. А то и не сможет.

Суонсон затруднился бы сказать, насколько всерьёз Андерсон высказал своё предложение, однако, учитывая любовь помощника комиссара прибегать к «неофициальным методам», соперничающую в нём лишь с любовью к Библии, услышать от него подобное было совсем не удивительно.

- И объяснять Её Величеству, почему её протеже за эти недели помер от холеры или от голода, будете лично вы? - с ноткой язвительности поинтересовался Абберлайн от окна, после чего затушил сигарету о подоконник и развернулся лицом к присутствующим: - Джентльмены, позвольте напомнить еще раз - у нас четыре трупа, город в панике и ни единой стоящей зацепки, если только вы не готовы гоняться за каждой тенью на стене в форме Джека Потрошителя, донесения о которых я могу отмерять на вес. И если Её Величество желает прислать нам хоть канатоходцев, хоть дрессированную обезьяну в цилиндре, я, признаться, готов поработать и с ними.

- Пять трупов, если считать Табрам[4], - педантично поправил Суонсон.

- Табрам - не он, - отмахнулся Абберлайн. - Не его стиль, слишком грубо, да к тому же...

Закончить мысль ему помешал стук в дверь. Вошедший констебль тут же вытянулся по стойке смирно и поспешил доложить:

- Сэр! Джентльмен, представившийся мистером Рэйвеном, ожидает в приемной внизу вместе с дежурной сменой. Прибыл полчаса назад.

Уоррен, ошарашенный внезапной новостью, замер:

- Полчаса назад? Корабль должен был прибыть только к полудню!

- Так точно, сэр. Джентльмен сообщил, что высадился в Дувре и прибыл в Лондон ночным поездом. При нём рекомендательные письма на имя комиссара и большой кожаный сундук.

***

По итогам спешно завершенного совещания было решено новоявленного консультанта Абберлайну и Андерсону идти встречать вдвоем, из чего основной досадой для старшего детектива стала необходимость терпеть присутствие рядом помощника комиссара дольше строго отмеренного минимума. В обычные дни Абберлайн старался пересекаться с этим ревностным последователем иезуитов[5] так редко, как только того позволяли его должностные обязанности, теперь же ему вряд ли удалось бы избежать контактов с Андерсоном, поскольку уже можно было догадаться, что в новых обстоятельствах комиссар повадится требовать ежедневных отчетов не только о ходе расследования дела Потрошителя, но и о перемещениях Рэйвена, с которым, как ни крути, предстояло возиться именно Фредерику Абберлайну.

За этими рассуждениями детектив успел скоротать путь до приемного отделения Ярда и даже не заметил, как столкнулся взглядом с предметом своих измышлений.

Эдвард Рэйвен умудрился вальяжно устроиться на одной из деревянных лавок, установленных для посетителей, чем изрядно удивил Абберлайна, считавшего, что ничего менее удобного, чем криво сбитые и плохо струганные скамьи в приемной Ярда придумать было невозможно.

Сам Рэйвен оказался мужчиной лет тридцати пяти, одетым с той тщательной небрежностью, которая выдаёт либо истинного джентльмена, либо высшего класса мошенника. Тёмные волосы были уложены на безупречный пробор, на носу поблёскивали затемненные на американский манер очки в золотой оправе, а улыбка была настолько вежливой, что граничила с издевательством, с которым он смотрел на приближающихся к нему полицейских и вальяжно покачивая правой рукой, возложенной на его дорожный чемодан. Шляпы Эдвард не носил, однако все равно приветствовал своих визави поднятием несуществующего котелка:

- Джентльмены, - он поднялся при их приближении с грацией танцора. - Что-то мне подсказывает, что я ожидаю именно вас. Надеюсь, что не доставил хлопот своим неурочным прибытием.

- Удивительно было бы с нашей стороны обвинять кого-то в желании оказать содействие полиции в деле раскрытия личности Потрошителя - дипломатично отозвался Абберлайн, первым протягивая ладонь для рукопожатия, - Фредерик Абберлайн, старший инспектор-детектив Скотленд-Ярда к вашим услугам.

- Роберт Андерсон, помощник комиссара Уоррена.

- Чрезвычайно рад нашему знакомству, - оценив рукопожатия мужчин, крепкое и чуть настороженное - первого и тягучее и вялое - второго, новоприбывший консультант принял чуть театральную позу и поспешил взять на себя ход беседы: - Позвольте представиться, полное имя - Эдвард Корвин Рэйвен, уроженец Гластонбери, являюсь специалистом по черной магии, сектам и оккультным убийствам. Впрочем, смею предположить, что все это вы обо мне уже знаете и даже успели составить мнение на мой счет. Угадал?

- Признаюсь, - негромко вклинился в монолог эксперта и консультанта Андерсон, - Столь неожиданный выбор профессии крайне нетипичен для благовоспитанного христианина. Вы ведь христианин?

- Я, скажем так, исследователь, - охотно отозвался Рэйвен, с любопытством наблюдая за реакцией заместителя комиссара.

- Стало быть, скептик, - презрительно заключил тот.

- Ничуть, я вполне уверен в существовании Бога, а то и не одного. Куда большие сомнения во мне вызывает возможность существования святых.

- Господа, давайте не будем переходить на личности, - видя, что его коллега вот-вот взорвется или, того хуже, переключится на чтение нагорных проповедей, поспешил вмешаться Абберлайн, - мы все здесь в одной лодке и, как уже говорил ранее, лично я готов принять любую помощь, если она в конечном счете позволит нам поймать убийцу.

- Я, вне всяких сомнений окажу, полиции Скотленд-Ярда свое полное содействие, - впервые без шутливых интонаций в голосе заявил Рэйвен, - И давайте расставим все точки над и, господа. Скажу сразу, я не занимаюсь ничем, что неокрепшие и малообразованные умы могли бы счесть за магию, не призываю духов предков и не способен за спиритическим сеансом перекинуться парой слов с вашей покойной бабушкой. Что я умею, и умею хорошо, так это распознавать безумцев, которые думают, что практикуют магию. Знаю, каким правилам и ритуалам они следуют и какие ошибки допускают чаще всего.

- То есть, - заинтересовался Абберлайн, - в деле с пинкертонами вы не пытались найти следы колдовства?

- Я тщился доказать их отсутствие. - подтвердил Рэйвен, - И, как вы наверняка в курсе, с блеском преуспел, отправив двадцать головорезов на виселицу.

- Соблаговолите ли вы хотя бы рассказать, где достопочтенный джентльмен может обучиться столь редкой профессии, как ваша? Не припомню, чтобы нечто подобное преподавали в университетах Лондона или в Кембридже, - все же вставил свою шпильку Андерсон.

- Я с детства рос в краях, где едва ли не каждый второй считает себя потомком друидов или хранителем святого Грааля. Попробуйте пожить в окружении подобных личностей и очень скоро научитесь отличать умалишённых и проходимцев всех мастей. Я не имел возможности обучаться в Оксфорде, но моя семья водила тесную дружбу с тамошним профессором Максом Мюллером[6], от которого я многое узнал о сравнительной мифологии и поведении фанатиков. Позже, когда моя семья в поисках лучшей жизни перебралась во Францию, я некоторое время сотрудничал с префектурой Парижа в качестве консультанта по нераскрытым преступлениям и участвовал в деле сатанистов с улицы Вожирар[7]. Там же познакомился с методами месье Бертильона[8], показавшимися мне весьма многообещающими. Но если вы хотите получить список моих официальных регалий, - Рэйвен развел руками, - То увы, я вряд ли смогу похвастаться достижениями на ниве академического образования.

- Весьма впечатляющий опыт тем не менее, - отметил Абберлайн, делая себе пометку в памяти поднять архивные записи, где могли встретиться описания упомянутых консультантом событий и личностей, - Могу ли я в таком случае узнать, что вам потребуется для того, чтобы подключиться к расследованию? К слову, вы уже нашли место, где остановитесь?

- Увы, - беззаботно отозвался Рэйвен, - Сборы выдались чрезвычайно спешными, а своего дома в Лондоне у меня уже давно нет, так что пока все моё имущество в городе - это мой чемодан да письма, которыми меня снабдил сэр Генри Понсонби через своего курьера.

- В таком случае вы может быть найдёте удобным поселиться на ведомственной квартире? - неожиданно предложил Андерсон, - Комфорта там не Бог весть, но это недалеко от Ярда и заселиться можно уже сейчас.

- Звучит превосходно! А что до комфорта, то если там есть кровать, паб поблизости и до ветру не нужно идти пару миль - считайте все мои бытовые нужды полностью удовлетворенными, - радушно улыбнулся Рэйвен.

- Прекрасно, я немедленно распоряжусь. Эй, Митчелл, - помощник комиссара махнул рукой, привлекая внимание стоящего неподалеку констебля, - Организуйте нам ключи от какой-нибудь свободной квартиры и полицейский экипаж.

- Премного благодарен, - одобрил консультант и тут же перешел на куда более деловитый тон, - С завтрашнего дня я бы хотел начать осмотр имеющихся улик. Осмотреть тела, полагаю, возможности уже нет?

- Тела убитых были переданы земле, как того требует христианская мораль, - чопорно отозвался Андерсон, недовольный неожиданным напором собеседника.

- Конечно, - без тени иронии в голосе подтвердил Рэйвен, - именно этого, а не поимки убийцы, требует от нас мораль. В таком случае что есть в вашем распоряжении?

- У вас будет возможность ознакомиться со всеми вещественными доказательствами и фотографическими снимками мест преступлений.

- Уже интереснее, джентльмены. - Рэйвен радостно хлопнул в ладоши, как после крайне удачной партии в покер, - в таком случае я, с вашего позволения потрачу сегодняшний день на заселение и изучение материалов, чтобы полнее понимать обстановку. Особенно меня интересуют детали, которые вы или коронер[9] сочли несущественными.

- Несущественными? - Андерсон приподнял бровь.

- Символы на стенах, которые приняли за пятна крови, предметы, неосторожно оставленные на местах преступлений, показания пьяниц о «дьявольщине», которые как правило игнорируются патрульными, - Рэйвен достал из внутреннего кармана записную книжку в кожаном переплёте и принялся сверяться со своими заметками. - Поверьте, господа, безумцы, возомнившие себя колдунами, обожают оставлять знаки и зачастую страстно желают быть пойманными - просто нужно знать, куда смотреть. Но для начала мне будет достаточно протоколов осмотров, показания свидетелей и медицинских заключений. Было бы прекрасно, если бы их доставили мне на квартиру. Я часто не сплю допоздна и был бы не прочь скоротать вечер с пользой.

Абберлайн и Андерсон переглянулись.

- Досье находятся в кабинете у шеф-инспектора Скотленд-Ярда Суонсона, - наконец, после секундной заминки, сказал детектив. - Но они классифицированы. Потребуется разрешение комиссара.

- Которое у вас уже есть, не так ли? - улыбка Рэйвена стала почти искренней. - Иначе вы бы не утруждались встречать меня лично.

- Думаю, это не проблема, - кисло отозвался Андерсон, - Некоторые документы запрещено выносить из Ярда, но кое-что мы все же сможем вам предоставить. Посыльный доставит все необходимое в течение нескольких часов.

- Превосходно. В таком случае все остальные детали можно будет обсудить завтра с этим вашим Суонсоном. Скажем, в десять?

- Сэр, экипаж подан, - подошедший к их компании констебль отдал честь Андерсону, прервав того на полуслове, - Вот ключи, которые вы просили. Квартира на Бэйкер-стрит 73 сейчас никем не заселена.

- О, как удобно. Почти по соседству с вымышленным детективом, - Рэйвен оживился и протянул руку за ключами. - Надеюсь, квартирная хозяйка менее навязчива, чем миссис Хадсон?

- Абберлайн моргнул: - Вы читаете «Стрэнд»?

- Грешен, люблю детективные истории.

- Что ж, стало быть, так и поступим, - с тяжким вздохом обрывая пустые разговоры, констатировал помощник комиссара, вновь пожимая протянутую ему руку, - До скорой встречи!

- Всего хорошего, джентльмены!

Консультант, ловко перехватив свой чемодан и позвякивая выданными ключами на один ему ведомый мотив стремительно удалился, оставляя детектива и заместителя комиссара наедине друг с другом и их мыслями.

- Ведомственная квартира? - с толикой интереса к неожиданному альтруизму Андерсона нарушил наступившую тишину Абберлайн.

- Хотя бы будет под присмотром, - отмахнулся тот, - Я размышляю, сможем ли мы подтвердить хотя бы часть рассказанной им истории?

- Я посмотрю подшивки газет, может что и вылезет, - внес предложение детектив, - Для верности, конечно, стоило бы отправить запросы в агентство Пинкертонов и в парижскую жандармерию, но тогда мы должны будем сильно-сильно попросить нашего потрошителя, чтобы тот посидел смирно месяц-другой и дал нам дождаться ответов. А вот посыльного в Оксфорд я, пожалуй, организую.

- Уж будьте так добры, Фредерик, - с долей ехидства согласился Андерсон, - не то вдруг этот хлыщ сделает вашу работу быстрее вас?

- Не вижу ничего плохого в поимке убийцы, даже если ловцом окажусь не я. В худшем случае, если от него не будет толку - мы потеряем всего пару дней. Небольшая жертва, учитывая, что мы топчемся на месте уже месяц... - парировал Абберлайн, - Что ж, пойду обрадую Суонсона и Филлипса, что у них завтра ожидаются гости.

_____

[1] Флит-стрит - улица в центре Лондона, где располагались редакции всех крупных газет.
[2] Агентство Пинкертонов - первое частное детективное агентство в США, основанное в 1850 году. К 1888 году имело репутацию самой эффективной правоохранительной организации Америки, часто более успешной, чем официальная полиция.
[3] Ирландские радикалы - отсылка к делу "Молли Магуайрс" (1877-1879), тайной организации ирландских шахтёров в Пенсильвании, обвинённых в серии убийств. Дело раскрыто благодаря внедрённому агенту Пинкертонов.
[4] Марта Табрам - убита 7 августа 1888 года, получила 39 ножевых ранений. Некоторые следователи считают её первой жертвой Джека Потрошителя, другие исключают из-за отличий в методе убийства.
[5] Иезуиты - католический орден, известный в протестантской Англии репутацией хитрых интриганов и мастеров закулисных манипуляций.
[6] Макс Мюллер (1823-1900) - немецко-британский филолог и востоковед, профессор Оксфордского университета. Основатель сравнительной мифологии и религиоведения. Его теории о происхождении мифов и религий были революционными для викторианской эпохи.
[7] Дело сатанистов с улицы Вожирар - отсылка к серии оккультных скандалов в Париже 1880-х годов. Наиболее известен случай с аббатом Буланом и его сектой в 1887 году, практиковавшей смесь католицизма с оккультизмом. (Примечание: конкретного "дела сатанистов" именно на улице Вожирар не было, но улица известна своими эзотерическими салонами того периода).
[8] Альфонс Бертильон (1853-1914) - французский криминалист, создатель антропометрической системы идентификации преступников (бертильонаж). К 1888 году его система только начинала внедряться в парижской полиции, полную известность получил позже.
[9] Коронер - судебно-медицинский следователь, проводящий дознание по делам о насильственной или внезапной смерти. В деле Джека Потрошителя коронером был Уинн Эдвин Бакстер, известный дотошностью и склонностью к сенсационным теориям.