Первый снег

В раздевалку входит учитель физкультуры. Я быстро прикрываю своим массивным телом Мелиссу и накидываю на себя бомбер, чтобы скрыть своё возбуждённое достоинство.

- Вы совсем обнаглели? Заниматься этим - и ещё в школе! Мелисса, мало того что ты не занимаешься физкультурой, так ещё и позволяешь себе интим на моём уроке! Я сообщу директору об инциденте. А ты, Деймон... Тебе слишком повезло.

После этих слов этот сморчок ушёл дальше проводить урок.
Моя челюсть сжалась. Я смотрю на Мелиссу, которая судорожно застёгивает блузку и шепчет, какая же она глупая.
Я надеваю обратно боксёры и брюки, подхожу к ней и обнимаю.

- Малышка, всё будет хорошо. Ты чего?

Она быстро отстраняется, утирая слёзы.

- Не надо, Деймон. Это было зря. Меня мама убьёт.

От лица Мелиссы

Я вижу, что он стоит в недоумении, вижу, что хочет обнять меня, успокоить, но он понимает - мне нужно побыть наедине с собой.
Мои щёки до сих пор горят от стыда. Я уже представляю, как моя мама будет сидеть в кабинете директора и краснеть, что вырастила такую... непутёвую дочь. Я знаю, что моя мама - самый добрый и хороший человек в этом мире, и ругать меня она не будет, но я не хочу, чтобы ей было неловко из-за меня.

От лица Деймона

Я выбежал из учебного заведения на улицу. Оглядываясь по сторонам, я не увидел Мелиссу и решил разобраться со всем этим сам. Как настоящий мужчина.
На улице уже вечер, время движется к концу учебного дня. Я врываюсь в коморку учителя физкультуры и кидаю на его стол кассету.

- Значит, слушай сюда, - шепчу ядовито, наклоняясь к нему вперёд и опираясь руками о стол. - Если ты кому-то посмеешь рассказать о том, что видел, эта чудесная видеозапись полетит в прокуратуру. А дальше будут разбираться, кто действительно нарушает правила нашей школы. И знай: у меня есть копия.

Я уже направился к выходу из кабинета, как вдруг слышу, как он зашипел и швырнул кассету в стену рядом со мной.

- Неужели тебе не интересно посмотреть, как ты сам шпилишь старшеклассниц после уроков? - бросаю я, не оборачиваясь.

- Проваливай!

Я не выдержал и обернулся.

- Ещё одно кривое слово в мою или Мелиссину сторону - ты лишишься не только работы и свободы, но жизни.

Я покинул учебное заведение и поехал в ближайший цветочный магазин - купить роскошный букет для своей любимой девочки.
Вбегаю внутрь так, что все консультанты и клиенты оборачиваются. Подхожу к свободному продавцу и говорю запыхавшись:

- Мне... Мне... Мне, пожалуйста, самый большой, самый красивый, самый лучший букет для самой лучшей и милой девушки на этом свете. И, пожалуйста, побыстрее.

Все девушки вокруг улыбаются моей искренности. Спустя десять минут я держу в руках огромный, красивый букет алых роз. Её самые любимые.

Я направляюсь к её дому. На дворе уже темно, холодно и пугающе. Не потому, что на меня могут напасть или убить, а потому, что моя маленькая девочка может шляться по такой темноте одна.
Я поднимаюсь на нужный этаж и стучусь в дверь.
Спустя несколько минут дверь открывает милая женщина невысокого роста, с добрыми глазами - точь-в-точь как у Мелиссы.
На ней уютный домашний свитер, в руках чашка чая.

- Здравствуйте... Эм... А Мелисса дома? - выдавливаю я, чувствуя, как колотится сердце. Странно, перед учителем физкультуры я стоял с железными яйцами, а перед этой маленькой женщиной чувствую себя нашкодившим мальчишкой.

Её мама улыбается мне, рассматривая с ног до головы. Взгляд скользит по моим плечам, рукам, потом задерживается на лице. Она кивает, но не спешит звать дочь.

- Вы, наверное, Деймон? Мелисса много о вас рассказывала. Точнее, пыталась скрыть, но я вижу.

Я открываю рот, но ничего не могу сказать. Этот спокойный, добрый голос выбивает весь мой напор.

- Можете её позвать? - наконец выдавливаю я.

Она отрицательно качает головой.

- Она спит. Заходи в следующий раз. Знаешь, я не злая. И не слепая. Если ты хороший парень - я только рада. Но сейчас правда поздно.

- Ладно... - выдыхаю я. - Как проснётся, скажите ей, что я буду ждать на лавочке возле подъезда.

- Но на улице же холодно. Езжай домой.

- Нет, не поеду. Я дождусь её.

Она смотрит на меня долгим взглядом. В её глазах мелькает что-то тёплое - то ли одобрение, то ли воспоминание о чём-то своём, молодом.

- Как хочешь, Деймон. Но горячий чай я тебе всё равно вынесу через полчасика. Не замёрзни.

- Спасибо...

Она мягко улыбается и закрывает дверь.

И правда: через полчаса дверь подъезда открывается, и выходит мама Мелиссы с двумя кружками горячего чая и пледом.

- На, держи. Говорила же - холодно, - ворчит она, но беззлобно. - Ты хоть поесть-то успел сегодня?

- Не очень, - признаюсь я, отогревая ладони о кружку

- Эх, молодёжь, - вздыхает она, присаживаясь рядом. - Ничего в голове, кроме любви. Ты к моей дочери всерьёз или так, погулять?

Я смотрю на неё в упор.

- Всерьёз. Она... она особенная. Я такого ни к кому не чувствовал.

Мама Мелиссы молчит несколько секунд, изучая моё лицо. Потом кивает, будто вынесла вердикт.

- Ладно. Сиди, жди. Только не дави на неё, понял? Она у меня ранимая.

- Понял.

Она уходит обратно в подъезд, и я остаюсь ждать дальше. Но внутри становится тепло - не только от чая.

Дверь снова пиликает. Я поднимаю голову и вижу Мелиссу. В своей пижаме, в милых пушистых тапочках. Волосы лохматые, вид сонный и такой уютный.
Я подхожу к Мелиссе, забыв про букет на лавке.

- Выспалась?

- Не совсем. Ты зачем приехал?

- Хотел сказать, что я всё решил. Твою маму не вызовут в школу. И ещё потому, что люблю тебя.

Её губы тянутся к моим. Мои руки опускаются на её талию, затем на бёдра, сжимая и притягивая ближе.
Я поглощаю её губы, её язык - её рот полностью в моей власти.

На секунду я открываю глаза и вижу наверху, в окне, ту самую добрую улыбку. Мама Мелиссы стоит у занавески и тихо радуется за свою дочь. Потом замечает, что я посмотрел, делает вид, что отодвигает штору, и исчезает в глубине комнаты.

Я отрываюсь от губ Мелиссы, перевожу дыхание и вдруг замечаю первый снег - крупные, ленивые хлопья падают прямо на нас.

- Первый снег... - тихо говорит Мелисса. - Мы встретили его нашей любовью.

Я прижимаю её к себе крепче и шепчу в макушку.

- Люблю тебя больше жизни.

Наверху, в окне, на секунду снова показывается мама - теперь уже с полной чашкой чая и счастливыми глазами. И я почему-то уверен, что завтра утром она встретит меня уже как родного.